Противостояние

      Ухура огляделась: она стояла посреди изумрудного луга, покрытого высокой, достающей ей до колен сочной осокой. Вокруг, насколько хватало взора, тянулись странные, почти с неё ростом, цветы с тёмно-розовыми гроздьями. Их тяжёлые головы мерно покачивались в едином ритме, напоминая экзотических танцоров.       Всё вокруг дышало сладостью, жизнью, мёдом: по ализариновым лепесткам высоких цветов, сердито жужжа, ползали и копошились жирные полосатые насекомые, похожие на земных пчёл. Они лениво перелетали с одного растения на другое, создавая приятный низкий гул вокруг. Помимо этих жуков были ещё и другие: огромные, в две ладони величиной, яркие бабочки самых разных цветов и оттенков порхали по лугу, то мчась в безумном ритме вальса друг с другом, то опускаясь на гроздья цветов, кокетливо складывая и расправляя крылья. Ухура с восхищением уставилась на голубую бабочку, севшую на ближайший к ней цветок. Насекомое подняло передние лапки и стало то умываться ими, то тереть их друг о друга. Нийота сделала шаг ближе и протянула руку к этому чуду, однако бабочка лишь махнула лазоревыми крылышками и унеслась ввысь.       Застыв с мечтательной улыбкой на лице, Ухура подняла голову: солнце стояло в зените, а на голубом небе не было ни единого облачка. Стояла летняя жара, напомнившая ей о родном доме на Земле, и Нийота тут же захотела найти какое-то укрытие в тени. Она двинулась вперёд по наитию, не имея ни цели, ни желания найти какое-то конкретное место.       Она шла, осторожно раздвигая руками высокие цветы, распугивая жирных пчёл и гигантских бабочек, и думала о том, какой прекрасный это был сон. Никогда прежде Ухура не бывала в таком невероятном месте, и ещё ни разу ничто не снилось ей в таких ярких подробностях.       Неожиданно Нийота вышла на тропинку, проторенную в высокой траве. Не зная, откуда она идёт и куда, Ухура выбрала путь наугад и скоро почувствовала, что спускается куда-то вниз. Через некоторое она начала ощущать чуть более прохладный ветер, и ускорила шаг. Может, тропинка приведёт её к водоёму?       Тропа пошла вниз ещё круче, то петляя, то исчезая и появляясь снова, и Нийота, широко улыбнувшись, побежала навстречу ветру, навстречу неизвестному. Но вот тропинка кончилась, травы и цветы остались позади, и перед ней предстала чудесная узкая речушка, над которой склонились густые пышные кроны деревьев, укрывая её, словно куполом.       Ухура замедлила шаг, решив подойти поближе к речке в то место, где берег желтел от песка. Сняв обувь, она медленно пошла туда, опустив взгляд вниз, с улыбкой наблюдая, как босые ноги утопали в густой траве.       Дойдя до того места, где полоска песка терялась в кустах у самой реки, она раздвинула ветки, осторожно ступая по мягкой жёлтой россыпи. Услышав впереди хруст зарослей, она остановилась и прислушалась, однако звук тут же прекратился, и Ухура продолжила идти вперёд, решив, что ей показалось.       Однако внезапно хруст раздался снова совсем близко, и она в страхе замерла, не шевелясь и не дыша. Наверное, это какое-то животное. Но ничего, оно не сможет причинить ей никакого вреда: она же спит. Поэтому можно пойти и посмотреть.       Любопытство взяло верх, но, сделав ещё пару шагов, Ухура вскрикнула от страха и неожиданности, когда, в очередной раз раздвинув ветви, она столкнулась нос к носу с Т’Мааром.       - О боже, что ты здесь делаешь?!       - Нийота? - кажется, он был удивлён не меньше неё. Признаться честно, Ухура ещё ни разу не видела, чтобы Т’Маар настолько сильно проявлял свои эмоции.       - Так. Я сплю. И это всё моё воображение, - словно мантру начала бормотать она. - Нет, ты посмотри! Только я тебя выгнала из своей каюты, как ты взял и оказался в моём сне.       - Неужели? - скептически поднял бровь вулканец. - Это ты забралась в мою голову. И это моё место.       - Да когда же это закончится?! - простонала она, закрыв лицо руками и начав тереть глаза, словно пытаясь проснуться.       - Боюсь, что здесь на окончание рассчитывать больше не придётся, - ответил Т’Маар.       - Ты шутишь? - насторожилась Нийота. - Это всего лишь сон, а все сны рано или поздно кончаются.       Вулканец как-то странно посмотрел на неё, будто она тронулась умом, и сказал:       - Мне кажется, это не совсем сон. Давай прогуляемся.       Она была настолько взбудоражена произошедшим, что даже не сразу сообразила, что происходит, когда Т’Маар взял её за руку и повёл вверх по тропинке. Ухура даже не смогла вымолвить ни слова, когда тот прикоснулся к ней так, как никогда не прикасался в реальности. Вулканцы же старались по возможности избегать физического контакта, а тут…       По-прежнему прикасаясь к ней, он сел на траву, увлекая её за собой, и Ухура послушно опустилась рядом.       - Ты можешь объяснить мне, что всё это значит?       - У меня есть только одна догадка, и она, скорее всего, верна, хотя я и не уверен на сто процентов. Просто, насколько мне известно, такие случаи происходили достаточно редко.       - Объясни, - вновь потребовала она. - Я ведь сплю?       - Твоё тело - да. Но твоё сознание сейчас далеко от него. Я предполагаю, что ты находишься сейчас в моём сне.       Нийота вздохнула и положила подбородок на колени, обняв их руками. Боковым зрением он видела, что вулканец молчаливо наблюдал за её реакцией.       - Я... Не знаю, что сказать, - наконец, выдохнула она. - Я не стремилась попасть сюда.       - Дело не в тебе, - последовал ответ.       - А в чём?       - В ментальной связи. Ты в моём сне, а я вижу тебя такой, какой ты сама хочешь себя видеть.       Ухура вопросительно посмотрела в ответ на вулканца. Тот откинулся спиной на траву, глядя на неё из-под полуопущенных век.       - Посмотри, - он вновь коснулся её руки, - так ты обычно выглядишь, когда ты дома?       Нийота только сейчас обратила внимание на то, что на ней было её любимое золотистое платье, открывающее руки и плечи. Её волосы были снова длинные: они спадали вниз на спину гладким каскадом.       - Невероятно, - пробормотала она, ложась рядом. - И эта связь... Это та самая связь, о которой ты говорил мне сегодня?       - Да, - кивнул Т’Маар.       Одно-единственное слово, но… такое насыщенное.       - И что нам теперь делать?       - Для столь умный женщины ты иногда проявляешь просто бесподобные чудеса глупости, - сказал вулканец.       Ухура молча надулась и посмотрела в небо, чувствуя, что Т’Маар по-прежнему внимательно наблюдает за ней. За эти пару минут он уже два раза к ней прикоснулся, но она всё ещё никак не могла поверить в то, что это происходит с ней.       - Что это за место? - спросила она, лишь бы только сменить эту странную тему.       - Моё любимое место на Бетазеде, - ответил вулканец. - Каждый раз, засыпая или медитируя, я представляю себя здесь. Место, куда всегда хочется возвращаться.       - Здесь очень красиво, - проговорила Ухура, наблюдая, как огромная птица, расправив крылья, кружила высоко в небе.       - Да.       Они лежали так вместе какое-то время, наслаждаясь теплом и спокойствием. Их руки были в миллиметре друг от друга, и это была приятная мысль. И всё равно кое-что продолжало тревожить её.       - Эта связь, - нарушила молчание Ухура, - она ведь значит, что мы теперь вместе?       - Да, - кивнул Т’Маар.       - И это... надолго, - полуутвердительно-полувопросительно сказала она. Фраза "на всю жизнь" звучала для неё как-то слишком длинно и сюрреалистично. Она ведь никогда ещё не принимала решений и не совершала поступков, которые имели бы подобный задел на будущее.       - Да.       Т’Маар привстал, опираясь на локоть и пристально разглядывая её лицо. Под его взглядом она почувствовала себя ужасно неловко и была рада, когда огромная красная бабочка опустилась к ней на живот и начала потирать лапками и умываться.       - Какая прелесть! - воскликнула Ухура. - Ты только посмотри, как она прекрасна!       Но вулканец резким движением кисти смахнул её, и насекомое тут же улетело.       - Зачем ты это сделал? – раздосадовано спросила Ухура.       - Проклятые твари больно кусаются. А синие и голубые вообще ядовитые, так что будь осторожна. Наутро можешь проснуться с фантомными болями в том месте, куда она вонзит своё жало.       Нийота улыбнулась.       - Я не могу поверить в то, что это происходит со мной, - сказала она, чувствуя, как его рука осторожно, почти робко легла ей на талию.       - Я тоже. Нийота... Можно?..       Его лицо было совсем близко, так, что она могла разглядеть коричневые крапинки в его золотистых глазах.       Пальцы Т’Маара легко коснулись её лица, и Ухура вздохнула в блаженстве, почувствовав, как по коже пробежали мурашки, несмотря на полуденное марево. Она тоже могла теперь дотронуться до него, не боясь быть униженной или отвергнутой.       Девушка протянула руку и погладила его каштановые волосы, отливающие на солнце то медью, то золотом. Она дотронулась до острого кончика его уха и мягко провела по нему пальцами. Т’Маар закрыл глаза.       - Иди ко мне, - тихо сказала Ухура, лаская кончиками пальцев его шею и привлекая его к себе. Вулканец приблизил к ней своё лицо, их губы были в каких-то миллиметрах друг от друга. Нийота почувствовала его дыхание совсем близко: по телу прошла горячая волна предвкушаемого удовольствия. Она приподнялась на какой-то миллиметр, отчаянно желая прикоснуться своими губами к его.       Утро наступило внезапно, оборвав какой-то невероятный сон, который снился ей всего секунду назад. Он тут же вылетел из её головы, как только Нийота вернулась в реальность. Ухура даже чертыхнулась с досады, ведь сон, как это обычно и бывает, закончился на самом интересном месте, не оставив о себе ни следа воспоминаний.       Как же ей хотелось снова лечь и забыться! Но нет, впереди её ждал ещё один день: такой же, как и все остальные. А ещё этот чёртов остроухий гоблин, глядя на которого, она чувствовала, как всё внутри неё скручивается от тоски и невысказанных чувств.