I need more dreams and less life

•Muse – Madness       Мама кричит прямо в трубку. Я не могу понять что, потому что только открыла глаза и совсем не соображаю. Нащупываю телефон Лиама на тумбе, на часах шесть утра. Я слышу слово "рожает" и тут же вскакиваю. Кидаю телефон на кровать, но тот летит на пол. Я моментально просыпаюсь. Саманта рожает. Господи, она рожает прямо в Рождество! - Лиам! - кричу я и бегу включать свет, чтобы он проснулся. Он зарывается носом в подушку и не подает вида, что вообще жив. - Она рожает! - Тебе приснилось, Эби, ложись спать, - устало мямлет он. - Лиам! - снова кричу я. Подхожу ближе к кровати и начинаю тормошить его. Но он даже не шевелится. Я, черт возьми, так сильно переживаю, а он спит! Он спит и даже не понимает, что я говорю ему! - Лиам!       Но он берет меня за руку и кидает на кровать. Крепко обнимает и прижимает к себе. - Спи, Эби, - командует он. Поворачивает голову ко мне. Он, правда, спит. - Лиам, мы пропустим рождение малыша, проснись, - шепчу я. Он хмурится во сне, его рука еще сильнее обвивает меня за талию. Я начинаю громко дышать, меня парализует. Слишком близко к нему. - Ты не рожаешь, Эби, спи, - мямлет он. Я улыбаюсь так сильно, что мне сводит скулы. - Мы не спали вместе, поэтому ты не можешь рожать.       Мурашки бегут по коже, а рот наполняется слюной. Мой мозг полностью проснулся. Он говорит тихо и не совсем внятно, но этого достаточно. - А ты бы хотел? - клянусь, я вовсе не хотела этого спрашивать. Я вообще не такая, но Лиам не очень разговорчив на такие темы в жизни, ну может, потому что он чувствует, что я стесняюсь некоторых тем, но сейчас он спит и говорит со мной через свой сон. - Ты красивая, - мямлет он и улыбка появляется у него на лице, ямочки не заставляют себя ждать.       Я не могу долго ждать, потому что Саманта в больнице у папы, и моя мама мчится туда, все ее родственники сто процентов там. Только нас нет. Я думаю, даже Брайан наблюдает за этим оттуда. Я тяну руку к плечу Лиама и больно щипаю его. Его глаза моментально открываются, и я встаю на ноги. - Поднимайся, ну же! - громко говорю я. Он стонет и поворачивается на другой бок. - Что случилось? - тянет он. - Саманта рожает прямо сейчас, моя мама орет на меня, так что поднимайся! - кричу я. - Что? - кривится Лиам, приподнимаясь на локтях. Я не могу злиться на него после нашего сонного разговора, но я пытаюсь нахмуриться. - Немедленно поднимайся и заводи машину!

***

      Я ненавижу запах больниц с детства, и как бы это не иронично звучало, но мой папа всю жизнь посвятил больнице. Я прохожу мимо поста на первом этаже. Вызываю лифт, он тут же раскрывается, и мы входим внутрь. Стены зеркальные, поэтому, куда бы я ни посмотрела, я вижу себя и Лиама. Он облокачивается о стенку и закрывает глаза. Его черные круги под глазами пугают меня. Он выглядит ужасно усталым. - Мы могли бы совсем немного поспать, все равно это не будет так быстро, - произносит он и открывает глаза. Застает меня в наблюдении за ним. - Важна поддержка, вот и все. Ты сможешь облокотиться об меня и поспать прямо в приемном покое, - двери со звоном открываются, и мы выходим в белый коридор. - Все собрались там, - мимо быстро проходит медсестра, она узнала меня.       Мы проходим через коридоры. Выходим на стеклянную дверь, за ней я вижу много людей. Мои родители, родители Саманты, видимо ее бабушка и дедушка, еще кто-то. Я толкаю дверь вперед. - Ну, наконец-то, - мама обнимает меня.       Мы узнаем, что вместе с Самантой там ее старшая сестра, у которой уже есть дети и она, как опора находится там. У меня нет никакого желания идти туда, потому что я просто грохнусь в обморок. Все переговариваются между собой, я замечаю, что между нашими родителями хорошие отношения, они подбадривают друг друга. Но в основном в комнате тишина, все молятся, чтобы все прошло хорошо. Лиам начинает клевать носом. Я в его байке и приехала с ним, для моих родителей это уже огромная пища для промывания, поэтому я, не стесняясь, цепляюсь за его руку. Сказать по правде, я сильно нервничаю. Я не просто нервничаю, я изнываю от желания узнать, что все в порядке. У меня появятся племянники в Рождественскую ночь, а Саманта попросила Лиама стать их крестным отцом. Не замечательно ли? Правда сейчас этот крестный отец между сном и реальностью. Я даю ему возможность облокотиться об мое плечо и не разнимаю наших рук уснуть на мне. Мама подмигивает мне. Я закрываю глаза и ложу голову на голову Лиама.       Я не знаю, сколько прошло времени, но на улице уже светло. Я лежу на коленях Лиама, пока она перебирает и заплетает мои волосы. По комнате проходится шепот, через стеклянную дверь просовывается голова медсестры. - Первый появился только что, крепкий мальчик! - с радостью говорит она и по палате проходит шепот, а потом настоящий гогот. Мой папа обнимается с папой Саманты. - Дедули! - кричат они. Я не думала, что это так весело. Моя мама плачет и смеется одновременно.       Проходит некоторое время, когда все, наконец, облегченно выдыхают. Второй родилась девочка. Она меньше своего братика. На улице уже темно, но никто даже не ушел. Сейчас все собираются к Саманте, чтобы пожелать ей хорошего отдыха после трудных суток и увидеть вместе с ней деток. Она сделала огромный подарок нам на Рождественскую ночь и я, надеюсь, Брайан улыбается. Мама Саманты собирается съездить домой, а потом обратно. Саманта даже не выглядит уставшей, она выглядит счастливой. Малыши у нее в обеих руках, уже укутаны и одеты в шапочки. Они даже не плачут, когда наша огромная толпа входит внутрь комнаты. Мы с Лиамом стоим сзади всех. Я не знаю как, но все ведут себя тихо и рассматривают детей, которые, черт возьми, засыпают. Они просто засыпают, когда на них все смотрят.       Я улыбаюсь Саманте и поздравляю ее. Лиам делает тоже самое, и соглашается стать крестным папочкой. Нас снова спихивают. Мы решаем, что лучше всего будет смыться. Поэтому, мы, не отпуская наших рук, спускаемся вниз.

***

      Родители Лиама радушно приняли нас на следующий день. Мы обменялись подарками, попили чай с домашней выпечкой. Поболтали с его сестрами, и это было так по-домашнему и так уютно, что я правда хотела остаться там еще, но Лиам потянул меня оттуда, когда они начали спрашивать про наши отношения. - Ненавижу, когда они так, - хмуро произносит он. - Мне не нравится, что мы с тобой почти не разговаривали в последнее время. - Мы разговаривали вчера, - произношу я. - Вчера мы были в больнице весь день, Эби, - ухмыляется он. Но я ухмыляюсь в ответ. - Когда я тебя будила, ты разговаривал во сне, - говорю я. - Что? - переспрашивает Лиам. Он несколько секунд смотрит на меня, а затем снова на дорогу. - Какого черта? Со мной нельзя разговаривать, когда я сплю! - Мы редко спим вместе, поэтому ты не сказал мне об этом, - отвечаю я. - Я знаю, как ты относишься к этому, тебе неловко. - Мы даже не брат с сестрой, чтобы спать вместе, - возражаю я. Лиам выдыхает. - Что я сказал тебе, когда спал? - Я сохраню это в секрете, - я хочу поиздеваться над ним, но все равно никогда не скажу, то, что он сказал мне. - Я не смогу жить, пока не узнаю, - он останавливает машину на светофоре. - Тогда мы больше не будем спать вместе, - Лиам дуется. Сейчас он такой смешной. Мне нравится, что эти дни мы проводим вместе. Мне нравится, что мы вместе томились в ожидании, когда рожала Саманта. Мне нравится, что сейчас мы провели время с его семьей, а сейчас поедем ко мне, чтобы проводить родителей к Саманте, а после они поедут к ее родителям на ужин. Нас тоже звали, но мы решили остаться. Мне нравится, что эти дни окружены заботой, теплом и уютом. - Мне нравится спать с тобой в кровати, но меня напрягает то, что это напрягает тебя, - произносит он и жмет на газ. - Потому что, по сути, мы никто друг другу. Ладно, мы друзья, но даже друзья не могут целоваться, обжиматься и вызывать такие мурашки на коже и тяжесть внутри, - я пробалтываюсь. Господи, я не хотела говорить этого, но Лиам все слышал и теперь уголки его губ плывут вверх. Проходит некоторое время, когда мы выезжаем на оживленную улицу Лондона и застреваем в пробке. Почему родители Лиама переехали так далеко? Они живут в другом районе Лондона. - Значит, ты хочешь повесить ярлыки друг на друга? - спрашивает Лиам, когда я надеюсь благополучно забыть про этот разговор. Мне так неловко. - Я этого не говорила, - я пытаюсь не смотреть на него. - Я думал, что мы сможем обойтись без этого. Я просто никогда не был в серьезных отношениях, а Брайан говорил, что когда-то ты встречалась с каким-то козлом, - произносит он, с ненавистью говоря последнее. - У тебя не было серьезных отношений? - я вопросительно смотрю на него. - Я просто наслаждался жизнью. - У меня были кое-какие сомнения, я просто думала, что Брайан попросил тебя следить за мной, а ты не нашел никакого другого способа, чтобы удержаться рядом, поэтому придумал это, - мямлю я. - Я бы хотел сказать, что-нибудь грубое по этому поводу, - он обиделся. Но я, правда, так думала, потому что просто не понимала какого черта он начал говорить со мной. - Я откровенна с тобой сейчас. Просто я не замечала, чтобы ты как-то по-другому относился ко мне раньше, - восклицаю я. - Я не хочу ничего доказывать, Эби, - он говорит это тепло, без зла, что удивляет меня. - Я просто наблюдал за тобой. - Не доказывай. - Я просто не думал, что ярлыки для тебя так важны, - его голос становится очень мягким и теплым. Я вся трясусь, потому что мы с ним впервые говорим об этом. - Они важны для всех, Лиам, - он цокает. Молчит и отбивает ритм пальцами.       Я чувствую себя так паршиво, будто я вынуждаю его сделать это. Как будто я во всем этом виновата, а Лиам даже не думал об этом. Всю остальную дорогу мы молчим, и когда оказываемся у моего дома, я свободно выдыхаю, потому что я, наконец, на своей территории. Мы опоздали, и родителей уже нет. Я прошу Лиама, чтобы тот подключил телевизор на чердаке, где мы решили посмотреть фильм. Я беру с собой попкорн и мороженое, и поднимаюсь за ним. Усаживаюсь на здоровый диван, который к тому же разобран и теперь похож на нереально огромную кровать. Закидываю с пола на него подушки и наблюдаю за Лиамом, который стоит у телевизора и пытается разобраться с проводами. Он снял байку и теперь только в белой футболке. Его мышцы на спине напрягаются, когда он высоко поднимает руки, чтобы распутать провода. - Что? - он застал меня за преступлением. Я только краснею не в силах ничего произнести. Я думаю о том, что ему возможно очень удобно не вешать ярлыки, а пользоваться дальше. Я думаю о его вчерашнем сонном разговоре.       Когда все готово, он садится рядом, а я съезжаю, чтобы лежать на нем. - Значит, Эби, мы не можем двигаться дальше, пока не повесим, друг на друга ярлыки? - спрашивает он. Я киваю, мне даже не стыдно, что я делаю это. За окном начинают включаться украшения на домах. Мне нравится, что Рождество мы проводим именно так. Думаю, чуть позже мы сможем приготовить пиццу и чего-нибудь выпить. - Я не могу трогать тебя, держать за руку и целовать, пока мы не станем официально парой? - Боже, Лиам, я не говорила про это, ты сам пришел к этому выводу, - я радуюсь, что он не загубил эту тему, а продолжает говорить об этом. - Мы были бы необычной парой. Что если, когда ты бы сказала, что согласна быть моей девушкой, небеса омрачились молниями и громом, не признавая наш союз? - спрашивает он. Я молчу, он глупый. Может он просто хочет подождать, выждать чего-то, но что? Что он хочет? Сколько можно ждать? - Ты молчишь. - Я не хочу отвечать на твои глупости, - зло говорю я и поднимаюсь с его колен, отодвигаясь подальше. Я так и не сказала, что могу видеть призраков через отражения. Я не знаю, может ли видеть их он, но прямо сейчас я вижу их через отражение на экране. И чем больше я пытаюсь игнорировать их, тем больше в моей голове нарастает шум. Я не хочу жаловаться, но меня пугает, что они становятся неотъемлемой частью моей жизни, но меня наполняет радость, что я спокойно к этому отношусь прямо сейчас. Чем ближе Лиам становится ко мне, тем четче становится этот другой мир. - Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой, и это правда, - я поворачиваю голову к нему и с сомнением смотрю на него. Он серьезно, он серьезно. - Ты станешь ей?       Его голос такой же мягкий, но он наполнен твердостью. Я сглатываю. - Ты не серьезно? - спрашиваю я. Я идиотка. Тотальная идиотка. - Почему ты так думаешь? - он выдыхает и закатывает глаза. - Хватит смеяться надо мной, - я все еще не верю и кидаю в него подушкой, но он ловит ее и быстро пододвигается ко мне. - Почему ты не веришь? Это Рождество, Эби, я хочу, чтобы прямо сейчас ты согласилась, - говорит он. Его лицо очень близко и вместо того, чтобы ответить, я пялюсь на его губы, а затем целую его. Он мычит и отрывается. - Мы не можем целоваться, пока ты не согласишься.       Он смотрит прямо в глаза. Да ладно, я сглатываю и начинаю улыбаться. - Этим я выразила свое согласие, идиот, - шиплю я. Лиам улыбается и облизывает губы. - Теперь мы можем, - он все еще улыбается, опускает взгляд на мои губы и целует меня первым. Так трудно передать, что наполняет меня. Это что-то невозможное, чего на самом деле нет, и создается ощущение, будто я парю над землей.