Прекрасный новый мир

О разрыве помолвки было объявлено в конце весны. И в тот же вечер, получив согласие на передачу опеки Станию и Лори, Рис ушел в другую комнату, пристроенную к общему дому. Колония на Новатерре для этого использовала смешанную технологию, причудливым образом сочетающую новизну и архаичность. Например, чтобы построить дом, сначала заливали фундамент из вспененного бетона, прочный и застывающий при любой температуре, а потом привозили готовый сруб из ровно напиленного бруса, устанавливали окна, закрывали крышу и соединяли комнату с остальными. Пара недель на внутреннюю отделку и в ней можно было жить. Таких дополнительных спален сделали три – Киру и по одной сыну и дочери. Туда и переселился Рис, не желавший больше проводить время в одной постели с бывшим женихом. Да и не по совести это, хоть и не было между ними ничего с тех пор, как Тим принял решение сделать предложение Элине. Весна, к удивлению Тима, началась неожиданно. Ещё вчера на улице было холодно, а уже сегодня с утра ярко светило солнце, таяли остатки снега – грязно-белые клочки его ещё можно было найти в оврагах и тени, верещали небольшие серо-зеленые птички, а от черной, напоенной влагой земли поднимался насыщенный пар. Лори вручил каждому по лопате и загнал в огород. Тим даже не догадывался, что под белым покрывалом, где всю зиму играл Кир, скрывались ровные грядки с пряным луком. Эти широкие листья с острым вкусом уже давно появились на их столе, придавая некоторым блюдам пикантный вкус. Его можно было есть даже сырым, просто макая в соль и заедая мягким хлебом. По крайней мере, Тим с удовольствием поедал необычный овощ, не замечая, что потом распространяет после себя луково-чесночные ароматы. - Держи, - донеслись до Тима слова Лори, - это семена моркови. Они мелкие и потому их нужно сеять щепоткой, тоненько. А то потом замучаемся продергивать. И нет, Тим конечно, даже не смотрел, что делает его бывший жених. Вот ни одним глазком, ни капельки не интересовался. - Что делать? – спросил Рис, разглядывая крохотные остренькие зернышки на ладони. - Морковь вырастет густо, нужно будет выдернуть лишние растения, чтобы осенью получить хороший урожай. - А ты научишь? – поинтересовался Рис, старательно насыпая в бороздки семена. - Конечно, даже если тебе не пригодится в будущем. - Почему не пригодится? – удивился мальчишка, искоса поглядывая на пыхтящего с лопатой Тима. - А вдруг ты пойдешь старшим в брак? Или вообще женишься? - Посмотрим, в любом случае, знания лишними не бывают, - рассудительно ответил Рис. Лори кивнул, соглашаясь с такой позицией и жалея, что Тим, попавшийся в сети тщеславной и ленивой девчонки, упускает свое счастье. Но вмешиваться в происходящее он не собирался – хочет Тим получить Элину – его дело. - Эй, кто-нибудь, заберите! – за плетнем появился Кане, показывая полную сумку с пирожками, - Варра гостинец передала! Кир высыпал остатки семян и припустил к отцу. Несмотря на то, что по-хорошему малышу нужно было бы перебраться жить в новую семью, мальчик предпочел остаться со старшим братом. Его желание уважали и не настаивали – сам постепенно определится, где ему лучше. Кане переживал, расстраивался, но тоже не давил, только заходил раз по десять на дню: то сладости принесет, то игрушку, то просто посидит рядом. И казалось, что мальчишка потихоньку оттаивает, тем более, что Варра тоже привечала его, жалея не знавшего материнской ласки мальчика. Кане отдал мешок с ещё горячими пирожками и достал припрятанное круглое яблоко. В отличие от земных, эти чуть сплюснутые шарики были ярко-зеленого цвета в алую крапинку. С плодов снимали тонкую шкурку и получали ароматные, истекающие сладким соком дольки, окружающие круглую гладкую косточку. Кир любил собирать их, а потом щелкать, как орехи, доставая вкусное сытное ядрышко. - Вот, это тебе, - протянул Кане яблоко. - Спасибо! Подержишь? Я пирожки отнесу, – мальчик повесил мешок на плечо и вприпрыжку побежал к остальным, уже с готовностью отставившим в сторону лопаты и грабли. - А ну, руки мыть! – прикрикнул на мужа Лори. – Здесь тебе не Земля, тут у нас кого только нет! - Иду, не бурчи, - Стэн чмокнул его в щеку, увернулся от шлепка и чуть не весь окунулся в бочку с ледяной талой водой. После тяжелой работы на жарком весеннем солнышке это было очень кстати. - Вечно напоминать надо, - ворчал Лори, расстилая на небольшой полянке прихваченное из дома покрывало. На улице было так хорошо, что он решил не устраивать отдых дома, а перекусить на свежем воздухе. - Идите к нам, телеки Кане! – позвал Лори отца мужа, - Угощайтесь... Кане с благодарностью кивнул, опускаясь на сложенное в несколько раз покрывало. Яблоко он так и не выпустил из рук, наблюдая, как Кир помогает Лори расставлять бутыли с молоком и раскладывать пирожки с булочками на плоские деревянные тарелки. Остальные подтягивались к импровизированному столу, с удовольствием пользуясь возможностью отдохнуть. - Когда вы с Элиной назначите свадьбу? – спросил Кане, как только Тим подошел. Стэн только поморщился – они старались не говорить о происходящем, и Тим, и Рис тяжело переживали разрыв. Один мучился чувством вины, а второй думал, что неправильно поступил, будто навязался. А остальным было жалко обоих, вот и молчали. - В середине лета, телеки. У нас удвоен срок помолвки, - ответил Тим, стараясь не смотреть на Риса. - Это хорошо, у тебя будет семья и дети... - довольно проговорил Кане. - У Стэна с Лори тоже семья, - чуть резче, чем следовало ответил Тим, - дело не в Рисе, он хороший, просто Элина... она... она такая! - Тим, не стоит нас защищать, отец еще не привык, что на Новотерре любая любовь прекрасна, и не важно, кто и кого любит, - вмешался Стэн. Их дети сейчас находились дома, спали. А чтобы не пропустить, когда они проснутся, Лори оставил открытым окно и бегал к нему раз за разом - проверял. Он оказался просто сумасшедшим отцом, и частенько его приходилось удерживать от слишком рьяного проявления любви и заботы. Кане, сообразивший, что неудачно попал со своим вопросом, замолчал и быстро попрощался. Посадочные работы закончили уже вечером, правда Рис ушел раньше – занялся ужином, и Кира с собой взял, чтобы присмотрел за малышами. А вот Стэну и Тиму досталось – Лори гонял их по полной: там грядку вскопать, тут вскопанное разрыхлить. К концу земляных работ у непривычного Тима болело всё: руки, спина, «толчковая» нога, на ладонях вспухли мозоли, а глаза от усталости закрывались сами собой. Как выяснилось в процессе, то, что на далекой Земле казалось сложным, после целого дня, проведенного в обнимку с лопатой, вспоминалось с легким чувством сожаления. Ну, подумаешь, всего лишь урожай собрать. И ведь этот день не последний, завтра опять на огород. А ещё пчёл из мшаника пора выносить, забор после зимы поправить, молодняк козий сначала выпустить, потом на ночь собрать и в сарае закрыть, да мало ли работы весной! Всё больше Тим понимал, что для того, чтобы на Новотерре хорошо жить, лениться нельзя. И семью нужно крепкую, чтобы во всем помогала и поддерживала. И надеялся, что Элина станет достойной хозяйкой и матерью. А Рис тоже найдет своё счастье, ведь парень растет красавцем – на загляденье и руки у него золотые: и по дому управляется, и с детьми, и даже шить научился. Родился бы он девушкой, вообще цены бы ему не было, и Тим бы тогда два раза подумал, менять ли его на Элину. Но воспитание, вбитое с детства, говорило, что правильная семья - это когда мужчина и женщина. И хоть Тим не осуждал брата, даже защищал перед отцом, но всё же что-то царапало его в таких отношениях. Впрочем, у него-то всё хорошо, нормально и правильно. Жаль только, что с Рисом отношения так и остались натянутыми. А Стэн его понимает – вон уже для младшего брата в подарок готовится пчелиные семьи отсадить. Не прямо сейчас, а когда время придет. Жаль только, что Тим пока толком не научился с ними управляться, да и что греха таить – эти насекомые с хищной окраской его откровенно пугали. И ещё большим шоком для Тима стало то, что пчёлы кусались. Нет, не просто прилетели и куснули, как мелкие серые мошки, там почешется пару минут и всё, а тут! Когда его впервые ужалила пчела, Тим от неожиданной и резкой боли даже закричал, онемение распространилось на пол руки, а шишка на месте укуса болела несколько дней. Тогда он впервые подумал, что мёд - это конечно хорошо, но вот производство ему не нравится. От слова «совсем». Но пока другого занятия не было, приходилось обходиться тем, что есть. Тем более, что пока вплотную заниматься пасекой он не мог – следовало подготовить дом для молодой жены. На Новотерре это было обязанностью жениха. Строили всем миром, а вот мебель и прочие необходимые вещи - уже дело будущего мужа. Невеста тоже не сидела, сложа руки – на ней было создание убранства и уюта в доме. Так что дел хватало у всех. А ведь ещё и брату нужно было помогать, ведь Стэн не оставляет его. Тим устало сбросил сапоги и прямиком направился в душ – Лори строго следил за чистотой в доме, особенно с тех пор, как в нём появились дети. Пыльная, пропотевшая одежда отправилась в корзину с грязным бельём, и Тим расслабился под упругими горячими струями. Правда блаженствовать долго не получится, там ещё и другие хотят смыть с себя грязь. Скрипнула дверь, через пластиковую шторку было видно, что кто-то принес чистое бельё, и Тим поторопился, значит, Стэн уже ждет своей очереди. Общая комната встретила уже привычным уютом и ему не мешали ни болтающие громче всех на своем языке дети, ни усталые разговоры взрослых, ни шкворчание на сковородке последних оладий. Напротив, всё это придавало особое очарование и делало дом по настоящему тёплым и родным. Только вот постель теперь у Тима была пустая и холодная, и будет такой, пока они не сыграют свадьбу с самой прекрасной девушкой на Новотерре. А может и на Земле тоже. *** Лето за трудами пришло незаметно, и Тим не успел оглянуться, как пришло время, когда он сможет назвать Элину своей. К тому времени Стэн с отцом уже приготовили для него новую одежду – как оказалось, для жениха и невесты нужны были особые ритуальные наряды. И дом был готов и Варра позвала подружек на помощь – свадебный пир - это вам не простая вечеринка. На площади в центре села натянули тент, поставили столы для трех пар и остальных сельчан, оставалось самое главное: принести брачные клятвы при всём народе. По обычаям Новатерры для того, чтобы двое стали считаться семьёй, не нужны никакие печати и доказательства – достаточно просто принести клятву-обязательство при всём народе и всё. Развод, кстати тоже был простым: объявили, разделили имущество и разбежались. Чаще всего большая часть оставалась у жены, это если брак был разнополый, ведь дети тоже были с ней. А вот у мужских браков было немного сложнее, но и тут расходись полюбовно, без драк. Бывало, что партнеры вообще уезжали в другие села или города. Но о таком исходе никто их молодых конечно и не думал – сегодня был праздник и люди собирались повеселиться. Тим, нарядный, в новой тонкой рубашке, черном жилете и брюках, перевязанных по талии широким алым кушаком с кистями, стоял среди таких же нарядных мужчин. Кроме него свадебный пояс в это день надели ещё двое мужчин, потом в спальне молодая жена или младший муж снимет его, и будет хранить всю жизнь, рассказывая детям, каким красавцем был их отец в день свадьбы. Невесту одевали гораздо сложнее – длинное алое платье, расшитое белыми нитками в виде символов счастливой жизни, из прорезей на рукавах обязательно выглядывала белоснежная кисея, золотые или серебряные – кому как нравится – браслеты охватывали запястья. Ожерелье ложилось на грудь, а волосы украшал тонкий обруч. Обычно свадебные украшения невесте дарила мать, а она их потом передавала своей дочери. Младшие мужья на свадьбу одевались так же, как и старшие, отличие было только в цвете кушака – у них он был зеленый. Будущие супруги нетерпеливо переминались в ожидании невест и женихов, когда, наконец, гости закричали, приветствуя их, замерли, глядя во все глаза туда, где колыхались увитые цветами и лентами арки. Тим с восхищением смотрел на Элину, скромно опустившую глаза при виде жениха. По его мнению, она была самой красивой из всех. Старейшина села соединил руки молодых и спросил, готовы ли они принести брачные клятвы. И на дружное согласие, улыбаясь в пегую от седины бороду, начал свадебный обряд. Тим, задыхаясь от счастья, повторял давно заученные слова клятвы, не замечая ни радостного отца, ни печального Риса. Что ему бывший жених, когда сегодня сбываются все его мечты.