Лед и блестки

- Господин Белххелег…- проскулил я, когда меня опустили на кровать. Я старался вести себя покорно, наверное, опасаясь, что вампир набросится на меня, а может, просто боялся высоты, потому что мы добирались по воздуху. - Ты как себя чувствуешь? - Эти раны…- дрожащей рукой я коснулся рваных ран на его щеке и переходящих на шею.- Точно, тот вампир! - Все в порядке,- спокойно ответил Белххелег, накрывая мою руку своей.- Ты сам как? Дрожишь весь. - Я… Испугался…- я вспомнил, как оказался в огненном капкане, но совершенно не помнил, как выбрался оттуда.- Спасибо Вам… - Не стоит благодарить меня. Я должен извиниться, я должен был прийти раньше. Из-за меня ты… - Вы не виноваты! Вы не должны были… Я сам виноват. - Нет. Все это произошло из-за меня. Если бы я понял раньше… Если бы я не взял тебя с собой… - Извините! Я должен был вырваться из плена, но… Я так…- я снова начал дрожать, едва не теряя сознание от истерики и страха, который я пережил. Вампир обнял меня, прижимая к себе одной рукой.- Простите… - Ты ни в чем не виноват,- ответил он спокойно, сжимая мою руку.- Ни в чем, слышишь… Я так испугался за тебя. В другой раз я бы поблагодарил его за все, но сейчас я был очень напуган, так что снова всхлипнул. - Я тоже… за Вас… - Тебе нужно отдохнуть,- ответил он, отпуская меня. - Нет!- я бросился к нему.- Не оставляйте меня! Пожалуйста! - Все хорошо, тебе нужно отдохнуть,- проговорил Белххелег, садясь рядом со мной на кровать.- Поспи, я буду здесь. Госпожа Эрилл, слегка неуверенная, вошла в комнату с подносом, на котором были повязки, баночки и лекарственные настойки. Меня напоили одной из них, чтобы я успокоился, и я почувствовал странное умиротворение, когда вампир укрыл меня одеялом, а сам устроился в кресле, где всегда сидел, когда приходил ко мне в гости, а я не мог ходить. - Теперь будет легче. - Он был… Я ощутил его ауру… Он… узнал… - Узнал что?- спросил осторожно Белххелег. Я расстегнул кофту, показывая ужасные розоватые следы от ожогов. - Когда я был маленьким… Мои родители… Вся деревня. Все сгорело. Я был единственным, кто выжил. Человек, воспитавший меня, спас меня в ту ночь от пламени, но я… с тех пор… - Я понимаю,- ответил он, вновь укрывая меня.- Я все понимаю, Эри. Поспи. - Я не хочу спать! Он ранил Вас! - Да, это верно. Но это не имеет значения. Я легко смогу залечить эти раны, если…- я приблизился к нему, обнимая его за шею.- Эри? - Он сказал, Вы перестали пить кровь… Из-за девушки. Анжелики. - Ты знаешь об Анжелике?- я был удивлен, когда услышал в его голосе скорее страх, нежели гнев. - Немного… Тот вампир… Он назвал Вас убийцей… Белххелег странно посмотрел на меня, а потом, похлопав по спине, как маленького ребенка, уложил меня обратно на кровать. - Ты веришь в это? - Нет,- ответил я, прикрывая глаза.- Никогда не поверю… - Спасибо…- ответил он, и я ощутил, как он касается моих пальцев своими холодными руками. - Анжелика… была девушкой, которую я любил. Единственной, кого я любил… Я приоткрыл глаза. Значит, единственной, да? - Она была… крестьянкой. Обычной крепостной девчушкой, жила в этом городе. Она казалась такой доброй и милой. Я часто видел ее, сидящую у фонтана или под деревом на окраине города, читающей книгу маленьким детям. Она была очень красивой, но никто не знал, кем она на самом деле была. В то время… Я был очень молод. И влюбился в нее без памяти. Она была сиротой, потому никто не смог остановить меня от того, чтобы забрать ее к себе,- голос вампира становился все тише и тише. Или это я засыпал уже? Ну нет! Я хочу дослушать до конца! - Поначалу она работала здесь в качестве прислуги. Но с каждым днем я все чувствовал к ней влечение сильнее и сильнее. Вскоре я предложил ей стать госпожой в этом доме. Мы не поженились, ведь вампирам нельзя заходить в церковь. Она жила так, все слуги ее обожали…- голос умолк, а потом я, приоткрыв глаза, заметил, что Белххелег, удобно устроившись в кресле, закрыл глаза и, видимо, заснул. Неудивительно, учитывая, как он спас меня и, скорее всего, боролся с тем блондином, которого мы больше, как он сказал, никогда не увидим. Я устроился поудобней, тоже надеясь заснуть, но внезапно в дверях появились головы Картина и Джари. Они смотрели обеспокоенно и испугано, но потом расплылись в улыбке. - Привет,- поприветствовал меня мужчина.- Выглядишь пожеванным. - И чувствую себя так же…- ответил я, улыбнувшись.- Тише,- я указал на кресло. Спящий вампир, который так открыто демонстрировал свою усталость, вызывал у меня лишь восхищение. Поначалу он казался мне холодным, равнодушным, но я понял, что под этой маской и корочкой льда, которым было покрыто его сердце, прячется доброе и чуткое создание. Не может такое чудовище, которым его считали некоторые, спасти маленького ребенка и оставить его у себя дома. Не может! - Как ты?- спросил Джари, залезая ко мне на кровать.- Госпожа Эрилл сказала, что ты очень устал. - Все хорошо…- я положил руку ему на голову, взъерошивая волосы, отмечая, какими заметными стали на моих запястьях следы от веревки. Я вздрогнул, вспоминая, что со мной приключилось, но создавалось такое впечатление, что это произошло несколько часов, а то и дней назад.- Все уже хорошо. - Здорово! Мы боялись. - Я вас не брошу…- я не был уверен в этом, потому эта фраза прозвучала почти неслышно.- Не стоит беспокоиться. - Это хорошо. Мы пришли тебя проведать,- ответил Картин.- Ужинать будешь? Единственное, что я сейчас хотел, забыть обо всем и спокойно заснуть. Но я должен был услышать конец этой истории. Не от Белххелега, так от кого-нибудь другого! - Нет, спасибо. Картин, ты ведь знаешь про Анжелику, верно? Слуга уставился на меня словно я был каким-то чудищем. - Я же просил тебя ни о чем не спрашивать. Неужели так сложно? - Господин Белххелег начал мне рассказывать, но…- я вновь посмотрел на спящего вампира.- Как видишь. - Ну, если господин Белххелег начал говорить об этом… - Нам нельзя!- вмешался Джари.- Госпожа Эрилл запретила! - Тише,- шикнул на него слуга.- Разбудишь хозяина. Мальчик умолк. Картин повернулся ко мне. - Подробностей не знаю, но как-то раз господин Белххелег привел сюда эту Анжелику. Помнишь, я говорил, что раньше все было намного светлее в этом поместье?- я кивнул.- Так вот, в тот период господин Белххелег устраивал шумные вечера. И та беседка… Они с той девушкой часто там бывали. Голос мужчины звучал виновато, он не был уверен, что мог все это мне рассказать, не вызывая гнева хозяина поместья. - А потом он услышал нечто… Ходили слухи, что Анжелика хвалилась перед подругами в городе, что смогла влюбить в себя богатого вампира, что когда она станет госпожой, то у нее будет много денег и власти. Оказалось, что она хотела просто жить, как королева, забывая о том, кем она на самом деле была. Надеялась на лучшую безбедную жизнь… - Она использовала его, да?- спросил я. - Это было ужасно,- проговорил скорбно Картин.- После того, как господин узнал правду, он стал нелюдимым. Он заплатил Анжелике и велел покинуть город, иначе он сам выгонит ее. Конечно, она послушала его, иначе бы ее ждала участь предательницы и изгнанницы. После этого мы ее не видели,- потом его лицо внезапно озарила улыбка.- Знаешь, в тот день, когда он впервые ужинал с тобой, он вообще впервые притронулся к еде в этом доме после ухода той девицы. - Правда? - Именно,- кивнул Джари.- Когда Эри появился, в этот дом снова вернулся свет. Хозяин стал приветливее. Так вот оно что! Его предали. Вот почему… ‘’Да, порой люди бывают слишком жестоки,’’- сказал мне как-то хмуро Белххелег. Боже, а я даже понятия не имел, через что он прошел! - И та беседка… Она поросла плющом, я думал, она просто развалится скоро. Но господин Белххелег хотел показать ее тебе. Потому велел ее привести в порядок. - Вот оно что… Так вот о чем ты говорил тогда! - Когда Анжелика ушла, господин заперся в своем кабинете и долго не выходил. Смех и радость покинули эти стены. А когда он наконец вышел, велел всем слугам убираться прочь. Чтобы не навлечь на себя его гнев, нам пришлось уйти. Однако я, Эрилл, Ант и Алес вернулись обратно. И как господин Белххелег не желал, мы не оставили его. Потому он позволил нам остаться. Вскоре он привел с собой Джари. И, казалось, поместье немного ожило. - Эту историю я знаю,- ответил я, вновь касаясь головы запуганного мальчика. - Может, господин покажется тебе холодным и жестокосердечным, но поверь, у него были на то причины… - Я знаю,- кивнул я.- Спасибо, что рассказал мне, Картин. - Кажется, он рассказал достаточно,- ответил властный голос, и оказалось, что вампир уже не спит, а наблюдает за нами с плохо скрываемым смущением и раздражением.- Как видишь, Картин, с Эри все в порядке. Или лучше, помоги Эрилл. - Эри отказался от ужина,- ответил слуга. - Неси, он должен поесть. - Да, господин Белххелег,- кивнул тот.- Я пойду. - Я тоже,- Джари сполз с кровати и побежал за Картином. - Ой,- ответил я, прикрывая лицо краем одеяла.- Мне так стыдно за мое любопытство… - После всего, что ты пережил из-за меня, ты обязан был знать. - Я понимаю, что о таком не говорят, но… Может, если бы Вы все рассказали, стало бы легче? - Может быть,- он повернул ко мне голову, и я заметил, что его раны стали еще ужаснее. Казалось, вот-вот снова потечет кровь. - Вы… Ваши раны… - Это ерунда. - Ничего не ерунда!- ответил я, касаясь его лица. Теперь он позволял мне это на удивление спокойно.- Если бы я мог… - Для вампиров смертельна светлая эльфийская магия,- проговорил он, взяв мои руки в свои. - Но ведь… я не умею колдовать. Может… - Нет,- ответил вампир резко, пытаясь подняться и покинуть комнату, но я удержал его.- Ты ведь боишься меня? Боюсь? Как я могу бояться такого невероятного, сильного и, главное, доброго господина. Он бы точно никогда не сделал ничего плохого. - Нет! Не боюсь! Я перед Вами в таком долгу…- я внезапно осознал, что уже лежу на кровати на смятых простынях, а Белххелег навис надо мной, глядя прямо в глаза. - Когда ты смотрел в мои глаза в прошлый раз, ты задыхался. От страха. - Я боялся не Вас. И не Вашего взгляда. Я боялся огня, который увидел,- я протянул руки, чтобы обнять его, и мы оба упали на кровать. - Ты понимаешь, что делаешь? Я лишь кивнул, сильнее обнимая его. Холодная рука скользнула по моей груди, все еще спрятанной за тонкой тканью голубого атласа. Потом я сильнее ощутил его пальцы на своей коже, когда он медленно задрал рубашку и провел ладонью по моему животу. - Кажется, ты не пострадал… Я поджал раненую, но уже почти не болевшую ногу, прижимаясь к нему сильнее, и его руки, ставшие внезапно горячее обжигающими, такими, что оставляли на моей коже незримые дымящиеся следы, начали скользить по моей спине. - У тебя такая кожа… Ты точно не принц какого-нибудь эльфийского города?- с улыбкой в голосе вампир слегка прикусил мочку моего уха, так что я шумно выдохнул и заскулил. - Уве… рен. Точно,- ответил я, запрокидывая голову, чтобы открыть доступ к шее. Если какому-нибудь вампиру и суждено пить мою кровь, то пусть лучше это будет он, тот, кто сразу привлек мое внимание, тот, кто спас меня от грабителей и тот, кто помогал мне, когда я не смог ходить. Я чувствовал горячий язык на своей коже, он прошел по скуле и спустился вниз, к лопаткам. Я ощущал, как его сбившееся от напряжения и жажды дыхание становится все осязаемее и осязаемее, оно скользило по моей коже, и я не смог сдержать дрожь, когда оно коснулось моей шеи. Я ожидал, что сейчас острые, как иглы, клыки вопьются в мою кожу и уже хотел закричать, когда клыки и правда коснулись моей кожи. Только не так, как я ожидал. Они скользнули по моей шее, доставляя даже какое-то удовольствие, но не погрузились в мое горло. Я вздохнул, прижимая Белххелега к себе сильнее, а он, в свою очередь, ласкал меня языком и острыми клыками. Сначала шея, потом лопатки, а когда я понял, что рубашка мешает ему, то дернулся, чтобы ее стянуть. Этого не потребовалось, так как он сам легко смог стащить с меня через голову, припадая к моей плоской, впрочем, как и у всех мужчин, груди. Я откинулся на подушки, наслаждаясь ласками, в которых объединились и лед, и пламя, но я не боялся его. Теперь, с ним, не боялся. Внезапно я вспомнил, каким недосягаемым он показался мне при первой встрече, лишь его глаза сверкали, как языки пламени. И до сих пор я не мог поверить, что такой вампир, как он, обратил на меня внимание. Я схватил его за плечи, когда клыки очень нежно и осторожно прошли по моему возбужденному соску, а когда он поднял голову и наши взгляды встретились, впился мне в губы грубым, подчиняющим поцелуем. Его язык сразу проник в мой рот, клыки слегка мешали ему изворачиваться, но он был очень требовательным и… наученным. Наши языки переплелись, он так быстро и с мастерством искусного ловеласа провернул все это, что мне даже не пришлось предпринимать никаких особенных усилий. Когда я почувствовал, что скоро задохнусь от нехватки кислорода, то сильнее сжал ткань его длинной черной рубашки. Белххелег отстранился от меня, слегка запрокинув голову. - Ты сводишь меня с ума…- прошептал он, вновь целуя меня, но уже не так требовательно. Когда он потерся щекой об мою бледную даже на его фоне грудь, я ощутил те самые раны, которые так меня пугали. Я не мог представить, что кто-то смог бы так сильно ранить его. - Скорее… Черная коса растрепалась, холодные и приятные, как шелк, волосы, ласкали мои руки и бок. Тем временем вампир уже вернулся к моей груди, касаясь ее дыханием, губами, носом и даже клыками, но ухитрился не оставить на мне ни единого пореза. Судя по его голодному взгляду, которого я не боялся, я понял, что если бы хоть капелька моей крови пролилась, он бы точно сорвался. Его голод был не таким, как у того блондина. Голод Белххелега был не только в крови. Он жаждал не столько плоти, как пищи, сколько чувств, я чувствовал его желание снова вырваться из той ледяной клетки, в которую он сам себя заковал после предательства той, кого он так сильно любил - Тебе следовало бы держаться от меня подальше, иначе я просто съем тебя…- проговорил, скорее, прошептал мне на ухо вампир, касаясь моего живота и медленно расстегивая ремень на брюках. - Я уже давно ослушался этого предостережения…- проговорил я хрипло. Мое тело горело, оно желало этих ласк, этих рук, этого языка, оно желало, чтобы его ласкали и любили так, как никто бы не смог. Ни одному смертному не под силу было так любить. А уж в том, что я с первого взгляда влюбился в этого вампира, теперь выцеловывающего мой живот от пупка и ниже, я не сомневался ни разу. Я влюблялся в него каждый день все сильнее и сильнее. Интересно, а он в меня? На мгновение Белххелег остановился, чтобы снять с себя рубашку, а я разочарованно вздохнул. - Не бойся, я вернусь к тебе… сейчас…- он запечатлел поцелуй на моей груди и спустился ниже. Я чувствовал его дыхание на своем самом чувствительном месте, после чего он коснулся головки языком. Я застонал.- Что такое? - Я… Тоже… хочу… - Не сейчас,- ответил он, снова коротко целуя меня.- Я едва сдерживаю себя… Я ничего не смог ответить, мои руки шарили по его сильным плечам, а когда он заглотил его полностью, помогая себе клыками, чем доводил меня до исступления, я выгнулся, вцепившись в простыни дрожащими руками. Не думал, что это настолько приятно. Влажные пальцы скользнули вниз, отбросив в сторону мои брюки, но волновался я сейчас больше не о них. Кончики пальцев, стараясь не поцарапать меня когтями, начали массировать тугой вход, и я сжался, испугавшись того, что будет потом. - Все хорошо, не бойся…- прошептал мне вампир и я, впившись в его губы, позволил одному пальцу проникнуть в меня. Немного неприятно, но это ощущение быстро исчезло. Я попытался уползти, когда второй палец начал проникать в меня, но Белххелег сильно обхватил меня за талию, целуя и покусывая кожу на моей шее. Все же шея ему нравилась больше всего. Я постарался расслабиться, но не смог, все же мое тело было против такого обращения с ним. Вампир целовал меня, ласкал, его рука снова вернулась к моему возбужденному естеству. Боже, как стыдно! Он ведь граф! Или кто он там? Ткар… - Доверься мне. - Я… - Ты делал это раньше?- губы коснулись моего соска, от чего я слегка выгнулся и застонал. Я лишь покачал головой. С кем, если у меня даже времени на сон было мало. - Что ж, я должен быть очень осторожен…- добавился и третий палец, но я уговаривал себя успокоиться и расслабиться. Я сам этого хотел, зачем теперь отступать?- Ты плачешь? Больно? - Нет… Очень… странно… Внезапно он коснулся кончиками пальцев какой-то точки внутри меня и я, выгнувшись, застонал. - Понимаю,- ответил он, снова принимаясь ласкать меня руками и губами.- Потерпи немного…- пальцы исчезли, я издал даже облеченный вздох, но потом его сменило нечто иное.- Все будет хорошо… Хорошо?! Как хорошо?! Конечно, поначалу я очень сопротивлялся, но наконец позволил войти в себя, пусть очень медленно и болезненно, но, судя по лицу Белххелега, ему тоже было больно. Он уткнулся лбом в мое плечо, ни на мгновение не прекращая ласкать меня, а потом коснулся губами моих шрамов от ожогов. - Не бойся… Расслабься… Получилось это у меня не сразу, а когда наконец вышло, я едва ощущал свои ноги от бедра до колена. Холодные руки ласкали меня, гладили, горячее дыхание опаляло кожу, но потом по телу прошел электрический заряд, когда он снова коснулся того самого места. От этих прикосновений кончики моих пальцев начали подрагивать, и боль, наконец, начала проходить. Я чувствовал, что вампир рядом со мной, он обнимает меня, ласкает и целует. - М-м… А! - Лучше? Все же он живой… Вот что думал я, глядя на его улыбку. И пусть мой взгляд был застлан болью и слезами, но я поднял руки, чтобы обнять его. - Прости, я довел тебя до слез… - Ни… чего. Ничего. - Не бойся, я все сделаю, как нужно,- ответил он, начиная двигаться сильнее. Я выгибался и стонал, прикрывая рот руками и закусывая губы, но Белххелег запретил мне это делать, прижав своими руками мои запястья к простыне. Его губы снова касались моего лица, ушей и шеи, но он так и не укусил меня. Когда он снял рубашку, я не сразу заметил, что так его раны выглядят еще ужасней, ведь они доходили почти до груди, проходя через шею и задевая ключицы. Ужасно! Но он продолжал доставлять мне удовольствие. Все это он провернул как раз в тот момент, когда я уже не смог совладать с собой и бурно излился на его и свой живот. Он шикнул, зажатый мною, после чего я ощутил, как нечто горячее, невероятно горячее, разливается во мне и даже вытекает наружу. - Извини… Я… Я не хотел его извинений. Зачем извиняться сейчас, если и мне хорошо, и ему было, видимо, хорошо со мной. Я коснулся губами его шрамов, из-за чего вампир замер, прекращая лизать мое остроконечное ухо, а потом впился мне в шею длинными клыками. Я почти не ощутил боли, из-за пережитого удовольствия, когда перед глазами словно бочка с жидкой радугой взорвалась, у меня звенело в ушах и темнело в глазах. Руки сильнее сжали его плечи, мне просто нужно было куда-то их деть и во что-то вцепиться, и я хотел закричать, но издал лишь тихий скрип, как сломанные часы. Мой рот открылся в немом крике, но я не издал ни звука. Видимо, вампир почувствовал это, но продолжал пить кровь, мою кровь, короткими, порой нервными глотками. Круги перед глазами, ставшими черными, непроходимо черными, стали еще больше, я уже не видел ничего. Или, может, я просто прикрыл глаза? Не знаю. Но я больше не видел ничего. Белххелег почувствовал, как руки, сжавшие его плечи, внезапно ослабли, но смог остановить себя перед тем, как совершит непоправимое. Раны на лице почти затянулись, остались лишь ровные розовые линии. Он осторожно уложил уставшего эльфа на кровать, приводя того в порядок, и укрыл. Впервые он так сильно потерял голову.