Причина и следствие

Акнология летела низко над лесом, иногда задавая верхушки деревьев коровьей тушей, стараясь быть менее заметной. Вылазки в деревню и так привлекали слишком много внимания. Группа местных жителей, уже наведывалась в пещеру, и оставался лишь вопрос времени, когда на их поиски придут маги из гильдий, а вслед за ними и из совета. Но деваться было некуда. Крупная дичь покинула местный лес. Единственная надежда была на то, что Гелия встанет на крыло раньше чем слух о месте нахождения черного дракона дойдёт до Эры. Надежда. После встречи с Игнилом в жизни Акнологии ее стало слишком много. Первые три месяца она посвятила уничтожению остатков ордена истребителей. За века отсутствия в Фиоре драконов орден значительно уменьшился, и из нескольких десятков баз осталось только пять, куда и было собрано все ценное из остальных убежищ. Эти три месяца жизнь Акнологии была проста. Она шла от одной базы к другой, задерживаясь в некоторых на неделю, изучая записи ордена, а вечерами разговаривала по мысленной связи с Игнилом. За это время она смирилась с тем, что все эти годы безумно скучала по красному дракону, и где-то на задворках сознания появилась надежда, что все может и не будет как раньше, но будет очень похоже. Пока в одно утро она не смогла принять человеческую форму. Осознание своей беременности выбило черного дракона. Не зная, что делать она металась по лесу в человеческом теле покрытым чешуей, размахивая хвостом и крыльями, безуспешно пыталась связаться с Игнилом. К вечеру, когда сил уже не было держать даже такую форму, Акнология ушла вглубь леса и, расчистив небольшую поляну от деревьев, уснула, свернувшись клубком. К утру, паника сменилась страхом. От мысли, что Игнил может забрать дракончика, Акнологию охватывал ужас. Заблокировав насколько это возможно связь с драконами, она полетела в первое место, которое пришло ей в голову. Раньше здесь был рай для драконов. Огромный лес, окруженный непроходимыми болотами, был полон крупной дичи. Несколько горных хребтов делили зеленый массив на четыре части. Пересечь болота люди не могли, и как следствие об истребителях местные драконы знали только из рассказов изредка залетавших гостей. Так же болота не давали проникнуть в лес хищным животным, и олени с лосями активно плодились на радость единственному хищнику на многие километры, а те же болота не давали им возможности покинуть приделы границы стаи. Именно здесь она вылупились из яйца, выросла и отсюда начала познавать мир. Но её здесь не было слишком долго. Даже во время своего изгнания она старалась держаться как можно дальше от болота. Слишком тяжело далась эта свобода. Обычно самки драконов легко покидали место, где вылупились, улетая с драконом из другой стаи, именно так ее мать ледяной дракон оказалась так далеко от северных земель, где раньше находилась небольшая стая ледяных драконов. Но чем сильнее самка, тем меньше было у нее шансов покинуть стаю. Чаще всего они создавали пары с сильнейшими драконами стаи, в которой родились, что бы продолжить их род и возможно увеличить его силу. Вожак стаи, в которой родилась Акнология, был еще слишком молод, что бы на его место кто-то рискнул бы претендовать, но уже достаточно стар, что бы понимать, что его век правления не будет длиться вечно. Он хотел видеть вздорную дракониху в паре со своим сыном. Но ни смотря на хорошие отношения с сыном вожака, которого она знала еще до того как им стали пророчить светлое будущее, у Акнологии были свои планы на жизнь, и провести ее в стае у нее не было ни малейшего желания. Тогда она хотела приключений, увидеть мир. Возможно с несносным фиолетовым драконом, с которым она пару раз сбегала за болота. И она не сомневалась, будь она чуть слабее, а он не сын вожака их бы отпустили. Бой за свободу. Именно так драконы покидали родные места, полные гонора и иллюзий об окружающем мире. После их судьба складывалась по-разному, но чаще всего они находили свой последний покой на территории другой стаи. Драконы не любили одиночек. С неизвестной силой и целями они представляли слишком большую угрозу, и почти каждый вожак, стараясь обезопасить себя, приказывал уничтожить любого незваного гостя без выяснения причин. Наверное, знай, вожак, будущее своей подопечной, он бы ни дал и шанса выйти ей победительницей. Правда если бы сама Акнология знала, как сложится ее жизнь, да и жизнь всех драконов после ее ухода и свою роль в этом, то и не стала бы пытаться. Но тогда почти тысячу лет назад, зализывая поврежденное в бою крыло, она была охвачена предвкушением чего-то нового, неописуемого, невероятного. Но это было давно. Когда же Акнология прилетела после долгого отсутствия, все изменилось. Болота высохли, превратившись в плодородные земли, на которых люди возделывали поля и пасли скот. Местные жители гордились тем, что в состоянии обеспечить весь Фиор пшеницей. Лес, в котором Акнология под руководством своего отца училась охотиться, сейчас был почти полностью уничтожен, и на его месте стояли сотни мельниц. Первые два года прошли относительно неплохо. Хоть Акнология и чувствовала себя обессиленной, после появления яйца, но большой запас магии позволял полностью игнорировать все требования организма. Количество дичи в лесу было достаточным, что бы прокормить двух драконов, а подземное озеро хоть и обмелело, но по-прежнему оставалось пригодным для питья. И лишь в последние полгода ночной образ жизни начал давать о себе знать. И как назло крупные звери поняв, что появился более опасный хищник, чем человек, покинули лес. Единственным радостным событием за последние полгода было то что чешуя Гелии уже была достаточно крепкой что бы, люди не смогли причинить ей вред. По крайней мере, обычным оружием. Звук собственного имени застал Акнологию врасплох. Замерев в воздухе, она пыталась увидеть обладателя голоса, и убедиться, что ей не мерещится. И лишь после второго окрика, она втянула воздух принюхиваясь. Ошибки быть не могло. Под кронами деревьев находился Игнил. После очередного оклика Акнология бросила тушу и, не оглядываясь, полетела к пещере, лихорадочно соображая, что сказать огненному дракону, что бы тот убрался домой. Сейчас соревноваться с Игнилом в скорости и силе, было сродни безумию, лишь запах Железной драконихи давал надежду на то, что она не даст ему пустился в погоню. Но надежда была настолько призрачной, что Акнология на это не рассчитывала, сейчас ее главной целью было успеть спрятать Гелию в пещере, до того как огненный дракон доберется до горы. Но заметив человеческие фигуры возле входа в пещеру мысли об огненном драконе отошли на второй план. Приземлившись на гору, чуть выше площадки, Акнология отбросила незваных гостей хвостом, и уже приготовившись их уничтожить, услышала крик. — Акнология, пожалуйста! Выдохнув лишь воздух, черный дракон посмотрела на светловолосую девушку, к которой толи, прячась, то ли защищая, прижался синий кот. Рядом полусидела, облокотившись на скалу красноколосая воительница. Уже понимая, кто заявился к ней, она посмотрела сначала на темноволосого парня, а после на оболочку дочери Грандины. Их имена она не помнила, но вот имя оболочки своего сына она знала. Когда-то она сама выбрала это имя для еще не вылупившегося дракончика, так же как и имя Гелия выбрал Игнил. На нем она и остановила свой взгляд. — Что вы здесь забыли? Маги хоть и вздрогнули от рыка дракона, но Акнология заметила, как все выдохнули с облегчением. Нацу порывшись в рюкзаке, достал помятый лист и, улыбаясь, показал черному дракону. — У нас задание. S-класса. По тому, как была сказана последняя фраза, было ясно, что парень безумно горд этим фактом. Какой реакции он хотел добиться непосредственно от нее, Акнология не понимала. По ее мнению она в последнем разговоре вполне четко объяснила свои чувства к нему, но задание прочла, и, убедившись, что там нет и намека на то, что именно она разоряет местные фермы, тихо прошипела. — Вон. У вас одна минута. Маги тут же подскочили и начали собираться. Черный дракон наблюдала за тем как двое парней, подхватив бледную девушку, пошли к извилистой тропе. За ними пошла и светловолосая обнимая живот руками. Лишь девчонка Грандины осталась стоять на месте, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь побороть свой страх, и что-то спросить. — Мама, там кто-то летит! Все кроме Акнологии повернулись в сторону горизонта. — Гелия, в пещеру! Сама же дракониха метнулась вверх по горе, не обращая внимания, как маги кинулись вслед за дракончиком. Выдохнув столб синей магии, Акнология смотрела, как та попал в грудь Игнилу, останавливая дракона. — Вот так тебе и приветствие. Хочешь поиграть? Выругавшись про себя, на дракона, который всегда все понимал, так как он хочет, и чаще всего строго противоположно от изначального смысла, Акнология ударила хвостом по горе, обваливая несколько камней вниз. — Уходи. Ответом ей был залп огненной магии. Прикрыв морду крыльями она в очередной раз обругала дракона, но теперь уже по мысленной связи. — Я переборщил? Непринужденный голос красного дракона раздался над ухом. В слепую ударив хвостом, мысленно надеясь попасть по нагло ухмыляющейся морде, Акналогия расправила крылья и, осыпав поляну серебристой пылью взлетела, пытаясь, напасть сверху пока Игнил не отошел от удара, но как только ее лапы коснулись цели, тело красного дракона начало меняться, затягивая ее в водоворот магии трансформации. Этот эффект она видела лишь несколько раз, когда Грандина не давала полностью перевоплотиться молодым драконам, которые по какой-то причине потеряли контроль, но на себе она ни разу не ощущала. Обычно после этого то ли заклинания, то ли побочного действия магии трансформации драконы наотрез отказывались принимать человеческий облик. И Акнология поняла почему. Обычно абсолютно безболезненная трансформация в принудительном порядке больше напоминала мясорубку. По лесу разнеся болезненный крик. Если резкое превращение в человека впервые за последние два с половиной года, было просто больно, то от падения на так и не зажившую спину в глазах потемнело, а по щекам потекло что-то мокрое. Попытка повернуться набок, что бы хотя бы откашляться была пресечена Игнилом, который сразу навис над чёрным драконом, заломив руки за голову. — Я победил, — Игнил расплылся в улыбке и уже хотел, что-то еще сказать, когда заметил состояние драконихи, тут же опустив ее руки. Акнологии потребовалось несколько минут, что бы справится с человеческим телом и приподняться на локте. Пытаясь не думать, как сейчас выглядит ее человеческое обличие, по расширенным глазам Игнила было ясно, что-то, что на драконьем теле можно было рассмотреть при свете солнца, сейчас на обнаженном человеческом стало отлично видно. Храбриться, делая вид, что все нормально больше не имело смысла. — Уходи, — тихий голос прозвучал более жалобно, чем она рассчитывала. — И не подумаю. — Игнил встал и помог встать девушке. Осмотрев слишком бледное тело, он сглотнул. Аккуратно проведя рукой по ее лицу, дракон дотронуться до чёрных чешуек возле волос, и проведя по ним рукой, наблюдал за тем, как тонкие прозрачные пластинки отслоились от чешуи, оставаясь у него на пальце. Это было бы нормально, если бы у нее сейчас была линька, но выступающие ребра, свежие ожоги от его пламени и так не затянувшаяся за три года рана говорили о том, что процесс обновления чешуи здесь не причем. Аккуратно прижав девушку к себе, он провел рукой по волосам, пытаясь хоть немного их распутать — Ты ледяная. Что с тобой случилось? Почему не позвала? — Игнил попытался чуть отстранился, и заглянуть в ее глаза, но Акнология лишь сильнее прижалась к источнику так необходимого тепла. — Что вообще происходит? — А ты еще не догадался? Игнил посмотрел на подошедшею Металликану, которая бросив тушу коровы, направилась к пещере. — Выходи, не бойся. Эти двое, которые зовутся твоими родителями, успокоились.