Противостояние

      Нийота всю дорогу бегом бежала в медотсек так, будто сами черти гнались за ней. Оказавшись в конце концов на седьмой палубе, она буквально ворвалась внутрь, подлетела к одной из медсестёр и сбившимся голосом спросила:       - Доктор Маккой…       - На операции, - не отрывая глаза от ПАДДа, ответила ей сестра. – Лучше не отрывать его сейчас.       - Да-да, я понимаю, - лихорадочно закивала Ухура. – Скажите мне только… Коммандер Т’Маар… С ним всё будет в порядке?       Медсестра неторопливо оторвала взгляд от планшета и посмотрела на Ухуру так, как обычно повидавшие жизнь мамаши-наседки смотрят на своих неразумных цыплят.       - Цел твой вулканец. Жить будет. У меня самой четверо таких раздолбаев, и за всеми до сих пор приходится приглядывать. В детстве – ободранные коленки, разбитые носы и сломанные конечности, в юности – дайвинг и горные лыжи, но техника безопасности – это, конечно, не для таких, как мы. А теперь вот Звёздный флот…       Ухура открыла было рот, но та всё продолжала:       - Не волнуйся ты так, через пару дней с ним уже можно будет разговаривать. В одностороннем порядке, правда, но он уже будет вполне способен тебя понять. А через неделю мы его выпишем.       - А сейчас он где?       - В отдельном отсеке. Нам нужно было сымитировать условия декомпрессионной камеры.       Медсестра снова уткнулась в свой ПАДД, и Ухура поняла, что она действительно здесь всем мешает. Она уже было хотела развернуться и отправиться обратно на мостик, как доктор Маккой вышел из-за ширмы.       - Чёрт бы побрал этих старших офицеров с их геройствованием, - резко высказался Леонард, снимая перчатки. – Долбишь им долбишь про технику безопасности, а они враз готовы забыть всё в тот самый момент, когда она больше всего нужна. Я…       - Доктор? – Нийота робко подошла к Леонарду.       - Ну что ещё? – огрызнулся Боунс.       - Просто скажите, что всё будет…       - Всё будет отлично, лейтенант, если Вы сейчас же уберётесь отсюда. Честное слово, этому остроухому сейчас нужны не Вы, а тераген и кислородная маска. Приходите через два дня. Может, к тому времени он очухается и будет в состоянии Вас слушать.       Ухуре ничего не оставалось, как уйти. Она в задумчивости вернулась на мостик и села за своё рабочее место, стараясь не привлекать ничьего внимания.       Эта смена тянулась невыносимо долго: казалось, за всё время службы во флоте Нийота никогда не желала настолько сильно, чтобы день закончился как можно быстрее. Минуты превращались часы, часы – в недели, и время, казалось, насмехалось над ней. Наконец, когда смена всё-таки закончилась, она встала и самая первая двинулась к выходу, не дав никому повода нагрузить её дополнительной работой.       Второй день был так же уныл и беден на события, как и предыдущий. Ухура улеглась спать чуть раньше, чем обычно, в пустой надежде на то, что сон быстро придёт к ней. Видимо, на это не стоило рассчитывать в принципе, так как после пары часов беспокойных метаний по кровати она поняла, что это затея изначально была бессмысленной.       Включив свет, она взяла в руки ПАДД и открыла «Учения Сурака» - бесспорно, самый выдающийся труд вулканской логики, написанный высокопарным языком с витиеватыми деепричастными оборотами на полстраницы.       Обычно «Мучения» - так прозвали их в своё время студенты-ксенолингвисты - помогали ей отключить мозги и погрузиться в сон. Эта работа уже не одно поколение была притчей во языцех среди учащихся высших учебных заведений.       Когда-то давно, когда Ухура училась ещё на первом курсе Академии, ей посчастливилось попасть в одну из самых знаменитых библиотек мира – ту, что была в Москве, всё благодаря Чехову, конечно, который соблазнил её поехать туда вместе. Времени на достопримечательности было немного, и Нийота решила начать именно с этого места, о чём позже не пожалела. Поход по невероятным подземным хранилищам, сводчатым залам и запах настоящих книг врезался в память сильнее всех остальных достопримечательностей города. Особенно часто она потом рассказывала своим друзьям о том, как решила заночевать в этой библиотеке, и поэтому заказала себе из подземного хранилища эти самые «Учения» в Фонде Ксенолингвистики. Чего она никак не ожидала, так это что ей принесут несколько гигантских томов. Полчаса она потом просто сидела и думала, что же с ними делать, так как на то, чтобы прочитать и осмыслить даже десятую часть этого грандиозного труда, потребовалось бы не меньше года, а у неё была лишь одна ночь. Однако по какой-то неизвестной прихоти девушка пролистала один том за другим с той лишь целью, чтобы почувствовать, каково это было раньше: читать настоящие бумажные книги. К удивлению Нийоты, почти на каждой странице тома можно было обнаружить множество подчёркиваний, крестиков, восклицательных знаков и прочих отметок, свидетельствовавших о старательности студентов, которые изучали сие монументальное творение ещё до неё. Когда же Ухура дошла до последней страницы самого последнего тома, она увидела надпись, которая лишний раз уверила её в том, что студенты всего мира были одинаковы. Надпись гласила: «Нечеловеческий оргазм».       Ухура улыбнулась, снова вспомнив ту поездку, библиотеку и ночь в ней. К этому моменту ей удалось пройти целых четыре главы. Чертыхнувшись, она небрежно отложила планшет в сторону, когда она поняла, что начала реально задумываться над тем, что когда-то изрёк самый знаменитый вулканец. Время было два часа ночи. Сон всё ещё не шёл и, наверное, сделать с этим уже ничего было нельзя.       Нийота вновь взяла в руки ПАДД, зашла в базу данных Звёздного флота и набрала там одно-единственное слово. Если быть точнее, имя. Интересно, сколько полезной информации она могла отсюда извлечь. В конце концов, даже в открытых официальных источниках иногда было за что зацепиться.       Итак, что же мы имеем? Возраст, образование, области научных интересов, карьера во флоте, гуманитарные миссии на Новом Вулкане. Ухура вздохнула и почесала пальцем висок. Конечно, здесь не было ни слова ни о чём таком интимном. Либо тут действительно могло скрываться что-то очень личное, чего не было в базе, либо… Возможно, этого личного просто не было в открытой базе данных.       А может, это её сознание проделывало с ней подобные шутки? В конце концов, среди ночи, когда сон не идёт и тебе нечего делать, в голову могут начать приходить совершенно дурацкие мысли.       Ухура встала и оделась. Узнать содержание полного личного дела она могла только одним способом: добыв пароль к базе данных, которая была скрыта от посторонних глаз. Доступ к ней был разрешён только лицам, имеющим ранг от первого помощника и выше. Это значило, что помочь ей в этом могли только Джеймс и Спок.       Капитан не стал бы этого делать по вполне понятным причинам, хотя Нийота и сама осознавала, что то, что она хотела сейчас сделать, было в корне неправильно. Кирку со всем его напускным пренебрежением к правилам совсем не понравится, если она сунет свой нос в личную жизнь одного из старших офицеров без ведома последнего. Просить же о чём-то таком Спока было равносильно смерти от поджаривания на медленном огне. Лучше уж умереть сразу.       Существовал ещё и другой путь – подбор пароля и взлом базы. Если она возьмётся за это самостоятельно, то это может отнять у неё недели, если не месяцы, хотя с другой стороны… Кто на «Энтерпрайзе» обладал достаточной квалификацией и умом, чтобы сделать это, по возможности, за короткий промежуток времени? И кто при этом мог держать язык за зубами?       Скотти отпал сразу же: он был блестяще умён, но сболтнуть при этом мог всё, что угодно в любой момент. Чехов? Этот вундеркинд был достаточно смышлён для того, чтобы расколоть любой, даже самый запутанный код, однако Ухура опасалась подставлять молодого энсина, чья карьера во флоте только началась. Вдруг кто-то так или иначе узнает об этой афере?       Следующей кандидатурой была Кэрол Маркус. Да, мысль была просто прекрасная, однако Ухура не знала Кэрол настолько хорошо, чтобы доверить ей столь деликатное поручение. Эта девица была «тёмной лошадкой», несмотря на свою очаровательную улыбку и искренний взгляд. А ещё вместе с ней всегда была странноватая докторша, о которой Нийота не знала практически ничего.       Оставался только один вариант, и он был ей совершенно не по вкусу. Потому что, как знала Ухура, этот человек ничего не стал бы делать за простое спасибо. Впрочем, прежде, чем расстраиваться и опускать руки, нужно было хотя бы попытаться.       Решив так и сделать, Ухура взяла коммуникатор и набрала сообщение: вдруг тот, кому оно предназначалось, не спит в такой час? Не особо надеясь на ответ, она дошла до ванной, в очередной раз умылась и вернулась в комнату. Маленький предмет на столе мигал красным, сигнализируя о полученном сообщении.       «Я не сплю, можешь зайти.» Вот и всё, что соизволил написать ей Хан.       Ухура неосознанно втянула в себя воздух, прежде чем позвонить в дверь. Когда же она всё-таки вошла, то, как и все, кто когда-либо бывал здесь, она была поражена количеством свечей и тем, сколько света они давали.       Хан сидел на полу в позе лотоса с ПАДДом в одной руке и чашкой – в другой.       - Ты тоже не спишь… - пробормотала Нийота вместо приветствия.       - Как видишь, - ответил он, не поднимая взгляда.       Сволочь, подумала Ухура. Мог бы хотя бы предложить ей сесть.       - У тебя очень… занятно, - выдала Нийота, разглядывая комнату.       - Давайте ближе к делу, лейтенант, - проговорил аугмент. – Что Вам нужно? Уж явно не светская беседа в третьем часу утра.       - Да, ты прав, - Ухура решила не скрывать, что её привело сюда не просто праздное любопытство или желание общества Хана. – Мне нужна помощь, и почему-то я уверена, что только ты можешь мне её оказать.       Кажется, это сработало. Аугмент оторвался от планшета и смерил её ничего не выражающим взглядом. В ответ Нийота посмотрела на него не менее пристально, опускаясь напротив и садясь в такую же позу.       - Я весь внимание.       - Предположим, - начала она, - что кто-то захотел бы проникнуть в секретную базу данных Звёздного флота.       - И надо полагать, что этот кто-то – это ты, - ухмыльнулся он.       - Может, и так, - ответила она с такой же игривой полуулыбкой. – Мне нужно посмотреть досье на одного из… членов экипажа.       - И ты хочешь, чтобы я помог тебе с паролем.       - Да.       - В таком случае, назови мне имя того, чьё досье тебе нужно.       Нийота никак не ожидала этого вопроса и поэтому выпалила:       - А какое тебе до этого есть дело?       - Представь себе, есть, - ухмылка Хана стала больше похожа на оскал. – Я бы не хотел… подставлять определённых людей.       - О, я не сомневаюсь в твоих способностях и в том, что тебе прекрасно удастся замести следы.       - Это так, но ты пришла сюда ко мне и ждёшь от меня какого-то содействия, поэтому условия здесь буду ставить я.       Ухура злобно прищурилась и замолчала. Хан вновь уткнулся в ПАДД, как будто её здесь и не было.       - Это Т’Маар.       Аугмент поднял чёрную бровь.       - Интересно, и почему меня это не удивляет? Много лет назад в этом мире царило недоверие и подозрительность даже к тем, кто нам наиболее дорог. И вот, спустя триста лет я просыпаюсь и понимаю, что ничего не изменилось…       - Давай оставим это всё на потом, хорошо? Просто помоги мне. Пожалуйста.       - И что же ты готова предложить мне взамен? – саркастически осведомился тот.       - Ничего, - честно ответила Ухура. – Мне и правда нечего тебе предложить. Только искреннюю благодарность и честное слово о том, что когда-нибудь я постараюсь помочь тебе, если это потребуется.       - Вряд ли, - ухмыльнулся аугмент, вновь опуская глаза на ПАДД.       - Значит, ты не согласен, - большее утверждая, чем спрашивая, сказала Нийота. Жаль, нужно было сразу догадаться, что это пустое желание.       - Я подумаю, - с полуулыбкой ответил Хан. – А теперь спокойной ночи… Лейтенант.       Ухура встала и отправилась к себе. Нет, всё-таки это было лучше, чем ничего. Возможно, к утру что-нибудь прояснится.       Когда будильник разбудил её на следующий день, ей показалось, что она совсем не ложилась. Сделав на автомате все необходимые утренние дела, она так же механически отработала до полудня, а потом и до вечера, мечтая только об одном – не свалиться от усталости прямо на мостике.       В столовую же Ухура пошла скорее не за тем, чтобы поесть – аппетит у неё напрочь отсутствовал, - а чтобы попытаться поймать Хана.       Увидев знакомую фигуру за одним из столиков, она села рядом и без предисловий спросила:       - Ну, что ты решил?       Аугмент неторопливо отложил вилку в сторону, потянулся за салфеткой, сделал вид, что вытирает пальцы и только потом соизволил посмотреть ей в лицо. Вот ублюдок, со злостью подумала про себя Ухура.       - Нет, - насмешливо склонив голову, ответил он.       - Что – нет?       Она уже начала выходить из себя.       - А то, что я не буду участвовать в твоих мелких грязных делишках.       - Послушай, Хан, - терпеливо начала она, - я знаю, что всё это выглядит… Ужасно некрасиво. Но поверь мне, я не замышляю ничего такого, чтобы могло как-то повредить или... Я просто хочу знать кое-что, вот и всё.       - Я же сказал – нет.       На этот раз во всей его позе, в его голосе не слышалось былой игривости, - только твёрдость и непоколебимая решимость.       - Отлично, - произнесла Нийота. – Спасибо за помощь. Обойдусь как-нибудь без тебя. Только попробуй сам в следующий раз попросить меня о чём-нибудь, и я тоже скажу тебе «нет».       - Не понадобится, - с твёрдой убеждённостью в голосе ответил аугмент, снова взяв в руки вилку.       Она встала и со злой решительностью вышла из столовой. Теперь ничего не оставалось, кроме как рассчитывать на собственные силы. Что ж, можно было попробовать и самостоятельно решить проблему… Может быть, так будет лучше для всех. Она не будет никого втягивать в эту историю, а если Хан вздумает рассказать кому-то о том, что она его просила сделать, она лишь будет всё отрицать. В конце концов, кому поверят в первую очередь – ей, образцовому офицеру Звёздного флота, или сумасшедшему, угробившему невесть сколько людей?       Ухура мрачно ухмыльнулась, загружая в компьютере нужную ей программу. Теоретически она, конечно, представляла, как делаются такие вещи: в Академии у них были углублённые курсы программирования и информационной безопасности. Конечно, она могла бы и более прилежно заниматься тогда, но упущенного было не вернуть, так что приходилось теперь рассчитывать только на остаточные знания. Наверное, посторонние сейчас бы посмеялись над ней: многие яркие умы тех же ромуланцев или клингонов пытались сделать то, что делала она сейчас, но так и не преуспели в этом. Но с другой стороны, математическая лингвистика требовала больших аналитических способностей, а их как раз можно было приложить в такой вот ситуации.       Нийота провела за работой около двух часов, пока, наконец, её не осенило: именно Спок разрабатывал систему защиты. А Спока и его логику она знала прекрасно.       Наконец, у неё стало получаться что-то более вразумительное. Теперь, когда какие-то вещи прояснились и стало понятно, в каком направлении следовало двигаться, дело уже не казалось ей таким безнадёжным. То периодически оставляя программу работать самостоятельно, то возвращаясь и корректируя в ней ошибки, она провела за этой работой несколько часов. Незаметно для себя, Ухура так увлеклась процессом, что и весь её единственный выходной день был полностью потрачен только на это занятие. В итоге, когда дело начало близиться к некоему логическому завершению – а код Спока мог быть исключительно логичен – она оставила программу работать и отправилась в медотсек.       Ухура вошла в святая святых доктора Маккоя, когда подходила к концу вторая смена за текущий день. Леонард материализовался совершенно внезапно практически сразу, как она появилась в его владениях. Сегодня он казался более спокойным и доброжелательным, чем обычно, если это было вообще возможно.       - Добрый вечер, доктор, - начала она. – Вы знаете, зачем я здесь.       - Да-да, разумеется, - проворчал он, - чтобы докучать людям. Давайте, проходите, пока я не передумал. Постарайтесь не волновать пациента, он пока не готов к различного рода потрясениям. И кстати, я запретил ему разговаривать ещё два дня. Ухура рассеянно кивнула и вошла в основное отделение, отгороженное от главной лаборатории. Здесь была занята единственная койка, и Нийота сразу же направилась в этом направлении.       Освещение в медотсеке уже приглушили в связи с довольно поздним часом. Лежащий на кровати вулканец казался спящим, однако, когда она села рядом, его веки дрогнули. Нийота поняла, что ему потребовалось некоторое время, чтобы сфокусировать на ней свой взгляд.       - Привет, - улыбнулась она. – Я знаю, что тебе нельзя разговаривать, поэтому тебе придётся молча слушать всё то, что я буду тебе говорить. На этот раз не отвертишься.       Лицо вулканца оставалось таким же бесстрастным, как и обычно. К его носу протянулась прозрачная кислородная трубка, лицо имело неестественный бледный оттенок, а спутанные волосы едва приоткрывали острые кончики ушей.       Она какое-то время болтала о всякой ерунде, о том, как она провела последние два дня, что интересного они встретили на пути, чем занималась команда. Возможно, ещё каких-то пару месяцев назад она готова была бы поклясться, что этот вулканец совершенно ничего не чувствует и что по его лицу невозможно прочитать ни единой мысли. Почему-то сейчас ей больше так не казалось.       - Мы все волновались за тебя, - тихо призналась Нийота. – Ты не представляешь как. Ухура с удивлением заметила, что глаза Т’Маара скользнули куда-то влево, как будто он пытался сказать ей что-то.       - Что? – не понимая переспросила она, пока до неё, наконец, не дошло дать ему в руки ПАДД, лежавший рядом на тумбочке. Нужно было догадаться сразу.       Неуверенно взяв планшет в руки, он медленно набрал на нём одну-единственную фразу, которая даже не была вопросом: «Ты опять не спишь».       Удивительно, как он продолжал беспокоиться о ней, даже находясь здесь, в медотсеке. Отчего-то на душе стало очень тепло и одновременно больно от того, что она-то была в добром здравии, ходила и говорила, а он лежал здесь весь день в одиночестве.       - Не беспокойся за меня, - вновь улыбнувшись, ответила Ухура. – Сегодня я точно засну. Обещаю. Теперь, когда я вижу, что тебе уже лучше. Доктор сказал, что через пару дней тебе уже можно будет разговаривать.       Вулканец вновь посмотрел на неё так, будто всё это не стоило и половины той суеты, которую она развела вокруг него. На этот раз ему понадобилось чуть больше времени, чтобы набрать ей новое сообщение.       «С твоей стороны совершенно нелогично волноваться за меня. Я уже не в первый раз оказываюсь на больничной койке.»       - Понятно. Значит, атмосфера должна быть для тебя привычной, - с деланной весёлостью ответила Ухура, пытаясь скрыть тревогу, закравшуюся куда-то глубоко внутрь. Может, не стоило всё-таки лезть в его личное дело? Может, нужно было подождать, пока он сам ей всё расскажет? Проклятые недоверчивые гоблины.       Они какое-то время просто молча смотрели друг на друга. Нийота опустила взгляд: ладонь вулканца лежала совсем близко от её, всего в каком-то дюйме. Интересно, если она сейчас возьмёт его за руку, он уберёт её? Или будет терпеливо ждать, пока она сама её не отпустит?       Если бы сейчас рядом с ней был человек, она не раздумывая бы взяла его за эту чёртову руку хотя бы просто в порыве доброты и сострадания. Но это же был вулканец. Кто его знает, что за мысли у него в голове. Как он расценит этот самый обычный для человека жест. Решит ли он, подразумевает ли она под ним какую-то иную эмоциональную привязанность, нежели просто дружбу. И что ей делать, будь это именно так.       - Всё, друзья мои, время для посещения окончено, - провозгласил доктор Маккой, входя в палату. – А посему, мисс Ухура, выметайтесь-ка отсюда поскорей. Вам бы тоже не мешало как следует выспаться, а то вид у Вас неважный.       - Как скажете, доктор, - произнесла она, а затем добавила так, чтобы её услышал только вулканец. – Спокойной ночи, Т’Маар. Я ещё приду завтра.       Она готова была поклясться, что на этот раз в его глазах застыла улыбка. Доктор Маккой тем временем подошёл с гипоспреем наготове и аккуратно приложил его к шее вулканца. Тот ещё пару раз моргнул и смежил веки.       - Не могу поверить, доктор, - с улыбкой сказала она, - что Вы можете так ласково, не побоюсь этого слова – любовно – прикладывать гипоспрей к шее пациента. Интересно, почему капитан всё время так боится Ваших уколов? Они ведь кажутся совсем не страшными.       - Зря Вы это сказали, - насупился Маккой. – Надеюсь, Вам не доведётся их испытать на себе.       Нийота улыбнулась и отправилась в свою каюту. Ей предстояло решить, что же она будет делать с запущенной программой, которая уже наверняка готова была предложить ей некоторые варианты паролей.       Оказавшись у себя, Ухура тут же села за компьютер. Действительно, кое-что ещё нуждалось в корректировке, но после этого некоторые решения уже можно было попробовать использовать. Вопрос был только в том, стоило ли делать это вообще.       Я уже не в первый раз оказываюсь на больничной койке. Нужно ли было серьёзно воспринимать эту фразу?       Она сходила в душ, тщательно уложила волосы, собрала и отправила в стирку кое-какие вещи и заварила себе чай. Нет, дальше откладывать это было уже невозможно, решила Ухура. Она всего лишь посмотрит на его личное дело одним глазком и всё. Ничего же от этого не случится, правда?       Нийота зашла на главную страницу базы, набрала один из возможных паролей. Прошло ещё пару минут, пока она потягивала свой чай, не особо надеясь на успех, как вдруг на экране загорелась надпись «авторизация пройдена». От неожиданности Ухура пролила полкружки чая на колени и, вскрикнув от боли, вскочила и стянула с себя мокрую форму. Нужно было приложить к обожжённому месту что-то холодное, но любопытство оказалось сильнее.       Набрав имя, она подождала ещё минуту, пока система искала данные. Наконец, на экране появилась нужная информация.       Сказать по правде, она надеялась на большее. Эта версия анкеты почти ничем не отличалась от той, что была в открытом доступе. Однако гораздо более подробно была представлена информация относительно разработок того оружия, которым занимался Т’Маар. Некоторые вещи были расписаны с точностью до деталей. Но Ухуру сейчас это мало волновало. Возможно, она посмотрит на технические данные в другой раз.       Как забавно, усмехнулась она. Если подумать, вся база Федерации была сейчас у неё в кулаке, а она просматривала одну-единственную анкету рядового служащего Звёздного флота, пусть даже тот и был неглуп и достаточно перспективен. Ничего, с досадой подумала про себя Нийота. Совершенно ничего такого, что показалось бы подозрительным или странным. И всё же… Что-то здесь было неестественным.       Ухура снова стала читать биографию Т’Маара, обращая внимания на каждую деталь, каждую дату. И тут до неё дошло, что же казалось таким чудным. Все передвижения вулканца были тщательно зафиксированы. Строго каждые семь лет он бывал на Бетазеде – той планете телепатов. Первый раз это произошло, когда ему было тридцать четыре года. Тогда он провёл там полные семь лет, никуда не выезжая. Причём, в базе не было указано, чем он там занимался всё это время: стояли лишь даты через тире. И с тех пор он каждый раз возвращался в одно и то же место строго в одно и то же время. Это было действительно странно, если не сказать ненормально.       Я уже не в первый раз оказываюсь на больничной койке. Интересно, это было как-то связано с его отъездами? Ухура подсчитала про себя, что с момента своего первого визита на эту планету Т’Маар успел побывать на ней уже четыре раза. И если он собирается и дальше придерживаться этой эксцентричной традиции, то он должен будет вновь отправиться туда примерно через два месяца. Бред какой-то.       Нийота вышла из базы и выключила компьютер. То, что она увидела, вопросов подняло ещё больше, а ответов не дало ни на один из них. Видимо, придётся ждать, пока он сам ей всё расскажет.       Встав, она потянулась и попыталась размять затёкшие мышцы. Нужно было ложиться спать, однако одного взгляда на часы было достаточно, чтобы понять: незаметно для неё самой наступило утро, а альфа-смена начиналась через полчаса. Ухура хотела было вновь отправиться в душ, так как смысла ложиться спать всё равно уже не было, как вдруг тишину нарушил писк её коммуникатора. Открыв его, она увидела странное сообщение, которое заставило похолодеть все её внутренности:       Вас приветствует система безопасности Всеобщей Базы Данных Объединённой Федерации Планет. С Вашего адреса был произведён вход на личную страницу офицера Звёздного флота. В целях обеспечения безопасности мы отправили ему соответствующее оповещение. Если Вы уверены, что с Вашего компьютера не было произведено никаких противоправных действий, сообщите об этом в соответствующие органы в течение пяти минут. В противном случае Ваше вышестоящее командование будет оповещено о неправомерных действиях согласно статье 55, параграфа 3 Всеобщего Административного Кодекса Правонарушений в отношении неприкосновенности частной жизни.