Love Song... (Andante)

***

Донхэ доедал уже четвертую ножку цыпленка, смотря, как Кюхен, съев свою, бросил кости Саи, которая, немного подпрыгнув, умело поймала их, а Кю стал облизывать каждый палец. - Тебя что, стая волков растила? - усмехнулся Хэ. - Можно и так сказать. Донхэ бросил куриную кость в пустое ведро, - твои родители тебя совсем не обучали манерам? Кюхен не ответил, продолжая облизывать пальцы. Парень прищурился и открыл было рот, не собираясь уходить от разговора, но почувствовал тяжесть чужой ладони на своём плече. Он обернулся и встретился с предупреждающим взглядом Шивона, Донхэ вопросительно поднял бровь, на что старший лишь покачал головой. Хэ сделал в голове пометку: не говорить о родителях. Но это лишь раззадорило его любопытство. Ему было интересно, какая жизнь была у Кюхена до этого момента, кто были его родители, раз Кю себя так ведёт. Вдруг Шивон вскочил на ноги. - Я совсем забыл, у меня же сегодня вечерние занятия, - он выбежал из комнаты. - Вечерние занятия? - Донхэ нахмурился в замешательстве. - Он занимается ночью, чтобы потом перенять у дедушки заботу о магазине, - ответил Кю, полностью погружаясь в игру с Саи, лаская её по голове. - Что он изучает? - Экологическое право, - ответил вернувшийся Шивон, одетый в выглаженный черный пиджак с перекинутой через одно плечо сумкой. Донхэ рассмеялся. - Это так... мило? Лицо Шивона застыло между улыбающимся и хмурящимся, так как он не был уверен, Донхэ сделал ему комплимент или оскорбил. - Я опаздываю, так что... - он обеспокоенно посмотрел на Кюхена. - Не беспокойся, - сказал Хэ. - Я позабочусь о нем. - Ещё чего, - решительно сказал Кю. - Я сам могу позаботиться о себе, в конце концов, я человек, а не хомячок. - Я всё равно беспокоюсь, - улыбка Шивона исчезла. Он серьёзно посмотрел на Донхэ. - Будь внимателен к нему, иначе тебе не жить. - Когда это я обижал его? - спросил Хэ. - Думаю "всё время" будет наиболее верным ответом на этот вопрос, - заговорил Кю. - Заткнись! - Видишь! Шивон покачал головой, снова улыбаясь. - Ключи в коридоре на тумбочке, если проголодаетесь, не стесняйтесь что-то взять из холодильника. - Шивон махнул рукой. - Ну ладно, я пошёл, - он сделал пару шагов в сторону выхода, но потом развернулся, быстро пройдя через комнату и взъерошив волосы Кюхена. - Удачи с танцами, Кю-а! - Затем он пробежал и исчез за дверьми в магазине. Кюхен высунул язык, жмурясь. - Не пытайся сделать вид, что не любишь его, - дразнил Хэ. Кюхен улыбнулся. Между ними повисла тишина. Донхэ просто смотрел на легкую улыбку на лице Кюхена, которая почти мгновенно исчезла. Интересно, что он должен сделать, чтобы Кюхен улыбнулся? Что он должен сделать, чтобы заставить его смеяться? - Так, - сказал Донхэ, откинувшись на картонные коробки за спиной, - еслим мы собираемся работать вместе и учить друг друга, то думаю, нам нужно поближе познакомиться. - Нет, - сказал Кюхен, по прежнему пропуская пальцы через шерстку Саи. Донхэ злобно улыбнулся. - Ну давай, - он щелкнул пальцами. Уши Саи дернулись, и она посмотрела на него. - Иди сюда, девочка. - позвал Хэ, хлопая по полу около ноги. Кюхен крепко вцепился в поводок, потянув его на себя, но Саи выскочила и побежала к Донхэ, свернувшись у его ног. Парень довольно наклонился и поцеловал её в макушку. - У тебя в карманах мясо что ли? - спросил Кю со смешением неверия и раздражения. - Я же говорил, - Хэ стал гладить собаку за ушами. - Девушки любят меня, ничего не могу с этим поделать. Кюхен, надувшись, откинулся назад, скрестив руки на груди. - Какой твой любимый фильм? - вдруг спросил Хэ. Кюхен продолжал упорно молчать. - Если хочешь получить свою девочку обратно, тогда отвечай на вопросы. - приказал он, словно был каким-то злодеем или маньяком. Кю ещё немного помолчал, неохотно отвечая. - Никакой. Я не смотрю фильмы. - Это печально, - Донхэ подал плечами, довольно улыбаясь. - Мой "Грязные танцы". Это американский фильм, - пояснил он, хотя Кюхен не показывал никаких признаков даже отдаленной заинтересованности в диалоге. - Есть братья? Сестры? - спросил он, заинтересовавшись семейной жизнью Кюхена, когда понял, что это запретная тема для младшего. Он всегда был таким: каждый раз, когда ему говорили что-то не делать, ему хотелось сделать это ещё больше. - Нет, - коротко ответил Кюхен. - Счастливое детство? - Донхэ пристально всматривался в лицо парня, стараясь уловить на нем любую постороннюю эмоцию. - Да, - сказал Кюхен, его лицо ничего не выражало, но тон голоса говорил, что это совсем не так. - Моё было хреновым, честно говоря, - довольно сказал Хэ. Он не испытывал никаких неудобств, рассказывая людям о себе, он не видел смысла скрывать правду о своей жизни, но, очевидно, Кю думал иначе. - Мой отец, в общей сложности, был сволочью, а мама хорошая, но она слабохарактерная, так что не может пойти против воли отца. - Они ведь сегодня приходили в агенство? - спросил Кюхен, заставая Донхэ врасплох. - Откуда ты- Кюхен стал дергать свитер. - Я слышал их разговор, когда ждал тебя на улице. - Что они говорили? - спросил он, хотя прекрасно знал суть их диалога. Кюхен оттолкнулся от стены и наклонился вперед, ставя локти на колени. Он стал выстукивать нервный ритм на пыльном полу тонкими пальцами. - Ну... эм, мужчина сказал что-то о... избавлении от кого-то, а женщина... что не сможет жить без сына, и он разозлился на неё, а потом... Потом мужчина наткнулся на меня и стал кричать, а потом они ушли. - Кю стыдливо опустил голову, хотя в любом случае он не должен выглядеть так в глазах Донхэ. Старший устало усмехнулся. - Я же говорил, хреновое у меня детство. - Так,... это действительно были твои родители? - спросил Кюхен напряженным голосом. Он не хотел спрашивать, но очень хотел узнать. - Ага, мои. Они отреклись от меня... это уже старая история. Но они сделали тоже самое снова пару часов назад. - Саи положила голову на его колено, как бы утешая. Он улыбнулся и похлопал её по голове, а потом вновь наклонился и поцеловал в макушку. В течение длительного времени было тихо, и Донхэ было подумал, что Кюхен не собирался больше ничего говорить, как вдруг он сказал. - Мама бросила нас, когда я был ещё совсем мал, и всё что я помню о ней, это холодный голос и такие же ледяные редкие объятия по праздникам. Отец постоянно пил, а когда не пил - бил и кричал на меня, а затем выгнал из дома четыре года назад. Больше я о нем ничего не слышал. Даже при том, что Донхэ понимал, что у Кюхена была тяжелая жизнь, он не ожидал, что она окажется настолько ужасной. Да. его родители отреклись от него, но в этом была его вина, это его выбор. Это случилось потому, что он хотел добиться своей мечты. Но он уже взрослый и может постоять за себя. А Кюхен... Выпнуть на улицу шестнадцатилетнего слепого ребенка? - Как такое вообще возможно? - закончил вслух свою мысль Донхэ. - Что есть, то есть. - Кюхен пожал плечами. Донхэ уставился на Кюхена, чувствуя, как маленькое раннее существовавшее восхищение растет в геометрической прогрессии. Еще одна минута молчания заполняла пространство между ними. Наконец, Донхэ заявил. - Музыка. - Музыка? - Музыка! - повторил Донхэ. - Это то, что нам поможет.

***

- Чонун-а~ - влетев в звукозаписывающую студию, Сонмин схватил своего друга за плечо, вырывая у него из рук телефон. - Йе, заставь меня чувствовать себя лучше. - Он толкнул парня к стеклянной двери, ведущей в звукозаписывающую студию. - Всё дерьмо. Чонун открыл дверь, оглянувшись. - Ты называешь свою песню дерьмом? - С самого утра, весь день - всё дерьмо, - он был готов рвать на себе волосы. - Давай, пой. - Успокойся, позже мне всё расскажешь, - старший зашел в маленькую комнату, надевая на голову наушники. Запись шла просто отлично, особенно если учесть, что Сонмин постоянно отвлекался на молчавший телефон, всё больше переживая, почему Кюхен так и не позвонил ему. А вдруг с ним что-то случилось? Ведь он такой нежный, беззащитный котенок... Мин в жизни себе не простит, если с Кю что-то произойдёт. Будь проклято это долбанное интервью! - Ладно, думаю на сегодня достаточно, - сказал Сонмин, показывая большой палец через толстое стекло, разделявшее пульт управления и Чонуна. Йесон поднял большие пальцы вверх и вышел из комнаты, падая на один их стульев рядом с Сонмином, прокрутившись несколько раз, молча смотря на парня, скрестив руки на груди. - Ну, что с тобой там произошло? - Все в порядке, - Мин пожал плечами, продолжая без дела нажимать на кнопки и двигая рычажки. - Угу, - Йесон прищурился, серьёзно смотря на напряженную спину младшего, затем улыбнулся одним уголком губ, поднося к ним указательный палец. - Это из-за чудо-мальчика, не так ли? Сонмин вздохнул и прекратил свои попытки сделать вид, что он действительно чем-то увлечен на компьютере. - Так заметно? - Есть немного. Я слушаю. Он начал пересказывать другу свой день в ярких и зачастую совершенно бессвязных подробностях. Сонмин не отличался особой болтливостью, но его сердце ныло, и было необходимо просто кому-то выговориться, Йе с интересом слушал каждое слово, выражая поддержку и сочувствие, так на протяжение всей истории и не найдя в себе силы убрать дурацкую радостную улыбку, После того, как он закончил, Чонун добавил, - тебе срочно нужен парень. - Музыка - мой парень, - уверенно ответил Сонмин. Йесон медленно усмехнулся. - Только до дня рождения Кюхена. Младший закрыл лицо руками, чувствуя, как начинают нагреваться щёки. - Заткнись! Чонун маленькими шажками приблизил свой стул к Мину. - Я никогда раньше не видел тебя влюбленным. Это приятно. - Голос Йесона отдавал теплой любовью, хотя Сонмину показалось, что он слышал некие скрытые чувства. Он убрал руки от лица. Чонун наблюдал за ним темными и добрыми глазами. - Я думаю, называть это любовью ещё слишком рано. Глупая, никому не нужная влюбленность скорее больше подойдёт. Йесон широко улыбнулся. - Так ты признаёшь, что что-то испытываешь к нему? Сонмин откинул голову на спинку стула. - Я только что пол часа ныл тебе, что он мне не звонит весь день, так что, по-моему, это слишком очевидно. Чонун поставил локти на колени, опираясь на ладони головой. - Первая любовь! Наш Сонмин вырос. - Как думаешь, можем ли мы быть вместе? - застонал Мин. На несколько минут повисла тишина, а затем Йе вдруг сказал. - Это может казаться странным, но я видел Джоуми в своем кафе несколько часов назад. Сонмин выпрямился в кресле. - Серьёзно? Чонун кивнул. - Да, он сказал, что ему нужно взять у кое-кого интервью, никогда бы не подумал, что это будешь ты. Я думал, ты ненавидишь журналистов. - За меня всё решил президент, - Мин пожал плечами, - мне было не сложно, и это было даже немного весело. Чонун хрипло рассмеялся. - Ну, с этим парнем можно испытать много эмоций, но уж точно не веселье. - Ну, он был очень добр ко мне. Чонун нахмурился, морща нос. - Ты уверен, что Кюхен ушел до того, как пришел Ми? Сонмин закатил глаза. - А я тебе о чем говорю. Поэтому Кю и злится а меня, так что да, уверен. - Просто Желеная Ручка может быть добрым и учтивым, только если у него есть на тебя какой-то компромат или же если у него есть что-то поважнее тебя. А существование Кюхена, я уверен, станет огромной сенсацией, которую уж он то не упустит. Сонмин задумался. - Нет, он определенно не видел Кю. Они пришли ко мне через десять минут, после того, как ушел Кюхен. - Он утвердительно кивнул. - Да, точно не видел. - Хорошо, - сказал Чонун, - потому что это будет бомба, если кто-то из журналистов узнает о чудо-мальчике и планах на дебют Донхэ. Это будет апокалипсис. - Чонун вдруг выпрямился в кресле, хватая младшего за руки. - Так что постарайся не пересекаться с ним, пока не убедишься, что о Кюхене никто не знает. Может быть он и был добр с тобой сегодня, но, Мин, он не твой друг. У него нет друзей. Ему нельзя доверять. Сонмин надулся и опустился в кресле. - Спасибо, что загубил единственное счастливое воспоминание сегодняшнего дня. - Я серьёзно, Мин-а. - Ладно, ладно, я понял, что он внебрачный сын дьявола, доволен? - Кто внебрачный сын дьявола? Чонун и Сонмин одновременно развернули свои стулья к двери, где стоял Чонсу, его вечно аккуратно уложенные волосы были растрепаны, черный костюм, который вероятно был очень дорогим, весь сжался, пиджак был застегнут лишь на две пуговицы и то наперекосяк, темно-синий галстук свободно болтался поверх всего этого безобразия. И завершали весь этот шедевр два темных круга под широко раскрытыми глазами. - Боже, - Сонмин поднёс руку к груди, нахмурившись. - Что с тобой случилось? Чонсу вошел в комнату, падая лицом вниз на кожаный диван. - Это Хичоль? - спросил он, его голос заглушался диваном. - Если внебрачный сын сатаны - это Хичоль, то я полностью с вами согласен. - О да, - провел Йесон, глядя на старшего со смесью жалости и веселья. - Сегодня были съёмки MV? Сонмин подошёл и сел на край дивана, похлопывая по спине парня. - Что тебе сделал этот плохой человек? Чонсу только жалобно застонал в ответ. Йе усмехнулся и покачал головой, поворачиваясь в кресле и складывая ноги на кушетку. - Разве у него нет менеджера, который, по идее, должен выполнять всю твою работу? - Да, Джунмён, но он в отпуске. У его сестры свадьба. - Чонсу перевернулся на спину, уставившись печальными глазами в потолок. - Ненавижу свадьбы. Сонмин взял руку старшего, кладя её себе на колени. - Всё так плохо? Чонсу посмотрел на него. - Хичоль ублюдок! - он закрыл глаза и испустил короткий вздох. - Я хочу умереть. Именно тогда два одинаковых телефонных сигнала раздались в комнате. Сонмин почувствовал, как телефон в его кармане завибрировал, наполняя его сердце надеждой. Чонсу издал ещё один глубокий вздох, доставая свой телефон из левого кармана брюк. Мн разблокировал телефон, замечая новое сообщение. От президента. Он глянул на Чонсу, который смотрел на свой телефон усталыми глазами. - Президент? - Да, у тебя тоже? - Угу. Оба парня боялись открыть сообщение, зная, что ничего хорошего в нем быть точно не может. Чонун ткнул в спину Сонмина. - Ну, читай. - Айш, - Сонмин обернулся, но открыл сообщение. Чонун облокотился на плечо младшего, начиная читать. Все трое сидели в полнейшей тишине, затем медленно подняли глаза, смотря друг на друга и видя точно такое же выражение лица, которое было у них: неверие и нарастающее беспокойство. - Вот черт, - сказал Чонун.

***

Кюхен и Донхэ стояли друг напротив друга в гостиной Шивона, которую они прибрали, свалив все вещи на диван и журнальный столик. Хэ просматривал музыку на своём телефоне, подключенном к стерео системе. - Это глупо, - сказал Кюхен, нервно топчась на одном месте. - Мы договорились о том, что ты будешь учить меня. - Для начала мне нужно узнать твой уровень, - Донхэ оторвался от телефона. - То что нужно, - он посмотрел на младшего с дьявольской усмешкой. - Пришло время узнать, что ты умеешь. - Ничего. Хэ нежно ударил Кю по плечу. - Каждый что-то умеет. - Он включил песню на английском язык: энергичную, танцевальную примерно из восьмидесятых, комнату заполнил женский голос. Кюхен слушал, но не пошевелился. - Ты это серьёзно? Донхэ схватил его за руки и начал раскачивать их туда-обратно. - Давай... Я хочу потанцевать с кем-то, - начал он подпевать песне. - И этот кто-то сегодня вы, мистер Чо. Так что давай, тряси задницей. - Донхэ положил свои руки на бедра Кю. Кюхену потребовалось какое-то время и толчок от навязчивых движений Хэ, чтобы начать двигать бедрами, совершенно не попадая в такт музыки. - Вот, видишь, о чем я тебе говорил, - кричал Донхэ, двигая руками взад и вперед, заставляя Кю танцевать более ритмично. Улыбка расцвела на лице Кюхена от слов старшего, и он начал двигать телом с больше уверенностью, покачивания становились менее неловкими, а Донхэ всё так же продолжал хвалить его, глупо улыбаясь от танца Кю. - А я знал, что в этом тощем тельце спрятана сексуальность. - Я не тощий! - пожаловался Кюхен, но прежде, чем он успел окончательно раздражиться, Хэ схватил его за талию и начал кружить по комнате. Кю не хотел наслаждаться этим, но он улыбался, смеясь и прыгая по комнате вместе с Хэ, изредка подпевая знакомые английские слова. Когда песня подошла к концу, Донхэ переплел их пальцы, крепко вцепившись в Кю, кружа вместе с ним. - Я хочу танцевать, хочу танцевать, - вопил он на всю квартиру. Кюхену было жарко и очень сильно хотелось пить, но это было последнее, что сейчас заботило его. Музыка и пение Хэ, а точнее его крики, скользкий пол под ногами - всё это заставляло его чувствовать себя живым и свободным, обычным человеком. Когда песня окончательно стихла, руки Кюхена выскользнули из Донхэ, и он, попятившись назад, резко упал на задницу. Было больно, но он не мог сдержать рвущийся наружу искренний смех, так хорошо и легко ему ещё никогда не было. - Кюхен-а, ты в порядке? - Донхэ упал рядом с ним и перекинул руку через плечо, едва сдерживая смех, он был запыхавшийся, обеспокоенный. - Чо Кюхен - новая дэнс-машина. - Скорее дэнс-сосиська, - сказал Кю, снова начиная смеяться. - О, телефон, - Кюхен похлопал по переднему карману и обнаружил, что он пустой. - Ух ты, ты хоть знаешь, столько у тебя пропущенных? Кю почувствовал, как искорка вины начинает разгораться внутри него. - Разве? - спросил он, стараясь сделать вид, что действительно удивлен. - Да, и в основном от Сонмина-ши. Чувство вины усилилось. - Видимо я случайно поставил его на вибрацию. - Кюхен действительно не знал, почему он не хотел рассказывать Донхэ о том, что произошло утром в квартире Сонмина. Он понимал, что может ему довериться, рассказать всё, что лежит на сердце, но говорить о Мине было слишком неловко. - О, Шивон тоже звонил тебе десять минут назад. - Внезапно раздался звук набора. Кюхен вскочил, махая руками там, где по его мнению был Донхэ. - Что ты делаешь? Донхэ просто оттолкнул его, когда телефонные гудки наполнили комнату. - Звоню Шивону. - Кюхен-а, - сразу ответил Ши. - Это не Кю, - радостно сказал Донхэ. - О, - Шивон явно был разочарован. - Где Кюхен? - спросил он подозрительно. - Я убил его и похоронил во дворе, - серьёзно ответил Хэ. - Йа, - Кюхен наугад махнул рукой, заезжая Донхэ по голове. Электрический смех Шивона зазвучал из телефона. - О, Кюхен-а, ты восстал из мертвых? - Да, и собираюсь заставить тебя притащить сюда свою задницу, - сказал Кюхен, снова замахиваясь, но на этот раз Донхэ блокировал удар, смеясь, как идиот. - Я как раз по этому поводу и звонил. Я не приеду домой сегодня ночью. Кюхен замер. - Что? Почему? - Моя машина заглохла, когда дедушка ехал домой, а он забыл деньги дома, поэтому мне придется ехать к нему. Так что, если вы хотите, можете просто остаться у меня на ночь, или можете сесть на метро и поехать домой. Но лучше останьтесь, для тебя опасно гулять по ночам. С каждым словом старшего сердце Кюхена начинало биться всё сильнее и сильнее. Провести ночь? Наедине с Донхэ? - Мы можем спать на твоей кровати? - спросил Донхэ, совершенно не удивившись неожиданному стечению обстоятельств. - Кюхен может, а ты спишь на диване, - приказал Шивон. - О, я могу спать на кровати. Ничего себе, это так щедро с твоей стороны, - проговорил Донхэ, полностью игнорируя слова старшего. - Спасибо, Шивон-а, до завтра! Ши не дерзил и Кюхен понял, что Хэ повесил трубку до того, как тот успел что-либо ответить. - Похоже, сегодняшней ночью мы будем вдвоём. Только ты и я, - ласково промурлыкал Хэ. - Верни мне телефон, - Кюхен протянул руку, в которой тут же оказалась немного теплая техника. - Даже если ты перезвонишь ему, это ничего не изменит. Кюхен активировал голосовую команду на телефоне. - Позвони Сонмину. - Эй, что ты делаешь? - он почувствовал, как Донхэ постарался схватить его за руку, но успел отстраниться, и старший безвольно распластался на полу. Ну уж нет, Кюхен не собирается проводить ночь в одной постели с Донхэ. Слава богу, Сонмин тут же ответил на звонок.