Ice and Fire

Ее руки обнимают деревянные перила. Фаланги пальцев, едва побелевшие от сковавшего их напряжения, вцепляются, почти вгрызаются в дерево. Взгляд аметистовых глаз сосредоточенный, даже сердитый. Посеребренные волосы вьются за спиной своей хозяйки. Дейенерис Таргариен смотрит на то, как тренируются мужи Ночного Дозора. По двору Черного Замка разносится звон стали — лязг металла о металл. Звук скулящий, режущий, словно тянущий заунывную песнь. Забивается в уши неприятным ощущением, и королева передергивает плечами, словно стряхивая отголоски мелодии стали и смерти. Дейенерис Таргариен, Матерь Драконов пришла из-за Узкого моря с континента загадочного не только для черных братьев, но и для большинства обычных жителей Вестероса. Королева — юная девочка по сути своей — покидала Эссос с большой охотой. Душные земли, червонные, смрадом жары и гари пропитанные, остались позади. Впереди были Семь Королевств — ее земля, ее дом. Война, междоусобицы, смерти, предательство и море крови. Настолько красной, настолько алой, что Дени чувствовала себя искупавшейся в ней. Ощущала, как она забивалась в нос, рот, попадала в уши, обнимала все ее тело и въедалась под кожу. Дейенерис никогда бы и никому не призналась, но ее часто мучили кошмары по ночам. И она кричала, сжимая между зубов подушку. Ее трясло и лихорадило. Войны придумали глупцы, жаждущие власти и возвеличивания собственной персоны. Дени же всего лишь хотела вернуться домой. Но новой королеве, занявшей Железный Трон под тенью драконьих крыльев, не суждено было надолго осесть в Красном Замке. С Севера явилась другая угроза. И отнюдь не Одичалые стали ею. В диких землях по ту сторону Стены появились Иные. Легенды и предания оживали на глазах. И лишь Ночной Дозор и три величавых дракона с переливчатой чешуей могли противостоять ужасу, пришедшему с Севера. Дейенерис наклоняет голову и смотрит на деревянные доски под своими ногами. На ее плечах слишком тяжелый груз. Он давит столь сильно, что иногда Дени кажется, что распрямиться, встать в полный рост она более уже никогда не сможет. Раздается сильный удар, потом треск и грохот. Девушка вскидывает голову, всматриваясь в то, что перед ней. Джон Сноу, лорд-командующий Ночного Дозора, только что повалил на землю незадачливого противника, сейчас барахтающегося среди грязи, досок и снега. — Стоп! — Голос Дени звучит слишком резко даже для нее самой. Она отрывается от перил, ее ноги, стянутые тяжелыми меховыми сапогами, стучат по выщербленным ступеням деревянной лестницы. Черные братья замирают, кто-то даже догадывается склонить голову. Дейенерис стягивает со своих плеч меховой плащ, греющий ее среди белых снегов и лютых морозов Севера, бросает его стюарду, стягивает свои длинные, отливающиеся серебром на морозном солнце волосы, в пучок на голове. Непослушные пряди выбиваются, лезут в лицо и щекочут шею. — Лорд Сноу! — Глаза горят решимостью и огнем. Дейенерис — само воплощение огня. И та сила, что растет и множится в хрупкой фигуре, лишь подтверждение этому. Джон поворачивает к королеве голову, смотрит на нее внимательно, почти тревожно. Его рука крепко сжимает рукоять меча — сталь нагрелась от постоянного контакта с теплой ладонью и человеческой кожей. Иногда Джон не понимает, что эта красивая девушка забыла на Стене, почему не послала вместо себя кого-то, своего наместника, ставленника, почему приехала сама. Возможно, из-за драконов. Эти твари перепугали половину людей в Даре. Да и черные братья совсем не в восторге от соседства этих ящеров. Хорошо, что хоть видели их только издалека. — Да, Ваша милость? — Наконец, отзывается Джон. — Я хочу с вами сразиться. Лорд Сноу хмурится. Ему совсем не нравится эта идея. Королева — тонкая, хрупкая и женственная девушка, иногда кажется ему сущей девочкой. Но глаза у нее шальные. По ночам, когда она просит его отводить ее наверх Стены, подниматься туда, к звездам, когда плохо смазанные железные вентили кабины заунывно скрипят, Джон думает, что она похожа на колдунью. Иногда Дейенерис напоминает ему Асшайскую ведьму с красными глазами да рубиновыми волосами. Только Мелисандра была сущим злом. Эта же источает манящий свет. Таргариен ступает на твердый лед Стены и восхищенно оглядывает просторы земель и пики горных вершин. Джон видит восторг в ее глазах и почему-то тихо улыбается себе под нос. А теперь эта девочка просит сражаться с ней. — Моя госпожа, я не думаю, что это хорошая идея… — Это приказ, лорд Сноу. — Она даже не замечает долю фамильярности в обращении к ней, лишь сила и зримый интерес горят в фиолетовых глазах. — Ваша воля. Джону не остается ничего другого как подчиниться. Королеве дают меч. Девушка принимает его легко, ловко перекидывает с руки на руку. Ей знакомо оружие, но драться Дени никогда толком не умела. Вся она горит каким-то ребяческим предвкушением, азартом, распространяющимся по крови словно яд. Они начинают пляску. Дейенерис доводилось держать в руках оружие, но она никогда не задумывалась серьезно над тем, чтобы научиться сражаться. И, находясь здесь, на Стене, в Черном Замке, ей захотелось этого столь отчаянно и яро. Стать настоящей воительницей. Грозной и смертоносной. Такой же, какими были ее предки — Висенья и Рейнис, сестры Эйгона Завоевателя. Джон аккуратен, осторожен. Мягкие выпады, слабые удары. Так, чтобы королева отражала. Взгляд у Дейенерис темный и сосредоточенный. Она кружит по земле и снегу, загребая сапогами грязь. Лезвие меча лорда-командующего рвет ткань на плече у королевы. Дени это лишь распаляет. — Лорд Сноу, — голос у нее истинной правительницы, повелительный и громкий, — не жалейте меня. Это приказ. Джон смотрит тяжело. Его пальцы чуть сильнее сжимают рукоять меча. Девочка не понимает, чего просит. — Это приказ! Вы сами захотели, моя госпожа. Джон делает резкий выпад, мечи скрещиваются, ноги Таргариен едут по земле. Один крутой поворот, удар и вот королева в пыли и грязи. Ее белоснежные волосы испачканы, земля застыла на красивом лице, размазалась черными разводами на нежной коже. Джон склоняет голову, готовый к гневу и ругательствам. Но Дени молчит. Лишь чему-то улыбается. Тогда он просто подает ей руку. Девушка принимает ее и встает. Она качает головой, а улыбка растягивает рот все шире и шире. — Вы будете учить меня. Каждый день. Вечером. — Произносит она, разворачивается и уходит, на ходу распуская свои волшебные волосы. Джон смотрит вслед королеве удивленно и озадаченно. Дейенерис Таргариен способна удивлять. Полуженщина-полуребенок, то грозная правительница, то изящная девушка. Джон Сноу так и не понял, кого в ней больше. Но драконья кровь побеждает, бурлит в жилах, растекаясь благодатным огнем. Дейенерис Таргариен — истинная королева. И в этом есть простая правда.