Сосчитай до 12

Я со скукой кручу в руке карандаш и с тоской смотрю на стрелки часов, которые, как назло, движутся все медленнее и медленнее. Алгебра длится вечность, и я ежесекундно смотрю на стрелки, умоляя их двигаться быстрее. - Почему сразу я? - возмущается Клэр и зло смотрит на Эбернети. - Вон, Эвердин сидит. Вызовите ее! - Ну, по крайней мере они с Мейсон не обсуждают задницу Ченнинга Татума на моем уроке. К тому же, переводить стрелки неприлично, Доусон. - Вы не вызываете Эвердин уже черт знает сколько уроков! - огрызается Клэр, а я закатываю глаза. - Почему это я должна идти к доске? - Доусон, неудовлетворительно, - скучающе бормочет мистер Эбернети, выводя в классном журнале аккуратную оценку. - Значит, нас выручит твоя соседка. Снелл, к доске, - вызывает учитель очередную «королеву», и Джоанна пихает меня в бок локтем. - Почему он не вызывает тебя? - интересуется она. - На перемене, - отмахиваюсь я. Джо пристально смотрит на меня, а потом переводит глаза в тетрадь. - Неужели ты победила алгебру?! - таращится на меня Джоанна, и я качаю головой, улыбаясь. - Пит. - Оу, ясно... Звонок бьет по ушам, и я прикрываю один глаз, ожидая окончания этой пытки. Бр-р, свихнуться можно с этими школьными звонками... Я с облегчением складываю вещи в сумку и жду Джоанну, уставившуюся в телефон. - Передавай привет Гейлу, - закатывая глаза, улыбаюсь я. Она дарит мне мимолетную улыбку и снова утыкается в экран. Я обнимаю ее за плечи и веду в столовую, предупреждая о ступеньках и поворотах. - Осторожнее, Джоанна. Я не хочу пересчитывать косточки вместе с тобой. - Привет, - бросает Финник. - И ей привет, - кивок на телефонозависимую подругу. Джоанна что-то мурлычет себе под нос, и я закатываю глаза. - Привет. А где Пит? И Энни? Теплые руки гладят мой живот, пока по моему лицу растекается улыбка. - Ты меня искала? - Да, - мурлычу я, поворачиваясь к нему и забрасывая руки на его шею. Он с тревожным интересом рассматривает меня. - Таблетки принимала? Закатываю глаза, но киваю. Он примирительно поднимает руки и целует меня в лоб. - Какие планы на вечер? - Ну, до вечера еще до черта времени, - размышляю я вслух и сдвигаю брови. - Ну, а если честно, то ты, - смущенно улыбаюсь и трусь носом о его щеку. Он ловит мой подбородок и накрывает мои губы своими. Ласковые руки изучают мою спину. Я запускаю пальцы в его волосы и прижимаюсь к парню всем телом. Хочу большего. Мысленно строю планы нашего перемещения в какое-нибудь укромное местечко, где не будет лишних глаз, и... - Ну, не в коридоре же, ребят, - трогает меня за плечо Финник, и я смущенно отстраняюсь. Черт. Замечталась. Пит берет меня за руку, и мы впятером идем в столовую. Джоанна едва не врезается в Сингер, но та слишком увлечена собой, чтобы заметить мелких пташек вроде нас. Ну, оно и к лучшему: не будет драк. - Как же бесит то, что они смотрят, - цежу сквозь зубы я, сжимая челюсти. Джоанна с довольным видом кладет телефон в карман, а потом смотрит на нас. - Ты обещала рассказать, Эвердин. - Рассказать что? - интересуется Энни. - Почему уже благополучно... с начала семестра она ни разу не выходила к доске на алгебре, - проясняет ситуацию Джоанна, и я усмехаюсь. - Во-первых, мистер Эбернети знает, что с алгеброй я не дружу. Пит фыркает, давясь колой, и я сочувственно стучу его по спине, награждая обиженным взглядом. - А во-вторых он знает о болезни, - заявляю я, разглядывая горошину, наколотую на вилку. - Страшная какая... фу. Вязкое молчание угнетает меня. Три осуждающих взгляда прожигают мою руку, держащую вилку. - Эй, я ни при чем! Это мама рассказала ему перед лагерем, - оправдываюсь я и пожимаю плечами, решительно отодвигая тарелку со странного вида овощным рагу. Беру рогалик и непринужденно осматриваюсь по сторонам, натыкаясь на ошарашенные взгляды «королев». - Вылупились, блин, - выругивается Джо. - Ты бы еще чаще платья надевала, Китнисс. - И буду! - вздергиваю нос я. - Пошли бы они куда подальше. Не одним же им носить платья! - Мне совсем не нравится взгляд Катона, - сообщает Пит. Хмурое выражение его лица умиляет меня, и я касаюсь пальцами его щеки. - Никто не захочет возиться с умирающей девчонкой, - напоминаю я, нежно глядя в его глаза. На их дне затаилась боль. Я поглаживаю его скулу пальцем и касаюсь его губ целомудренным поцелуем. Он грустно улыбается. - Мы всю жизнь только и делаем, что умираем, - вздыхает он, и я победно улыбаюсь, слыша его часть нашей странной клятвы-обещания. - Знаешь, Китнисс, я могу их понять, - замечает Энни. Финник хмурит брови, глядя на свою девушку. - У тебя замечательная фигура, а ты прячешь ее всю жизнь под футболками, толстовками и джинсами. И вдруг надела платье. - Но это невежливо - разглядывать меня, - ною я. Энни улыбается. - Давай завтра и я надену платье, - предлагает она с легкой улыбкой. - Так возьму на себя часть взглядов. Пит улыбается сестре. Финник касается губами ее виска. - Чудо, - шепчет он мне одними губами, бросая на нее короткий взгляд. - Поддержишь наш маленький флешмоб, Джоанна? - Думаю, если в платье приду я, то вас и не заметят, - самодовольно заявляет она, и мы смеемся, видя ее мордашку. - Именно этого мы и добиваемся! - восхищенно отзываюсь я. - Значит, завтра приходим в платьях? Пит и Финник обмениваются тяжелыми взглядами. Мы с девчонками хлопаем друг друга по вытянутым ладоням и прыскаем. - Да ладно вам! Я совсем скоро превращусь в бледную девочку на ножках-спичках, на которую ни один парень не посмотрит. Просто дайте мне покрасоваться, - уговариваю я Пита. Он обреченно кивает. Молчание тягостной волной накрывает веселье, царившее за нашим столом. - Ладно, - признаю я. - Плохая шутка. Хотя я ни капли не шутила. * * * - Вы не строили планов на Рождество? - спрашивает Пит, уверенно переключая передачи. Я с интересом разглядываю заснеженный город. Подмечаю детали, которые до этого отказывалась замечать, принимая их за данность, не понимая, какое чудо происходит на самом деле на улице. - Нет, - качаю головой я. - До него ж еще три недели, а мы обычно за неделю строим планы. - Можете не строить, - усмехается Пит. - Мы приглашаем вас к себе. Я улыбаюсь и смотрю на своего Пита, который, в свою очередь, бросает на меня редкие взгляды искоса. Кладу ногу на ногу и изучаю рисунок на колготках. Ну, как рисунок: странное переплетение хаотичных линий. Но мне нравится водить по ним пальцами и следить за их направлением. - Думаю, родители будут не против. - А ты? - Когда это я возражала против времени, проведенного с тобой? - спрашиваю я, выгибая бровь. Он примирительно поднимает руки, отрывая их от руля, и у меня начинает сосать под ложечкой от испуга. - Следи за дорогой! - испуганно приказываю я. Он усмехается и продолжает вести машину, посматривая на спидометр. - Как вы обычно празднуете Рождество? - Ну, наверное, как все: открытки и звонки дальним друзьям и родственникам, сувениры тем, кто ближе. Весь день Френк Синатра и готовка. Порой приглашаем кого-нибудь, но, чаще всего, это семья Энни. В этом году это еще и ты, - тепло улыбается он мне. Я мечтательно закрываю глаза, прижимаясь щекой к его плечу. Рисую в голове картинки: камин, в котором пылает яркое пламя, уютный плед, чашка горячего шоколада, Пит и хрипловатый голос Френка Синатры в самой рождественской песне - «Let it snow». - Звучит потрясающе. У вас же есть камин? - Угу. И к нему мы привязываем дурацкие красные тряпки, которые я имел глупость сшить вместе на уроках технологии в шесть лет и притащить домой. Но мне всегда удается менять их на нормальные носки для Санты, - улыбается парень. Я любуюсь ямочками на его щеках. Протягиваю руку и касаюсь пальцами его щеки, проводя по ямочкам ладонью. - Маленький проказник, - цокаю языком я. Он обиженно вздергивает нос. - Я старше тебя! - На каких-то несчастных семь месяцев, - закатываю глаза я. Пит криво улыбается. - В полночь традиционный обмен подарками, а потом начинается веселье, - довольно улыбается он. Я вздергиваю брови. Пит улыбается. - В полночь родители уходят. Оставляют нас одних и идут на главную площадь, чтобы поздороваться со всеми знакомыми и поздравить их всех с Рождеством. А те приглашают их на горячий шоколад. В общем, их обычно не бывает до часов пяти утра. - А вы что делаете в это время? - удивляюсь я. - Раньше приезжал мой старший брат Том, но в этом году не приедет - у него родился сын на днях. А вообще мы на Рождество всегда были втроем - я, Том и Энни. Самая любимая наша забава на Рождество - это включить «Один дома», неважно, какую часть, и уничтожать оставшуюся еду со стола. Ты же не думаешь, что я буду нарушать традиции? - спрашивает Пит. Я смеюсь и целую его в щеку, похлопывая его по руке. - Не думаю, - смеюсь я. - Мне интересно поучаствовать в этом. Скорее бы Рождество, - вздыхаю я. - Осталась всего неделя до конца семестра, - утешает меня Пит. - Потерпи. - Не могу, - ною я. - Думаешь, я выдержу еще неделю в обществе Клэр Доусон?! - Не обращай на нее внимания, - советует он, и я хмурюсь. - Не обращай внимания ни на нее, ни на других школьных «королев». - Дурацкие школьные клише, - дую губы я. - И что же в них такого королевского? - Ну, богатые родители, наверное, - произносит Пит. Я закусываю губу и закатываю глаза. - Они слишком много о себе думают, - фыркаю я. - Знаешь, я вовсе не хочу говорить о них. Сегодня слишком красиво, чтобы говорить о них. Я вспомню о них, когда буду слишком свободна, чтобы делать что-нибудь другое. - Не будем о них, - соглашается Пит. - Мои сегодня уезжают к Тому. Можем сегодня остаться у меня, - пожимает плечами он. Я прищуриваюсь, растягивая губы в хитрой усмешке. - Это намек? - С чего ты взяла? Господи... Замечательно, Китнисс. Ищешь скрытые намеки там, где их нет... Умница! Оскорбленная гордость стискивает зубы, и я следую ее примеру. - У родителей нужно спросить, - глядя в окно, тихо говорю я. Чувствую на себе обеспокоенный взгляд Пита и не поворачиваюсь, сводя вместе коленки и обнимая их ладонями. - Солнышко... Я старше и чувствую себя ответственным за тебя и твои мысли. Я не могу требовать от тебя того, чего мне хочется больше всего на свете. - А если я тоже этого хочу? - тихо спрашиваю я, поворачиваясь к нему. - Если я тоже хочу этого больше всего на свете? Неловко говорить о сексе, не спорю. Но если он будет меня отталкивать снова и снова... - Я боюсь причинить тебе боль, Китнисс. Мало того, что девушкам больно в первый раз, так еще эта болезнь... - Не всем больно, Пит. Если быть готовой к этому, то... Он находит мою руку своей, и я переплетаю наши пальцы. Пытливо смотрю на него из-под полуопущенных ресниц и сжимаю его ладонь сильнее. Он закусывает губу и останавливает машину, глядя на заснеженную дорогу. Поворачивается ко мне и приподнимает мое лицо, касаясь губ. - Мы попробуем только в том случае, если ты будешь готова, Китнисс. Я победно улыбаюсь и тянусь к его губам, приникая к ним в нежном поцелуе. - Спасибо, - шепчу сквозь поцелуй я. - Спасибо, что ты есть.