Глава 30.Beautiful lie.
10 марта 2015 г., 15:46
Мы довольно быстро собрались, а может, мне так просто показалось. Время, проведенное с Джерардом просто сводило с ума. Час рядом с ним проходил, как пять минут, а пять минут и вовсе — секунда! Звучит, конечно, глупо и немного влюбленно, но это так.
Мы не делали ничего такого, что делают влюбленные пары. Мы только баловались, шутили, а когда Джерард вновь собирал сумку, я рассматривал его. Он не выглядел таким, каким был раньше. Его внешний вид сводил меня с ума, правда. Чересчур женственный, до одури красивый, и он был сейчас девушкой. И знаете, что? Мне нравилась эта девушка. Наверное, из-за того, что я прекрасно знал, что скрывается под этой клетчатой юбкой. Он кокетничал со мной, но это меня не раздражало, а лишь смешило и безумно привлекало. Алиса, иногда в шутку, когда мы успокаивались, клала ногу на ногу и игриво улыбалась мне, невинно хлопая глазками. Сделав это другая девушка, меня бы либо вырвало, либо я просто встал и ушел, но как делал это он… черт, я просто терял голову. Может, со стороны это выглядело глупо, но мне так не казалось. Джерард был слишком красив сейчас, хотя и раньше я и не думал, что он страшный, но все-таки сейчас он был особенным.
Он закинул черный маленький, но тяжелый рюкзак на плечи, и мы пошли на остановку. Алиса взяла с собой только нужные вещи: джинсы, две футболки, пару трусов, носки, огромную папку с рисунками и полароид, который весит тонну. Он положил ключи в карман огромной бесформенной куртки и посмотрел на меня с улыбкой. Я улыбнулся в ответ, почувствовав себя неловко.
Джерард явно что-то замышлял. Кончики его пальцев коснулись моих, и я уже был готов отдернуть руку и сказать: «Ты что? Нас же все видят! Это Джерси, а не Сан-Франциско», но потом до меня дошло. Он сейчас в образе моей девушки; Джерард сейчас играет роль милой, немного готичной девушки Алисы, которая любит носить бесформенные вещи и флиртовать с парнями.
«Она» еще раз улыбнулась мне, как бы говоря «Давай же, Фрэнки, сейчас мы играем по правилам», и я не мог ему отказать. Я взял его за руку, и тот улыбнулся еще шире, повернув голову прямо. Такое впечатление, будто не мне шестнадцать. Он уже довольно взрослый парень и радуется таким мелочам. Мы просто идем, взявшись за руки, а он сияет, как рождественская елка. Я рад, что могу сделать его счастливым, но это немного странно. Нет-нет, мне тоже нравится держать его холодную руку, которая стала для меня уже родной, но чувство подвоха меня не покидало.
Уэю не всегда достаточно просто держать меня за руку, я уверен в этом. Он взрослый парень и иногда ему не хватает секса. Это слово, как по мне, слишком безобразное, но заменить его я не мог. Так же я не мог поговорить об этом с Джерардом. Мне было слишком неловко спрашивать у него… не дрочит ли он на меня ночами, и не хочет ли он меня изнасиловать? Хоть мы уже довольно долго встречаемся, но я еще не готов к подобным разговорам. Они слишком-слишком-слишком интимные.
Мы не сказали друг другу ни слова, когда шли к остановке, даже в самом транспорте мы не проронили не словечка. В автобусе Джи без слов протянул мне один наушник, и мы так до Бельвилля молча ехали, слушая музыку. До следующего автобуса у нас оставалось всего ничего. Полтора часа, а нам еще нужно собрать мою сумку, отпроситься у мамы, и поехать в Трентон к главному саду, где обычно останавливаются автобусы. Полтора часа и мы в Нью-Йорке.
Я волновался и меня чуть ли не трусило от волнения, и я уже готов был отпустить Джерарда одного, но он был настроен решительно. Художник ясно дал мне понять, что без меня он никуда не поедет, хоть эта поездка многое для него значила. И вот мы — все так же без слов — дошли до моего дома, и нас отделяла всего минута до разговора с матерью. Мои руки предательски дрожали, когда я пытался дотянуться до звонка, но ее тут же остановили.
— Фрэнки, успокойся, — он вновь обхватил мою ладонь и посмотрел в упор. Я повернул голову и встретился с его изумрудными глазами, которые перехватывали мое дыхание. — Все будет отлично, и мы через три часа будем в Нью-Йорке гулять по шумным улицам, — конечно, его слова меня не успокоили, да, на душе стало тепло, но не более. Волнение никуда не ушло. Но он смог это исправить. Быстро чмокнув меня в губы, Алиса нажала на дверной звонок и послышались шаги мамы. — Все будет от-лич-но.
Не прошло и минуты, как дверь дома открылась. Мама была очень сильно удивленна. Ее растрепанные короткие волосы — немного длиннее чем у Джерарда, — но по оттенку были точно такими же, чуть ли не встали дыбом. Она была сильно удивленна и счастлива. Я хорошо знал маму и мог бы поспорить на сто долларов, что она готова пищать от счастья. Но это было бы не уместно в нашей ситуации,; сейчас она добрая мать, которая разрешает общаться с собой на «ты» и просит называть ее Линдой. Удивленное лицо сменила заботливая и теплая улыбка, которая так и говорила «Я рада тебя видеть, деточка». Нет-нет, она никак не была похожа на те милые улыбки с подвохом, а-ля «Я рада тебя видеть, деточка, но если ты мне не понравишься, то обходи моего сына пятнадцатой дорогой, иначе ощутишь мой гнев».
Моя мама не была из тех безумных дамочек, которые подтирают сопли своим детям, пока на смену мамочки не придет жена. Иногда она вообще забывала про мое существование, но это не означало, что она ужасная мать, наоборот, она давала мне свободу, которой так не хватает на данный момент.
—Ох, Фрэнки, ты не предупреждал, что твоя подруга приедет сегодня. Проходите, добро пожаловать, — мама еще раз улыбнулась и жестом пригласила нас войти. Алиса прошла вперед, и за ее спиной мама сделала лицо, а-ля «Я, конечно, рада за тебя, но черт, почему ты не сказал?», но она не злилась. Слишком счастлива для этого. Когда я успел стать психологом? — Хотите чаю или кофе? — мама была слишком вежливой, и это была не наигранная вежливость.
Но мамина вежливость меня не смешила так сильно, как ожидания ответа от Алисы. У Джерарда далеко не женский голос, поэтому будет забавно слышать, как он изменяет свой тембр и тон. Секунда ожидания, и вот он, момент истинны.
— Ох, я бы не отказалась от кружечки кофе, — твою мать, Уэй, ты не говорил, что у тебя такой мелодичный и нежный голос. Он как будто пел. Да, он был слегка прокурен, но если закрыть глаза, то я бы с уверенностью сказал, что со мной беседует интеллигентная, но слегка брутальная девушка, которой не больше двадцати двух.
Алиса и я сняли обувь, и я, как истинный джентльмен, помог «даме» снять ее бесформенную старую куртку. Мама была явна довольна моим поведением и, немного понаблюдав за нами, побежала на кухню ставить чайник. Когда моя мама ушла, Джерард повернулся ко мне, а я чуть не засмеялся. Черт, когда он научился говорить как девушка? У Джерарда было раздвоение личности, и он утверждал, что он — девушка. Он никогда не рассказывал мне про свое прошлое, может, совсем немного и то… ничего важного. Я не знал, есть ли у него собака, брат, мама или отец, я не знал, когда он стал геем. Я знаю о нем слишком мало, и это пугает, особенно в такие моменты, поэтому не удивительно, что мой подавленный смех сменился страхом, он это заметил, но явно подумал, что это страх перед разговором с матерью.
Мы все так же без слов пошли на кухню, где нас ждала моя мамуля. Она поставила три кружки на стол, а чайник уже стоял на плите. Посреди стола, как обычно стояла сахарница, а в каждой кружке по ложке, банка с кофе и лучезарная искренняя улыбка. Мне стало так тепло от мысли, что если все будет хорошо, то мы с Джерардом сможем иногда сидеть с моей мамой на кухне, пить кофе и говорить о жизни… жаль, что она не приняла мою ориентацию, так было бы намного проще. Мы все вместе сели за стол; первое время мы сидели в тишине, слушая, как кипит чайник, но когда кофе был в каждой кружке, и каждый из нас сделал по глотку, мы начали говорить.
— Как же тебя зовут? — моя мама начала первая задавать вопросы, и я уже сожалел Джерарду. Ох, моя мама довольно разговорчивая, но сдержанная натура. Однако сейчас она навряд ли будет сдерживаться.
— Мое имя Алиса, Алиса Трейд, — похоже на имя какой-то актрисы, будет очень неловко, если мама узнает в нем парня или догадается, что тот врет. Надеюсь, он не сглупил и придумал это имя, а не взял из какого-то порно фильма.
Меня зовут Линда, просто Линда, — моя мама улыбнулась и протянула руку Джерарду. Теперь я стал еще больше волноваться. У моей девушки слишком мужские руки, так что будет немного неловко. Но он без стеснения протянул и пожал маме руку. Хотите посмеяться? Наша Алиса красит ногти. Черт, я еле сдержался, чтоб опять не засмеяться, но как и в тот раз меня накрыла волна ужаса. Как далеко он заходит. Слишком далеко. Такие перевоплощения явно не пойдут на пользу его психическому состоянию.
—Приятно познакомится, мисс Айе.. Линда, — словно забывшись сказал парень, и он был таким милым и вежливым, что я был горд за него. Моя мама будет еще долго говорить какая же Алиса милая девчонка.
—Алиса, расскажи о себе, как вы познакомились, сколько тебе лет, ты же старше моего сына? — эм, а тут мне стало неловко. Я по сути встречаюсь с девушкой, которая старше меня, не так ли?
— Эм, ну, мы встретились месяц или раньше? — он с вопросом посмотрел на меня, а я пожал плечами. — Фрэнки тогда был у вас, и мы встретились на улице. Он гулял, а я проходила рядом. В общем, мы заговорили и обменялись номерами, как-то так, — Алиса замолчала и стала вспоминать, что же еще у нее спросила моя мать. — Ну, мне девятнадцать, я немного рисую, это, наверное, все, что я могу о себе рассказать, — о, да, не густо, но хоть что-нибудь. Итак, нужно немного спасти ситуацию, и вообще-то мы теряем драгоценное время.
— Мам-мам, пока я не забыл. Мы с Алисой собираемся сегодня уехать в Нью-Йорк на выходные, можно ли мне поехать вместе с ни...ней? — я чуть не сдал нас, но быстро исправился и думаю, мама ничего не заподозрила. Надеюсь. Но, видимо, моя мама слишком добра сегодня, поэтому повернулась ко мне с таким лицом, типа «ты нам немного мешаешь». Так же она смотрела на меня, когда мисс Лу приходила к нам играть в покер и посплетничать, а я приходил, чтобы надоедать им. Да, я был несносным мальчишкой.
— Конечно, какие вопросы! Ты уже приготовил вещи? — я отрицательно помахал головой. — Ну, тогда быстрее собирай сумку, а мы пока поболтаем, — вы бы видели сколько безысходности было в этих изумрудных глазах. Он как бы так и говорил «кудатыидешьстойстойянехочувратьей!», но, прости, Алиса, мне нужно бежать. Я улыбнулся и пошел на второй этаж, где находилась моя и мамина спальня.
В своей комнате я слышал обрывки их фраз и мог понять, что все нормально. Пока они пили кофе, болтая, я достал свой школьный рюкзак, которому уже было лет пять, и именно поэтому я не взял его с собой, я кинул туда джинсы, еще одну футболку, пару трусов и припрятанную пачку сигарет. Остальное время я искал свои деньги. У меня был маленький тайник на экстренный случай. И вот этот экстренный случай настал.
Просить у мамы денег я не хотел, поэтому пришлось искать сбережения. Если сказать, что я был расстроен, то это никак вам не передаст всех эмоций. Я был немного подавлен. У меня осталось всего пятьдесят скомканных по десять долларов купюр. Билет в Нью-Йорк стоит пятнадцать долларов в одну сторону, плюс мы будем где-то снимать комнату, что, минимум, стоит двадцать пять долларов за сутки, а еще еда. Черт, я в дерьме, надеюсь у Джерарда достаточно денег. Хотя, что я такое говорю? Ладно, выхода нет. Запихнув эти несчастные пятьдесят долларов в карман джинс, я забросил рюкзак на плечо и спустился по лестнице. Когда я спускался, то услышал громкий смех. Зайдя на кухню, я умилился. Джерард и моя мама смеялись, а кофе так и остался нетронутым.
— Я вижу… вы ладите, — я сел на стул, по пути взяв конфетку из вазочки, и улыбнулся. Это грело мою душу. Они выглядели, как мать и дочь, правда. Я был счастлив.
— Ох, Алиса просто замечательная девушка, — ага, мам, девушка с членом в трусах, ты все так же думаешь, что она замечательная? Но ладно, пусть эта иллюзия идеальной девушки для нее останется таковой. Алиса немного покраснела и отмахнулась рукой.
— Не нужно меня смущать, — он как бы невзначай посмотрел на настенные часы и охнув, поспешил сказать, — Фрэнки, мы обязаны спешить, нам еще ехать до Трентона, а автобус через сорок минут, мы не успеем, если не поспешим и будем ждать до девяти вечера, — мама вместе с моей «девушкой» вскочила и обнявшись, обменялась с ней поцелуями в щечку, а я с моей идеальной «девушкой» побежал к выходу, еще раз попрощавшись. У нас было очень мало времени, так что не стоило тратить его на разговоры.
Мы в буквальном смысле сорвались с места и побежали, как безумные. Это было волшебно. Вечерний зимний воздух Джерси, смех, развивающаяся клетчатая юбка и ощущение победы. О да, это была самая красивая ложь в моей жизни. Я никогда не врал вместе с кем-то, но это было классно, как будто мы какие-то секретные агенты и должны скрывать информацию о собственной личности. Это было круто, хоть и подло. Удача улыбнулась нам, и как только мы оказались на остановке подъехал автобус, который вел к Трентону. Мы сразу же запрыгнули в него и пришлось отдать пару долларов за проезд. Грабеж. Итак, у меня осталось ровно сорок восемь долларов. Черт, еще за проезд туда и обратно в итоге у меня остается не больше двадцати долларов. Боже, а мы же еще должны чем-то питаться. Браво, Айеро, ты как всегда налажал. Настроение тут же упало, и Джерард сразу же это заметил.
— Что такое, милый? — он все еще говорил голосом Алисы. Да, теперь у Уэя есть два голоса: голос Джерарда и Алисы. Как будто в нем два человека, которые мало чем похожи друг на друга. Джерард — немного замкнутый отшельник, который часто грубит понравившимся ему людям; таким способом он себя защищает от окружающего мира. А Алиса… дружелюбная болтушка, которая любит улыбаться моей мамочке. Они две противоположности друг другу практически во всем. Джи — сутулый, прямолинейный художник, Али — манерная вежливая англичанка. И впрямь, у него появлялся акцент во время речи. Как у Лукаса.
— У меня плохие новости. Джи, у меня практически нет денег, как мы будем снимать мотель? — он на секунду поник, но потом словно проснулся от короткой дремоты. Он часто зависал, таким способом обдумывая что-то.
— У меня тоже не все так хорошо с финансами, но мне должны будут выплатить деньги за комикс, где примерно двести долларов. Мы сразу же пойдем в мотель и снимем комнату под залог, а потом оплатим все моими деньгами, окей? — я кивнул, а он продолжил. — Хотя, в принципе, мы можем остановиться в квартире у моей давней подруги, она, кажется, сейчас на гастролях, но, думаю, все так же оставляет ключи в почтовом ящике, — Алиса улыбнулся и достал свой древний мобильник. Ему было лет пять, может, даже семь. Выглядел он как раритет, ей Богу. Он быстро зашел в контакты и выбрал нужный номер. Я, конечно же, первое время пытался не смотреть на экран — это же грубо и некультурно, но любопытство, как всегда, взяло верх. Он звонил «Линдси НЙ». На удивление, она быстро ответила, я даже смог услышать ее голос, потому что у таких моделей телефона был чересчур громкий динамик.
— Какие люди. Уэй, я думала, ты умер от передоза в какой-то канаве или тебя все-таки сплавили в психушку? — милое приветствие. Мне на долю секунды показалось, что Линдси это тоже его друг трансвестит, потому что голос слегка был грубоват, но это, наверное, из-за сигарет и мужского воспитания. Да, она была мужиковата, даже Бевв, которую я считал пацанкой, не стояла рядом с этой Линдси.
— И тебе привет, Лин-З, — он рассмеялся и закатил глаза, а потом посмотрел на меня и прошептал губами «Она всегда такая». — Тут такая тема, я с одним парнем буду на уикенде в Йорке, и у нас полная задница с деньгами. Одолжишь свою нору на парочку дней, или ты там снова устроила бордель? — на том проводе послышался вопль и смех. Там пьянка, очень хорошая пьянка, и эта девушка явно была под кайфом. Почему я так думал? Просто догадки…
— Пф-ф, легко, крошка. Ты знаешь, где ключи, только не соприте ничего, окей? Я буду в понедельник рано утром или в воскресенье ночью, так что, если увижу вас развлекающимися на моей кровати, то пеняй на себя, малышка, — Джерард даже немного покраснел, но рассмеялся, этот смех был наигранным, но я не заметил, что его раздражала эта девушка. Вроде бы он нормально к ней относился и привык к подобным шуткам. — Ладно, мне нужно бежать. Запомни, понедельник утро или воскресенье ночью, — а потом длинные гудки. Парень посмотрел на меня и смущенно улыбнулся, как будто сделал то, чего нужно стыдиться.
— В общем, насчет мотеля можешь забыть. Мы будем у нее, так что кое-как выживем. Мы бы могли сразу же снять номер, но редакция скоро закроется, так что, — он пожал плечами и полез в карман за плеером и наушниками. Я хотел с ним поговорить насчет его перевоплощения и про разговор с матерью, но это явно было неподходящие время. Этот разговор не для автобуса.
