I need more dreams and less life

• Daniel Powter – Bad day       Я пытаюсь отвлечься музыкой, включаю радио. Я не должна плакать, я должна здраво мыслить и подумать, что надо делать. Но сейчас моя голова не хочет работать. Я думаю только о том, что если бы Брайан был бы жив, то я убила бы его во второй раз. Но если он оставался привязанным к земле, такое время, почему в его незаконченных делах было только то, что мы должны были узнать про его ребенка. Почему он не позаботился о деньгах? Я вытираю ладонью щеки. Я не хочу больше плакать, но они текут сами. Скорее это не от того, что я должна думать о том, где мне взять кучу денег, а о том, что кажется, пришел конец. Лиам в ярости от меня, а я в ярости от того, что он не рассказал мне. С другой стороны его можно понять, он ведь думал, как будет лучше для меня. Чертов эгоист, он просто хотел, чтобы я все время думала о нем, чтобы не отвлекалась на все вокруг, пока бы он решал эти проблемы. Но самое страшное, что оттуда идет настоящая угроза. Бен весь побитый, теперь я уверена, что это сделали они. Но я не знаю всего: я не знаю, кто они, сколько денег они хотят, чем они угрожают. Все это приводит меня в ярость, и я плачу только из-за нее.       Когда заворачиваю на свою улицу еду очень медленно, чтобы успокоиться и не напугать родителей. Перед самым домом я почти не смотрю на дорогу и включаю свет в салоне, чтобы вытереть подтекшую туш. Легко жму на газ, успеваю вздохнуть, когда на машину приходится удар. Она немного подъезжает вперед, а я застываю с открытым ртом, потому что, черт возьми, почему это случилось прямо сейчас и со мной? - Эбигейл? - я тут же слышу голос папы. Он так обеспокоен, а я только ударилась лбом об руль. Дверца машины открывается, он хватает меня за руку. - Ты жива? Все хорошо?       Я только киваю и сама выхожу из машины. Боб - сосед напротив тут же пытается все объяснить, но я только отмахиваюсь. Я ведь виновата. Он вообще ни при чем. Боб быстро переговаривается с моим папой, они обсудят все завтра, но Боб больше обеспокоен моим видом, чем своей слегка помятой машиной. Папа хватает меня за руку, входим во двор, обходим дом. Я не понимаю, мы могли бы зайти через главную дверь, но вместо этого идем через заднюю дверь. Обходим кухонный островок, слышу смех мамы, точно, у нее сегодня подружки. Он двигает палец к губам, говоря мне тихо. Мы быстро поднимаемся вверх, нас никто не замечает. Он открывает дверь в мою комнату, а затем в ванную. Садит меня на край ванны и шуршит в ящиках, пока не находит ему необходимое. Он хмурится, когда видит снотворное на полке, но молчит, в другой раз он бы отругал меня за это. Молча, берет перекись и ватные тампоны, подносит к моему лбу. Только сейчас чувствую струю крови у себя на лбу, она появилась, когда я стукнулась об руль.       Я молчу, когда он обрабатывает меня и ведет обратно в спальню. Я усаживаюсь на кровать, пока папа расхаживает по комнате. Он сильно нервничает, его движения очень истеричны. Я жду около двух минут, пока он резко останавливается и пронзает меня взглядом. - Что произошло, Эбигейл? - спрашивает он. - Все в порядке, - я верчу в руке колпачок от ручки, который валялся на кровати. - Я не верю тебе, кто тебя обидел? - переспрашивает он и садится в кресло напротив моей кровати. - Пап, я не в школе и сама могу постоять за себя. Я просто была невнимательна на дороге. - Эбигейл, мне не шестьдесят и у меня нет каких-либо проблем со зрением. Авария произошла в пару метрах от дома. Ты вся заплакана. Ты просто можешь мне рассказать все, я не буду против, а ты сможешь выговориться, - просит он. Я только качаю головой, мне надо, чтобы он ушел отсюда. - Я ведь могу обзвонить всех и все равно что-нибудь узнать. - Ладно, теперь я могу побыть одна? - я встаю на ноги и подхожу к двери, открываю ее. Папа усмехается, но встает и выходит из комнаты. - Если что-нибудь надо, можешь просто набрать меня, - говорит он. Я киваю и закрываю дверь. На самом деле я не представляю, что мне делать дальше, потому что все в один момент стало просто невыносимым.       Я сажусь в кресло, нагретое папой, и смотрю в окно. Снег все еще идет, и я слышу, как папа хлопает дверью на первом этаже. Идет разбираться с машиной. Боже, я такая дура. В один миг я усугубила все, над чем работала. Я не должна злиться на папу, потому что этот человек пытается всем, чем может помогать мне. Он боится за меня вдвойне, после смерти Брайана. А я столько раз просто не думала о своей сохранности, делала вещи и не думала о том, что могу пострадать сама. Я слышу гудок автомобиля и встаю с кресла, такси подъезжает к дому и из него выходит Бен, в одной рубашке, черт, он даже куртку не взял, а тут же приехал сюда. Он здоровается с моим папой, папа явно злиться, потому что Бен пьяный, но он проводит его к дому, и вскоре я слышу шаги в коридоре и стук в дверь. - Эбигейл, к тебе друг, - говорит папа и в комнату входит Бен. Он выглядит встревоженным. - Я думал, что Лиам поехал за тобой, - громко говорит он. Он выглядит таким потрепанным. - Макс собирался ехать сюда, но я сказал, что виноват, поэтому поймал такси. - Ты не взял куртку, - напоминаю я. Он нелепо осматривает себя, будто видит впервые и кивает. - Бывает, - улыбается он. - Ты в порядке? Просто вы сильно ругались, он не тронул тебя? - Он не ударил меня, - говорю я. - Не стоило ехать, я просто перенервничала и, этот скандал, не лучшее, что случилось со мной в последнее время. - Я чувствую себя виноватым, - Бен закрывает глаза, мне кажется ему плохо от выпивки. - Хотел попросить прощения, потому что, вероятно, из-за меня у вас, ребята, случился скандал. И Лиам просто ужасно зол, наверное, он бы попытался ударить меня, но пожалел из-за этого.       Бен поднимает сломанную руку. - Но я ответил бы ему и одной рукой, - говорит он. - Спасибо, Бен, - я улыбаюсь ему. - Ты ударилась? - спрашивает он и подходит ближе, разглядывая мою рану на лбу. - Меня подбили в зад, ударилась об руль, не стоит волноваться, - монотонно произношу я. Глаза Бена округляются. - У тебя железный лоб, Эбигейл, - хохочет Бен. Он почти падает, его ноги не держат его. - Если ты чувствуешь себя плохо, то можешь лечь в свободной спальне, я не думаю, что могу выпускать тебя в таком состоянии и виде на улицу, - предлагаю я.       В итоге Бен соглашается и мне приходится ухаживать за ним. Я тихо веду его в спальню, которая просто так находится в этом доме. Она находится очень далеко от спальни родителей. Они не заметят за слишком громким смехом подружек мамы. Расстилаю ему кровать, тихо закрываю дверь. Спускаюсь вниз, мне приходится пройти мимо открытого кабинета папы, я останавливаюсь. - Бен только что ушел, - говорю я. Папа поднимает взгляд на меня и кивает. Ставит кружку чая на стол. - Он причастен к тому, что с тобой происходит? - спрашивает он. Я хмурюсь. - Со мной ничего не происходит, - отвечаю я, пытаясь сделать как можно более раздражительное лицо. - Я врач, мне свойственна наблюдательность. Я вижу тебя насквозь и знаю, что с тобой что-то не так. Ты должна только рассказать, - сурово говорит он. Я выдыхаю. - Ты ошибаешься, - вру я. Собираюсь уходить, но папа кашляет. - Я только беспокоюсь, пойми. Мы с мамой хотим, чтобы ты была здорова и счастлива. Я очень сильно боюсь, что с тобой может произойти что-то ужасное. И если в твоей жизни есть какие-нибудь развилки, ты всегда, можешь посоветоваться с нами. Мы не посоветуем плохого, ладно? - говорит он. Мне остается только всхлипнуть, но я твердо киваю, потому что мои проблемы - это мои проблемы. Мне нельзя говорить о них. - Я поговорил с Бобом. То, что сегодня произошло, с твоей стороны было глупым. Я не буду забирать машину, но ее придется загнать в салон. - Спасибо, - тихо говорю я.       Это, правда было глупым с моей стороны не следить за дорогой и не слышать, как ворота соседей издают писк. Но я слишком утомилась. - Прими обезболивающее, - в след говорит папа.       Я послушно беру упаковку таблеток. В тишине запиваю их и поднимаюсь наверх. Я пытаюсь всеми силами выманить мысли из моей головы, чтобы она была пустой, такой, чтобы слышалось эхо. Я закрываю дверь в спальню, иду в ванную. Принимаю снотворное и умываю лицо, когда вода попадает на рану, она начинает печь. Я кривлюсь, секунду наблюдаю за собой и ложусь спать.

***

      Утром, родителей нет дома, поэтому я рыщу в шкафах папы и даю Бену футболку. Мы завтракаем вместе, Бен раз пять спрашивает у меня, правда, ли все хорошо, и я постоянно говорю, что все в порядке и он не виноват. Я не хочу спрашивать у него про Брайана, потому что хочу все узнать от Лиама. Это будем честным, потому что из-за меня страдает их дружба. И Лиам бесится из-за того, что я узнаю все ото всех, но он сам не хочет сказать мне. Я не знаю, как будет правильным, ехать к нему самой, либо ждать его. Но Господи, сегодня я чувствую небольшую вину перед ним. Я немного поняла его, он просто не хотел, чтобы я все это переживала, чтобы я жила как бы нормальной жизнью, но уже без этого дерьма. Он впервые в жизни так кричал на меня. Он впервые жизни так сильно злился на меня. Я до сих пор чувствую его злой взгляд на себе, ярость клокотала внутри него, она не могла исчезнуть просто так и я не знаю, как он избавился от нее. Надеюсь, он никого не убил. - Что тебя мучает? - спрашивает Бен. Его разбитая бровь слишком сильно привлекает внимание, поэтому я пялюсь на нее около пяти секунд. - То, что я узнала совсем не радостное известие, - верчу в руке ложку для чая. Бен делает глоток. - Лиам сильно не хотел, чтобы ты знала об этом. Я все равно думал, что тебе надо это узнать, - я киваю ему и сглатываю. - Просто Брайан был слишком легкомысленным, он думал, что это все шутки, и он сможет обыграть смерть, - произношу я, вспоминая улыбку брата. Он всегда был таким теплым для меня. - Брайан был клевым парнем, мне сильно не хватает его и когда я думаю, что все могло повернуться по-другому, если бы он не был один, - Бен выглядит грустным и подавленным. - Извини, что за него пострадал ты, я просто должна думать, как это все исправить, чтобы такого не повторилось. - Лиам боялся именно этого, - он усмехается. - Я узнаю все у него, и ты не будешь виноват во всем, ладно? Я не хочу, чтобы из-за меня вы были врагами.       За Беном заезжают, и я остаюсь одна. Все еще пытаюсь привести себя в порядок. Пытаюсь, сама, сделать себе легкий макияж, чтобы освежить свое лицо и хоть как-то скрыть рану на лбу. Достаю из шкафа черную блузку и джинсы, быстро одеваюсь. За окном все еще снег, но папа расчистил дорожку, поэтому я смогу, по крайней мере, пройти двор.       Машины уже нет, потому я добираюсь на автобусе, а дальше на метро. Я продумываю в голове огромный текст и думаю над тем, будет ли разговаривать Лиам со мной и откроет ли он вообще дверь. Мне не хотелось бы, чтобы он злился, и я не хотела бы, чтобы это затягивалось, потому что он не безразличен мне. Я поднимаюсь к нему на этаж, и мне уже становится тошно, моя голова раскалывается, я забыла выпить таблетки.       Когда я оказываюсь под дверью, то набираю побольше воздуха в легкие и стучу в дверь костяшками пальцев. Тут же засекаю время, глядя на часы. Проходит около тридцати двух секунд, когда я слышу шаги и скрежет замка. Я опаздываю, когда поднимаю взгляд с часов, и меня эта встреча с его глазами выбивает из меня весь дух. Мне кажется, что я громко дышу и хлюпаю носом. Лиам выглядит не бодрым, но его волосы уже мокрые, значит, только с душа. Он в футболке и джинсах, с босыми ногами. Белый цвет его футболки красиво обыгрывает его сильные руки. Я прикусываю губы, пока смотрю на него, и мне становится не по себе, потому что Лиам выглядит высокомерным по отношению ко мне. - Я могу... - не успеваю договорить, как он пропускает меня и закрывает за мной дверь на замок.       Я снимаю шапку, которая вся мокрая от снега, развязываю широкий шарф и расстегиваю куртку, не глядя на него. Я боюсь начать разговор, поэтому делаю вид, что очень долго вожусь с сапогами, но когда с ними покончено я резко выпрямляюсь и все это время он смотрел на меня. Он хмурится, когда смотрит на мой лоб, мои усилия напрасны. - Я решила, что будет честным и правильным все узнать у тебя, - начинаю я. - У меня есть пару вопросов по этому поводу, понимаешь?       Лиам проходит в гостиную и садится на диван, берет со столика тетрадь и смотрит в нее. - Это несерьезно, Лиам. Да, может я и не права, но я должна принять в этом участие, я думаю, что ты не хотел бы, чтобы я узнала все подробности от Бена, - я не знаю, зачем произнесла последнее, но я уже сказала это.       Он по-прежнему молчит и это так сильно выводит меня. Он не делает ничего, чтобы я не чувствовала себя так неловко. Я начинаю думать, что это плохая, просто ужасная идея. - Если тебе легче вечность злиться на меня, это ничего не изменит. Мое отношение останется прежним, - я все так же стою в проходе. Если ему легче так доводить меня, то пусть, но было бы проще, если бы он кричал на меня, не останавливаясь. Я хочу услышать хоть что-нибудь, ладно, я передумала. Я не хочу слушать его крик. Я хочу, чтобы он стал мягким и чутким, заботливым, таким, каким он находится рядом со мной обычно.       Я со злостью кидаю сумку на пуфик в прихожей и быстро иду в гостиную. Захожу за диван и начинаю расхаживать там. - Если тебе станет легче, то я не должна была хитрить рядом с Беном, чтобы узнать все это. Возможно, пришло бы время, и ты сам бы рассказал мне. Или нет. Ладно, я виновата, но и ты напугал меня. Ты так сильно кричал и эта Лия, которая стояла на крыльце, просто завела меня. Я не должна была врать тебе, что собираюсь на этот вечер, - может мне стоит заплакать? Я, правда, чувствую себя виноватой. Я не хочу, чтобы когда-нибудь повторилось то, что было вчера.       Я останавливаюсь прямо за его затылком. Господи, он серьезно? - Ты дашь мне уйти просто так? - спрашиваю я. Жду несколько секунд, прежде чем он хоть как-то шевелится и поворачивает голову. - Что ты хочешь знать? - его голос не выдает злости, а я облегченно выдыхаю - Сколько они хотят? Почему они сразу не начали угрожать родителям? - тут же выдаю я. Медленно двигаюсь вокруг дивана и сажусь с самого краю. Он не смотрит на меня. - Они могут приняться за них, но так будет не интересно, ведь лучше изводить нас, - говорит он. - И сколько они требуют? - спрашиваю я.       Когда он называют цену, я кривлю губы. Это не так много, как я ожидала, но не так мало, как могло быть. - Брайан действительно задолжал им? - спрашиваю я. Лиам пожимает плечами. - Он говорил, что у него есть некоторые проблемы с деньгами, и что он не может обратиться к родителям, так что думаю да, - отвечает он. Я издаю громкий выдох. - И на каком этапе эти угрозы, что они сделают, если мы не отдадим деньги? - я специально подчеркиваю это слово, потому что Лиам не один должен решать эту проблему. - Сломанная рука Бена недостаточно высокий уровень для тебя? - он, наконец, поднимает взгляд на меня. - Прости, - я понимаю, что действительно сплошала. Я все еще чувствую его холод. Облизываю губы. - Ты поступил действительно геройски, когда не рассказывал мне об этом. Ты хотел защитить меня и мою семью от этого. Я виновата в том, что так сильно отделила тебя от нас. Вела себя как ребенок, но я была в бешенстве.       Мне правда так стыдно из-за того, что я говорила ему те обидные слова. Брайан был ему как брат, а я так жестоко говорила о том, что он только мой и Лиам не имеет никакого отношения к нему и моей семье. Он все это время защищал меня. - Ты оберегаешь меня, а я просто злюсь из-за этого, - я опускаю взгляд. - Меня задевало то, что ты разбираешься с этим один, без меня. Это общая проблема.

***

      Мы вместе идем на улицу, под снег. Я не знаю, что он может сказать мне, потому что я даже не представляю, о чем он думает. Мы идем вдоль зданий, мимо толп людей, пока не натыкаемся на сквер, который полностью занесло снегом, но будка с горячими напитками все равно стоит здесь. - Ты помнишь меня, когда я еще приходил играть к вам в видеоигры? - спрашивает Лиам в очереди. - Да, мы с тобой почти никогда не разговаривали, а я всегда завидовала вашей дружбе и хотела иметь собственного Лиама, - признаюсь я. Получаю в ладонь стакан с горячим шоколадом. - Ты должна понимать, что Брайан и моя заноза в заднице, - говорит он. - Да, я знаю, просто я была в ярости, - снова повторяю я. Мне правда стыдно за мой ужасный крик. Но я злюсь из-за Лии, которая все видела. А еще я очень хочу вернуть наши отношения с Лиамом. - Не стоит так отделять меня от него, - я киваю. Возможно, он переживает больше чем я. - Как нам решить все это? У тебя есть план? - спрашиваю я. - Меня передергивает от того, что это как-то может угрожать Саманте и их ребенку. - Я думаю над этим, - неуверенно произносит он. Плана нет. Я сжимаю губы и пытаюсь выдумать хоть что-нибудь, но мне ничего не лезет в голову, кроме запаха Лиама и от того, что он вообще может идти рядом со мной после того, что случилось.       Я ищу ходы в самых темных уголках своей головы и не замечаю, как наступает молчание. Меня будит только рука Лиама, которая нежно цепляется за мои пальцы, а затем переплетает их, будто так и надо. Я опускаю взгляд, чтобы посмотреть на это. Мало сказать, что я чувствую электричество между нами. Я чувствую слишком многое, что нельзя просто выразить в трех словах. Чего нельзя потрогать, или услышать, это намного большее. - У тебя есть твой собственный Лиам, - говорит он, глядя прямо на меня.