Ищи меня в отражении

Прошло больше месяца. Звучало как длительный срок, но Таня знала, что это мало. Даже когда прошло уже намного больше, чем месяц, всё равно было мало. Даже когда экзамены оказались позади – мало, мало, мало. Когда трупы пляшут у тебя перед глазами, тебе остаётся всё мало и мало, и хочется как минимум задохнуться от ужаса. Мало. Всем мало – и Таня не собирается это отрицать. Она выздоровела. Она сдала экзамены. Она пыталась заглянуть в проклятые чёрные глаза человека, которого любила. Они жили в одной комнате. И не обменялись за последнее время и парой слов. Таня даже не знала, куда он поступает, не сказал ведь, сволочь, и тогда, когда уже пришли документы о поступлении. Прошло лето. Это был первый недоучебный день – посвящение в студенты в каком-то новом для неё, непонятном и неизвестном городе – столица казалась великолепной, и Гроттер мечтала вернуться домой. Вишни тут не цветут. - Милая, ты не желаешь потанцевать? Студенты идут на день первокурсника чёрт знает куда, ибо так принято, отправляются туда и вроде бы даже танцуют и разговаривают. Заводят знакомства. - Мы знакомы? – Таня даже не обернулась. Она всё ещё любила одного человека, который ссылался на её безумие, и не могла забыть его окончательно, поэтому было глупо предлагать ей потанцевать. Она так всем говорила, скажет и этому. - Ну, мы будем учиться в одной группе. Ты всё время смотрела только на преподавателей, поэтому никого не запомнила, - ха, будто бы там было кого запомнить, но не скажет же она подобное этому парню! - Послушай, я… - Уже влюблена и твоё сердце навеки занято одной воспользовавшейся тобой сволочью. Я в курсе, Гроттер, ты мне это однажды говорила в немного другой формулировке. У него сильные руки, как и тогда - и, между прочим, он всегда, кажется, предпочитал точные науки – почему она тогда удивлена? Удивлена как минимум по тому поводу, что музыка уже играет, она – успела начать танцевать, а только потом поняла, с кем. Глеб Бейбарсов не меняется. Чёрная рубашка, брюки того же цвета и, естественно, чёрные туфли. Галстуки под чёрное он не носит, разве что на выпускном. Но тогда рубашка была белой. Тогда он выглядел совсем уж официально. Сейчас – менее. На неё завистливо косятся некоторые девицы, которые с радостью потанцевали бы с этим парнем, а после, пожалуй, провели бы с ним ночь. Зачем? Да, он симпатичен, но остальные тут тоже не страшные. Дело в другом – у Бейбарсова на лбу написано, что денег у него хоть отбавляй, а всем это, кажется, очень даже нравится. Хотя почему только на лбу? Часы. Одежда. Авто, на котором приехал. Ах, да, он же уже совершеннолетний. - Кстати, напомни мне, Гроттер, сколько тебе лет? – вдруг поинтересовался Бейбарсов, обнимая её за талию. - Посадят, милый, посадят. - Ты того стоишь. Он прекрасно танцует, хотя она – чёрт знает как. Всё уже давно зажило, и ран не осталось, она сбежала от всего мира… А он её нашёл. - Я был так удивлён, когда понял, что мы с тобой попали в одну группу, - заговорщицки сообщил Бейбарсов. – Так удивлён! - Ты сам это подстроил. - Ни за что. Естественно, сам. Конечно, надо было сбегать от него на филологию, но разве она желала бы этим заниматься всю свою жизнь? Нет, он хорошо её знает, поэтому не было смысла сбегать и как-то пытаться отрицать то, что она могла бы сделать. Глупо. Глупо признавать так же тот факт, что она ошиблась. Её нашли. Она не спряталась. - Знаешь, Татьяна Гроттер, ты стала намного обворожительнее, - сообщил вдруг Бейбарсов. – У тебя есть кто-то? - Нет, - она закатила глаза. – Никого у меня нет, но это не значит, что тебе что-то светит, надеюсь, ты это понимаешь. - Естественно, - Глеб кивнул и послушно повторил. – Мне ничего не светит, потому что ты меня ненавидишь. - Вот. Это был правильный ответ. Танцует он всё-таки идеально. Хочется просто уцепиться в него мёртвой хваткой и никогда в жизни не отпускать. Глупо. Она идиотка. Какое-то движение рук, попытка вывернуться из его объятий, которая никогда не увенчается успехом. Дорогое авто. Длинная дорога. Кажется, на каблуках трудно бегать. - Слушай, ну, не убегай от меня, - попросил Бейбарсов уже тогда, когда Таня в десятый раз безуспешно попыталась вырваться из авто. На ходу. На трассе. И на максимальной скорости. Гроттер закатила глаза. - Я твоя не буду. - Естественно, - кивнул Бейбарсов. Ну, в чём сложности? Она лёгкая, он уже пробовал носить её на руках.