Мы Луонто, выслушайте нас!

Когда в дверь таверны кто-то вошел, Элизабет рылась в своей стойке. Она не видела вошедших, даже не слышала их, поэтому, когда одна из гостей заговорила, девушка вздрогнула и ударилась головой. - Я ищу одного молодого человека. - Замечательно! – воскликнула Элизабет с недовольством, потирая ушибленное место, - Их здесь много, будет вам известно. - Видимо, я тебя напугала, а? Гостьей была женщина средних лет. Богато одетая, совсем тощая, казалось даже, что у нее не было нескольких ребер. Она уперла правую руку в бок, а в левой зажала тонкую длинную сигарету. Едкий дым от нее медленно заполнил помещение, и Элизабет сморщила нос. - Здесь нельзя курить, - хмыкнула она, указывая на дверь. Гостья закатила глаза и затушила сигару о стойку. Глаза хозяйки таверны медленно округлились, когда на дереве появилось черное пятно. Женщина, испортившая предмет мебели, откинула свои распущенные, черные волосы, вьющиеся у кончиков, и присела за ближайший стол, поманив пальцем свою бойкую собеседницу. Та присела рядом и выжидающе посмотрела на женщину. - Ты бы не была такой самонадеянной, потому что я пришла к твоему младшему брату, - прямо сказала женщина, с едва заметной улыбкой глядя в испуганные голубые глаза Лиз, - Мадам Вюст, приятно познакомиться. Эта самая Мадам Вюст была владелицей крупнейшего игрового дома в Спринглифе. Пожалуй, богаче был только Арчибальд Гросс, с которым женщина вела непрестанную борьбу, которая выражалась, например, в том, что долги, принадлежавшие ей, не продавались. В общем, город боялся и ее. - Долги? – медленно шепнула хозяйка таверны. – Мне казалось, что их купил тот богач. - Это так, но не все. Поэтому мне и нужен твой брат, - пояснила Мадам, - Кстати, где он? - Откуда вы знаете о том, что я его сестра, а он сам живет здесь? – спросила Лиз с привычной храбростью, постепенно возвращавшейся к ней. - У меня много друзей и знакомых в этом городе! – воскликнула женщина, подмигнув карим глазом. – Передай своему братцу, что я вернусь вечером, и если его не будет здесь… На этих словах дверь таверны распахнулась, и вошел тот, о ком велся разговор. Терренс, грустно понурив голову, медленно плелся от фабрики до дома уже целый час. Он глубоко вздыхал, осматривал город по пути домой, словно прощаясь с ним. Эти людные улочки, жители города и статуя женщины, встречающей гостей… Казалось, все они кричали ему вслед, пытаясь поддержать и утешить, но все это слабо помогало, поэтому тоска нарастала, будто огромный снежный шар, летящий по снежному склону, набирающий с собой мокрый снег. Мадам Вюст хитро улыбнулась и встала со стула, а потом, подойдя к вошедшему, внимательно посмотрела на него. Вдвоем они смотрелись достаточно интересно, так как женщина была несколько выше Терренса, из-за чего он бросал взгляд снизу-вверх, заранее подчиняясь. - Здравствуй! – воскликнула гостья, обращаясь к вошедшему и протягивая ему свою левую руку. - Вы кто? – с недоумением вопросил Терренс, отпрянув от незнакомки. Разумеется, она ожидала не этого. - Неужели нельзя просто поприветствовать даму, поцеловав ее руку, а? – возмутилась Мадам Вюст, - Порядочные люди делают именно так. Впрочем, я отвечу на твой вопрос, дорогуша. Ты задолжал кучу денег не только Гроссу, но и мне, поэтому я здесь. Как я вижу, денег у твоей семьи особо нет. Хочу предложить тебе то, что спасет тебя. Дело в том, что я люблю коллекционировать разнообразные интересные вещи. Пожалуй, для полного счастья мне не хватает одного экспоната – чучела Луонто. Ты должен принести его. Сначала убить, а потом принести. - И вы верите в это? – хмыкнул должник, все еще оставаясь на расстоянии от женщины. - Просто сделай то, что я тебя попросила, а я прощу тебе все долги, и ты заживешь нормальной жизнью. - А господин Гросс обещал не только прощение долгов, но и награду. Убивать, кстати, никого не надо. – улыбнулся Терренс, осмелев неожиданно для себя. – Надеюсь, вы понимаете, что я выберу, а? А теперь, уходите. С этими словами юноша начал медленно подходить к Мадам, пытаясь принять угрожающий вид. Но женщина быстро все поняла и прошествовала ко входной двери, лишь напоследок произнеся: - Я приду сюда еще много раз, и однажды ты пожалеешь. Дверь захлопнулась, и должник захохотал, присев за ближайший стол, поближе к Элизабет, взгляд которой был устремлен в пустоту. Слова гостьи произвели на нее большое впечатление. - Пожалею, ага! – задорно воскликнул Терренс. – Пусть меня найдет для начала. - Она пришла сюда, зная только твое имя, идиот, - шепнула его сестра. – Она найдет, будь уверен. С этими словами девушка встала со своего места и медленно пошла в свою комнату. На лестнице ее догнал брат, путь они продолжили вместе. Достигнув пункта назначения, Элизабет развернулась и толкнула своего брата. - Как можно быть таким самоуверенным! – прокричала она. – Ты в жизни не найдешь этих Луонто. Не потому что они неуловимы, а потому что их не существует! - Спокойно, с чего ты взяла, что их нет? Я, пожалуй, пойду в этот лес прямо завтра и выполню свое обещание. Потом, конечно же, вернусь, и мы заживем с тобой чудесной жизнью. Все просто! - Ты никуда не пойдешь, - по слогам сказала Элизабет, глядя на брата исподлобья. – Тебя надурили, а ты воодушевился. Да ты совсем ребенок! Глупый и самонадеянный. Несмышленое дитя, которое заботится только о себе. - Это ты научила меня таким быть. – напомнил Терренс, скрестив руки на груди. - Кто говорил мне, что человек всегда живет один и заботиться должен только о себе, а? После того, как отец исчез, ты перестала быть собой. А помнишь, как однажды сказала, что чтобы понравится людям, нужно быть с ними любезным и во всем уступать? Ты лгала всем: постояльцам, тому деду, мне, в конце концов. Хорошо, нам всем нравилось, но, Лиз, ложь задевала и тебя, заставляя твою личность исчезать. Каковы последствия? Все время, пока ее брат рассуждал и давил на совесть, Элизабет стояла на месте, стараясь не шевелиться. Вихрь мыслей, носившийся в голове, занимал ее. Слова медленно пробирались в сознание, пытаясь разбудить дремавшее внутри создание, которым раньше была девушка. Она, не сбивая внутренний голос, прошептала: - Тогда уходи, если ты хочешь помочь. И юноша, кивнув головой, выбежал за дверь.

***

Огромные дубы стояли у самого края леса, стараясь не пропускать свет внутрь. Впрочем, света было мало, так как солнце уже начинало садиться. Здесь было тише и спокойнее, чем в городе, даже птицы не пели. И ни одной души вокруг. Последние дома закончились целый километр назад. Людей там было немного – никто не соглашался жить рядом с лесом, опасаясь хищников. Пожилые боялись еще и Луонто, в которых верили, рьяно доказывая молодым, что существа действительно живут там, в самой глубине, в чаще, в которой часто терялись грибники и охотники. Терренс попытался увидеть что-то между толстыми свисающими ветками и зелеными листьями на них. Он поднял с земли камень и закинул его в самую глубь леса, но трава там была настолько высокой и густой, что звука падения не было. Никакого. Даже глухого. Тогда путешественник вздохнул и медленно зашагал навстречу неизвестности. Напоследок он оглянулся и посмотрел на родной город. Над ним висела завеса из фабричного дыма, запах которого юноша был только рад не ощущать. Прежняя жизнь отвернулась от него. И даже Элизабет больше не ждала своего брата, надеясь, что люди Гросса ее не тронут. Терренс отодвинул руками длинные ветки и пошел вперед, стараясь не думать о своей судьбе. В его голове встал образ уходящего вдаль отца и себя-ребенка, пытавшегося остановить родителя. Он уходил также. И не вернулся.