Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

- Что значит “расформированной”?! Все аж замерли. Появления ещё трёх убийц драконов здесь сейчас никто не ожидал. А всё случилось до неприличия просто - отправившись на поиски Лисанны, Гажел, Стинг и Роуг заспорили, стоит ли сообщать сейчас Мираджейн и Эльфману о том, что их младшенькая сестрица пропала. Правда, перед этим стальной и теневой посвятили светового убийцу драконов в причину странного беспамятства, напавшего на Джувию Локсар, и тот долго и громко возмущался поступком Люси, не в самой приличной форме заявив, что, кажется, вместе с беременностью у неё атрофия мозговых извилин наступила. После этого и завязался у парней спор о том, сказать Штраусам о пропаже сестры, или посмотреть, чем кончатся их самостоятельные попытки поисков. Роуг ни с того ни с сего потянул друзей в гильдию, заявив, что они, как близкие родственники, имеют право об этом знать, Стинг же не хотел их волновать раньше времени и упирался, говоря, что лучше покуда обождать, что, быть может, они сами отыщут Лисанну, наваляют её обидчикам, и, таким образом, проблема сама решится... В итоге всех в "Хвост Феи" потащил Гажел, встрепенувшись из-за неожиданно оглушившего их троих, да и всех, кто находился сейчас в радиусе километра от здания гильдии, раската грома и почуяв, что по соседней улице в сторону гильдии пронеслась перепуганная до полусмерти Кана. - Что это? - Прохиндей так опешил, что даже отвлёкся от спора с Жалом и про свои попытки доказать ему необходимость рассказать Мире и Эльфману, что Лис пропала, начисто позабыл. - А это, братцы-кролики, - помрачнел Гажел, поводя ноздрями и прислушиваясь, - гнев Лексуса Дреера. Не знаю, что там творится, но, раз Альберона туда помчалась, думаю, и нам лучше сейчас заглянуть туда. Не дожидаясь ответа от растерявшихся друзей, стальной без лишних церемоний схватил обоих за воротники их курток и поволок за собой, помчавшись в "Хвост Феи". Распахивать дверь с ноги, как он обычно делал в таких ситуациях, Редфоксу даже не пришлось - двери попросту уже не было. И вот, ворвавшись в разгар творящегося в "Хвосте Феи" безумия, он аж стальным столбом застыл, услышав слова мастера о расформировании гильдии. - То и значит, Гажел, - не глядя никому из смотрящих на него с недоумением и страхом хвостатых в глаза, медленно произнёс мастер. - Во имя безопасности и сохранения жизней каждого из вас я принял решение о расформировании гильдии "Хвост Феи". Настоятельно рекомендую вам после того, как я разобью Сердце Гильдии, - он приподнял заговорённую печать так, чтобы всем было хорошо её видно, - разъехаться, да подальше друг от друга. Особенно это касается конфликтующих сторон. Думаю, меня все тут прекрасно без лишних объяснений поймут. - Если это и был тот мир, которого хотела добиться Люська, можешь передать ей мои поздравления, - мрачно процедил Гажел, глядя на еле поднявшегося и отряхивающего сажу и копоть с разбитых рук Нацу. После этого он перевёл взгляд в ту сторону, откуда ощущался след Каны, и опешил, увидев её без сознания на руках у Полюшки: - А с гадалочкой-то что?.. - А за это уже мне надо спасибо сказать, - глухо произнёс Лексус, даже головы не поднимая. - Я пытался шарахнуть Саламандра Законом Феи, а Кана влезла в самый опасный момент... Как видишь, этот огненный говнюк живее всех живых, а девушку свою я покалечил. Столько ненависти к самому себе сейчас проступало в голосе раздавленного морально чередой последних событий громовержца, что даже обычно находящий порцию грубоватых шуточек или призванных встряхнуть высказываний стальной замолк, чувствуя, что его и без того рухнувший к чертям мир снова зашатался, грозя обвалиться ещё на десяток уровней ниже. А мастер не стал более ничего и никого ждать и просто подбросил печать вверх, произнося длинное и путаное заклинание и нанося падающей как раз на уровень его роста печати удар, в который он вложил всю свою силу Богоизбранного. - Да разобьётся же Сердце Гильдии! - последнее, что довелось услышать хвостатым перед тем, как на минуту погрузиться в жуткий пространственный вакуум без звука, запаха, наполненный режущим глаза до крови из-под отяжелевших век светом и давящий до такой степени, что на ногах получилось устоять далеко не у всех. Во время пребывания в этой искажённой мощнейшим магическим выбросом реальности каждый, кто состоял в "Хвосте Феи", ощутил нечеловечески болезненное жжение на тех местах, где у каждого из них стояла метка гильдии. Мастер знал, что точно такое же жжение и дурноту сейчас почувствовали и те, кто в гильдии не находился, ведь разбитое Сердце Гильдии могло до всех добраться. Взгрустнулось ему, когда он подумал о том, как недоумённо сейчас смотрит на своё бедро Джувия, не понимая, куда же пропала голубая метка, про момент появления которой, теперь, как оказалось, она и не помнит вовсе. Или, к примеру, как хватается за спину Тира, вскрикивая от боли, как подбегает потом к зеркалу и не понимает, а куда же пропало её клеймо, свидетельствующее о её принадлежности к хвостатым. Для Леви пропажа метки гильдии со спины тоже, скорее всего, станет полной неожиданностью, возможно, после своего побега маленькая словесница отважится наведаться в Магнолию или хотя бы выйти на связь с кем-то из согильдийцев, дабы узнать, что произошло... О том, что сейчас испытает Грей после приступа жжения в области груди, когда присмотрится и поймёт, что метки гильдии на нём больше нет, Макаров предпочёл вообще не думать. Жестоко всё это выглядело, он даже догадывался, что Отмороженный подумает, будто его решили изгнать заочно, скинуть заранее, как ненужный балласт, посчитали, что не нужна ему эта отметина, раз в "Хвосте Феи" его мёртвым все считают... Но дороги назад уже не было. Убийственная сила древнего колдовства потихоньку рассеялась, уступая место тяжёлому молчанию и настороженному оглядыванию заметно осиротевших без столь привычных отметин частей тел притихшими волшебниками. - Всё, теперь никто из вас никому ничем не обязан, теперь вы все свободные волшебники, никакой магической связи между вами нет, - устало выдохнул Макаров и побрёл прочь, давая тем самым понять, что больше тут говорить не о чем. Разваленное напрочь здание гильдии теперь восстанавливать было незачем, собираться здесь было больше не для чего... Кто-то под влиянием эмоций бросился прочь, кто-то ушёл медленно, кто-то уселся чуть ли не там же, где и стоял. Но всех объединяло одно - подавленность, растерянность и искреннее непонимание того, куда идти дальше и что вообще делать. На этой почве даже то, как Лексус удалился с Полюшкой в ещё уцелевший госпиталь ждать, чем закончатся попытки вылечить пострадавшую от Закона Феи Кану, и то, как Нацу увёл схватившуюся за живот и побледневшую лицом Люси, не особо как-то заметили. - Что ж... - поглядывая на нервно закуривших Жала с Прохиндеем, Гажел плюхнулся рядом с ними и тоже решил задымить. - Как бы то ни было, нам один хрен надо топать туда, куда мы изначально собирались. Чего теперь тут рассиживаться, от того, что будем жевать сопли на развалинах гильдии, наше дело не сделается. - И откуда у тебя только силы находятся? - нервно раздирая пальцами всклокоченные светлые волосы, в которых ещё виднелись бурые полосы запёкшейся крови, произнёс Стинг. - Хорошо, - процедил стальной, понимая, что, если сейчас он не тряханёт как следует расклеившегося Эвклифа, то тот предастся окончательному унынию. Встав на ноги и нависнув над Жалом, тоскливо пускающим кольца сигаретного дыма в продырявленный после боя Нацу и Лексуса потолок, Гажел понизил голос так, чтобы остальные его не услышали, и добавил: - Думаешь, от того, что ты будешь сидеть и страдать от развала "Хвоста Феи", Лисанна сама по себе найдётся? Подумай о том, что ты тут сидишь, более-менее здоровый и живой, а она неизвестно где, неизвестно у кого, и с ней одному Зерефу известно, что могут сотворить! Подумал? - не дождавшись ответа, Редфокс рывком схватил за локоть светового, заставил его подняться и рявкнул: - Кончай тут курить, как девочка на окошке, поднимай свою драконью задницу и погнали отсюда! За Каной присмотрит Полюшка, а остальные и без нас разберутся, что делать! - Гажел прав, - Роуг тоже встал и вместе с волокущим зажавшего сигарету в зубах Стинга Гажелом направился к выходу из гильдии... точнее, к тому, что от выхода осталось. - Кстати, - пошарив в карманах куртки, Прохиндей выудил оттуда телефон, - позвоню пока Тире, объясню, что случилось. А то она, поди, совсем там обалдела, бедная, не знает, куда с неё и с Джувии метки "Хвоста Феи" подевались... - Стойте, вы трое! - внезапно окликнул их мастер. - И попрошу задержаться Миру и Эльфмана! - Ась? - обернулся Гажел, не понимая, а что в такой момент могло понадобиться от них Макарову. Мираджейн под руку с Фридом, а Эльфман - со своей молодой женой Эвер, тоже вернулись, откровенно недоумевая, с чего это мастер (ах да, чёрт побери, и не мастер же он им уже никакой) просит их вернуться, когда всё яснее ясного. - Я так слышал, вы Лисанну искать намылились? - пристально посмотрел дедуля на трёх нервно подобравшихся убийц драконов. Словно нутром чуя что-то очень нехорошее, все трое быстро закивали, и Гажел с Роугом тут же покосились на побелевшего лицом в ожидании хоть какой-то информации о направлении поисков Стинга. Блондин аж сжал кулаки и замер, словно натянутая до предела тетива, готовая вот-вот выпустить смертоносную стрелу, и его напряжение невольно передалось всем, даже ещё не до конца понимающим, в чём дело, Мире и Эльфману. - Что значит "Лисанну искать"? - посмотрела дьяволица на мастера, потом на трёх убийц драконов. - Что случилось с моей сестрой? - Её... - хотел было начать объяснение обстоятельств её пропажи Жал, но его тут же перебил тяжело вздохнувший и в который раз за столь короткий промежуток времени не сумевший сдержать слёз бывший мастер "Хвоста Феи": - Лисанну убили. Так что можете уже никого не искать, а лучше готовьтесь к похоронам. - Что?! - выдохнул Стинг, чувствуя, что земля уходит у него из-под ног, в груди становится болезненно жгуче, словно кто-то раскалённый штырь в самое сердце засунул, и даже не осознавая, что горькие драконьи слёзы страшной потери сами брызжут из его очей, жутко покрасневших из-за сетки разорвавшихся в глазницах капилляров. - Нет... не может быть... - Роуг уже и забыл про то, что собирался позвонить Уртир, отступая шаг за шагом, упираясь спиной в чудом уцелевшую после драки между Нацу и Лексусом стену и понимая, что в ещё одну смерть он от шока даже поверить пока не в силах. - Откуда?.. Откуда такая информация? - выпалил Гажел, хватаясь за голову и ощущая предательски подобравшуюся к самому драконьему сердцу панику. Пытаясь скрыть этот ужас за вопросами, которые он один за один выплёвывал в лицо дедуле, он готов был поклясться - даже у его железной крыши есть предел выдержки, который, кажется, только что был достигнут. Да что, чёрт возьми, происходит, таращил красные глаза в пустоту перед собой стальной - сначала Отмороженный, потом его матушка, теперь вот и Лисанна?! Словно не желая признавать очевидного, он внезапно схватил Макарова за плечи и чуть ли не душу из него вытряхивать начал, выкрикивая ему в лицо: - Где доказательства? Где тело? Кто её убил? Как это случилось?! Откуда ты об этом узнал?! Где-то позади него истошно зарыдала Мираджейн, упав на колени, но теряющему способность адекватно соображать Гажелу сейчас даже не хватило ума успокоиться, отпустить болтающегося в его руках, как тряпичная кукла, Макарова и попытаться привести впавшую в истерику дьяволицу в чувство. Ну здесь хотя бы Фрид моментально среагировал, хотя и сам был раздавлен свалившимися на его голову новостями ничуть не меньше прочих. Схватив девушку в охапку, он так крепко её обнял, что со стороны могло показаться, будто старшая из семейства Штраус одержима демоном, а маг письмён сдерживает её, дабы та ни на кого не напала в припадке своего безумия. Зато вот Эльфман, услышав о смерти сестрицы, в отличие от остальных, сначала ни слова не проронил, лишь застыл, опустив голову и изо всех сил пытаясь спрятать начавшие душить его слёзы. Но потом он выпрямился, с ненавистью глядя на согнувшегося так, будто его в солнечное сплетение ударили, Жала. Эльфман Штраус нашёл того, кто, по его мнению, оказался виновен в гибели его малютки Лис. - Чёртов недобитый дракоша! - внезапно пророкотал он, принимая облик зверя и стремительно подходя к даже не предпринявшему попытки хотя бы прикрыться от явно намечавшейся в его сторону атаки световому. - Ты не мужик, ты просто шматок драконьего дерьма! Я размажу тебя за то, что ты не смог отстоять мою сестрицу! Ты недосмотрел за ней, и из-за тебя её убили! Ты не имеешь права на жизнь после этого! - Э, слышь, ты чего творишь-то?! - Гажел моментально оставил свои попытки вытрясти из Макарова доказательства гибели Лисанны и имена её убийц и развернулся, уже готовый метнуться озверевшему во всех смыслах этого слова Эльфману наперерез. - Давай, - омертвевшим, осипшим голосом прошептал Эвклиф, выпрямляясь рывком. И такая в его голубых драконьих очах стояла сейчас лютая ненависть к самому себе, что даже Роугу тошно стало. Несколькими минутами ранее та же эмоция была видна во взоре ушедшего с Полюшкой Лекса. - Ты прав. Я заслужил. Тем более, не вижу смысла без Лисанны продлеваться. Если ты меня сейчас прикончишь, я буду тебе очень признателен... - Эльфман Штраус! - окликнула своего обезумевшего от горя и ярости супруга Эвер. Тот обернулся, просто поддавшись рефлексу... и очень зря, как оказалось. Девушка смотрела на него в упор, а очки фигуристая шатенка сжимала в руках, причём с такой силой, что, казалось, тонкая чёрная оправа вот-вот разлетится в щепки, разодрав в кровь её дрожащие пальцы. В следующий же миг Эльфман оказался обращённым в каменную статую, даже не успев сменить обличье зверя на свой обычный, человеческий вид, который, к слову сказать, был ничуть не менее внушителен. - Ну ты даёшь, - непроизвольно ляпнул Гажел, вытаращив свои красные глаза на обращённого в устрашающую каменную статую Штрауса. - Ещё мне тут убийств не хватало, - отчеканила девушка, и лишь по тому, как дрогнул её звеневший до этого самой настоящей сталью голос, все поняли - Эвергрин сама плачет. - Он сейчас просто натворит бед, а потом сам же жалеть будет. Тем более, не дело Стинга в этом винить... Мы волшебники, таков наш удел. Мы воюем, подвергаемся нападениям... и гибнем. И на месте Жала, проигравшего поединок и потерявшего любимую, мог оказаться любой из нас. - Зачем ты всё это говоришь? - посмотрела на повелительницу камня Мира, вздрагивая в крепких руках Фрида. - Мы и так всё это прекрасно понимаем, а Эльфи сейчас вряд ли услышит... - Вообще-то, он всё прекрасно слышит, - отрывисто выдохнула Эвер, обхватив себя руками и уставившись в одну точку. Столько всего произошло, что теперь из-за страшной мешанины охвативших всех чувств горя, растерянности, озлобленности, печали и страха никто не решался завести тему про похороны Лисанны. После продлившегося несколько минут напряжённого молчания Гажел окинул всех подёрнувшимся тяжёлым мраком взглядом: - Это что же, нам теперь пустой гроб к могиле Лис волочь? Все аж вздрогнули. Что ж, должен был найтись кто-то, кто осмелится переступить эту черту. И, разумеется, в ожидании ответа все посмотрели на втянувшего седую голову в сгорбленные плечи Макарова, который и сообщил им о смерти Лисанны, а, стало быть, знал обо всём явно поболее остальных. - Получается, что так, - прямого взгляда стального он не выдержал. После этих его слов Мира зашлась в новом приступе плача, Стинг издал сдавленный глухой рык, будто ему в самое нутро острый меч загнали, а все остальные тягостно замолчали. Чёрт, думалось стальному в эту минуту, до чего же, оказывается, тяжело стоять и молча переваривать происходящее, когда, признаться честно, хочется начать после всего этого бегать кругами, выдирать клоками волосы с собственной башки и выть во всю глотку... Но нет - надо было ещё как-то озадачиться организацией похорон младшей из семейства Штраус, пришёл к выводу стальной. Эльфман и Мира слишком раздавлены произошедшим, Стинг теперь вообще на грани сумасшествия... В качестве помощников в этом деле оставались лишь Роуг да Фрид, больше полагаться не на кого уже было. - Давай-ка возьмём Эльфмана, - ткнул Гажел Роуга в бок, видя, что того словно намертво спиной к стене приклеило, и, если сейчас его не расшевелить, то тот так и будет тут торчать, словно его самого в камень обратили. - Предлагаю всем дружно направиться к нам, там девчонки всё-таки остались, им ещё надо как-то всё рассказать... С похоронами у нас всё и порешаем. Продолжая обнимать рыдающую Миру, Фрид с благодарностью посмотрел на стального, как на единственного, кто всё-таки смог сохранять способность трезво мыслить в миг, когда накал жути достиг своего предела, и кроме отчаяния и страха, ничего уже в душе не остаётся, и повёл свою девушку следом за медленно бредущей Эвер и пыхтящими под тяжестью каменного Эльфмана убийцами драконов. А бывший мастер ныне расформированной гильдии "Хвост Феи" Макаров Дреер долго смотрел вслед уходящим прочь ребятам и диву давался тому, как Гажел уверенно повёл за собой всех. Странно, как-то он всегда недооценивал этого казавшегося многим нелюдимым грубияном стального... А он вон как за своих радеет, никому не даёт сорваться в ту пропасть, какая разверзается под душами в минуты крайнего отчаяния. Внезапно пиликнувший в кармане телефон отвлёк старика от его размышлений, дав ему понять, что ему пришло сообщение. Открыв его, Богоизбранный сквозь застилавшие глаза слёзы долго вчитывался в послание от Уоррена, основной смысл которого сводился к тому, что зря он вот так рассказал ребятам о гибели Лисанны... - Да пошёл ты! - крикнул в пустоту пожилой волшебник, отправляя телефон в полёт до той самой стены, у которой не так давно находился Роуг. И уже тише, глядя на то, как его прошедший огонь, воду и медные трубы аппарат разлетается в разные стороны на осколки от силы удара, Макаров добавил: - Они имели право знать правду... хотя бы в случае с Лисанной.