Исключение из правил

      Мне снился странный сон.       Я стояла в темной, но просторной комнате. Сквозь тяжелые портьерные шторы просматривалось окно во всю стену. За окном царила ночь.       Я огляделась и увидела, что в углу лежит человек. Сделав вдох, почувствовала, как сладковатый запах крови поманил меня в тот самый угол.       Хотя, сказать, что мне не было любопытно нельзя. Сон мало чем походил на мои обычные кошмары.       Медленно я подошла к человеку, лежащему в углу. Под ним растекалась огромная лужа крови, а грудь слабо вздымалась. Человека вряд ли что-то могло спасти. На его шее блестел металлический ошейник.       Я встала на колени, чтобы понять, могу ли я помочь.        – Убей меня, – прохрипел незнакомец, отчего я вздрогнула. – Я больше не могу терпеть эту боль. Убей, умоляю.        – Я хочу вам помочь! – с жаром воскликнула я и только вытянула руки, чтобы попробовать вылечить незнакомца, как позади что-то хлопнуло, а человек на полу громко закричал.       Я проснулась в холодном поту. И лишь одна мысль пульсировала в сознании: что за садист надевает на людей металлические ошейники?       Вчерашним планам не удалось осуществиться: Олаф и Аманда уехали в город на неделю, навестить дальних родственников. Поэтому разговор с Амандой пришлось отложить на неопределенный срок. Настроение моё никак не хотело подниматься выше отметки «плинтус».       Но я также заметила, что и Дмитрий необычайно мрачен и явно расстроен.        – Эм-м-м-м... Товарищ, – начала я осторожно, – всё в порядке?        – Да, конечно, – небрежный тон, напряженная поза, задумчивый взгляд... Озабоченность Дмитрия можно было ощутить в воздухе.        – Нет, не в порядке! – я решила идти в лобовую. – Сомневаюсь, что ты огорчен отъездом Олафа и Аманды. Значит дело в чём-то другом. А учитывая причину, по которой мы оба здесь, не считаешь ли ты, что я имею право знать?       Сейчас я по-настоящему разозлилась.        – Роза, прошу, не злись, – сказал страж усталым голосом. – Просто в Академии возникли некоторые проблемы.        – Какой уклончивый ответ! – съязвила я, но потом до меня дошло... – В Академии? Что-то с Лиссой? – сердце мгновенно сжалось.        – Нет-нет, с ней всё в порядке, – поспешил успокоить Дмитрий. – Это касается Кировой.        – А с ней что? – сегодняшний день явно хотел удивить по максимуму. – Кирова же непотопляема!        – Сейчас Кирова, скорее, как Титаник, – дампир неотрывно смотрел в одну точку, размышляя.        – А если конкретнее? – осторожно поинтересовалась я.       Страж посмотрел на меня взглядом, которого я так боялась. Этот взгляд не выражал ничего хорошего.        – Прошел слух о том, что вполне возможно Кирову вскоре уволят с поста директора Академии.        – Вот сейчас ты просто обязан сказать, что ты всего лишь неудачно пошутил! – в ужасе воскликнула я. – Ведь Кирова... Она... Она на нашей стороне и вообще...       Я не договорила. Плачевность ситуации и я, и Дмитрий осознавали в полной мере. Если уйдет Кирова, то придёт кто-то другой... И этот кто-то может быть не лоялен ни к Лиссе, ни ко мне, ни к ситуации при Дворе.        – Подожди, – я вновь не могла понять, – но зачем Королева Татьяна об этом сейчас заговорила? Чем внезапно ей насолила Кирова?        – В том-то и дело, что слухи пошли не от Королевы, – взгляд Дмитрия был холодным и тяжелым. – Решение по таким вопросам принимает Совет. Королева может высказать мнение, но последнее весомое слово за Советом. Так вот Совет внезапно решил, что Кирова плохо справляется со своими обязанностями директора Академии и нужно подыскать на должность другого руководителя.        – А это значит, что в Совете кто-то явно не желает мне и Лиссе добра, да? – решила уточнить, хотя все части головоломки встали на свои места.        – Можно сказать так, – тихо сказал Дмитрий. – Если безопасность Лиссы, как преемницы Королевы, не подвергнется изменениям, то о твоей безопасности никто волноваться не станет.        – Да, может, вообще новый директор стоит во главе шайки, которая хотела меня похитить в Академии! – я решила пошутить, чтобы разрядить тяжелую атмосферу в комнате.        – Вполне вероятно, что для этого всё и сделано, – но Дмитрий оказался серьезен как никогда.       Теперь каждый погрузился в свои мрачные мысли. Молчание и напряжение окутывало, словно темное покрывало.       Из раздумий о моём явно не светлом будущем вырвал голос Дмитрия:        – Собственно, а что мы сидим? – на его губах играла чуть заметная улыбка. – Ты всю жизнь хотела полюбоваться на фьорды. Одевайся, и пойдём гулять!       После всего, о чем мы говорили несколько минут назад, мысль о прогулке показалась глотком свежего воздуха. Мне оказалось достаточно нескольких минут, чтобы одеться.       Показалось, что Дмитрий одевался целую вечность! Я же была как на иголках: всё время подпрыгивала и никак не могла дождаться, когда мы, наконец, выйдем из дома.       Казалось, что там, где я сейчас находилась, в маленьком городке на фьордах Норвегии, можно дышать полной грудью и ни о чем не переживать. Высокие горы окружали фьорд, а звезды над головой мерцали непередаваемо яркими цветами. Они отражались в тёмной поверхности воды, словно бриллианты. Всё, что окружало, зачаровывало меня.       Мы долго бродили по узким улочкам города, уютно спрятавшегося меж огромных гор. Но Дмитрий вскоре сказал, что пора возвращаться.       Не успела я войти в дом и снять куртку, как раздался звонок мобильного Дмитрия. Он ответил на английском, что почему-то показалось мне хорошим знаком.        – Роза, это тебя, – пряча улыбку, сказал страж, протягивая телефон.       Удивлённо вскинув брови, я с опаской взяла телефон у стража и, медленно поднеся к уху, робко сказала: «Алло!»       Ответом мне была тишина и шуршание в динамике.        – Товарищ, это несерьёзно… – начала я возмущаться, как услышала в трубке родной голос.        – Роуз? – сказала Лисса.        – Лисса! – воскликнула я, не веря в своё счастье. – Да, это я! Привет! Я… Я так долго тебя не слышала!        – Ох, Роуз! Я так соскучилась! Вокруг меня какой-то дурдом! – захныкала подруга.        – Знаю, милая, знаю, – выдохнула я. – Ты ещё в Аспене?        – Ха! Если бы! Меня, словно карманную собачку на поводке, держат при Дворе и умирающей Королеве! – эти слова Василиса буквально выплюнула, и если бы я её сейчас видела, то на ангельском личике отразилась бы вся ненависть этого мира, что само по себе не свойственно спокойной натуре Василисы Драгомир.        – По крайней мере, там ты в безопасности, – я устало потёрла переносицу.       Теперь я точно уверена, что с Лиссой всё в порядке и она под надёжной защитой. Хотя понятие надежности относительно. Раз уж кто-то под видом новых стражей проник в Академию с целью похитить меня и увезти чёрти куда… Да, в мире всё относительно. Теперь я поняла это и на своей шкуре.        – Они хотят, чтобы я стала следующей королевой, после Татьяны! – ещё сильнее возмутилась подруга. – А как же колледж? Как же Академия? И вообще это звучит бредово! И этими бредовыми идеями они ещё и тебя поставили под удар.        – Лисс, не кипятись, – на моих губах заиграла улыбка. – Когда ты злишься, ты хмуришься. А когда хмуришься, появляются морщинки. Как будущей королеве тебе нужно отлично выглядеть.       На последней фразе я не выдержала и хихикнула. В трубке повисло молчание, а затем раздался смешок Лиссы:        – Ага, буду щеголять подтянутыми скулами и тонкими губами, – не без сарказма сказала подруга. – Роуз, а с чего ты решила, что я соглашусь на эту авантюру?        – Разве есть выбор? – тихо ответила я вопросом на вопрос.        – Наверно, нет… – так же тихо подтвердила Василиса.       Мы обе замолчали, предаваясь размышлениям на тему будущего, которое ни мне, ни Лиссе не сулило ничего простого и лёгкого.        – Хорошо, расскажи, где ты и как у тебя дела? – потребовала Драгомир.        – Ну-у-у-у… – начала я, косясь на Дмитрия. – Я не могу сказать, где, но могу сказать, что это одно из самых прекрасных мест в мире!        – О-о-о-о! – протянула Лисса, и я поняла, что она улыбается. – Кажется, я поняла. Чья идея?        – Догадайся! – ворчливо пробормотала я, вновь поглядывая на Дмитрия, который делал вид, что ему ни капли не интересен разговор, но я уверена, что он прислушивался и слышал каждое моё слово и слово Лиссы.        – О-о-о-о-о-о-о-о! – многозначительно пропела Лисса, а я готова дать зуб, что её улыбка стала раза в два шире. – Так у Розмари Хезевей каникулы с Дмитрием Беликовым? Любопытненько!        – Расскажи лучше, как ты провела время в Аспене, – я решила сменить тему, пока моё колотящееся сердце не привлекло внимание стража Беликова.        – Аспен прекрасен, как и отдых там. Много снега, отличные лыжные склоны. Я, кстати, начала осваивать сноуборд. Это довольно-таки забавно, я тебе скажу. Правда, Кристиан так себе учитель, но…        – Подожди! – перебила я. – Кристиан? Кристиан Озера был с тобой в Аспене? Я думала, что туда поехал только Адриан.        – Адриан – это полная жесть! – выдохнула Лисса. – А так, да, Кристиан был с нами.       По её голосу я поняла, что подруга смущена.        – А почему Адриан – жесть? – поинтересовалась я, улыбаясь и заметив, что Дмитрий напрягся при упоминании имени Ивашкова.        – Да потому что он сначала разозлился, когда узнал, что ты не приехала. А когда до него дошли слухи, что ты и страж Беликов ломанули куда-то из Академии по супер секретному заданию… Вот тогда-то Адриан начал по-настоящему рвать и метать.        – Нда… – промямлила я. – Вынес весь мозг, да?        – Ага, – Лисса была, как всегда, жизнерадостной, несмотря на всё, что творится вокруг. – Адриан нам с Крисом плешь проел на тему «как же так можно!» и «если бы не проклятый Беликов, то великолепная Розмари была бы с нами».        – Можно сказать, что ты прошла несколько кругов ада, – мне стало весело, когда я подумала о злом Адриане.       Моя лучшая подруга мило захихикала и продолжила:        – Подруга, ты же понимаешь, что тебе всё равно не отвязаться от подробностей каникул, когда мы вернёмся в Академию?        – Если вернёмся, – я мгновенно помрачнела.        – Роуз, ну откуда столько пессимизма? Отдыхай, наслаждайся теми местами, где ты сейчас. А потом вернёмся в Академию и закончим её. Ты определённо пройдёшь итоговые испытания и станешь крошить стригоев налево и направо, а я, если повезёт, пойду в колледж, как я всегда мечтала.        – Хотелось бы верить в такое радужное будущее…        – А ты верь, и оно исполнится, – назидательно заметила Лисса.       Я хотела сказать что-то колкое в духе «Розмари Хезевей», но в трубке раздались посторонние голоса.        – Роуз, мне пора, – грустно сказала Драгомир, но что-то в тоне её голоса меня насторожило. – Наслаждайся отдыхом, а с проблемами мы как-нибудь справимся вместе.        – Конечно, подруга, – ободряюще сказала я, улыбаясь.        – Да и ещё одно, Роуз… – я буквально слышала, как Лисса улыбается, говоря это. – Не забывайте о предохранении. Вам детей ещё рано. Лет через 5 будет вполне нормально. Но не сейчас.       Василиса звонко рассмеялась, а я стояла с открытым ртом и бешено колотящимся сердцем, ощущая, как каждый миллиметр моего лица становится пунцово красным. Дмитрий, до этого гремевший чем-то на кухне, вышел в гостиную с немым вопросом в глазах: «Что случилось?»        – Ну ты и козявка! – прошипела я в трубку.        – До встречи в Академии, Роуз! – смеясь, сказала Лисса и отключилась.       Я глупо посмотрела на потухший дисплей телефона и недовольно фыркнула. Обычно, такого рода подколы – моих рук дело. А слышать такое от Лиссы… Это явно пагубное влияние Кристиана Озёра. Ну, или я теряю хватку.        – Всё в порядке? – Дмитрий обеспокоенно смотрел на меня.        – А ты разве не слышал? Ну, в смысле, ты не был там? – спросила я, указывая пальцем на свою голову.        – Хм-м-м… Нет, я был слишком занят приготовлением обеда, – сказал страж, слегка улыбаясь. – Да и меня самого не очень радует незаконное вторжение в твоё личное пространство. Я стараюсь контролировать этот процесс.        – Спасибо! – я была искренне благодарна ему за это.       Ну, и за то, что он не слышал фразу Лиссы о предохранении. Иначе, мне было бы сейчас очень стыдно. Не знаю, допускал ли он эти мысли… Но что касается меня… О, да. Я допускала такие мысли. Причём, зачастую эти мысли воплощались в очень ярких снах.       Поняв, что опять начинаю краснеть, сердце опять отбивает рваный ритм, а Дмитрий вновь удивлённо поднял одну бровь, я решила, что пора запихнуть мыслишки куда подальше в разум.        – Как на счёт обеда? – невинно спросила я.        – Почти готов, – уточнил Дмитрий, скрываясь в кухне.       Дни летели один за другим. Как-то незаметно наступил Новый Год. Днями напролёт я и Дмитрий гуляли, разговаривали обо всём и ни о чём одновременно, играли в шахматы, которые нашли на старинном шкафу в гостиной. В общем, не скучали. В то же время во мне росло чувство тревоги. Казалось, что каждый день, приближающий меня к возвращению в Академию, так же приближает к чему-то страшному и неизбежному. С каждым днём моё настроение становилось всё мрачнее, а краски вокруг блекли. Ночами меня посещали тревожные сны. Благо, не кошмары. Присутствие Дмитрия всё-таки действовало очень благотворно: кошмары не мучили, будто их никогда и не было.       С Дмитрием тоже произошли некоторые изменения, он стал угрюмее и задумчивее.        – Товарищ, может, будешь сам мне рассказывать, когда что-то не так? – мой ворчливый тон заставил Дмитрия оторвать задумчивый взгляд от огня.       Мой дампир сварил совершенный, на мой взгляд, глинтвейн. Вооружившись каждый большой чашкой, поскольку стаканов для глинтвейна в доме не водилось, мы сидели у камина и наслаждались тихим зимним вечером. За окном бушевала метель, что не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Поэтому гостиная с камином, в котором полыхал огонь, стала убежищем от непогоды.        – Кирова больше не директор Академии Святого Владимира, – медленно сказал страж без какого-либо вступления.        – Что? – тупо переспросила я, но затем до меня дошло. – Прошу, скажи, что ты вновь шутишь!        – Увы, Роза, но не шучу, – мрачно сказал Дмитрий и снова начал смотреть на пламя, которое отражалось в его карих глазах.        – Но как? Что произошло? Почему они смогли? – мой голос срывался. – Что же делать?..        – Ничего, – спокойно ответил Дмитрий. – Ты доучишься последний год, а, точнее, уже пол года в Академии, пройдёшь итоговые испытания и отправишься на распределение по поводу охоты на стригоев.        – Доучусь? – с сарказмом передразнила я. – Прячась по углам от новых стражей, от которых неизвестно чего ожидать? Или оглядываться перед тем, как сделать шаг на территории Академии?        – Последний вариант. Это хорошая тренировка, прежде чем ты начнёшь охотиться на стригоев… – задумчиво, но также мрачно сказал Дмитрий, неотрывно смотря на огонь, полыхающий в камине.        – Ты шутишь? – я сказала это шёпотом, но была уверена, что Беликов услышал. – Никто не помешает им, а одна я не справлюсь, если нападающих будет много… И они намеренно сократят мою охрану. Я в любом случае труп по возвращению в Академию… Это конец… – прошептала я в ужасе и поняла, что на глаза наворачиваются злые слёзы.       Казалось бы, последний год в Академии. Что может пойти не так? Всё. Всё пошло не так. Мой мир перевернулся с ног на голову. Жизнь круто изменилась.       Я стремилась к смерти. И именно тогда, когда жизнь показала, что может быть не такой дерьмовой, как казалась до этого, смерть сама стала ходить вокруг да около меня. Чем-то это напомнило тот злосчастный год, когда произошла авария. Тогда тоже всё шло размеренно и обыденно. А в один миг всё полетело к чертям. С того самого момента всё полетело к чертям.       Я вскочила на ноги и вплотную подошла к камину, от которого исходил сильный жар. Глаза начало пощипывать от непролитых слёз и от жара пламени, а внутри всё клокотало и кипело. Не то от гнева, не то от страха.        – Нет, – раздался голос Дмитрия. – Ты не будешь одна в Академии.       Вместо ответа я лишь повела плечами, понимая, что если заговорю, то голос предаст и сорвётся то ли на плач, то ли на крик. Крик бессилия перед Будущим.        – В Академии рядом с тобой будут друзья, ты будешь чаще проводить время с Василисой. И тебе ничего не будет грозить, всё будет в порядке… – ещё твёрже сказал страж, будто хотел убедить в этом не только меня, но и себя.       Говорить что-то поперёк не имело смысла, поскольку стража Беликова сейчас я не смогла бы переубедить.        – И я не отойду от тебя ни на шаг, если потребуется… – чуть тише продолжил он.        – Дмитрий! – взорвалась я. – Разве ты не понимаешь, что им ничего не стоит дать тебе другое назначение, тем самым устранить тебя с пути, если они даже Кирову отправили в никуда?! И тебя отправят! В какую-нибудь тундру за тысячи километров от Академии, чтобы не мешался под ногами!       После «пламенной» речи я обернулась и посмотрела на стража, почти уткнувшись ему в грудь лицом: он успел подойти совсем близко ко мне. И я испугалась.       Ибо если и есть в мире сила, готовая смести всё на своём пути, так эта сила сейчас передо мной. Карие глаза потемнели и стали практически чёрными, на лице стража выступили желваки, а весь его вид говорил о том, что тому, кто захочет противоречить этой Силе, придётся капитулировать.        – Значит, ты отправишься в тундру со мной, – тихо сказал страж, но отчего-то по моей спине побежали мурашки и, если бы не камин, я бы с великим удовольствием сделала шаг назад, подальше от разрушительной Силы.       Я судорожно вздохнула. Но видение «обратной-стороны-Дмитрия» исчезло также быстро, как и появилось. Да, видимо, с раздвоением личности не только у меня проблемы.       От этой мысли я нервно хихикнула, чем вызвала удивление Дмитрия.        – Хорошо, но с одним условием! – я подняла указательный палец вверх. – Там будут стригои, на которых я смогу охотиться время от времени.       Дмитрий сделал потрясающе комичную вещь: он спародировал меня, закатив глаза, и сказал:        – Ладно, я буду ловить пару-тройку стригоев, выпускать их на просторы тундры, а ты будешь на них охотиться. Идёт?       Я расслабленно засмеялась, представив эту картину:        – Идёт, товарищ!        – Будет забавная игра на выживание, – заметил Беликов.       «Игра на выживание» – это лучшее название, которое можно придумать для книги о моей жизни.