Возьми своё небо

На самом деле, Таня и не собиралась никому ничего говорить, но просьба Бейбарсова звучала более чем убедительно. Зачем это ему? Глеб говорил, что беспокоится за мать – у неё было не такое уж крепкое здоровье, как казалось на первый взгляд. Наталья Борисовна не казалась хрупкой женщиной, но, тем не менее, её здоровье всё равно надо было беречь. И как можно дольше. Гроттер осознавала, что если то, что они узнали, станет явным, то проблем в её жизни станет заметно больше. И это её только расстраивало. Гроттер прекрасно знала, что на самом деле всё то, что происходит с нею, приводит к более чем отвратительным последствиям. Ей неимоверно сильно хотелось убедиться в том, что всё будет хорошо и что у неё в жизни не случится ничего неожиданного, но, тем не менее, в тот же момент Гроттер и жила от неожиданности к неожиданности. Это дарило ей надежду. …Где-то внизу на кухне хозяйничал Жорик. Натальи не было дома, Иры и Глеба – тоже; Бейбарсова-старшая решила хотя бы показать ребёнку город, а сын выступал, очевидно, в виде домашнего извозчика. Впрочем, он был не против. Таня вздохнула, чувствуя себя какой-то опустошённой. Сестра не собиралась общаться с нею, таким образом она ограничивала себя от отвратительных воспоминаний прошлого. Воспоминаний о смерти. Дверь открылась с громким стуком и, очевидно, с ноги. Гроттер, оторвавшись от книги, которую не слишком-то и внимательно читала, мрачно посмотрела на Жорика. Его прибытие обычно не обозначало совершенно ничего хорошего, но она всё равно глядела на мужчину с вызовом. Тот был пьян. Он упрямо пил дорогостоящий коньяк прямо из горла, но сегодня, очевидно, успел угоститься даже водкой, которая в доме присутствовала исключительно для компрессов, когда кто-то болел. Но Жикин не брезговал. - Привет, доченька, - пробормотал он своим пьяным, отвратительным и писклявым голосом. Гроттер едва успела понять направление его движений – она отскочила в сторону, и Жикин свалился на кровать. Бутылка, уже пустая, выскользнула из его рук и покатилась по полу, оказавшись под кроватью. Кажется, Жикин совершенно не осознавал, что там больше ничего нет. Он полез под кровать, пытаясь всё-таки вытащить оттуда эту чёртову бутылку, и без конца икал, очевидно, выпив слишком много. - Иди сюда! – он протянул руку, словно пытаясь её схватить, но Таня отскочила в сторону. – Доч-ченька. - Отстаньте от меня! – Гроттер рванулась к выходу, собираясь уйти, но Жикин, кое-как поднявшись на ноги, преградил ей путь. - Не отстану! Гроттер поискала взглядом что-то тяжёлое, чем можно было ударить его по голове, но ничего такого не нашлось. Чёртов Жикин. Она испытывала странное недовольство относительно всего происходящего, граничащее с тотальным отвращением. С Бейбарсовым было иначе. Она его, конечно, опасалась, как оказалось, не зря, но, тем не менее, даже после того, что между ними было, Глеб не казался отвратительным. Ну, было и было. Но Жикин… Гроттер считала, что её и вовсе вывернет, если она только увидит этого проклятого, гадкого, отвратительного человека. Эту тварь. - Отстаньте от меня, - она попыталась оттолкнуть его от себя, хотя получалось очень даже плохо. Жикин что-то пробормотал, заступая ей выход из комнаты и словно забыв, что дверь открывается не на себя, а от себя. …С громким стуком он свалился на пол. - И как это понимать? Бейбарсов пришёл чёрт знает по какой причине, но она, впрочем, была неимоверно рада его видеть. - Ну? Я жду ответа. Глеб скрестил руки на груди, внимательно глядя на валяющегося где-то внизу Жикина. Тот ворчал и пытался подняться, но у него ничего не получалось. Бейбарсов склонил голову набок и недовольно скривился, собирался что-то сказать, но всё же прикусил язык. Гроттер, впрочем, ждать не стала. Она пулей выскочила из комнаты, бросившись к Бейбарсову. Лучше уж он. - Этот… папочка, - она покраснела, чувствуя, что слёзы уже текут по щекам, хотя она того и не ожидала и не желала, - ко мне приставал. - И почему я не удивлён? Голос Бейбарсова звучал надменно, но, впрочем, он обнял Таню достаточно нежно и прижал её к себе. - Не переживай, - шепнул он девушке на ухо. – Вышвырнем – не успеет даже закричать. Ты в порядке? Таня кивнула. Странно было слышать подобный вопрос от Бейбарсова, который тоже вёл себя далеко не идеально, но, впрочем, Жикин – это отдельная история. - Вставай, верный и искренний супруг, - вздохнув, промолвил Бейбарсов. – Мне долго этого ждать? - Не сметь мне указывать! - А перегаром тянет… - Бейбарсов покачал головой. – На весь дом. Вставай, кому говорю, пьянь неблагодарная. Жорик что-то прокричал – расслышать, что он говорил, было достаточно трудно, но это что-то было далеко не цензурным. Глеб не прислушивался. Он встряхнул отчима, а после, услышав что-то ещё от того, с силой ударил его кулаком в челюсть. Жора схватился за нос. Он умудрился поскользнуться на лестнице и кубарем полетел вниз, вопя о чём-то и грозя, что пожалуется Наталье. - Мама забыла деньги, - пояснил Бейбарсов, подхватывая с тумбочки кошелёк. – И попросила меня вернуться. - Ты уже уходишь? Гроттер прежде не питала к нему совершенно никаких тёплых чувств, но теперь невероятно сильно хотела остаться рядом с Глебом. Так было безопаснее. - Он тебя не тронул? – вместо того, чтобы ответить, переспросил Бейбарсов и, дождавшись, когда Таня отрицательно покачает головой, предложил: - Если хочешь, можешь поехать с нами. Таня кивнула. Автомобиль стоял где-то внизу, Наталья и Ирочка, вероятно, просто не выходили на улицу и ещё не знали, что происходило. - Тогда переоденься и пошли. Гроттер даже не стала просить Бейбарсова, чтобы тот вышел, хотя, впрочем, Глеба, кажется, куда больше интересовала подобранная на полу бутылка. Стыдно, конечно, но одной она тоже опасалась оставаться. Сейчас Таня поняла, что не зря опасалась оставаться в этом доме одной – точнее, с Жикиным. Жора всегда был противным человеком. - Готова? – бросив взгляд на Гроттер, поинтересовался Глеб. – Пойдём, а то мама мне голову оторвёт за то, что я так спешу. Она едва заметно улыбнулась. - Ты ей расскажешь? – тихо спросила девушка. Глеб посмотрел на неё, словно впервые в жизни увидел, а после совершенно спокойно кивнул, подтверждая предположение девушки. - Расскажу, - выдохнул он. – Я не хочу больше терпеть всё это, особенно со стороны Жикина и по отношению к тебе. - Ревнуешь? – хмыкнув, попыталась пошутить девушка. - Ревную, - тут же кивнул Бейбарсов. – А почему бы и нет? Я имею полное на это право! Или нет? - - Имеешь. Не хотелось вот так просто соглашаться, но, тем не менее, она сама сейчас желала быть под чьей-то защитой. Так было легче. Да и… В конце концов, страх перед Бейбарсовым уже куда-то ушёл. Ненависть всё ещё кипела в её сердце, но мало ли, вдруг пройдёт?