Love Song... (Andante)

***

Чонун рассмеялся, привлекая внимание Мина и Чонсу. - Ты думаешь, это смешно? - спросил Сонмин, прищурившись, стараясь скрыть в голосе досаду и злость. Парень откинулся на спинку стула, складывая руки за головой. - Не смешно. Так, немного,... как бы сказать?! Комично! - Как, черт возьми, это может быть комично? - резко сказал Мин. Он в миг похоронил светлую мысль и надежду работать с этим великолепным голосом и развивать его, даже несмотря на то, что у этого парня были все шансы стать мировой звездой. - Бог одарил его удивительным талантом. Но за всё в этой жизни нужно платить. И он заплатил. Глазами. Даже с таким голосом он никогда не сможет подписать контракт с развлекательной компанией, потому что ни одна не захочет иметь дело со слепым человеком. С инвалидом! И поэтому ему никогда не стать знаменитым, даже если такой голос предназначен только для славы. Его удел вон, петь на улице под деревянную гитару. Так что, разве это не комично? Ирония судьбы, не иначе. Сонмин, тяжело вдохнув, упал на черный кожаный диван, стоявший у дальней стены. Вся его радость и запал энергии, медленно вытекали из него, подобно песку в песочных часах на тумбочке. Не было сил даже разозлиться на обидные слова парня. - Ты прав... - Но, видите ли, есть ещё одна проблема, - сказал Чонсу, повышая голос почти до визга. Мин застонал, закрыв лицо руками. - Что может быть ещё хуже того, что такой человек оказался слепым? - Ты же понимаешь, что Йе абсолютно прав, говоря, что он не подпишет контракт с агентством?! - Да, - тихо проговорил Сонмин, стараясь выбросить прекрасный образ поющего парня из головы. Уныние и поражение в данной ситуации давили на него, как плотный, угнетающий туман. Как может ребёнок с таким голосом, быть слепым? Он должен быть услышан. Услышан миллионами. Но индустрия развлечений - слишком жестокий мир, не знающий сострадания к слабым. В этом мире сильные становились сильнее, выходя победителями, а слабые ломались, как нежные полевые цветы. Чонсу закашлялся, раскачиваясь взад и вперёд в своём кресле. - Ну, он, вроде, сделал это. Продюсер вздрогнул, словно его поразила молния. - Повтори! Директор отшатнулся. Такого воодушевленного Мина, с ярко горящими глазами, он видел впервые. - Да. Я, как бы, предложил ему контракт. И он согласился... Йесон снова рассмеялся, но на этот раз сильнее и совершенно не скрывая этого. - О, мой Бог, ты сошёл с ума? Кто в наше время так просто раскидывается контрактами? Некоторым приходится тренироваться годами, чтобы получить хоть намёк на него. А ты просто взял и предложил ему, словно подарок от Санты в Рождественскую ночь, - он прищурился, нахмурив брови. - Честно говоря, ты сумасшедший. Может, стоит попросить, чтобы тебя забрали в клинику? Чонсу пнул стул, ударяя кулаком по столу. - Заткнись! Сонмин откинулся на спинку дивана, прикладывая ладонь ко лбу и устало прикрывая глаза. Видимо, его друг действительно сошёл с ума. Он получил подпись слепого человека ещё до начала его упорных тренировок и без согласия президента. - Тебя убьют. - Вот поэтому мне нужен ты, - Чонсу указал на Мина. - Ты должен убедить президента принять этого ребёнка. Ты его любимец, он послушает тебя. - Тебя убьют! - повторил Йесон. Глаза продюсера расширились, и он недоверчиво и испуганного рассмеялся, соприкасаясь затылком с холодной стеной. - Йе прав. Забудь о нём, если хочешь сохранить работу. - Вы ведь слышали его? Он великолепен. Нет! Он лучше; гораздо больше, чем просто "удивительный", - Чонсу встал со стула, садясь рядом с Сонмином, беря его руки в свои. - Мин-а, я видел твоё лицо, когда ты слушал его голос. Я слишком хорошо знаю тебя, и этот парень нашел заветную тропинку к твоему сердцу. Ты ведь и сам не хочешь его упустить?!... - парень умоляюще посмотрел на младшего, широко раскрывая глаза, стараясь надавить на жалость доброго сердечка Мина. Сонмин чувствовал, как его уверенность и наигранная холодность рушились от слов старшего и тихого, грустного голоса, который всё так же эхом звучал у него в голове. Он закрыл глаза, переносясь на тот маленький переулок в толпу зевак, которые собрались послушать молодого парня, умело игравшего на гитаре. Простая, мелодичная песня, совершенно не запоминающаяся, но умело дополненная низким мягким голосом, заиграла новыми красками. Этот голос, словно змея, пробрался в душу Мина, обвиваясь вокруг сердца и сжимаясь каждый раз, когда он думал, что придётся забыть его. Но Чонсу оказался прав. Этот голос слишком уникален, чтобы так просто отпустить его... Он открыл глаза и встал, не меняясь в лице, и, не говоря ни слова, пошёл к двери; уже стоя в дверном проёме, обернулся, подмигивая друзьям. - Вы идёте или нет? Чонсу мигом вскочил с дивана, хватая Йе за руку. - Э, не-не-не! Вы двое не втяните меня в свою авантюру! Старший стянул упиравшегося певца со стула, мужественно терпя его удары после каждого шага. - Ты должен мне, забыл? - сказал директор. - Чем больше людей поддержат этого паренька, тем больше у него шансов. Ты - главный вокалист компании, и твоё слово, как профессионала, очень важно. Чонун нахмурился, глядя на то, как ему скрутили руки, медленно таща к выходу. - Отпусти меня! - Чонсу немедленно убрал от него руки, останавливаясь и поворачиваясь к прищуренному и скрестившему на груди руки парню лицом. - И когда это я вам задолжал, господин Пак? - Ты не помнишь? Ночь. Прошлый год. Караоке. Молоденькая трейни... Йе вздрогнул, выпрямляя руки, и пересёк комнату, подходя к Мину, толкая того в спину. - И долго мне вас ждать, идём!

***

Трое мужчин молча сидели в черных кожаных креслах, затаив дыхание, и с замиранием сердца следили за любым изменением на лице президента - Чона Юнхо, когда тот просматривал видео их уличного певца. В комнате было абсолютно тихо, если не считать ангельского голоса, исходившего из колонок на дальней стене. Казалось, прошла целая вечность прежде, чем закончилась песня, и, потерев переносицу, президент посмотрел на них с совершенно каменным лицом, отчего три сердца на мгновение остановились. - Так вы говорите, что этот молодой человек уже подписал с нами контракт? Чонсу слабо и нерешительно кивнул. - Да, - его голос дрогнул, резко ломаясь. - Я имею в виду, да, он подписал. Я чувствовал, что должен сделать ему такое предложение. Он этого достоин. Выражение лица президента оставалось спокойным, даже не дергалось, отчего троих парней пробирал легкий холодок по спине. - Но вы могли бы для начала предложить ему стать стажером в нашей компании. Директор застыл, стараясь собрать воедино все мысли и всё то мужество, которым обладал, чтобы спокойно заглянуть в холодные глаза Юнхо. - Я понимал, что он не согласится быть стажером. - И,... вы ведь сказали, что он слепой? Парень шумно сглотнул, и ему стоило огромных усилий не отвести взгляда от мужчины. - Да. Президент посмотрел на Сонмина. - Что вы думаете по этому поводу? - Я считаю, что этот молодой человек чрезвычайно талантлив, он обладает очень редким тембром голоса. Скорее всего, вы никогда больше не сможем найти даже что-то отдалённо его напоминающее. Идеального не бывает, а если и встречается, то только в единственном экземпляре. Так вот, этот парень идеален. Почти... Думаю, мы должны дать ему шанс, - сказал Мин, удивляясь своей смелости и словам. Главное было убедить президента, что слепой парень нужен их компании. - А вы, Чонун-ши, тоже хотите работать с ним? Йе казался внешне равнодушным, каменным взглядом уставившись на президента, его лицо не выражало ни капли той нервозности, которая бушевала внутри. - Да. - Односложный ответ, давшийся с таким трудом и многое значащий. Юнхо сложил пальцы в замок и положил подбородок на руки, глядя на каждого из них, хитро прищуриваясь. - Мы не можем выпустить слепого на сцену. Слепой человек не должен попадаться на телевидении, участвовать в различных шоу. Он не может стоять рядом с айдолами, который могут видеть. - Ему не придётся ничего этого делать. Публика полюбит его за голос, - сказал Чонсу сильные, вызывающие слова слабым и сдавленным голосом. Президент поднял палец вверх. - Видите ли, мы не компания, которая работает с певцами. Нам нужны нормальные, дееспособные айдолы. Чувствуете разницу?! Айдол должен уметь развлечь и завлечь публику. Быть объектом любви для миллионов поклонников. Любви, а не жалости. Сонмин чувствовал, что его надежды улетают в небо, как дырявый воздушный шар: красиво и очень быстро. Тем не менее, он старался ухватиться за всё ещё висевшую на нём ниточку. Мин не мог так просто сдаться. - Разве это так важно? Были многие певцы, которые были слепы, но в тоже время знамениты: Рэй Чарльз, Стиви Уандер. Юнхо вздохнул, откидываясь на спинку кресла. - Опять же, они были великими певцами, но ужасными айдолами. - Чонсу и Сонмин хотели было возразить, но президент поднял руку, ударяя их под дых своими следующими словами. - Этот парень никогда не станет айдолом! Все трое, сдавшись, откинулись в своих креслах, понимая, что на этом разговор окончен. - Но, тем не менее, - продолжил Юнхо, - его голос может! Сонмин нахмурился. - Голос? Президент кивнул, рассказывая им свой план...