Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

Находясь в раздражённом, потерянном и попросту раздавленном состоянии духа, Отмороженный посидел ещё с минут пять, следом за предыдущей сигаретой одолев следующую. Ещё раз посмотрев на загорелое лицо будущей жертвы для ритуала воскрешения Зерефа, ледяной постарался максимально запомнить эти резкие, словно набросанные рукой пьяного художника черты, чтобы лишний раз не прибегать к помощи телефона и прочих техническим изощрениям. Где примерно должен был ошиваться этот человек - Грей уже знал наверняка. Ну и всё, хватит уже предаваться тоске по прошлому, дорогу к которому он зарубил своими собственными руками в тот самый миг, когда отдал Уоррену ледяную копию собственной отрубленной башки, зло одёрнул себя Отмороженный, в очередной раз чувствуя, как мысли о Джувии и друзьях против его воли начинают болезненно распарывать его мозг этакими стальными крюками. Лучше вон музычки соответствующей накатить для создания боевого настроя, потупее, поагрессивнее, пожёстче! Прибавив звук, под сотрясающий колонки грохот барабанной установки, создающий жутковатую ауру вокруг Фулбастера в сочетании с тоскливо завывающей скрипкой и блюющей какофонией скрежета электро-гитарой, Грей уставился в стенку, начал колотить кулаком по столу в такт музыке и так увлёкся, подпевая, что перестал замечать, а что же, собственно, вокруг него творится. Зайдя к нему в комнату как раз в этот момент, Брая аж обратно к порогу отступила, забыв, зачем она вообще пришла. "Да у него точно крыша едет", - отметила про себя блондинка, глядя на то, как Отмороженный неистово настраивает себя непонятно на что. Опомнившись, причём лишь потом сообразив, что явно запоздало, Фулбастер захлопнул крышку ноутбука, и в комнате сразу воцарилась неприятно давящая на слух тишина. - Чего пришла-то? - с вызовом глянул он на темнокожую девицу. - Да так, - та всеми силами старалась делать вид, что никаких странностей в поведении пленника их альянса она не заметила, но только плоховато у неё это получалось. - Насколько я знаю, ты отправляешься на охоту за новой жертвой. Может, тебе что-то с собой нужно? Деньги там, из провизии что?.. - Какая трогательная забота, - с презрением процедил Фулбастер, рывком поднимаясь со своего места и хватая со стола пачку сигарет с зажигалкой. - К чёрту иди, без вас разберусь. И, направляясь к выходу, сам того не заметив, парень вслух начал распевать ту песенку, которую несколькими минутами ранее распевал противный голос мелкого пацана: Раз-два-три-четыре-пять, Время головы срезать, Время всех душить подушкой Или заживо сжигать... Вслушиваясь в слова и невольно отмечая про себя, что звучание охрипшего от когда-то истошных криков в подземелье голоса Фулбастера ей по нраву, Брая подивилась смыслу песенки и бросила вслед поравнявшемуся с порогом брюнету: - А из тебя вышел бы идеальный тёмный. - Не стоит комплиментов, - не поворачиваясь, ответил Грей. - То, что я выродок, я и без тебя знаю. И ушёл, оставив блондинку в напряжённых раздумьях и борьбе с желанием покопаться в его ноутбуке. *** - До чего ж мне эта холодрыга опротивела, - пробубнил Гажел себе под нос, останавливаясь и закуривая. Город они с Нацу почти преодолели - шли два сильных волшебника быстро, хоть и встречалось на их пути немало препятствий: труднопреодолимая каша из снега, грязи и ледяных комьев под ногами, откровенное незнание местности, благодаря которому они пару раз заплутали во дворах, и докопавшийся до них полицейский, которому явно не местные по виду граждане не понравились своим выделяющимся на фоне прочих видом. - Мне тоже, - вторил стальному Нацу, тоже решив устроить себе перекур. - Жрать охота. - Ну пошли, - Гажел лениво махнул рукой в сторону притаившегося на обочине ресторанчика, так контрастировавшего с убогой облезлостью этого неприветливого городка, в который занесли их поиски Грея или малейших намёков на то, что ледяной не мёртв. Несмотря на общую внешнюю убогость местных зданий, этот ресторанчик, хоть и был оформлен достаточно скромно, видом своим вызывал желание поскорее зайти внутрь и укрыться от царившей на улице непогоды. Два раза Саламандра, главного любителя плотно покушать в "Хвосте Феи", приглашать уж точно не надо было, и тот поспешил к дверям заведения, даже обгоняя Гажела. - Смотри-ка, резвый какой стал, - рассмеялся стальной, глядя, как, спеша к месту, где ему явно улыбалось наесться до отвала, Нацу чуть не упал, поскользнувшись. - Как жрать - так у него сразу прыть растёт! - Иди ты, - показал Саламандр товарищу язык, с задором оскалившись. - А откуда ж иначе у меня силушка богатырская будет, ежели я жрать нормально не буду? Ничего не ответив, Редфокс отпустил глубокомысленное "Ги-хи-хи" и вздрогнул, ощутив в своё стальное плечо на удивление болезненный толчок. - Э, слышь! - рявкнул железный, поворачиваясь и узрев перед собой того, кто посмел задеть его величественную персону. - Тебе дороги что ль мало, жертва солярия? - Сейчас ты договоришься, банка с гвоздями, - с презрением воззрился на красноглазого дракона высокий черноволосый мужчина с крючковатым носом и жуткими синяками под глазами. Природный загар его на фоне болезненной бледности местных явно выдавал в нём чужака, что насторожило как Гажела, так и Нацу. Хотя, тут же одёрнул себя стальной, чего тут удивляться, их же тоже занесли черти в это болото... Как бы там ни было, но обзывать его банкой с гвоздями никто права не имел! - Рёв Железного Дракона!.. Гажел, по секрету признаться, уже настроился на то, что сейчас они с Нацу добротно отужинают в этом чудном ресторанчике, у него даже в желудке заурчало от соответствующего настроя. Так что церемониться с хамом он не собирался не потому, что так уж оскорбилась его драконья персона некультурным высказыванием в его адрес. Он просто тоже захотел есть и не был настроен выяснять тут отношения по три часа. Проще сразу было дать нахалу в бубен - и топать на перекус. Да только не так всё просто оказалось, как Гажел на то рассчитывал. Внезапно само пространство вокруг него задрожало, загудело, стало меняться в цвете, словно картинка в сломавшемся телевизоре, изо рта, носа и глаз стального хлынула кровь, а самого его словно придавило чем-то невероятно тяжёлым к утопающей в снегу и грязи земле. -Ах ты ж паскуда! - рявкнул стальной, сдаваться не собираясь. Рёв Железного Дракона уже был исполнен, так что надо было просто чуть приподняться, чтобы задавить этого выскочку тоннами изрыгаемой им стали! И, наблюдая за тем, как загорелое лицо его противника удивлённо вытянулось, а его запавшие глаза вытаращились, теперь особенно жутко смотрясь на фоне пролегающих под ними теней, Редфокс зло засмеялся и выпрямился, словно показывая толкнувшему его магу, что всё это атмосферное давление ему нипочём. - Э-э, урод, ты чё мне с Металлюгой тут делаешь?! - Нацу тоже решил в стороне не оставаться и встрять в этот бой, который ему, зверски голодному и жаждущего мяса, вина и прочих радостей для желудка, тоже хотелось завершить поскорее. Тем более, он увидел, что стало с Гажелом - у него всё лицо, шея и плечи обагрились кровью, он даже упал поначалу... Да и то, как буквально вся атмосфера вокруг них дрогнула, огненный дракон почувствовал буквально нутром, на него на самого что-то надавило так, будто ему на плечи человек десять взобрались и теперь пытались всей силой своего веса придавить его, прижать к земле, заставить сделать так, чтобы тот преклонил колени. Взяв всё исторгаемое им пламя в обе руки, сын Игнила сотворил из них огромный огненный шар и метнул его в почему-то начавшего посмеиваться и даже не двинувшегося с места мужчину, выкрикнув: - Сияющее Пламя Огненного Дракона! - Как же вы меня раздражаете, чёртовы убийцы драконов, - черноволосый быстро смог взять себя в руки, хотя его и напугало то, что эти двое при способной кого угодно придавить магии гравитации стояли на ногах и даже драться были готовы. Выставив руки вперёд, он посмотрел на участки земли, на которых стояли атаковавшие его парни, и коротко произнёс: - Падите. Чёрт, в этот миг, да и даже вспоминая потом эту короткую, но жестокую схватку, Нацу и Гажел готовы были поклясться, что тогда на их головы вся небесная твердь своей тяжестью обрушилась!.. Искажённое, издающее невыносимо противный гул и скрежет, сужающееся вокруг них и нестерпимо давящее ВСЁ стало прижимать их к земле, распарывая грязный асфальт под их ногами до уровня расползающихся в разные стороны ям, из-за чего оба, хоть и ударили огненно-железным шквалом упавшего от силы такой атаки мужика, но сами полетели в пропасть, цепляясь друг за друга, матерясь на лету, кувыркаясь и больно ударяясь обо всякие подземные валуны. Первым из-под запершего их внутри себя земляного завала выкарабкался Нацу, плюясь землёй в разные стороны и желая опрокинувшего их в яму негодяя наказать за своё хамское поведение по полной программе. Он ещё не знал того, что они с Гажелом своей сногсшибательной атакой двух взбесившихся драконов умудрились вырубить самого Блюнота Стингера, известного тёмного кудесника, пытавшегося не то самого Зерефа воскресить, не то власти над чертогами Ада добиться, не то вообще мирового господства достичь. В общем, вот этого величественно-ужасного злодея они вырубили профессионально, быстро и по-заправски - именно так, как уже набившие руку далеко не на одной тяжёлой битве со злом и его последователями драконы расправлялись с тёмными магами. Но пока огненный убийца драконов, жалуясь, что он земли наелся так, что и вкуснятина теперь вряд ли полезет, упорно полз наверх, волоча за собой Гажела, потерявшего сознание из-за того, что ему пробило голову во время падения. - Железяка, - бормотал Саламандр, поскальзываясь на особенно мокрых земляных выступах, но цепляясь за склон так ожесточённо, словно понимал - если сейчас они сами себя не вытащат, то никто и никогда им в этом чужом городе, утонувшем в мартовских промозглых сумерках и готовящемся ко сну, не поможет. - Ты тут, смотри, не вздумай помирать, я этому дураку сейчас наваляю и пойдём пожрём, как и хотели! В груди у огненного болезненно сжалось, когда на свои призванные подбодрить не то раненого железного дракона, не то его самого речи он даже мычания полуживого не услышал. И тут, зависнув буквально на пол-пути между глубокой ямой и уже начавшей казаться такой желанной, несмотря на загрязнённость и холод, поверхностью, Нацу ошеломлённо выругался. Сначала от того, что вроде бы добротно сбитый их синхронным ударом с ног мужик встал и, качаясь и размазывая кровь по разбитой голове и нервно задёргавшемуся лицу одной рукой, выставил вперёд вторую и открыл уже было рот, чтобы произнести своё уже единожды повергшее их в бездну: "Падите". Потом Нацу просто опешил от того, что совершенно непонятно откуда взявшаяся сила налетела шквальным ураганом на готового к атаке брюнета и сбила его с ног, унося чёрт бы его знал куда и лишь глухим ударом ударившегося о стену тела знаменуя то, что повелевающего гравитацией волшебника вывели из строя. И даже не то, что какой-то неизвестный решил вмешаться в их с Гажелом битву и помочь им одолеть оказавшегося довольно сильным задаваку, повергло Драгнила в такой неописуемый шок. А то, что силой, налетевшей на загорелого волшебника, оказался лёд. Мать его, тонна просто заполонившего эту несчастную улицу льда! Лёд, перемежающийся незнакомыми магическими материями, какими-то всполохами, искрами, вспышками, но всё равно до скручивающей внутренности в сплошной витой жгут тоски похожий на тот, каким колдовал кое-кто, кого уже почти все в "Хвосте Феи" вычеркнули из списка живых и здравствующих... Хотя, чего это он, одёрнул себя Нацу, благодаря остающегося пока недосягаемым его взору спасителя и вспоминая сегодняшний скептицизм Гажела. В конце концов, помимо Греича, он как минимум знавал доставившего его другу и Джувии целую тонну проблем Леона Бастии. Тот, как-никак, тоже был ледяной. Тира умеет колдовать льдом. Так что, похоже, стальной прав. На Грее Отмороженном, как представителе класса ледяных магов, свет белый клином точно не сошёлся. А он, как и Джу, просто не желая верить в смерть лучшего друга, придумывает себе то, чего на самом деле и нет вовсе. Когда огненный убийца драконов смог всё-таки вытащить своего железного друга, который всё так же был без сознания из-за схлопоченной в полёте под землю травмы, он даже растерялся на несколько минут, стоя, придерживая раненого Гажела и таращась на всё, что творилось наверху, с непонимающим видом. Лёд неистовствовал, принимая разные формы и разнося всю округу, в шквале холодных острых осколков, разящих ещё пытающегося отстреливаться мужчину, виднелись то зеленоватые пронизанные тьмой лучи, то светящиеся и кровоточащие магические письмена, то вообще невероятной силы сгустки злой волшебной энергии... И на фоне всего этого ужасающим аккомпанементом разливался хрипловатый мальчишеский голосок: Раз-два-три-четыре-пять, Время головы срубать, Время всех душить подушкой Или заживо сжигать... Время глотки разрезать, Время глазки выжигать, Время вешать всех и всюду, Это время убивать!.. - Что за чертовщина? - Нацу и растерявший всю свою важность тёмный волшебник даже не осознали того, что произнесли эти слова хором. Самым страшным во всём этом откровенно потустороннем зрелище было то, что самого колдующего видно не было. Стихия бралась словно из ниоткуда, а издевательски наслаждающийся своей песенкой голосок казался не принадлежащим кому-то живому, а просто порождением этой обрушившейся на мага, повелевающего гравитацией, стихии. Знали бы что Нацу, что Блюнот, что находящийся сейчас в тяжёлой травматической отключке Гажел, что сбежавшиеся на шум и грохот и боязливо наблюдающие за всем этим из своих укрытий горожане, что ставший всему этому причиной волшебник сейчас лихорадочно высвобождал все запечатанные в нём источники силы и матерился, не понимая, почему чёртова магия сокрытия на нём срабатывала совсем не так, как на Мар де Голле и остальных членах "Тёмного Братства". Почему-то, когда колдовали его мать, отец и их соратники под покровом этого волшебства, попавшая в их руки жертва вообще не понимала, что с ней происходит, потому что её убивало вообще непонятно что и непонятно откуда. То есть в такие моменты даже стихия их магии была никому не видна. У Фулбастера-младшего же проблема была в том, что магия сокрытия прятала лишь его тело, выставляя напоказ стихии, которыми он колдовал. Грей ещё во время предыдущих своих вылазок это заметил, но, если тогда ему на это было ровным счётом наплевать, то вот сейчас, когда в яму рухнули два его лучших друга, сражённые Блюнотом, из-за которых, собственно, он и кинулся на Стингера совсем не тогда, когда планировал, ему ну совсем не на руку это было!.. Да, его самого никто не видит, но Нацу и Гажел далеко не идиоты, могут почуять, чьи руки исторгают этот разящий в обнимку с новыми для него магическими приёмами лёд, и тогда Грею Отмороженному и его жестоко ударившему по всей гильдии во благо будущей миссии вранью конец. Чёрт, кольнуло душу Отмороженного, когда он, поначалу обрадовавшись, увидел, как Нацу выбрался из разрытой для них Стингером ямы, волоча на себе Гажела, а стальному-то крепко прилетело, вся голова в крови, и даже не понять, живой он или нет... Фулбастер продолжал забивать противника, искренне надеясь на то, что местные помогут подлечить Редфокса и приведут в чувство Нацу, который таращился прямо сквозь толщу мечущегося во тьме льда и словно старался увидеть там силуэт того, кого хвостатые схоронили в конце декабря. Ладно, ожесточённо тесня израненного Блюнота и понимая, что ещё несколько атак - и тот загнётся, решил Грей, надо добить этого любителя раздавить своих жертв силой гравитации, и рвать отсюда когти, пользуясь тем, что Нацу не видит его самого и не сможет встать на его след, стоит ему просто начать удирать и не применять магию...