Противостояние

      Доктор Маккой был погружён в наискучнейшую, на первый взгляд, работу: он кормил андорианских слизней, которые, наряду с вулканским ящером, плоскоголовыми моллюсками и другими представителями внеземной фауны, обитали в медотсеке. Некоторые из них находились здесь на правах будущих подопытных образцов, другие — чисто для наблюдения и изучения.       Сам Леонард не считал, что это так скучно — проводить своё время в букашечном сообществе. Следить же вместе со всеми за игрой в трёхмерные шахматы или слушать чьи-то шуточки, сидя в общей комнате отдыха, заставляя себя улыбаться, было в сто раз более муторно. Да и вообще: все эти моллюски, мыши, слизни и ящер казались иногда гораздо более разумными, чем вся остальная команда корабля. По крайней мере, окружающие Боунса твари не трепали языком (без причины), не отпускали скабрёзности и не норовили «развеселить» его, в отличие от того же капитана.       Маккой начал разводить особый жучиный раствор для кормёжки большого ференгинарского таракана, который с лёгкой подачи капитана Кирка получил имя Быстрый Джонни. Это был любимый питомец в зверинце доктора: Джонни, как был уверен Боунс, определённо обладал каким-то интеллектом, всегда выползая из своего закутка ровно в одно и то же время, когда Леонард приходил покормить его. Маккой даже иногда рассказывал таракану, как прошло очередное дежурство и что их ждало в конце дня. Таракан же, казалось, внимательно слушал доктора, молчаливо поглощая свой обед, тихонько перебирая лапками и шевеля огромными усами. Иногда Маккой даже доставал его из инсектариума, сажая на ладонь и говоря, какой Джонни умница, какие у него великолепные усы и потрясающий цвет крыльев. Таракан, по своему обыкновению, лишь молчал, подёргивая гигантскими вибриссами.       Вот и сегодня, обойдя всех своих питомцев, Леонард остановился рядом с любимчиком, уже намереваясь достать его и приголубить, как в медотсек впорхнула Дакс. Доктор, не обращая внимания на трилла, извлёк таракана из инсектариума и погладил одним пальцем по переливающимся зелёно-красным крыльям.       — Здравствуйте, Леонард, — с улыбкой поприветствовала его женщина ещё на входе.       Боунс, по-прежнему не обратив на неё никакого внимания, ответил:       — И чего это Вас черти принесли сюда в такой час? Ваша смена ещё не началась, доктор, так какого ляда Вы тут делаете?       Наджия лёгким шагом направилась к доктору, улыбка на её лице стала ещё шире. «Как такое было вообще возможно?» — про себя подумал Боунс. А он ведь только что начал считать Дакс самой адекватной личностью на корабле. Впрочем, одёрнул себя Леонард, не нужно было с самого начала питать иллюзии на этот счёт. Маккой знал, что его окружали болваны, а беспричинные улыбки вроде этой несомненно были признаком глубочайшего идиотизма, принимая во внимание ту плачевную ситуацию, в которой оказался экипаж.       — А что это у Вас тут тако… Ой! А-а-а-а!!! Уберите, уберите это немедленно!       У Маккоя аж уши заложило от громкого вопля, разрезавшего тишину медотсека. Дакс, только что подошедшая к нему поближе, в секунду отпрыгнула на несколько футов назад. Доктор непроизвольно отшатнулся, пытаясь удержать в ладонях Джонни, который тоже неожиданно разволновался и попытался укрыться в рукаве Леонарда. С трудом поймав таракана, Маккой посадил его обратно туда, где ему и было место, только потом обернувшись и грозно посмотрев на Дакс.       Трилл была бледнее мела, отчего пятна, обрамлявшие её лицо, выделялись особенно сильно.       — Зачем так вопить-то? — ощерился Маккой. — Вас сюда вообще не звали, что Вы тут забыли, в моём медотсеке? Напугали бедного малыша…       Женщина облизнула губы и попыталась совладать с собой.       — Малыша? Напугала?! Боже мой, Леонард, каких монстров Вы здесь разводите! Как хорошо, что я не додумалась заглянуть, что же находится в каждом из этих серпентариев.       — Ещё бы Вы лазили тут по моим вещам! — подбоченился доктор. — И вообще, Вы так и не сказали, что Вы тут забыли в мою смену. Говорите, зачем Вы здесь и выметайтесь отсюда к чёртовой матери!       Наджия округлила глаза, не обратив внимания на последние слова Боунса:       — Джонни? Так у него что, ещё и имя есть?       — Конечно, есть! — огрызнулся Маккой. — У червяка у Вас внутри тоже есть имя, но это-то для Вас само собой разумеется, не так ли?       Дакс грозно сдвинула брови и холодно сказала:       — Мне кажется, что иногда Вы перегибаете палку с Вашей показной мизантропией, доктор. Я пришла спросить у Вас, возможно ли мне уйти сегодня на два часа раньше. Я отработаю свои часы в смену в среду.       Маккой удивлённо посмотрел на Наджию.       — Вы хотите, чтобы я подежурил сегодня вместо Вас? Могу я в таком случае узнать, в чём причина?       Дакс сложила руки за спиной и отвела глаза, начав разглядывать потолок:       — Вся команда собирается сегодня посмотреть фильм, который я уже давно хотела увидеть. Я подумала, что раз Вы всё равно никогда не принимаете в общих развлекательных мероприятиях, то Вы могли бы один раз пойти мне навстречу и чуть-чуть сдвинуть часы работы.       Боунс подошёл к Наджии поближе и ухмыльнулся:       — Так-так, вижу, и Вы недалеко ушли от остальных. Берёте пример с капитана и собираетесь предаться пустому веселью? Я был о Вас лучшего мнения, Наджия.       Женщина лишь с невинным видом приподняла брови:       — А я — о Вас, доктор. У вас же был курс психиатрии в Академии? Вам должно быть известно, что все эти разговоры с окружающими предметами и с самим собой — первый признак шизофрении. По Вам никак не скажешь, что Вы — в группе риска. Впрочем, мне не очень хочется говорить об этом капитану… — Наджия сделала вид, что разглядывает нос левого ботинка.       Леонард закатил глаза.       — Ну ладно, ладно, сколько можно канючить? Вы свободны сегодня, идите, развлекайтесь.       Дакс закусила губу, пытаясь спрятать улыбку.       — Может, Вы хотя бы расскажете, о чём фильм-то?.. — вытянув шею, крикнул Боунс в спину триллу, но её уже и след простыл.       Маккою оставалось лишь скривиться и сердито передёрнуть плечами. Проклятая докторша, напугала бедного Джонни!       Леонард прошёл обратно к нише, где на многочисленных полках располагались клетки и инсектариумы. Обед в питомнике был ещё не закончен.       Однако сосредоточиться на ещё одном экземпляре его маленького зоопарка доктору вновь было не суждено. Где-то за спиной раздалось тихое покашливание.       Маккой не соизволил обернуться и поприветствовать вновь пришедшего.       — Кто бы Вы ни были, если Вы не при смерти, можете убираться отсюда вон, — заявил доктор. Опять эти проклятые посетители! И что им сегодня неймётся? Нужно было доложить капитану: у людей на этом корабле было явно недостаточно работы, в отличие от него, Боунса. Кирк совсем ослеп от своей возни с аугментами, если не понимает таких простых вещей. Да, пожалуй, Леонард донесёт эту мысль до капитана. Но сначала он выпроводит незваного гостя из своих владений.       — И Вам я желаю доброго дня, доктор, — раздался низкий мелодичный голос позади него. — Какая потрясающая у Вас коллекция насекомых! Я могу взглянуть поближе?       Маккой замер. Отложив в сторону инструменты, которыми он пользовался во время кормёжки, доктор медленно обернулся и в молчаливом шоке уставился на высокую женщину перед ним. Её пышные, невероятной красоты чёрные волосы были собраны в высокий пучок на макушке, однако некоторые извивающиеся локоны всё же непослушно выбивались из общего порядка. Миндалевидные глаза агатового цвета внимательно разглядывали его.       — Мадхави, — пробормотал он. — Я не ожидал, что Вы можете заглянуть сюда.       — Я заметила, — женщина едва заметно улыбнулась доктору. Маккой отметил про себя, что они с Ханом были чем-то похожи: тот же разрез глаз, тот же овал лица. Однако на этом сходство заканчивалось. — Вы очень заняты? Я прошу прощения, что отрываю Вас. Вы, должно быть, были заняты увлекательными научными изысканиями… Что это, земляной паук?       Маккой, потрясённый той почтительной манерой, с которой обратилась к нему женщина-аугмент, хрипловато ответил:       — Да, да, а как Вы узнали? О, ну что же я такой негостеприимный, мешаю Вам подойти ближе… Пожалуйста, смотрите, конечно…       Брюнетка кивнула доктору, улыбка на её лице стала более заметной. Подойдя к клеткам, она с неподдельным любопытством учёного неторопливо прошлась взглядом по всему, что стояло на полках. Леонард отступил на почтительное расстояние, пребывая всё в том же молчаливом шоке.       — Вы интересуетесь ксенозоологией, доктор? — спросила Мадхави, вновь обернувшись к Леонарду.       — Кт… Кто, я? — переспросил Боунс, пытаясь собраться с мыслями. — А, да, конечно. А Вы, как я смотрю, тоже?       — Мне пока мало знакомы внеземные виды, — ответила женщина, тряхнув волосами. — Я всё ещё адаптируюсь к Вашему времени. Хотя я узнаю некоторые образцы, которые у Вас здесь находятся. Скажите, это правда тот самый знаменитый вулканский ящер?       — Да, это он, — осклабился Боунс. — Вымирающий вид, как и всё вулканское. Я рад, что мы имеете возможность увидеть его вживую, их осталось не так много.       — Ваша коллекция просто изумительна, — улыбнулась Мадхави, сверкнув белоснежными зубами. — Особенно мне нравится вот тот большой красивый жук с переливчатыми крыльями. Что это за вид?       — Это margaritta majora или большой ференгинарский таракан, — раздуваясь от гордости, ответил Боунс. — В своём родном мире он тоже довольно редок. Народ ференги почти истребил его. Видите ли, насекомые — основная часть меню сей расы, а этот таракан — изысканный деликатес на Ференгинаре.       — Какое варварство, — покачала головой женщина. — Это ведь такое же живое существо, как и мы с Вами! Впрочем, не мне судить о нравах других народов. Скажите, доктор, Вы дали ему имя?       — Да, — Маккой неожиданно запнулся и покраснел. — Его зовут Быстрый Джонни.       — Быстрый Джонни? — Мадхави приподняла брови в удивлённой улыбке. — Какое смешное имя! За ним скрывается какая-то история?       — Ну, — замялся Боунс, — некоторое время назад, когда мы с Джимом — то есть, с капитаном Кирком — учились в Академии, мы устраивали… Э-э-э… Нечто вроде тараканьих бегов. Ну, сами понимаете, студенты, живущие в кампусе, по-всякому развлекались в свободное от учёбы время помимо, как водится, выпивки, женщин, ну и… Ах, я не должен Вам этого говорить!       — Ничего страшного, продолжайте, — с улыбкой подбодрила его Мадхави.       Боунс опустил взгляд.       — Так вот, несмотря на то, что на дворе уже XXIII век, мы так и не смогли избавиться от тараканов в местах большого скопления людей. В общежитии их — тараканов, то есть — было хоть пруд пруди, невзирая на все ухищрения коменданта. Мы с Джимом жили в то время рядом друг с другом, а значит, составляли как бы одну команду. Задача каждой группы была первой прогнать своего таракана из одного конца коридора в другой. Те, чей таракан прибегал первым, получали в награду от старосты по этажу партию контрабандного ромуланского эля, а это, поверьте мне, было прекрасным стимулом для каждого. Староста, кстати, тоже не оставался в накладе. Ставки некоторых студентов были не всегда разумными.       — И что же, надо полагать, что Вы и ваш таракан были чемпионами?       — Вначале — нет, — краснея ещё сильней, ответил Маккой. — Однако позже нам удалось раздобыть Джонни. Я долго торговался тогда с одним лопоухим ференги, он чуть всю душу из меня не вытряс, проклятый гоблин!       Мадхави усмехнулась, отчего на её щеках проступили ямочки.       — А когда Джонни выиграл свой первый забег, Джим и дал ему это имя. Капитан даже разрешил мне забрать этого красавца к себе в комнату, сказав, что только я смогу самым наилучшим образом заботиться о нашем чемпионе.       — Да уж, воистину, очень увлекательная история, — кивнула брюнетка, всё ещё не сводя взгляда с доктора.       — Леонард… Скажите, могу я называть Вас так?       Боунс лихорадочно закивал, словно китайский болванчик.       — Я могу подержать Джонни в руках?       Брови Маккоя в изумлении поползли вверх.       — Я не обижу его, не волнуйтесь, — широко улыбнулась Мадхави.       — Ну что Вы, я бы никогда не подумал, что Вы способны на такое. Да, пожалуйста, Вы можете общаться с ним в любое время, когда хотите.       Женщина в благодарности склонила голову и, открыв крышку инсектариума, аккуратно выловила жука. Джонни, который обычно либо пугался и замирал, либо норовил убежать всякий раз, когда его брали в руки, в этот раз почему-то возбуждённо зашевелил усами. Впрочем, попыток сбежать от аугмента он по какой-то причине не сделал.       Мадхави медленно прошлась по медотсеку, мягко держа таракана в ладони и нежно поглаживая по переливающимся крыльям.       — Как он прекрасен, — проворковала она, — Вы только посмотрите. Какой окрас, какие цепкие лапы, какие блестящие глаза. И животик такой пушистый.       Леонард исподтишка наблюдал за этим странным действом, стараясь контролировать выражение своего лица.       — Вы знаете… — начал он, — А Вы совсем не похожи на Хана.       Ну вот, и зачем только он это сказал? Тупица!       Женщина вздохнула, поместив таракана обратно в его жилище.       — Мне очень жаль, что пока Вы ничего не знаете о доброй стороне моего Хана, Леонард. Поверьте, она существует.       — О, я не говорю, что её нет, просто… — запротестовал Маккой. — Вы такая мягкая, такая… Неравнодушная. Я не могу поверить, что Вы состоите в некоем родстве.       — В прямом смысле — нет, не состоим, — ответила аугмент, — хотя, как Вы, наверное, заметили, у нас есть некоторые общие генетические черты. Хан для меня всё равно что старший брат.       Повисла неловкая тишина.       — Леонард, у Вас есть семья, дети?       — Дочь, Джоанна, — ответил Маккой, не глядя в глаза Мадхави.       — Значит, Вы должны меня понять, — ответила та, снова чуть улыбнувшись. — Я так понимаю, обстоятельства разлучили Вас с ней?       — К сожалению, — пробормотал Леонард. — Я ничего не мог с этим поделать.       — Расскажите мне о ней, — попросила Мадхави, взяв Маккоя под руку. — Уверена, Вы мало с кем можете разделить свои мысли об этом.       Боунс улыбнулся. Всё это было так неожиданно и очень приятно. Он был уверен, что все аугменты были скорее похожи на Хана — такие же самоуверенные и заносчивые. Неожиданно было обнаружить обратное.       — Я даже могу показать Вам её. Она прислала мне очередное видео, где рассказывает, как сильно она влюблена в свой новый предмет в школе.       — Что это за предмет? — к удивлению доктора, в голосе Мадхави звучал самый неподдельный интерес.       — Биология, — улыбнулся Боунс ещё шире. — Они только-только начали изучать насекомых.       — Ах, так вот оно всё откуда идёт, — рассмеялась брюнетка. — Что ж, я с удовольствием проведу с Вами сегодня пару часов. Во сколько заканчивается Ваше дежурство?       — Я как раз хотел сказать Вам, что именно сегодня я освобожусь на два часа позже, — понуро опустил голову доктор. Чёрт бы побрал Наджию с её отгулом!       — Что ж, тогда можно будет устроить это завтра, — ответила Мадхави, мягко стиснув плечо Маккоя. — Я смотрю, доктора Дакс сегодня не будет здесь в её обычное время?       — Да, она отпросилась, так что из-за неё, как видите, я вынужден отказать Вам сегодня, — вздохнул Леонард.       — Ладно, — снова улыбнулась аугмент, — приятно было увидеть Вас, Леонард. До завтра. Маккой пробормотал в ответ несколько глупостей на прощание, провожая брюнетку до дверей. Мир сходил с ума, и Боунс вместе с ним.