Танцуй, мой океан.

Нет никакого «мы», и никакого «нас» не было и подавно – я пристально всматривалась в фотографию, сделанную почти два года назад, буквально за пару дней до трагедии. Кажется, что тогда была совсем уж другая жизнь: семья, школа, друзья… Со вздохом убрав снимок в блокнот, достала учебник по геометрии и начала делать конспект на завтра – Алла Матвеевна дотошна и придирчива до всяких мелочей, даже до помарок – хоть с пеной у рта отстаивай свою правоту, она даже нисколько не согласиться с тобой и поставит оценку на бал ниже, что весьма обидно, да и нежелательно в выпускном классе. Особенно в выпускном классе – голубая мечта Руслана запихнуть меня в МГУ, на юриспруденцию, отчего мне еженедельно подсовываются разного рода книги и газеты – скоро у меня уже в комнате склад будет из юридической макулатуры, но Руслан упорно продолжает закидывать меня печатными изданиями. Вот и сейчас на столе возникла книга «Самые громкие преступления века» - пожалуй, эту можно бы и прочитать. - Слушаю, - судя по его расслабленному голосу и приподнятому настроению сделка прошла удачно и теперь мой дражайший друг пребывал с хорошем расположении духа. - Спасибо за книгу, - я повертела в руках томик. – Эта и впрямь интересная, в отличии от других. - Ты как всегда, - рассмеялся мужчина. - Путное не оценишь, зато к всяким развлекательным тянешься. - Ты считаешь криминальное чтиво развлекательным? – я приподняла бровь. Руслан уже откровенно хихикал. – Пугающе звучит, знаешь ли. - Не более пугающе, чем твои стоны и вздохи по ночам, - я закатила глаза. – Если бы правды не знал, подумал бы, что порнуху смотришь. - Руслан! - Что? – он все так же смеялся. – Я же правду говорю. - Правду он говорит, - проворчала я, отложив книгу в сторону. – Слушай, а сегодня ты домой после работы или к Алине? С недавних пор у него появилась некая Алина – в глаза я ее не видела, однако судя по его словам, девушка была ну просто замечательная: блондинка, работящая, вкусно готовит и… - И голова никогда не болит, - ехидно закончила я, ковыряя вилкой в салате. - Кая! - Что? – пожала я плечами. - Ничего, - передразнил меня Руслан, поставив передо мной кофе. – Завтракай давай да поехали. Так вот: эта Алина теперь постоянно и стойко присутствовала в его жизни, чему я была рада – наконец-то он переключит свое внимание на нее, предоставив мне спокойно пожить без нравоучений, подсказок и прочего. - К Алине, - я хмыкнула. – Сегодня вроде как собирались идти в кино. - Ты? В кино? – я деланно ужаснулась. – Да сейчас с неба град посыплет и розовый дождь пойдет, ё-моё! - Поменьше сарказма, он слишком толстый. - Поменьше никак, - я уткнулась носом в монитор, где открыла ссылки на рестораны, чтоб заказать пиццу. – Сарказм полезен для здоровья. - Пользуешься тем, что девушек не бьют, - Руслан фыркнул. – Ладно, сиди дома, сторожи квартиру и никуда не покидай свой пост. - Йес, мой генерал! Разрешите расстрелять посягнувшую гадину на квартиру баллистическими ракетами? - Да хоть ядерным оружием, главное дома сиди. Будь умницей. - Вот когда ты мне так говоришь, у меня невольно крылья отрастать начинают и нимб отпочковывается. А мне можно в кино? - Странно, что вилы в руке не возникают. С нами? Жаждешь познакомиться? - Пока нет, - меланхолично отозвалась я, дожевывая банан. - Тогда вечером жди. И, если все же надумаешь свалить на улицу, то отзвонись. - Пока. Сбросив вызов, я задумчиво уставилась в окно – день сегодня был солнечный, даром, что выходные начались – сказка да и только, вот еще бы учеба сама по себе готова оказалась и просто блеск. Можно, в принципе, наплевать на запрет и сходить в кафе с Иркой, поболтать о том, о сем, или сходить в парк и развеяться – тоже будет неплохо. В любом случае сидеть в такой день дома – просто преступление. К тому же, вопрос я задала, отрицательного ответа не было, так что… - Ири-и-ина-а-а, - протянула я в трубку. – Возьми телефон. В ухо неслись упорные длинные гудки. Ясно, кафе отменяется. Я со скучающим видом откинулась в кресле, взгромоздив ноги на стол – пока Руслан не видит, можно и так. Итак, что мы имеем? «Да нихуя мы не имеем», - внутренний голос был в кои-то веки прав. И правда, делать абсолютно нечего. Если только затариться мороженным и проваляться дома – так унывать от скуки будет интереснее. Натянув джинсы и футболку, спустилась на улицу и вдохнула полной грудью – свежий воздух проник в легкие, будоража и встряхивая от сонливости. Все-таки весной хорошо: природа расцветает, птицы прилетают, трава вон вовсю зеленеет… Короче, прелесть просто, а не время года! Рассуждая такими темпами, без происшествий добралась до парковой зоны и зашла в магазинчик неподалеку – уж не знаю как, но именно в этом магазинчике продают самое лучшее мороженное в нашем городе: вкусное, в меру сладкое и просто обалденное. - Мороженное любишь? – голос Тимофея над моим ухом моментально уронил все радостные мысли. - А ты? – я повернулась и печально посмотрела на парня, мысленно попрощавшись с нормальным вечером. – Ты-то как тут оказался? - За хлебом пришел, - Тим хмыкнул. - Даже таких крутых и заносчивых козлов как я, авторитетные родители гоняют за насущным. - Да неужели? А я-то думала, что ты младенцами питаешься. - Змея ты, - притворно вздохнул он. – Кобра ядовитая. Я пожала плечами и отвернулась – все равно наши словесные баталии стали порядком поднадоедать, к тому же домой стоит вернуться побыстрее, иначе Руслан может вполне устроить карательную операцию под названием «а ты вот не послушалась, ну и…» - Пошли прогуляемся? – Тим посмотрел совершенно серьезно, без капли ехидства в карих глазах. – Да ладно тебе, погода же просто прекрасная. - Погода была прекрасная, принцесса была ужасная, - пропела я себе под нос. – Ну, давай, только не особенно долго, а то домой еще надо успеть. В парке и правда было красиво – шикарные ветвистые деревья, зеленеющие листвой; лужайки и газоны, клумбы и прочие прелести несомненно, заслуживали отдельного внимания, вот только мне больше всего нравился резной небольшой мост через небольшую речку, что протекала по саду. Раньше мы все время сюда бегали, когда были с братом маленькие – хорошее было время. - О чем задумалась? – Тим иногда умел совершенно неслышно подходить сзади. Прям магия Новадского какая-то - О братишке, - я продолжила вглядываться в спокойную воду реки, едва улыбнувшись. – Знаешь, а он был на меня похож чем-то даже, хотя все говорили, что мы словно от разных родителей – Ванька-то светловолосый и голубоглазый, с веснушками… Был. Тим молчал, даже не перебивая – наверное, задавался вопросом, что же все-таки случилось тогда, а я замолчала, потому что погрузилась в воспоминания: если бы можно было вернуть время, можно было бы повернуть все вспять, я бы не задумываясь половину жизни бы своей отдала, а то и две трети, лишь бы мама с папой и братик были живы… Только не выпросить их, не выплакать и даже не вымолить – нет их. Если кто-то скажет, что мне, мол радоваться надо, что выжила, то я в лицо плюну – знаете, каково это: видеть каждую ночь своих родных и любимых, но при этом понимать, что никогда их не увидишь больше, не обнимешь? И только фото десять на пятнадцать все время перед глазами. - В аварию попали? – Тим внимательно посмотрел на меня. – Ты никогда не рассказывала… Если не хочешь, то не надо. - Их убили, - вцепилась пальцами посильнее в резной мостик, чтоб не чувствовать кома в горле. – Мы дома были, ужинать собирались. Дом у нас за городом, практически в глуши был – маме там лучше работалось, она у меня художником была. - А за что? - Не знаю, - пожала плечами. Я ведь и правда не особо-то догадывалась, разве что смутно подозревала, что папин бизнес тому причиной. - Тяжелое было время, - я постаралась улыбнуться, но вышло как-то с натяжкой. – Мне временами даже разговаривать не хотелось. - У многих людей отдыхали уши от твоей болтовни. Я легонько толкнула его в бок локтем, громко фыркнув при этом. - Ну все, мир! - Я с тобой и не воевала. - Никто не воевал, - Тим откинулся на перила. – Просто некоторые личности обладают гипертрофированным чувством собственного достоинства, которое поднимают за счет других. - Настя временами перегибает палку, - я оттолкнулась и повернулась к Тимофею: он стоял и щурился на солнце, этакий солнечный мальчик. – Иногда я ее ненавижу, но смерти ей не желаю, поверь. - С чего ты взяла, что я переживаю? – на первый взгляд вполне себе искренне удивился он. Я пожала плечами. - Ну, знаешь, она все-таки твоя девушка, - получилось как-то ядовито. – Красавица и умница, спортсменка и комсомолка… - Это похоже на ревность, госпожа Магадеева, - вздернул бровь парень, не меняя позы. Ладно, признаю – эта футболка ему чертовски идет, благо, что рельефы позволяют. К слову говорить, в последнее время Тима вызывать во мне желание дать ему по роже перестал – уж не знаю, что тому причиной: то ли то, что он спас тогда меня в клубе, то ли… что-то другое. Наверное, если бы была бы уверенна, сказала бы даже, что он мне нравится, но пока что такого желание не возникало, да и слава Богу. Откровенно говоря, Тимофей красивый – знаете, таких как он на журнальные обложки фоткают. Возможно, с возрастом все измениться, он возмужает и всё это мальчишеское очарование перерастет во что-то другое, что-то более строгое, но пока что наверняка вокруг него штабелями укладываются девушки. Правда, это всего лишь мои догадки. - Вовсе нет, - я запрокинула голову вверх и прикрыла глаза, наслаждаясь солнцем. – Это констатация факта. - Это теперь так называется? – могу поспорить, что он сейчас улыбается, хоть я и не вижу его. – Ладно, пусть будет констатацией. Еще вопрос можно? - Валяй. - Кто стоял тогда на машине у школы, когда ты упала в обморок? Вопрос против правил. Под ложечкой ощутимо екнуло, а я внутренне посетовала на хорошее зрение Алешина – просто взять и лопатой бы шандарахнуть. - Там был человек один, - придать голосу простоты не получилось, пришлось придать безразличия. – С которым раньше хорошо общалась. Спросить кое-что хотела. - И поэтому в обморок? – я открыла глаза и пристально посмотрела на Тима. – Не ври, Магадеева, ой не ври. У меня от твоей лжи аж почки зашевелились. Я возмущенно хмыкнула и оттолкнулась от перил – время пролетело незаметно, а домой все же следовало еще придти, пока Руслан окончательно не раздраконился и не намылил мне шею за непослушание. - Контроль forever? Да? – Тимофей пошел рядом, продолжая улыбаться. У него что, нерв защемило что ли? - Просто моему опекуну не объяснишь, что я уже не ребенок и к плохим дяденькам в машину не сяду. В ответ Тим только весело рассмеялся – вот умеет же быть нормальным, когда хочет, прямо сказка, а не реальность. На душе стало как-то подозрительно спокойное и… светло. Может, слишком уже себя накручиваю, угнетаю, загоняю в добровольное пожизненное мрачное состояние? Наверное, стоит снова попробовать стать просто человеком, а не мрачное его подобием с мыслью о мщении и прочем. Развернувшись, я остановилась и, чуть прищурившись, посмотрела на Тимофея. Все-таки есть в нем что-то. - Я пойду, - кивнула в сторону парка. – Будет время, звони – прогуляемся еще раз. - Обязательно позвоню, - он засунул руки в карманы и чуть наклонился вперед, загадочно улыбаясь. – Я ж еще не все тайны у тебя вытряс. ***** Размышляя о странностях жизни и глобальных проблемах человечества, я медленно дочапала до остановки, на ходу грызя мороженное – горло не заболит, зато ностальгии хоть отбавляй: в детстве точно так же мороженку поедала. К тому моменту я успела удалиться от клиники на приличное расстояние. Пришлось напомнить себе, что, если я собираюсь вернуться сегодня домой вовремя, мне следует двигать в сторону дома, а не болтаться по улицам без всякой цели. Огляделась в поисках маршрутки или хотя бы такси, я запоздало обнаружила в нескольких метрах от себя черный «БМВ» с знакомыми номерами - три семерки радовали глаз. Дверь «БМВ» распахнулась, и появился Стас. – Привет, прекрасная миледи, – сказал он, насмешливо улыбаясь. Я еще раз огляделась, на этот раз с тоской, мысленно чертыхнулась и ответила: – Привет. – Садись в машину, – убрав с лица улыбку, приказал он. – Я лучше свежим воздухом подышу. – Ты никак боишься? – хмыкнул Стас. – А я-то думал, ты у нас девушка бесстрашная. Помню, как ты геройствовала. – Может, я и бесстрашная, но осторожная. Одно другому не мешает. – Хватит трепаться, садись. Не съем я тебя. – Хорошо, если так, – ответила я, косясь по сторонам. Никому до нас дела не было, а кричать караул я сочла неприличным. – Чего хотел? - На улице разговаривать будем? Смысла я не видела – что-то больно много совпадений за несколько дней. Стаса альтруистом точно не назовешь, хоть при всем желании, а вот если у него есть какой-то план, то… Задумываться о плохом не хотелось, а пешком пилить до дома лень. Вот она, всеславная бабская логика – боюсь огня, но упорно лезу. Помявшись еще немного, я залезла в салон и пристегнулась – Стас тронулся с места, не торопясь объяснить, куда мы едем. Пока мы в знакомом районе, то я чувствовала себя в относительной безопасности. – Куда едем? – спросила на всякий случай. – Домой, естественно. Или у тебя есть еще дела? – А ты здесь какими судьбами? – Божьим провидением, – хмыкнул он. – Решил подрабатывать извозчиком? Или ты следишь за мной? – Ага. Прям трепещу весь от восторга, - я демонстративно отвернулась. – Где была? – «БМВ» тачка скоростная, бегает хорошо. – Вот-вот. Так на вопрос ответишь? - Тебя волнует? - У Руслана проблемы, - неожиданно пояснил Стас, а я аж дернулась. – Лезет куда не надо. - Откуда ты знаешь? - С нужными людьми общаюсь, - он мельком посмотрел на меня и вывернул руль на магистраль. – Полез он в дела твоего отца, а этого делать не стоит. - Ты… Какого хрена? – я вспыхнула и прищурила глаза. – Угрожать решил? - Вообще-то предупредить, - и вдруг подобрался. – Вот, прошу. - Что? – не поняла я, растерянно оглянувшись и тут же растеряв всю свою спесь. Стас кивнул в зеркало заднего вида. - Джип на хвосте висит. Может, просто так, а может… Я тоже в зеркало уставилась. Водитель джипа особо не наглел, держался на расстоянии, но и не отставал. Может, Руслан не простился с идеей приглядывать за мной, и совсем уже поехал разумом, приставив ко мне охрану? Хотя нет, он бы предупредил, зная, что такое уж я точно не прощу. А если это не он, тогда… – Есть кого опасаться? – Друзей заклятых немерено. – И чем ты им насолил? – спросила, исключительно с целью поддержать разговор, на правдивый ответ не рассчитывая. – По-разному. Больше всех один бывший знакомый, конечно. – Выходит, по твою душу? - А может, и по твою, - Стас искоса взглянул на меня и сбавил газу. Джип тем временем из виду пропал. Правда, дальше случилось то, чего уж точно никто из нас не ожидал: с какого-то ляду справа вылетела неприметная «девятка» и ощутимо так бортанула «БМВ» в бочину – я ойкнула и приложилась головой о приборную доску, а Стас, коротко матюгнувшись, резко свернул куда-то в сторону. – Надо было вызвать милицию, – испуганно вякнула я, справедливо подозревая, что Стас на мои слова внимания не обратит. – Сам разберусь. – Сам так сам, – не стала я спорить. Его нежелание общаться с милицией меня скорее порадовало. Узнав, что я опять оказалась замешанной в скверную историю, Руслан в восторг точно не придет. Между тем, пролетев магистраль, Стас свернул на незнакомую проселочную дорогу и втопил педаль газа. Я просто не лезла с вопросами, решив, что если он очухался, то, должно быть, знает, что делает. Впереди была развилка, а я вздохнула с некоторым облегчением - если типы на джипе или «девятке» решат нас преследовать, то не факт, что выберут правильную дорогу. Между тем мы не встретили по пути ни одной машины, сзади, кстати, тоже никто не пристроился – хоть это радует. Я откинулась на сиденье и засмеялась. Смех получился откровенно нервным, надо было бы остановиться, но не получалось - приехали. Стас хмуро посмотрел на меня, выругался, резко притормозил и повернулся ко мне: обхватил меня ручищами и привлек к себе, похлопывая по спине. – Все хорошо, успокойся. – Ага, лучше не бывает. – Я поспешно отстранилась, вытирая выступившие от смеха слезы. – Мы просто так по округе катаемся или у тебя есть цель? – Здесь неподалеку есть дом небольшой. Мой, но об этом никто не знает. Отсидимся, подумаем. – Ты бы лучше охрану вызвал. Есть у тебя охрана? – Вот только не надо меня учить. Охрана есть, но ее тоже не надо. – Куда уж мне… Ладно, поехали отсиживаться. Ты будешь думать, а я себе тоже найду занятие по интересам. Потратив еще полчаса, мы миновали деревню, которая осталась чуть в стороне, от нее вела дорога, посыпанная щебнем – культурно, однако, в таком-то захолустье. Я старательно делала вид, что все в порядке, однако изнутри мне все еще ощутимо потряхивало от пережитого – когда я уже научусь не лезть в неприятности? Не зря Руслан говорит, что со мной поседеть можно. Вскоре показался дом - назвав его «небольшим», Стас явно покривил душой: бревенчатый, высокий, за крепким забором. Чувствовалось, что женщины здесь частыми гостями не были - обстановка спартанская, мебели по минимуму, разве что это такой определенный стиль, «хай-тек» кажется. Исключением являлась разве что кухня - современная, с электроплитой и духовкой. Стас плюхнулся в кресло в гостиной, откинул голову и вроде бы задремал. – Я есть хочу, – в пустоту заявила я. – Найдется что-нибудь? – Посмотри в холодильнике. Я здесь был два дня назад, привозил. Вспомнив про где-то вычитанную фразу, что лучшим средством от стресса является физический труд, я занялась готовкой, особо не мудрствуя – сварить кашу и порубить салат дело плевое.Через некоторое время в кухне появился Стас, покружил немного вокруг и с любопытством поинтересовался: – Ты как? Здорово испугалась? – в глазах его читалось только любопытство, но не более. – Ага, слышишь, как зубы стучат? – ответила я и в досаде треснула по столу ложкой. – Стас, ты самоуверенный придурок и со здравым смыслом не дружишь. Меняй профессию. Карьера крутого бандита, может, и будет впечатляющей, но недолгой. - А с чего ты взяла, что по мою душу кортеж ехал? Я замолчала. И правда. Если он не врет, то Руслан опять разворошил то, что ворошить вовсе не стоило. Только вот это не подтверждено, но и опровергнуть тоже никак. - Довыпендриваешься – грохнут. – А ты не каркай. Вот незадача-то, – он привел на краешек стола, проигнорировав мой косой взгляд. – Теперь выходит, что, возможно, я опять тебя спас. И что мне с этим делать? – Не париться. Эй, шел бы ты отсюда. Когда все будет готово – позову, - и для пущего эффекта замахнулась полотенцем. – И встань со стола. Увидела бы дома – прибила бы за такое. Стас усмехнулся, а я отвернулась, сдерживаясь чтоб реально в него полотенцем не кинуть – вот ведь гад, все ему нипочем. Но если это за мной, тогда и правда, снова спас меня. Интересно, какими матами меня обложит Руслан, когда узнает об этом? Занятая своими думами, я даже не заметила, как он приблизился сзади, только ойкнула, когда Стас развернул меня к себе и оперся о стол руками за моей спиной, прижавшись ко мне очень тесно. И в глаза уставился, со своей извечной ухмылкой. Надо заметить, что почувствовала я себя крайне неуютно, оказавшись зажатой между столом и Стасом. Главное, его не провоцировать. «Мне ни за что с ним не справиться», – мелькнула трусливая мысль где-то на задворках разума. А ведь и правда, не справиться, если только долбануть чем-то. А под рукой, как назло, ничего, кроме ложку - достойное орудие в борьбе за добродетель. Отчего-то сразу вспомнился мультфильм про Рапунцель и ее сковородку. – Я знаю, что мужиков после перенесенной опасности на разные глупости тянет, – я чуть отстранилась, выцарапывая себе личное пространство. – Но я неподходящий объект. – Почему же? – усмехнулся он. – Поясни, а то жуть как интересно, что изменилось. – Допустим, мозги появились. – И что? Судя по тому, с какой частотой ты вляпываешься в разное дерьмо, это точно не показатель. – Тебя что, это заводит? – Вовсе нет, - он отстранился. – Просто интересно на реакцию посмотреть стало. – Посмотрел? Доволен? – я едва перевела дух. Да что ж такое-то происходит? Что, кто-то сверху решил на меня обидится? - Очень. И что ж тебя так останавливает-то? – Стас снова уселся на край стола. - Останавливает то, - я сцапала ложку и отвернулась к плите. – что ты сволочь еще та. И то, что ты старше меня. - Раньше тебя не останавливало даже то, что я охранником твоего отца был. – Мой отец на кладбище… твоими молитвами. Он замолчал, а я нахмурилась – затронула запретную тему, блин. Не стоит вообще на эту тему разговаривать со Стасом, особенно если припомнить наш последний с ним разговор: уверенность в непричастности все равно не докажет, а вот мне нахрен не надо кого-то там понимать и прощать. Семью уже не вернешь. – Это твоя благодарность? – насмешливо послышалось за спиной. – А ты всегда любила иголки втыкать, насколько я помню. Ну, ударь меня, если хочешь. Зря, ой зря. Он, наверное, сам не ожидал, что я воспользуюсь предложением съездить пару раз по наглой роже: звук пощечины эхом прошелся по кухне и установилась полнейшая тишина. - Ладно, - спокойно сказал Стас, не отрывая от меня взгляда. – Эту я заслужил, а… Договорить ему не дала вторая пощечина. - А вот эта уже лишняя, - он схватил меня за руку, сильно сжав пальцы. Стальная хватка, как бы кости не переломал – я сжала зубы, чтоб не застонать. Больно, блин. – Смелости прибавилось? - Нет, - я дернула руку, и отошла снова к плите. – Просто грех было не воспользоваться шансом дать тебе по морде. - Это благодарность такая? За твою спасенную жизнь? - Это за прошлое. Он молча развернулся и неслышно ушел в комнату. Я немного постояла, вцепившись в столешницу – и что теперь мне делать? Попытаться сбежать не получится – куда бежать-то, я местность нихрена не знаю, да и вариант напороться на кого-нибудь нежелательного тоже присутствует. Тем более, что остановить меня ему труда не составит – против логики не попрешь. Не придумав ничего лучшего, я продолжила готовить еду, прислушиваясь к тому, что делается в комнате – тишина настораживала, если говорить откровенно. Пока руки чистили овощи на салат, в голове тысяча и одна мысль требовали разложить их по полочкам. Допустим, джип и правда по мою душу, а Стас просто по старой доброй памяти решил меня слегка спасти – похвально и даже немного льстит, но не об этом. Вопрос тут в другом – с какого хрена он вернулся в город? Ему бы в своей Америке сидеть, да коктейльчики потягивать, а не тут тусоваться. Зачем он вернулся? Признаться, в глубине души хотелось думать, что из-за меня, но черт бы там было – что у него на уме, только Богу известно. Ну, или черту, смотря к кому он ближе. - Иди, готово все, - я расставила тарелки и налила сок в стаканы. Стас появился через несколько секунд и сел, уставившись на меня, пока я металась между плитой и столом. Наконец через пару мгновения я не выдержала. – Говори уже. - Я правда их не убивал, - я вздохнула и посмотрела на него. - Ты опять начинаешь? - Вовсе нет. Тебе знакомо имя Камил Абдульханов? - Вроде, - насторожилась я, сев на стол и пододвинув к себе кашу. – Если не ошибаюсь, он с отцом какие-то дела вел. - Он был в доле от бизнеса твоего отца, верно, - Стас подвернул рукава рубашки и принялся за еду. – И это он мне позвонил. У меня из рук выпала вилка. - Зачем? - Сказал кое-что. - Не томи, - разозлилась я, сверкнув глазами. Стас посмотрел на меня исподобля. - Учитывая тот факт, что тут моя жизнь может подвергнуться серьезному влиянию и опасности со всех сторон, а я все же приехал, то тебе не кажется, что чем меньше знаешь, тем тебе спокойнее жить? Оценив ответ по справедливости, я принялась за еду – в голове уже туманно было, а живот угрожал заурчать, словно погибающий кит. Глядя на Стаса, с аппетитом уплетающего овсянку, я задумалась над тем, что же во мне его привлекло? Давайте скажем откровенно – я не самая привлекательная, не самая умная и далеко не самая идеальная в общих чертах. Нет, уродиной назвать сложно, но… таких как я – пол Москвы ходит. Стас – внешне очень привлекательный, только не как Тимофей, а уже как взрослый мужчина: строгий стиль одежды, манеры и все такое… И тут – я. Да еще и разница в одиннадцать лет, с учетом того, что через неделю мне уже восемнадцать по башке стукнет. Ему бы себе модель какую подыскать, такую же, как и он – стильную, уверенную в себе красотку. Нахрена ему школьница, пусть даже и почти совершеннолетняя? Стало отчего-то горько – неужели все дело было в деньгах отца? Да и то верно – раньше была избалованной девчонкой, которая по первому желанию получала все, что только душе угодно: дорогие шмотки, украшения, поездки за границу… А теперь? Может, Тим и прав, говоря, что я себя слишком уж принижаю? Кстати о Тиме – почему он со мной общается? - Чего кислая? – Стас потянулся за соком и с любопытством посмотрел на меня. – Опять тараканы в голове ожили? - Какие тараканы? – нахмурилась я. Лазарев лишь оскалился. - Те, которые шепнули тогда в клубе через перила сигануть. - Никуда я не прыгала, - я насупилась. – Это вообще ты меня испугал. - Кругом я виноват, вот беда… - Прекрати ерничать, - я слегка поморщилась. – Тебе не идет. - А тебе не идут идиотские очки и эта мешковатая одежда, - словно дирижерской палочкой взмахнул вилкой Лазарев. – Тебе вообще без одежды, конечно, лучше… - А не пойти бы тебе, Станислав Сергеевич? - А не пойти бы, - и снова принялся за салат, изредка поглядывая на меня. Тут до меня, как до старого жирафа, дошло – специально ведь дразнит. - Когда домой поедем? – я встала из-за стола и убрала тарелки в мойку: мыть посуду не особо-то люблю, но не оставлять за после себя грязные горы. Тем более представить Стаса возле мойки в его-то рубашке вообще нечто, из разряда фантастики. - Скоро. Вечером, часом в десять, мы благополучно вернулись в город – за все это время мне Руслан так и не позвонил, что радовало неимоверно – узнай он положение вещей, наверняка бы уже облазил половину Москвы со своими знакомыми операми. Когда мы оказались в соседнем дворе, Стас, перегнувшись ко мне, распахнул дверь машины и вдруг сказал: – Знаешь, ты совершенно не объективна. – Чего? – переспросила я, прикидывая, что он имеет в виду. – Того. Себя ты не любишь, сказать хочу. Я-то тебя знаю. – Тогда ты знаешь куда больше, чем я, – ответила я, отстегивая ремень безопасности. – Я же сказал: я знаю. Но могу сказать одно: вовсе не за твою грудь и симпатичную физиономию тебя любят. Хотя то и другое выше всяких похвал. – Счастливого пути, – буркнула я и поспешила выбраться из машины, но рука на плече меня остановила. - Что? – я покосилась на Стаса, а после осмотрелась вокруг- рядом ничего подозрительного не было. – Ты чего? - Осторожнее будь, - серьезно сказал Лазарев, убирая руку. – Ты даже не подозреваешь, куда он полез. Это не простые люди, но… - Но что? - Будь внимательнее, - создалось такое чувство, что он хотел что-то сказать, но резко передумал. – И к Руслану это тоже относится, поверь. Скорее всего, своим сомнительным объяснением Стас пытался меня от чего-то предостеречь, только лучше бы сказал, от чего. Своих воспоминаний я боялась и гнала их прочь - иногда во сне я видела отца, улыбчивым и добрым. Таким, каким помнила. И даже во сне замирала под его взглядом. А проснувшись посреди ночи, таращилась в пустоту, и шептала отчаянно: «Лучше бы ты проклял меня, пап». А он вновь приходил и вновь улыбался. Родители всегда прощают своих детей, каким бы они не были, только от этого не легче. ****** Поднявшись в квартиру, я с удовлетворением заметила, что Руслан еще не вернулся – это значит, что головомойки мне избежать удастся. Включив компьютер, я кликнула на закладку с контактом и слегка подвисла: в друзья просился Тим. «Чего не спишь?» Надо же, какой заботливый, аж слезы умиления наворачиваются. Немного подумав, отвечать на сообщение или нет, я все-таки набрала текст сообщения. «И тебе не хворать. Дела были, да и рано еще. Что-то хотел?» Собственно говоря, общаться в контакте я не очень люблю – лучше уж по телефону поболтать, чем так. Но… «Хотел. Слушай, как ты смотришь на то, чтоб на мой День Рождения придти?» Я моргнула. Помотала головой и снова уставилась на монитор. Это он серьезно? «А не пожалеешь? И с чего бы это вдруг?» «Решил, что человек ты интересный, Магадеева. Я тебя жду послезавтра, учти. С подарком можешь не заморачиваться – просто приходи.» Однако! Я прикинула варианты такого поворота событий, но логичного объяснения не нашла. Решив, что за вопрос бить не будут, все-таки написала; «А Настя мне опять ничего не подсунет в напитки? Яда там, или чего потяжелее?» «Не подсунет. Я с ней поговорил – она учла. Придешь?» «Приду. С подарком» «Лучший мой подарочек – это ты! Ладно, подурачились и хватит. Я тогда тебе адрес завтра напишу, ладно? А то с ног валюсь, глаза уже барские закрываются» Я улыбнулась. Вот ведь олух. Пришедшая на ум идея была немедленно реализована. «А уж не влюбился ли ты в меня часом, Алешин? А то, учитывая тот фактор, что ты с ног валишься, но мне пишешь, о чем-то говорит» А вот пришедший ответ стер улыбку с лица, оставив только недоумение. «Как знать, Кая Тимуровна, как знать» Вот это охренеть и не встать. Что-то больно много событий для одного дня – не иначе, как провидение решило стебануть меня напоследок. От этой мысли отчего-то вздрогнула – слово «напоследок» с запозданием покарябало сознание и я, словно дятел, застучала по дереву. Суеверием я не отличалась, но в свете последний лет стала значительно аккуратнее относится к своим высказываниям. Не даром же говорят, что слова материальны. Впрочем, я на своем опыте смогла в этом убедиться… Последними мыслями перед сном были: почему Руслан так и не позвонил и что купить в подарок Тимофею?