Move A Mountain

      Йода в восторге от того, что они направляются в лагерь байкеров. Он скачет, как ошалелый, и отчаянно виляет хвостом. Слава Богу, что теперь он не тянет поводок на себя — ему мешает ошейник, сидящий высоко на шее, как и учил Дерек. Стайлза бесит, что это работает.       Он знает, что это плохая, нет, ужасная идея, но ему нужно увидеть Дерека. Даже если от этого станет только хуже, он должен увидеть его еще раз, потому что завтра такого шанса может и не представиться.       Разговор на повышенных тонах слышен еще на подходе к живой изгороди из кустов, и у Стайлза замирает сердце, когда он понимает, что один из спорящих — Дерек. Он посильнее сжимает поводок, и не знает, что делать. Он надеялся, что они уже прекратят спорить, и он мог бы просто глянуть на Дерека из-за кустов. Этого было бы достаточно.       В следующую секунду его сердце готово остановиться, потому что он слышит свое имя с другой стороны кустов. Стайлз слишком далеко, чтобы все четко разобрать, и одна его половина просит поскорее отсюда свалить. Другая же умоляет подойти поближе. Он разрывается от противоречий, но, в конце концов, выбирает второй вариант.       Ему стыдно за подслушивание, но он ничего не может с собой поделать. Он не может заставить себя уйти от голоса Дерека, даже если в данный момент он звучит грубо и смешивается с голосом Лоры. Все это очень похоже на личную ссору между братом и сестрой.       — Ты не понимаешь, — первое, что парень слышит, когда подходит к кустам именно возле того самого места, где пропал Йода в первый день. Один звук голоса Дерека заставляет бабочек в животе Стайлза проснуться.       – Я единственная, кто все прекрасно понимает! — кричит в ответ Лора. И это первый раз на его памяти, когда она повышает голос. — Я единственная, кого ты впустил в свое каменное сердце, и то, только потому, что я твоя сестра. Я была с тобой до нее, до всего, до того, как ты повесил замок на своем сердце и выбросил ключ. Посмотри на себя! Прошло столько лет, а ты до сих пор живешь прошлым. Ты окружил себя людьми, но не подпускаешь их слишком близко, чтобы тебе опять не причинили боль. Ты продолжаешь таскать с собой этот чертовски старый магни…       — А он здесь причем? — со злобой выплевывает Дерек.       — При всем, Дерек! — практически рычит Лора. — Стены, которые ты возвел, начали рушиться, как только ты встретил этого мальчика. Ты старался не снимать свою маску всю неделю, пытался не позволить ему подобраться к себе. Но ты проиграл, милый, — она грустно смеется. — Я видела проблески настоящего тебя под всей этой кожей и солнцезащитными очками. И я уверена, что Стайлз тоже видел.       — Я не…       — Ты понял, что я имела в виду! — огрызается девушка. — И если ты не вытащишь свою голову из задницы и не поймешь, что не должен все время убегать, как испуганный щеночек, и не попробуешь рискнуть и все исправить, то клянусь, мне придется тебя убить.       Молчание. Стайлз не слышит ничего, кроме своего учащенного сердцебиения. Он понимает, что они разговаривают о нем, но контекст его немного пугает. Это, безусловно, очень личное. И пусть Итан сказал, что ушел отсюда сам, Стайлз бы не удивился, если бы узнал, что братец и сестрица сами выгнали всю банду, чтобы поговорить в одиночестве.       — Он не просто парень на одну ночь, Дерек.       Вот оно; предложение, от которого Стайлзу хочется вырвать сердце у себя из груди, чтобы его не разбили еще сильнее.       — Он еще ребенок, — категорично отвечает Дерек.       — Нет, ему уже восемнадцать. Возраст — это всего лишь цифры. Ты всегда обращаешь свое внимание не на то.       — Тогда, возможно, тебе стоит научить меня обращать внимание на правильные вещи? — сердито ворчит парень.       — Как насчет того, что он полная противоположность Кейт?       — Не смей…, — теперь Дерек злится по-настоящему и рычит как дикий зверь.       Стайлз забывает, как дышать, а Лора потрясенно молчит. Видимо, даже она не ожидала такого. Йода смотрит на Стайлза, заскучав сидеть без дела. Стайлз молится, чтобы тот не начал скулить.       С той стороны кустов начинается движение, но он не может понять, что там происходит. Кто-то из них вздыхает.       — Дерек, — в конце концов произносит Лора уже более мягким голосом. — Я знаю, знаю, что ты даже не хотел об этом думать. Но, пожалуйста, подумай об этом сейчас.       — Здесь не о чем думать, — бормочет Дерек.       — Определенно, есть,— уверенно отвечает ему сестра. — Я вижу, что ты напуган до чертиков. Просто…       — Я спал с ним, — выпаливает он, и сердце Стайлза останавливается.       — Да, я в курсе, — говорит Лора, снова раздражаясь. — Какого черта ты думаешь, что я…       — Нет, Лора, — останавливает ее Дерек, — я заснул вместе с ним, — пауза. — Я… я никогда не делал этого раньше.       Стайлзу приходится прикусить язык, потому что из него готов вырваться громкий крик. Сердце готово вырваться из груди, и он не понимает, как до сих пор держится на ногах. Пауза затягивается, и он боится пошевелиться, чтобы ненароком не выдать свое присутствие.       — Дорогой, — начинает Лора, но брат перебивает ее.       — Нет, — и вся уязвимость в его голосе куда-то вмиг улетучивается, — это не имеет значения.       — Конечно, имеет, тупица! — набрасывается на него Лора. Слышен звук шелеста одежды, и движение за кустами возобновляется. — О нет, ты никуда не уйдешь!       — Отпусти меня! — шипит байкер.       — Дерек! — зовет Лора вслед удаляющимся шагам. — Ты не можешь все время убегать от этой темы. Вернись! Дерек!       Звук шагов стихает, а Лора начинает проклинать себя по другую сторону изгороди. Стайлз продолжает стоять на месте, убитый тем, что Дерек опять от него ушел.       Йода громко скулит, и Стайлз подпрыгивает от неожиданности. У него кровь стынет в жилах от одной только мысли о том, что девушка сейчас вытащит его из кустов и начнет отчитывать его за то, что он подслушивал.       Но вместо этого он слышит, как она тяжело вздыхает и спокойным голосом говорит: — Иди сюда, Стайлз.       Он подчиняется, потому что не может просто взять и убежать отсюда. Парень почему-то уверен, что Лоре сегодня порядком надоели убегающие от нее люди. Йода тянет поводок и берет инициативу на себя. У Стайлза потные руки, которые дрожат от страха, поэтому он выпускает поводок из рук, и пес пробирается сквозь кусты. На этот раз парень уверен, что тот прибежит прямиком к Лоре. Сам он прикрывается рукой, чтобы не получить ветками по лицу, как это было в прошлый раз.       Когда он оказывается на той стороне, его охватывает сильнейшее чувство дежавю. Все те же четыре блестящих на солнце байка, все те же две палатки, оранжевая и синяя. Йода все также сидит и машет хвостом, пока его почесывают за ушком. Лора сидит перед ним на корточках и медленно поднимает взгляд на Стайлза. У него комок в горле, и парень сильнее стискивает зубы, чтобы его нижняя губа не задрожала.       Лора не кричит. На самом деле, она вообще довольно долго ничего не говорит. Они молча смотрят друг на друга, пока она поглаживает Йода. У нее печальное выражение лица, и Стайлз может только догадываться, что выглядит так же, как она. Он не в той форме, чтобы скрывать, каким дерьмовым был этот день.       — Давай, — в конце концов произносит девушка, вставая, — спрашивай.       Стайлз колеблется, неуверенный, поддаваться ли соблазну. Не похоже, что она собирается врать. Девушка просто садится на скамейку, а Йода бежит за ней и ложится рядом под столом.       Ему хочется спросить обо всем и ни о чем сразу. Но это ничего не изменит. Ничто не изменит того факта, что они чужие друг другу люди, и уже завтра эта неделя не будет для них ничего значить.       — Кто такая Кейт? — выдавливает из себя Стайлз, и уже в следующую секунду он не уверен, что хочет об этом знать.       Лора поджимает губы, как будто раздумывая, стоит ли отвечать.       — Первая и последняя девушка Дерека.       Стайлза как будто ударили в живот.       — Кажется, ему нужно побольше времени, чтобы оправиться после расставания, — сухо отвечает он.       — Прошло десять лет, — говорит Лора, разглядывая свои руки. — Большинство людей сочло бы это достаточным сроком.       Стайлз озадаченно моргает. Десять лет? Это очень большой срок для преодоления последствий разрыва отношений. Кроме того, число кажется ужасно знакомым.       — И именно этим он занимается все то время? Трахается с людьми направо и налево, а затем избегает их?       Его голос звучит гораздо тверже, чем он рассчитывал.       — Мне очень жаль, Стайлз.       — Когда вы все уже перестанете говорить, что вам жаль? — он пытается игнорировать комок в горле, чтобы не сдаться и не расплакаться. — Ты особенно не имеешь права извиняться, — отмечает он с обидой в голосе. — Ты не сделала ничего, чтобы я на него не запал. Скорее наоборот. Ты практически была его рулевым всю неделю.       — Я не его рулевой! — резко протестует Лора, и Стайлз удивлен ее тоном. — Я никогда им не была и никогда не буду. Я даже не хотела, чтобы он продолжал общаться с тобой. А знаешь почему?       — Почему же? — интересуется он.       — Потому что ты мне понравился, Стайлз! — отвечает Лора и ее глаза наполняются слезами. — Дерек уже давно перестал флиртовать, и я не хотела, чтобы то же самое произошло и с тобой. И до сих пор не хочу.       Она еще некоторое время смотрит ему в глаза, а затем тяжело вздыхает и отводит взгляд. Стайлз не ожидал такого ответа. Он вспоминает просьбу Лоры поехать с ней в Санта-Фе, а не оставаться ночевать с Дереком.       Теперь ему понятны ее мотивы. Она хотела уберечь его от того, что случилось прошлой ночью.       Он сглатывает и тяжело дышит от бушующих внутри эмоций. Лора снова вздыхает, закрывает глаза, а затем говорит спокойным голосом:       — Ты тот щеночек, которого я бы хотела оставить.       И это окончательно добивает Стайлза, потому что ему тоже нравится Лора. У него никогда не было много друзей, потому что его гиперактивность и самостоятельность действуют людям на нервы. Есть только горстка людей, с которыми он чувствует себя комфортно, которых может назвать друзьями, и все они приехали вместе с ним. Но за прошедшую неделю эта группа расширилась. Лора именно такой человек, с которым он бы хотел продолжить общение, но теперь это невозможно по всем понятной причине.       Он прерывисто вздыхает и садится. Йода утыкается носом ему в ноги, видимо, заскучав от недостатка внимания.       — Слушай, не… — Стайлз останавливается, набирает в легкие побольше воздуха и продолжает, — не пытайся представить меня в другом свете, ладно? Я уже натворил достаточно дел за сегодня, — он медленно качает головой. — В чем бы ты ни пыталась убедить его на счет меня…       — Стайлз…       — Я не дурак, ладно? — он перебивает, потому что не хочет еще одной ложной надежды. — Неужели ты думаешь, что я ничего не понимаю? Я знаю, что он так поступал и раньше. Наверное, много раз. Ты думаешь, я не понял, что ничего для него не значу?       Лора медленно качает головой: — Ты не понимаешь, о чем говоришь.       — Пожалуйста, не начинай, — умоляет он.       — Ты просто не видел его в то утро, — многозначительно говорит девушка. — После того, как он поцеловал тебя. Он светился как лампочка. Угадай, сколько лет я этого ждала?       Стайлз чувствует себя запутанным и смущенным. Потухшая, казалось бы, искра надежды вновь начинает разгораться, и в глубине души он начинает задумываться, что, возможно, он был для Дерека чем-то большим, чем игрушкой на одну ночь.       — Дерек постоянно улыбается, — говорит Стайлз, потому что это правда. Байкер улыбнулся в первый день, когда они встретились, и с тех пор постоянно сверкал улыбкой.       — Но не так, — говорит Лора.       Стайлз удивленно смотрит на нее: — Что? — Он спрашивает слишком сурово и слишком отчаянно, но ему нужно докопаться до правды.       Лора закусывает губу и закрывает лицо руками, и он ожидает, что она наконец-то прогонит его и скажет не лезть не в свое дело. Он подсознательно ждет этого с того момента, как вышел из кустов. К его удивлению, Лора берет себя в руки, и по выражению ее лица видно, что она собирается рассказать что-то действительно важное.       — Слушай… Дереку было очень нелегко, после того, что случилось с Кейт. Все закончилось… — она, кажется, ищет подходящее слово, — плохо. Все закончилось очень-очень плохо, и тебе не стоит знать подробностей. Просто пойми, что с тех пор Дерек никого не подпускает к себе.       — У него есть целая банда, которая…       — Это не то же самое, — перебивает она. — Он тусуется с ними, разговаривает о мотоциклах, выпивает пиво, но, Стайлз, — Лора качает головой, — Они знают только как байкера и главаря, с которым ты встретился пять дней назад, потому что это все, что он сам позволяет людям увидеть.       — И получается, что я тоже не знаю его настоящего? — сухо спрашивает Стайлз. — Очень круто.       — Да наоборот, тупица! — кричит Лора. — Ты знаешь настоящего Дерека, потому что именно ты вытащил его из этой проклятой оболочки.       Стайлз открывает рот, но Лора продолжает: — Парень в кожаной куртке с дерзкой улыбкой? Это то, каким его видят люди. Это его щит, его броня. Она холодная и ужасная, — девушка выглядит такой подавленной, что ему хочется ее утешить, но он не осмеливается даже шевельнуться. — Но именно она позволяет спрятаться от боли.       У Стайлза учащается пульс: — Но какое отношение это имеет ко мне? — в голосе проскальзывают нотки сарказма. — В смысле, если это правда… При чем тут я?       Он на самом деле ничего не понимает. Как он мог заставить Дерека открыться за эти пять дней, если никому не удалось этого за целых десять лет?       — Ты сломал его стены, Стайлз, — выпускает короткий смешок Лора, это самое печальное, что Стайлз слышал в своей жизни. — Ты никогда не замечал, как заставляешь его вести себя не так, как все от него ожидают? Его ребяческие поступки, его настоящая улыбка, то, как нежно он прикасается к тебе, теплое выражение лица, когда он смотрит на тебя… — девушка беспомощно взмахивает руками. — Черт побери, Стайлз! Неужели ты не замечал, как мы, его, блин, собственная семья, не верили своим глазам, когда видели, каким он становится рядом с тобой?       Стайлз сглатывает. Он замечал. А сейчас, проматывая последние дни как на кинопленке, он все понимает. Пристальный взгляд Лоры, полные удивления глаза Итана, нахмурившегося Эйдана и Айзека с расширившимися глазами. Они все смотрели на них с Дереком с каким-то удивлением и благоговением, когда они переглядывались или обменивались прикосновениями. Раньше это не имело никакого смысла, а теперь все встало на свои места.       Теплые улыбки и мягкие прикосновения, невинные жесты и игривые действия не входили в список стандартного поведения Дерека. И он не делал этого со всеми парнями, которых цеплял. Это что-то глубоко изнутри, что-то, что не позволено видеть всем подряд. А Стайлз вынес это на всеобщее обозрение.       Неудивительно, что Дерек ненавидит его.