История из Ба Синг Се

      Ночью парк Среднего Кольца города выглядел еще прекраснее, чем днем. Вдоль аллей горели многочисленные фонари, отбрасывающие тусклые мерцающие круги на вымощенные гладкими камнями дорожки, свет которых не в силах был бороться с наступающей со всех сторон темнотой. Свежий ночной воздух был наполнен чудесными незнакомыми ароматами. Людей вокруг почти не было, лишь изредка можно было встретить гуляющие парочки да нескольких патрулирующих местность охранников.       Зуко осторожно любовался Катарой, которая шла рядом, ухватившись за его локоть, и мечтательно глядела по сторонам. Катара не была похожа на всех тех особ женского пола, которые встречались в его жизни. Уроженка Южного Полюса, она обладала очень смуглой кожей, так разительно контрастирующей с ее яркими голубыми глазами. Маленький носик ее был немного вздернут, под стать характеру. Она по-прежнему одевалась в наряды голубого цвета, традиционного для ее родного племени, а волосы собирала в странную прическу с двумя тонкими спадающими на лицо косичками. Ростом она была не намного ниже, чем Зуко, но обладала очень хрупкой фигурой. Ему даже казалось, что он может сломать ее, лишь чуть сильнее сжав в объятиях.       – Что? – услышал он голос Катары и встрепенулся, выныривая из поглотивших его размышлений.       – Что – что? – не слишком красноречиво отозвался он.       – Почему ты улыбаешься, когда смотришь на меня? – Катара подозрительно глядела на него. – Что-то не так?       – Нет-нет, я просто вспомнил тот день, когда впервые увидел тебя. – Зуко снова улыбнулся. – Ты была такой смешной в той шубке.       Катара остановилась и театрально уперла кулачки в бедра.       – Прошу прощения, это я смешная?       – Ну, да. Такая маленькая, испуганная, с этими твоими косичками. – Он провел пальцами по ее волосам, убирая заплетенную прядь с лица.       – И вовсе я не боялась! – Катара скрестила руки на груди и презрительно поджала губы.       – Боялась-боялась. Я же видел.       – Ну, знаешь, а ты… – Тут она оборвала себя на полуслове и удивленно посмотрела на собеседника. – Минуточку, а ты, что же, обратил на меня внимание еще тогда, когда приплыл в нашу деревню за Аангом?       – Ну… – Зуко немного смутился. – Ну, да, я обратил на тебя внимание. Правда, тогда мои мысли были заняты исключительно Аватаром, но я все равно тебя запомнил.       Катара потупила взгляд, и Зуко, подхватив ее под руку, пошагал дальше, увлекая ее за собой.       – Но сейчас ты вовсе не испуганная малышка. – Ребята вышли на небольшую, обнесенную высоким кустарником, поляну и опустились на стоящую там деревянную скамейку. – Ты очень сильная, и женственная, и очень привлекательная юная леди.       – Да и ты больше не тот противный вздорный мальчишка, каким был раньше, – улыбнулась Катара.       – Такая маленькая. – Зуко заключил Катару в свои объятия, и она с удовольствием прижалась к его груди. В его руках ей было очень уютно и тепло. От тела покорителя огня словно исходил жар, так контрастирующий с царящей в парке ночной прохладой.       Катара вдруг нахмурилась. Зуко, конечно, огненный парень, но что-то она не могла припомнить, чтобы он был настолько горячим.       – Слушай. – Она приложила ладонь к его лбу. – Зуко, да у тебя жар! Ты заболел?       – Ерунда, – махнул он рукой. – Наверное, простыл немного. К утру все пройдет.       – Нет, серьезно, тебе в постель нужно, а не по холоду гулять. – Катара вскочила на ноги, и он неохотно поднялся вслед за ней. – К тому же, дождь начинается.       Действительно, с неба начали срываться холодные редкие капли. К тому времени, как ребята вышли за территорию парка, дождь пошел уже в полную силу. Воздух наполнился его шумом, капли с мягким шелестом падали на землю, барабанили по крышам, дробью стекая по водостокам.       Несмотря на попытки Катары проводить Зуко до дома под ее импровизированным зонтом, когда она с помощью покорения удерживала воду над их головами, он довел ее до самых ворот в городской стене, ведущих в Верхнее Кольцо, и, попрощавшись, отправился домой, мысленно проклиная ненавистный дождь.       Дождь с ночи так и не прекратился. Посетителей в чайной было мало, но сегодня Зуко это только радовало. По всему его телу разливалась болезненная слабость, хотелось просто лечь и не двигаться. В голове гудело, все звуки казались слишком резкими, цвета – чересчур яркими. Не помогал даже дядин жасминовый чай, которого Зуко с утра выпил уже несколько чашек.       – Неважно выглядишь, – раздался совсем рядом знакомый голос.       Подняв голову, Зуко встретился взглядом с Джетом. Тот стоял, прислонившись к дверному косяку, и, как всегда бесцеремонно, наблюдал за тем, как официант собирает оставшуюся после посетителей посуду со стола.       – Привет, Джет, – поприветствовал его Зуко улыбкой. – Да, мне что-то нездоровится.       Джет молчал, все так же сверля собеседника пристальным взглядом. Вид у него был уставший, под глазами залегли бледные тени. Видимо, этой ночью спать он совсем не ложился.       – Я хотел поговорить с тобой, Ли, – наконец, произнес Джет.       – Конечно, – охотно отозвался Зуко. – Что случилось?       – Давай не здесь. – Джет обвел взглядом зал и недовольно нахмурился. – Ты можешь сделать перерыв на час-полтора? Пойдем к тебе домой, там и побеседуем.       Зуко пожал плечами.       – Ну, хорошо, – неуверенно проговорил он. Видимо, случилось что-то серьезное. – Сейчас, я предупрежу дядю.       Джет терпеливо ждал, пока Зуко вернется из кухни. Соломинка нервно плясала в его зубах, хотя во всем остальном он олицетворял собой хладнокровие и бесстрастие.       Выйдя на улицу, Зуко зябко поежился.       – Не любишь дождь? – равнодушным тоном поинтересовался Джет.       – Ненавижу, – признался тот. – Вообще не понимаю тех, кому нравятся прогулки под дождем.       – Я тоже. – Борец за свободу обвел недовольным взглядом затянутое серыми тучами небо. – Тогда пойдем скорее.       – Проходи. – Зуко пропустил Джета вперед и, войдя в квартиру вслед за ним, плотно прикрыл дверь. Пройдя в холл, он положил ножны с мечами на стол и не заметил, как Джет бесшумно задвинул засов на двери. В доме было тихо: большинство жильцов в это время пребывали на работе, а в связи с пасмурной погодой и на улице не наблюдалось особого оживления.       Зуко провел ладонью по волосам, стряхивая дождевые капли, и обернулся к гостю.       – Да, Джет, говори, что там у тебя стряслось.       Тот неторопливо подошел к столу и, выдвинув один из стульев, оседлал его, развернув спинкой вперед. Сегодня он был необычайно серьезен, и Зуко не мог вспомнить, видел ли он когда-нибудь приятеля таким раньше.       – Присядь, Ли, – кивнул тот на второй стул.       Зуко недоуменно повел бровью.       – Видимо, разговор планируется долгий, – проговорил он, послушно опускаясь на сидение.       Откинувшись на спинку, Зуко скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на Джета. Тот молчал, пристально сверля Зуко взглядом, и он не выдержал:       – Джет, что случилось?       – Ничего не случилось, Ли, – отозвался разбойник мягким тоном, который прозвучал странно успокаивающе. – Мне просто захотелось поговорить с тобой.       – Ты какой-то странный сегодня, – пожал плечами Зуко, отводя взгляд.       – Я всегда странный. – Джет, наконец, улыбнулся, и он немного расслабился. Необычное поведение приятеля начинало его нервировать.       – Ли, расскажи, где ты жил до того, как подался в бега? – с неприкрытым любопытством в голосе поинтересовался Джет.       – Зачем тебе это? – удивился Зуко.       – Ну, я просто подумал, мы давно уже дружим, а я не знаю практически ничего о тебе. – Джет в свою очередь пожал плечами. – Ты ведь родом не из деревни, правда?       – Нет, – покачал головой Зуко. – В Стране Огня мало деревень, в основном города.       – И из какого ты города?       – Я жил в столице.       – Ух ты! – восхищенно отозвался Джет. – Это, наверное, очень богатый и красивый город? Как Верхнее Кольцо Ба Синг Се?       – Не знаю, – усмехнулся Зуко. – Я не бывал в Верхнем Кольце Ба Синг Се. Но ты прав, там действительно довольно красиво.       – Представляю, как тебе непривычно после всей той красоты жить здесь. – Джет поднялся на ноги и принялся неторопливо вышагивать по комнате.       – Думаю, я слишком отвык от той жизни. – В глазах Зуко промелькнула глубокая тоска, что не ускользнуло от внимательного взгляда гостя.       – Раз ты жил в столице, – продолжил Джет, – ты, наверное, видел самого Лорда Огня?       Холодок пробежал по спине Зуко, а в груди зародилась смутная тревога. Куда он клонит?       Джет в это время зашел к нему за спину, и Зуко не мог видеть выражения его лица.       – Нет. – Он старался, чтобы его голос звучал по-прежнему спокойно. – Только на портретах. Видеть Лорда Огня доводилось не такому большому числу людей.       – Но ты ведь видел? – неожиданно прошипел Джет ему прямо на ухо, склонившись над ним, так близко, что Зуко почувствовал его прерывистое дыхание у себя на коже. – Правда, Зуко?       Зуко вскинулся, но в это же мгновение Джет рванул его за плечо, опрокидывая вместе со стулом на пол.       Зуко даже не успел понять, что произошло. Упав, он сильно ударился спиной. Перед глазами его все поплыло, сердце бешено заколотилось, отдаваясь тяжелым гулом в голове и дикой болью в висках. Джет прижал его к полу, усевшись сверху, коленом придавливая его левую руку с такой силой, что кости захрустели. Правую руку Зуко он перехватил за запястье, крепко удерживая, не позволяя пошевелиться, а рукоять своего клинка, острую, как кинжал, прижал к горлу.       – Что теперь скажешь, принц Зуко? – яростно прошипел Джет, отрывисто выплевывая каждое слово. – Сын Лорда Огня, наследник трона огненной нации, правитель безжалостных огненных убийц?       Зуко дернулся, но острое лезвие сильнее прижалось к его горлу, а стальные пальцы на его запястье сжались еще крепче, едва не выламывая ему руку. Дыхание его сбилось, и он даже не мог сейчас выдохнуть огонь изо рта, хотя это вряд ли бы ему помогло. Джету хватит одного движения, чтобы перерезать ему глотку.       – Я ненавижу тебя! – Зрачки Джета расширились, заполняя практически всю радужку, и он яростно оскалился, шумно выдыхая воздух через сжатые зубы. – Ты притворялся! Притворялся несчастной жертвой народа огня, нищим беженцем. Ты одурачил меня. Я ненавижу, когда меня дурачат!       Зуко стиснул зубы, неотрывно глядя ему в глаза. Ужас от осознания собственной беспомощности словно парализовал его. В голове его промелькнула картинка, как дядя Айро входит в дом и находит его здесь, лежащим на полу в луже собственной крови, с перерезанным горлом, и невольно содрогнулся, чего Джет не мог не заметить.       – Почему ты молчишь? – проорал борец за свободу ему в лицо. Рукоять шуан-гоу сильнее прижалась к коже, впиваясь в нее, и по шее потекла теплая струйка. – Совсем недавно ты был весьма красноречив. Ну?! Проси пощады! Оправдывайся! Не молчи!       На мгновение зажмурившись, Зуко снова распахнул глаза, неотрывно глядя на своего убийцу, который еще совсем недавно был его другом. Джет тяжело дышал, его грудь резко вздымалась, а на лице его отражалась злоба, смешанная с разочарованием и даже какой-то обидой.       – Твою мать, Ли! – выкрикнул Джет, и из глаз его брызнули слезы ярости. – Ты даже не представляешь, сколько крови людей огня на моих руках! Я убил стольких солдат, простых исполнителей приказов – а тебя не могу!       Он вдруг вскочил на ноги, разом освобождая пленника, и, отшвырнув крюк в сторону, сел на пол, скрестив ноги и низко опустив голову, зарывшись пальцами в свои растрепанные длинные волосы.       Зуко медленно принял сидячее положение, постепенно приходя в себя. Голова его просто раскалывалась на части от безумной боли, дыхание прерывалось, выходя из легких с каким-то глухим хрипом. Он осторожно потер поврежденную коленом разбойника руку, не спуская с него настороженного взгляда.       – Давай, убей меня, – глухо проговорил Джет. – Теперь я знаю, кто ты.       – А кто я, Джет? – медленно, но очень твердо отозвался Зуко.       – Ты? – Джет поднял на него потухший взгляд. – Ты – Зуко. Принц народа огня. Ты тот, из-за кого идет вся эта война. Ты тот, из-за кого убили моих родителей и всех близких мне людей. Ты тот, из-за кого уже сто лет ежедневно погибают люди моего народа.       – Какого хрена, Джет?! – вдруг гневно выругался Зуко. – Какого хрена ты судишь меня только за мое происхождение? Какого хрена ты обвиняешь меня в том, чего я не совершал?       – Но ты сын Лорда Огня!       – Да, я сын Озая! – Зуко не кричал, но в голосе его было столько ярости, что Джет невольно содрогнулся. – Я тот, кто был изгнан из страны за то, что выступил против бессмысленной гибели солдат моего народа. Я тот, кто никогда не принимал участия в войне. Я тот, кто никогда никого не убивал. Так какого хрена ты меня судишь, Джет?       Джет не ответил, продолжая безмолвно взирать на него.       – Идиот, ты мне чуть руку не сломал, – рассерженно фыркнул Зуко и отвернулся.       – Ты в самом деле хотел меня убить? – Зуко стоял у окна, опираясь бедром об подоконник, и мрачно смотрел на скатывающиеся по стеклу дождевые капли.       Джет сидел на кушетке за его спиной, все так же низко опустив голову, прижимая ладонь к лицу.       – Не знаю, – глухо отозвался он. – Скорее я хотел, чтобы ты начал оправдываться, разубеждать меня, чтобы ты сказал, что я ошибся. Я бы поверил тебе.       – Но ведь ты не ошибся.       – Я знал, что не ошибаюсь, – холодно ответил Джет. – Я думал всю ночь. Анализировал, сопоставлял. Я знал, кто ты такой. Но если бы ты солгал, я бы все равно поверил.       – Ты далеко не первый и, как я подозреваю, не последний, кто бросает мне в лицо подобные обвинения просто за мою принадлежность к королевской династии народа огня. – Зуко обернулся к собеседнику, и тот неожиданно заметил невероятную горечь, отражающуюся в его взгляде. – Объясни мне, Джет. Почему вы судите меня за поступки моих предков, моих родственников, не принимая во внимание мои собственные? Ты же знаешь меня не один день. Так почему?       – Я знаю Ли, не Зуко, – хмуро отозвался борец за свободу, отводя взгляд.       Ли! Ли! Опять этот Ли! В этот момент Зуко возненавидел свое альтер эго. Все повторяется. Он опять нарушил данную самому себе клятву не сближаться ни с кем настолько, чтобы потом было так мучительно больно, и опять поплатился за это.       Джет молчал, видимо, анализируя то, что он только что ляпнул. Спустя несколько минут он вдруг резко вскинул голову и встретился с покорителем огня взглядом.       – Слушай, Зуко, прости меня, – неожиданно проговорил он. – Я полный придурок. Я и в самом деле мысленно отделил тебя от Ли. Как только я понял, что ты принц народа огня – меня словно переклинило. Я вдруг стал воспринимать тебя как другого человека. Но ведь это не Ли прикрывал мою задницу перед Дай Ли ценой собственной свободы. Ведь это не Ли спас меня от сожжения живьем, рискуя быть разоблаченным. Это не с Ли мы гуляли по ночам по крышам, и не с ним я делился самым сокровенным, тем, о чем я никому больше не рассказывал. Это все ты. И неважно, как тебя зовут. Прости меня, если сможешь.       – Да пошел ты, – беззлобно отозвался Зуко, снова отвернувшись к окну.       Джет, улыбнувшись, поднялся с кушетки, приблизился к нему и примирительно положил ладонь ему на плечо.       – Руку убери.       – Мда, Зуко ты, или Ли, а все равно такой же раздражительный, – усмехнулся Джет. – Скажи, а почему ты не убил меня, когда я тебя отпустил?       – Потому что друзей не убивают, даже если они ведут себя как полные придурки.        Стоя рядом, Джет с облегчением заметил, что тонкие губы Зуко тронула легкая улыбка.