Невеста клана

- Мы проживаем за миг миллион жизней, в одном нашем будущем возможно одно, в другом – другое. Иногда вариации наших жизней чередуются в разных мирах, иногда совпадают, заставляя думать, что через мгновение и там, и тут наступит одинаковое событие. Но это неверно, опасный путь, ведущий в никуда, в ложный покой и последующее забвение. Я знаю, Саки, что ты мыслишь иначе, хотя уже и примеряешь расшитое огненным золотом кимоно владыки ада, - усмехнулся повелитель, завершая свою речь. – Соблазнительное предложение, которое тебе, между прочим, никто не делал, ты делаешь его себе сам, прекрасно осознавая, что не остановишься на этой победе. Она всего лишь этап, ступень на пути к мировому господству, а его тебе даст только падение Тэнгу-Шредера. Хочу по-дружески напомнить, что даже после победы над ним придется бороться дальше, покоряя города и страны. Не сказать, что дальнейшая борьба проще и легче, но, что не говори, воевать, когда у тебя вечность впереди, намного приятнее, нежели будучи жалким смертным, пылинкой в общем хаосе мироздания. Пожалуй, здесь неплохое местечко только для меня, в свое время я не смог устоять и, находясь в коме после серьезного и, как выяснилось позже, смертельного ранения, принял решение бороться с самой смертью. Итог ты видишь. Но здесь я здоровый и сильный, а там мое тело уже давно гниет за красными воротами на самом старом кладбище в Осаке под тяжелой стилизованной скульптурой бравого самурая. Что ж, пусть так, изображение хоть мне и не особо нравится, но приходится мириться и с таким. Владыка повел плечами, словно бы его мышцы продолжили наливаться недюжинной силой, и вновь усмехнулся: - Прошу прощения, я сделался слишком многословен. Давно не видел живых людей, тянет поговорить. Так что же, господин Ороку, как вам предложение занять мое место? - Оно мне подходит, - Саки-сан ногой отшвырнул в сторону скинутое юката, также оставшись в набедренной повязке, - как временное решение. Пока удовлетворюсь им. Местный хозяин ухмыльнулся, в точности, как я видела, повторяя привычки моего мастера. Они оба готовы к битве. Как известно, у древнего трона мог быть только один владелец, и мой господин желал им стать. Разрезав темноту, вспыхнули факелы, светом ограничивая арену, на которой предстояло бороться сильнейшим. Зрителей, кажется, не прибавилось, но они могли и бесшумными тенями наблюдать за бойцами из черного небытия вокруг. - Слишком мелко, господин Ороку? Вы не успели познакомиться с нашими достопримечательностями, а уже и ад вам мал? – он глумливо рассмеялся и, мелко переступая босыми ногами, двинулся по периметру подсвеченного помещения. - Впрочем, раз это так нравится вам, господин Ороку, - в свою очередь оскалился Саки-сан, называя владыку так, как тот пожелал, - я оставлю его вам, а сам пойду дальше. Пожалуй, когда мне потребуется отдохнуть от шумного мира, я непременно обращусь к вам и буду очень благодарен за оказанное гостеприимство, но не сейчас. Склонивший голову к плечу владыка двигался к нам, вынуждая мастера отступать в другую сторону. Он не собирался нападать первым, но и не позволял подобраться к себе слишком близко. Я старалась не отставать – это мой единственный шанс не потерять своего хозяина среди двух близнецов, - и с удвоенной силой следить за противником, чтобы не пропустить любое его, даже, на первый взгляд, безобидное движение. Каждое могло обернуться, если не ударом, то колдовством. - Ты, Саки-сан, мечтаешь стать Тэнгу-Шредером, но для начала тебе следует лишиться сердца, - вновь заговорил владыка, - конечно, многие и сейчас утверждают, что у тебя его нет, только что-то все же стучит в твоей груди. Вот эту безделицу и надо ликвидировать. А там увидим, что будет видно сквозь ребра: луну и землю. Как ни внимательно я наблюдала за нашим врагом, начало атаки оказалось пропущено. Заметила только руку, с бешеной скоростью потянувшуюся к груди моего хозяина, дабы вырвать его сердце. - Деликатес. Сердце настоящего воина, таких сейчас очень мало, пожалуй, только ты и остался. В живых. Не могу же я пополнять свою армию слабовольными людишками, ноющими о своей тяжелой жизни, офисной работе и нехватке уходящих неизвестно на что денег, мне не хватает свежей горячей крови, людей, способных на все. Твое сердце сожрут мои верные слуги, а ты навеки встанешь в ряды моих солдат. Растопыренные пальцы опять мелькнули в опасной близости от груди господина. Мастер не отвечал, не отбивался, не контратаковал, только уклонялся и наблюдал за противником. Скорее всего, он пока не собирался без острой необходимости приближаться к непонятному существу, которым на самом деле являлся наш новый знакомый. Впрочем, мне самой казалось, что владевший древними знаниями владыка принципиально не мог сражаться честно, и наш единственный шанс – это попытаться победить его, нейтрализовав возможность магического боя. Обычные сила и доблесть нашего врага не возьмут. Ладони присевшего на корточки мастера прижались к полу, и он, освобожденной пружиной вытолкнув вперед и вверх тело, перевернувшись в воздухе, взмыл над полом. Владыка подпрыгнул ему навстречу, развивая немыслимую для человека, даже опытного ниндзя, скорость. Саки-сан успел бы, сражаясь с кем-либо иным, перелетел бы за спину противника и ударил бы в затылок, стараясь лишить сознания. Может, не слишком честно и благородно, но зато действенно. Господин Ороку атаковал возникшее в воздухе препятствие, но движения его слишком медленны по сравнению с владыкой. Вместо так и не получившегося удара,\ железный Шредер встретился с врагом в упор и, сметенный его силой, отлетел назад. Моим естественным желанием было помочь господину, и я бросилась к месту его падения. Саки-сан пошевелился и, подтянув ноги к груди, свернувшись в живой шар, перекатился подальше от зависшего в воздухе повелителя ада. Парить в воздухе Шредер не мог, как ни хотел. Пока что с каждой секундой становилось очевиднее, он старался немного прийти в себя – видимо, удар был серьезный. Я бежала к мастеру, но никак не становилась ближе. Он и его оппонент не двигались с места, а я неслась изо всех сил, нисколько не приближаясь к ним. Опять колдовство! Меня просто не пускали к своему господину! И словно бы в ответ, подтверждая мою правоту, передо мной выросла незримая стена. Врезавшись в нее с размаху, я лишь могла растирать ушибленное плечо и с ужасом взирать на то, что творилось одновременно так близко и так далеко от меня. Владыка приблизился, а Саки-сан встал и тыльной стороной ладони стер сочившуюся из разбитой губы кровь. Кто-то большой и незримый издал громкий удовлетворенный стон, ощущая запах его крови и предвкушая скорое наслаждение сердцем. Я замерла. Не в силах помочь, я всей душой обратилась к покровительствующей мне стихии и воинственным богам, они не могли бросить лучшего воина на съедение демонам! Если судьба мастера сложится так, что не он станет победителем, то пусть лучше возглавит небесное войско. Между тем, Шредер, чей удар спиной об пол был значительным, встал в боевую стойку. Он вновь ждал своего врага, их перекрестные взгляды дышали огнем. Не звучало больше разглагольствований владыки, не слышались холодные ответы мастера. Движения груди мастера вдруг прекратились, и он, оттолкнувшись от пола, подпрыгнул, повиснув на ногах повелителя ада. На земле сильнее Саки-сан! Он должен сбить двойника! Разъяренный владыка, чьи некогда свободные ноги «срослись» силой моего господина подобно русалочьему хвосту, взмыл вверх, пытался освободиться. Он резко размахивал и дергал нижними конечностями в разные стороны, стараясь сбросить вес лишнего тела, пытался дотянуться руками до волос мастера, тут же накреняясь из-за теряемого равновесия, спохватываясь и выравнивая свое положение в воздухе. Пока еще державшийся Шредер висел слишком низко, чтобы владыка не мог коснуться его без ущерба для себя. Но лицо врага вдруг осветилось ехидной улыбкой, и он, подкинув ноги вверх с серьезным усилием, перевернулся в воздухе, снижаясь. Совершивший за ним этот кульбит Саки-сан, развивая все большую скорость, устремился против своей воли к полу головой вниз. Отпустить руки и потерять призрачный шанс на победу, нет, мастер предпочел другое. Когда я увидела в следующий миг его окровавленное лицо, я поняла, что он лучше умрет в бою, чем просто даст себя победить. Поворот, рассчитанный на то, чтобы сбросить моего господина на пол, он использовал в свою пользу. Успев оттолкнуться, мастер повыше перехватил ноги противника, блокировав его колени, и вот уже сам смог качнуться несколько раз, доставляя владыке массу неудобств, мешая ему сохранять равновесие. Руки нашего врага взметнулись вверх, а опустились на плечи мастера нечеловеческими длинными когтями, мгновенно вошедшими в плоть господина. Я видела стиснутые зубы Шредера и его не менее не человеческую решимость победить. Поняв, что разодрав плечи противника, не сыскать победы, повелитель выпрямился насколько мог и рывком воспарил выше, шатнувшись в сторону, в темноту, скрыл от меня мастера. На один миг, через который в центр освещенной арены посыпались камни разнесенного фонаря. И снова Саки-сан, коснувшись ногами обломков, подпрыгнул и повис уже на плечах владыки. Теперь они смотрели в глаза друг другу. Сострадательно-горделивая ухмылка демона сопутствовала его поднятым на уровень груди когтистым лапам. Неужели он признал победу мастера?! Нет, владыка лишь показывал, что руки Шредера заняты, а вот его-то свободны. Пальцы с мгновенно спрятанными когтями обхватили напряженную шею мастера и сдавили. Конец. Но Саки-сан и сейчас смог найти положительный и выгодный для себя момент. Прекрасно понимая, что такой маневр пройдет, лишь пока его душили, обеспечивая шаткую опору, он отпустил плечи повелителя ада и большим пальцем правой руки надавил на сонную артерию, левая же после максимально возможного отведения назад врезалась под нос демона. Не издавший ни звука от боли, владыка молча разжал пальцы, и Саки-сан рухнул навзничь на пол. Возможно, мне и показалось, но я заметила презрительную ухмылку моего господина. Что ж, минусы человеческого тела, наверное, он знал лучше несколько отвыкшего от своего прошлого позабытого обличия демона. Потемневшие вены на шее приподнялись подобно мостам, и мастер не решался подняться на ноги быстро, наверное, в глазах темнело после падения и отсутствия воздуха в легких. Владыка же оправился довольно быстро. Он шутливо, натянув на любимое мной лицо, на котором все ярче проступали чужие черты демона, противную улыбочку, погрозил лежавшему мастеру пальцем и отпрянул назад. Я ожидала атаки, как и Саки-сан. Но не такой. По взмаху демонических рук, ставших в одно мгновение черными и высохшими, словно у древней мумии, в воздухе возник большой огненный шар. Направляемый врагом, он устремился в Шредера.

Не больше мига Жар, и вечный холод к нам Стучится в двери.

- Мастер! Мои кулаки в безысходности ударили невидимую преграду, но неожиданно встретились с пустотой. Наверное, вся сила и ненависть владыки вложены в разрушительный удар, раз даже невидимая стена ликвидирована, дабы не тратиться на нее. Чуть не упав, я бросилась вперед к тому, кто больше не мог встать, чтобы умереть вместе с ним, и закрыла его собой от разъяренного огня. Я не могла спасти хозяина, но умереть вместе с ним не запретил бы мне и сам повелитель ада.

Стоит ли думать Мне сегодня о смерти? Тысяча жизней Дальше еще предстоит. Пока ухожу.

Мои пальцы успели коснуться влажных от пота волос любимого человека, и в последнем поцелуе я склонилась к его губам.

Мой мир побелел, И сорван нежный цветок. Зима подкралась.

*** Вроде старик, да, точно приземистый старик. В красном одеянии, выглядывавшем из-под переливавшихся в ярком свете тяжелых железных желтых пластин, и низко надвинутой на глаза шляпе, держал в руке не то палку, не то нагинату, почему-то не удавалось рассмотреть яснее. Постояв склонившись, что-то рассматривая под ногами, он разочарованно покачал головой и двинулся прочь, медленно-медленно, но не волоча ноги, а словно паря над землей. Нижняя его часть скрывалась в легком, но, тем не менее, плотном дымке. А блеск пластин оказался вовсе не блеском, а огнем, настоящим, открытым огнем, коим полыхали его доспехи. Он горел и не обращал никакого внимания на происходящее, как настоящий философ равнодушно относясь к своему текущему физическому состоянию. Все тлен. Языки пламени спокойно поднимались вверх, чуть подрагивая при ходьбе старика. Что он оставлял за спиной? Куда направлялся теперь? Уж не схоронил ли он любимого сына, не над ним ли склонился в последний раз, покидая родные места, где уже невозможно счастье, навсегда? Где-то там, под ногами старика, и лежал мастер клана Фут. Невидимый сейчас, он упал именно в том месте. Почему-то все, что располагалось ближе к земле, оказывалось скрыто, словно часть пространства просто обрезана. Сам Шредер не наблюдался, но старик видел его и оставил поверженного противника, потеряв к нему интерес, отправился по своим делам, и так слишком много времени уделено недостойным визитерам. Яркий белый свет заменил тьму, и с каждой минутой светлело все больше. Белый мир поглощал остальные краски, гася жизнь не хуже первозданной темноты. Уже исчезло тело мастера, уже пропал удалявшийся старик, остался только белый свет.