Клетка души. Мой проклятый рай

Александро: «Была уже середина августа. А осенью я приезжаю в Москву, если только раз в месяц сроком на максимум — неделя. Надеюсь, Крису хватит этого времени. Я ещё не обсуждал с ним это, но надо бы. Он не такой, как все, и заслуживает иного отношения к себе. Завтра утром я обговорю это с ним. Как раз обдумаю, что ему и как сказать. Уже опустились сумерки, и я собирался заняться моим мальчиком. Но тут в кабинет скорее не вошла, а влетела Кэйтрин. Её глаза сверкали. Она наклонилась к моему уху и сказала кое-что. Скажу честно, для меня это не стало большим потрясением, я догадывался. Я потянул Криса за цепочку на себя. - Иди, оденься, — сказал я, отстегивая поводок. — Жди меня в прихожей, — он послушно и бесшумно удалился. Я перезарядил оружие. Я возьму с собой оба пистолета. Хочется поразвлекаться». Крис: «Скоро уже снова в школу. Я давно не был дома и не видел Рана. Хозяин какой-то задумчивый последнее время. Иногда мне кажется, он что-то подозревает о моей связи с Джулом. Но нет, пока все обходится. Он как-то очень внимательно смотрит на Кэйтрин. Хотя меня с ней ничего не связывает, всё равно как-то неприятно. Вечер. Я уже предвкушал Хозяина в себе, но в кабинет вошла Кэйтрин, на её лице было что-то сродни испугу. Она что-то быстро прошептала на ухо Хозяину. Мне показалось, или его глаза действительно блеснули красным? Он буквально прорычал мне, чтобы я одевался. Что могла сказать такого Кэйтрин, что он так взбесился? Он сказал ждать его в прихожей. Он подошел ко мне и буквально потащил за собой в машину. Мы ехали некоторое время. Мне было реально страшно. Сзади нас ехала другая машина. Я не понимал, куда мы едем. Когда уже почти совсем стемнело, только Луна светила, мы оказались на каком-то пустыре. Около стояло десять — пятнадцать человек, может больше. Ближе к нам стояли двое, они стояли на коленях, их руки были связанны за спиной. Я невольно вздрогнул и почти услышал, как Хозяин ухмыльнулся этому. Дверь машины открылась, и мы вышли. Те, что стояли поодаль, вытянулись по стойке смирно. Эти двое подняли головы. Кто-то прикоснулся ко мне, давая понять, что всё хорошо. Это был Джул, он стоял за моей спиной вместе с Кэйтрин. Хозяин достал из-за пояса два пистолета. Он стрелял в этих двоих, не прицеливаясь, но казалось, не стараясь их убить. Он немного жутко улыбнулся и повернулся ко мне.  — Ну что скажешь, Крис? Может, нанесешь последний удар? — спросил он. - Что? — переспросил я. Не мог же он всерьез подумать, что я смогу убить кого-то, а тем более людей.  — Я хочу, чтобы ты умел стрелять, — спокойно заявил он.  — Но это же живые люди, — я был на грани истерики.  — Если ты точно выстрелишь, будут мертвые, — усмехулся он. Все смотрели на меня. Он резко взял меня двумя пальцами за подбородок и заглянул в глаза. Потом грубо поцеловал. Я закрыл глаза, когда я после их открыл, мне показалось, что в том, чтобы убить этих двоих нет ничего плохого, наоборот, если оставить их так, то они останутся инвалидами, а если их убить, то это будет милосерднее». Александро: «Предатели заслуживают смерти. Почему Крис так жмется ко мне? Он чего-то боится? Смотрит на меня со страхом. Когда мы приехали, он даже вздрогнул. Но чего я жду от него, он всего лишь ребенок, хотя и невероятно стойкий. Интересно было бы узнать, что придаёт ему столько моральных сил. Мы выходим из машины. Я почувствовал, как позади встали брат и Кэйтрин. Я начал стрелять, Крис был немного растерянным, а я наслаждался болью. Он смотрел, не закрыл глаза. Хорошо, посмотрим, сможет ли он выстрелить? Он так мило сопротивляется. Но вот я целую его. Он забирает оружие у меня из рук. И совсем хладнокровно стреляет в голову сначала одному, потом другому. Потом крутит барабан и приставляет дуло к своему виску, не снимая руку со спускового крючка. Стреляет и падает на землю. Я подбегаю к нему, становлюсь на колени. Он открывает глаза и усмехается.  — Ну что, Хозяин? Два — один? — спрашивает он. Мальчишка хорош. Я его целую.  — Признаю, я проиграл тебе, — сказал я, подхватив его на руки. Сажусь с ним в машину. Джул и Кэйтрин обо всем позаботятся». Крис: «Если он так хочет, я это сделаю. Если их убью не я, значит, он сам или кто другой. Какая разница? Моя совесть не будет запятнана, потому что моя совесть — бессовестная. Я взял пистолет из его рук. И тут мне в голову пришла одна мысль… После того, как я выстрелил в головы обоим, я крутанул барабан и приставил дуло к виску. Я честно не знал, если ли там патроны… Я мог убить себя. А упал я ради того, чтобы Хозяин волновался. Но когда я встал, я увидел лицо Джула. Я и не подумал, что он почувствует в этом случае. Я увидел, что его ногти в крови, это он до такой степени впился себе ими в ладонь, чтобы не подбежать ко мне или не зарыдать. Так же кровь была на нижней губе от попытки сохранить спокойствие. Я объясню ему всё потом, когда мы останемся наедине». Джул: «Когда он попросил Криса стрелять, я уже хотел было аккуратно вмешаться. Крис сам принял решение, я не знаю, что было бы, если бы он отказался. Видимо, он тоже. Он принял пусть не лучшее, но правильное решение. Но потом его выходка чуть не свела меня с ума. Я понимаю, зачем он это делает, чтобы показать Хозяину ценность человеческой жизни. Мне казалось, он даже не знает, есть ли ещё патроны, а ведь там было ещё два… Если бы Крис погиб, я не знаю, что я сделал бы с собой… Без него мне нет жизни, потому что я живу ради него. Я не жду от него такого же чувства в ответ, любовь таких юных горячая, но непрочная. В этот момент, когда он упал, я испытал чувства, которое испытывал уже прежде, когда умерли мама, а потом отец. Но это не должно было отразиться на моём лице. Хотя в тот момент мне было все равно, что подумает Александро обо мне и Крисе. Но в глубине моей души жила Надежда, что Крис пошутил. Оно так и оказалось. Я скажу ему всё, что думаю и чувствую, но позже, когда рядом не будет моего брата». Александро: «Я, честно, чуть с ума не сошел… Крис упал замертво. Я почти поверил, что потерял его. Я до этого момента не понимал, или не осозновал, или не хотел признаваться, даже себе, насколько дорог мне этот мальчик. Неужели я влюбляюсь? Не может быть. Я никогда не любил никого такой любовью. Он не будет первым. Нужно взять себя в руки. Крис положил голову мне на колени и уснул. Я посмотрел, сколько патронов было в пистолете, их было два… Он сам не знал, какая ячейка выпадет. Но зачем он так рисковал своей жизнью? Мелкий паршивец. От него вкусно пахнет порохом, кровью и вожделением. Когда он взял оружие, я почти почувствовал, как его душа (Если она у него есть? У Дьявола вроде её не должно быть.) кричала. Что же он такое за создание? Страшнее всего, что он вооружен не только феноменальной красотой и острым умом, а ещё и отсутствием моральных ограничений. Но пока он тихо спит на моих коленях, он вполне безобиден».