Чувства отчаянных душ

Передвигаться к спальне, на пути к которой я пару раз чуть было не попала под громадные куски рушившегося потолка, было крайне тяжело. Надеюсь, у меня ещё есть достаточно времени, иначе мальчик, которого я пытаюсь вызволить, всё же погибнет. И куда только подевались его родители? Не могли же они оставить детей, а сами скрыться. Когда я, наконец, заметила, что добралась до злополучной двери, то, не теряя времени, поспешно отворила её. Комната была просторной, но языки пламени уже почти обхватили её. Вокруг обваливался потолок, а роскошные занавеси поглощал беспощадный огонь. Здесь, так же, как и во всём помещении, всё было окутано пеленой дыма, застилавшей глаза. - Малыш, ты здесь? – пока я оглядывалась в поисках шкафа, послышался скрип, на который я тут же повернула голову. А вот как раз то, что я ищу. Широко распахнутые глаза на перепачканном лице испуганно выглядывали из-за дверцы, а спутанные волосы торчали в разные стороны. Этот ребёнок был совсем крохой. Я двинулась к нему, и он сразу же прикрыл дверь. - Не бойся меня, слышишь? – я старалась перекричать треск и шум полуразрушенного дома, подбираясь к шкафу. Когда я открыла дверцу, малыш сидел тихо на коленях, вжавшись в самый угол, и всё так же испуганно смотрел на меня через висевшие платья и костюмы. – Доверься мне. Мне удалось взять его на руки, несмотря на то, что он был настолько напуган, и выбежать за дверь. Спустя пару мгновений я уже преодолевала обратную дорогу по узкому коридору к свободе, держа мальчика в руках. Он был таким лёгким, что передвигаться с ним не составило особого труда. Казалось, на нас сыпал крупный метеоритный дождь. Кругом пролетали горящие осколки, иногда задевая мои руки и спину. Малыш прижался ко мне, уткнувшись лицом в грудь. Ступать было почти некуда, горящие половицы со скрипом проваливались вниз. От стоящего столбом дыма наш кашель усиливался, а в слезившихся глазах щипало. Это заставило меня передвигаться медленнее. Однако добраться до выхода мне всё же удалось. На пороге, не успев вздохнуть от облегчения, я увидела горящую балку, летящую прямо на меня. К моему великому ужасу, я остановилась, как вкопанная, всё крепче прижимая ребёнка к груди. Но до того, как она обрушилась на меня, я почувствовала сильный толчок в бок, благодаря которому отлетела в сторону и упала на землю. Ребёнок, несомненно, был цел, но что за порыв это был? Я обернулась в сторону дома. Увиденное мною заставило моё сердце разбиться на миллион крохотных осколков. В этот миг вся моя недолгая жизнь, за которую успело произойти столько изумительного, пролетела перед глазами. Под горящей балкой, распластавшись на земле, находился Гидеон. Я ринулась к нему, на ходу снимания с себя . - Позвольте вам помочь, мэм, - за спиной прозвучал незнакомый голос, на который я даже не обратила внимания. Упав на колени перед потерявшим сознание юношей, и взявшись курткой за балку, я попыталась сдвинуть её с места. Пожилой мужчина, который являлся обладателем того самого голоса, помог мне осуществить желаемое. Он также помог мне перевернуть Гидеона на бок, а затем взглянул на свежую рану на его спине, наклонился над юношей и приложил пальцы к его шее, ощупывая пульс. - Он ещё жив. Но если не оказать ему помощи, вскоре он совсем ослабнет и может… - он запнулся и сочувственно покачал головой. - Кто вы такой? – со слезами на глазах прохрипела я. - Как видимо, я потерял внука, - со вздохом произнёс он, незаметно смахнув слезу, - но, благодаря вам, не обоих сразу. Он ободряюще похлопал меня по плечу, пообещав, что сразу же приведёт помощь и исчез вместе с ребёнком. - Спасибо тебе, - появившись передо мной, искренно произнёс призрак мальчика. Теперь настала его очередь сочувственно улыбаться мне. – Не беспокойся, мы… то есть они, приведут помощь. Я покачала головой, опустив голову, а затем он исчез. Дом, стоявший когда-то во всём своём величии, сейчас представлял собою лишь руины. Появившийся ветер, кружа, уносил серый пепел в потемневшее небо. - Гидеон… - я тихо всхлипнула и осторожно положила его голову себе на колени. Он лежал без сознания, его прекрасные волосы растрепались и спадали на лоб, а с губы на бледном лице стекала струйка крови. Стараясь сдерживать рыдания, я бережным прикосновением руки убрала прядь волос с его лба и отёрла кровь, нежно касаясь губ пальцами. – Ты ведь не можешь меня оставить… Мне было трудно говорить, но я не могла молча сидеть подле него. Было какое-то странное чувство, будто он слышит меня, а мне надо столько всего сказать. - Ты просто обязан жить, слышишь? – осторожно приподняв его голову, я коснулась его лба своим и закрыла глаза. – Если не ради меня, то ради Шарлотты. Я прокручивала в голове все часы и минуты, проведённые с ним, в то время как слёзы ручьями текли по моим щекам. Даже если он будет с Шарлоттой, я буду рада за него, рада, несмотря на то, что мне будет больно и обидно, главное – я буду знать, что он жив. - Разве я не говорил, что люблю тебя? – слегка пошевелившись, осипшим голосом произнёс Гидеон. Широко распахнув глаза, я увидела слабую улыбку на его лице. Дурачок, он ещё нашёл силы улыбаться, когда ему так плохо! Не сдерживая эмоций, я разрыдалась и обняла его. Медленно подняв руку, он обнял меня в ответ. - Гвенни, я, конечно… - начал он, но я тут же перебила его: - Не говори ничего, ты очень слаб. Сейчас сюда должны послать врачей, скоро тебе окажут помощь. - Да я не против, но если ты не хочешь, чтобы я утонул в твоих слезах, то перестань плакать, - он коснулся пальцами моей щеки и улыбнулся. Я подняла голову и позволила себе слегка рассмеяться. - Глупый, глупый де Виллер, как же я тебя люблю, - от этих слов его улыбка расплылась ещё шире, и он хотел приподняться, но боль в спине не позволила ему напрячься. Гидеон закашлялся и со вздохом закрыл глаза, ожидая, когда отхлынет болевой импульс. - Тебе нельзя вставать, - я укоризненно покачала головой и нежно взяла его за руку. - Не беспокойся, глупый де Виллер не может тебя оставить, так ведь ты говорила? – улыбаясь, он нахмурился, будто припоминая сказанные мною слова. Но не успела я ответить, как в животе появилось знакомое ощущение, на этот раз принёсшее мне много радости. Неужели нам удалось пережить ужас, царивший здесь, и отправиться домой? Не целыми и невредимыми, но живыми. - Гвенни, когда мы вернёмся, обещай не говорить ни слова о том мальчике, которого тебе удалось вытащить. - Обещаю, - я улыбнулась и прижала его покрепче к себе, и перед тем, как мы растворились среди этого хаоса, Гидеон ласково наклонил мою голову, и я ощутила нежное прикосновение сухих губ, на которых остался привкус пепла.