Ищи меня в отражении

Подушка была мокрой от слёз – даже как-то неприятно брать в руки, вероятно, бедная девица от того, что вообще-то в неё собирались стрелять. Поклёп не был таким уж и большим специалистом, но определить, что если бы не чёртов карандаш, Гроттер отправилась бы на тот свет, было достаточно просто – по крайней мере, для человека, который в детстве увлекался не историей, а точными науками. Да и история… Все хороши. В этой школе, кажется, даже первоклассники скоро будут ходить с оружием, но, впрочем, плевать. Девчонка лишь перевернулась на спину, словно специально подставляя шею – удушить её было бы достаточно легко, а подставить, кого надо – ещё просто. Глупо, просто. Выглядит, словно подставили, но, тем не менее, все, естественно, за деньги, подумают, что кто-то банально блефовал. А кто-то подумает на глупую девку из соседней комнаты, которая безумно влюблена во второго такого идиота, которого всю ночь где-то носит, потому что, чёрт возьми, они такие школьники. - С первым учебным днём, детка! Прозвучало как-то хрипловато, а Татьяна даже не проснулась – хороший способ проверить, чтобы не проснулась. Потому что, чёрт возьми, крики никому не нужны. Бейбарсова где-то не было, и, собственно говоря, это очень положительный фактор – никто не будет проверять глупую девчонку, а она просто спокойно будет спать утром. Учитывая равнодушие Глеба, он даже утром не собирается её будить. Скажет, проспала, а это может сыграть на руку. Ему же по барабану. Умник, чёрт возьми. Гроттер действительно не сопротивлялась – дёрнулась, безвольно взмахнула рукой, не оставив даже ни одной затяжки на ткани пиджака… - Эй! Послышалось. Нет, не стоило так содрогаться – девчонка взблеснула зелёными глазами, но моментально провалилась в сон. Снотворное. В воде было снотворное. Бросив взгляд на стакан, довольно усмехнулся – ну, конечно, иначе она давно бы уже орала, что её пытались убить. Может, это было бы и хорошо. Или наоборот. Но Гроттер вновь спала – сквозь сон, не в силах выбраться из глупых пут снотворного, которое душило, набрасывая тонкую петлю на шее, шумно дышала, потому что никак не могла восстановить дыхание. Рыжие волосы спутались и теперь спадали на лицо – утром была коса, но, вероятно, она расплела её. И мокрая от слёз подушка. Или от воды? Впрочем, хорошо, что не от чего-то другого, а всё остальное можно пережить – и слёзы, и вода не вызывают достойной жалости, а если бы надо было просто заставить девицу немного позадыхаться, а не убить, то это было бы очень простым вариантом. Интересно, сколько ей лет и как просто убивать настолько молоденьких дурочек. Или она тут считается умной? Вряд ли умные преподаватели оставили бы свою ученицу наедине с самой собой после того, как в неё стреляли. Даже шторы открыты. И лунный свет. Лунный свет, впрочем, мешал, потому что при свете луны и при чёртовом открытом окне в комнате было потрясающе холодно, девушка могла проснуться, а лунный свет добавлял какого-то романтизма в глупую ситуацию. Немного жаль. Смешно, конечно, когда жаль человека, которого ты собираешься убить, но, тем не менее, почему бы не зарезать её ножом? Подушка? Или нож? Нет, всё-таки, для того, чтобы убить чем-то острым, нужно иметь смелость, а подушка, когда жертва даже не дёргается… Школьный вариант. На кого подумают? Наконец-то решился – это было достаточно просто. Или было бы, потому что она даже не пыталась сделать себе маникюр и коротко подстригла ногти, поэтому не могла оцарапать и оставить метку, которую никто не заметит. Смешно и… Дверь хлопает достаточно сильно, чтобы спугнуть, нож не вовремя спрятан, а в окно прыгать далеко. Зато быстро. В любом случае, в дверь выбежать намного удобнее – именно этим способом воспользоваться как-то сподручнее будет и… Бейбарсов едва не свалился от неожиданности, но, тем не менее, это его волновало сейчас меньше всего. Проклятая подушка отлетела в сторону, Гроттер не могла спать – вероятно, потеряла сознание или, что намного хуже, уже умерла. Так, чему их там на уроках давно учили? Сначала прощупать пульс и ли попытаться почувствовать дыхание, после – попытаться привести в себя, если нет пульса и дыхания, то… А, нет, дышит. Реанимационные действия совершенно не радовали Бейбарсова потребностью их выполнения, а Гроттер было достаточно просто перенести поближе к открытому окну и усадить на подоконник. Следов там нет. Незнакомец был в обуви, значит, через дверь, иначе на выкрашенных в белое подоконниках оставались бы следы. А Клопп? Точно так же? Вряд ли, конечно. - Ты жива? – Бейбарсов легонько встряхнул девушку, усаживая её на подоконник – Таня казалась какой-то слишком хрупкой в проклятом лунном свете, но, тем не менее, уже можно было разглядеть слишком сильную бледность. И где его носило до этого. Так дышит или нет? Хоть бы свет включить, но почему-то не хочется. …Холодный, зимний воздух блуждал по комнате, врываясь в приоткрытое окно, и пытался выгнать отвратительный дух смерти. От подушки пахло слезами, а не хлороформом или ядом, значит, можно не переживать, это была просто подушка.