Чужая жизнь

Ему и не надо было видеть лица тех, кто был в гробах. Он и без этого знал, что там осталось только кашеобразное месиво с остатками пудры, что гробовщик опрометчиво высыпал, надеясь скрыть отпечаток ужасной смерти. Переводя взгляды и замечая, как хаотично капли дождя усыпают лакированные поверхности трех крышек, Робин отчетливо почувствовал запах тел, которые он лично доставал из завала на шахте. Привыкший к таким картинам на войне Локсли отчего-то не мог представить, что этим же будет заниматься в мирной жизни. Обливаясь потом, вытаскивая на свет изуродованное тело Лероя, только на один миг он почувствовал сожаление. Даже этот грубиян, выпивоха и драчун не заслужил такого конца. Как и двое его друзей. - Это были достойные жители нашего города… Натренированный годами управления Сторибруком голос мэра разносился по кладбищу и, кажется, что мешать этой речи рисковал только дождь, припустивший сильнее и отбивавший мелодию на гробах и на зонтах собравшихся людей. - Никогда не отказывали помочь… Первыми приходили и последними уходили в трудные минуты… Робину не надо было смотреть на Кинга – и без этого было ясно, что он строит опечаленную мину, делает паузы в нужных местах и обводит всю толпу взглядом, будто собираясь найти того, кто захочет поспорить с его словами. Все смиренно кивали и, кутаясь в плащи, куртки, ждали, когда похороны завершатся и с промозглого ветра можно будет уйти. Дрожала и миссис Кинг. Именно на нее все чаще и чаще смотрел Робин – с последней их встречи прошло несколько дней, и сейчас он восполнял чуть смазанный ее образ. Черный определенно был ее цветом. Думая об этом, шериф скользил взглядом по платью жены мэра и попутно отмечал каждый изгиб тела, что каленым железом засело в его сознании. Он все еще помнил, как сжимал в объятьях эту благопристойную даму, с какой страстью она отзывалась на его ласки и, как глубоко погружалась в омут, опуская и его туда с головой. Зашевелившаяся толпа отвлекла от мыслей, и Робин огляделся по сторонам, прогоняя из памяти совершенно неподходящие для похорон картинки. Сегодня он пришел сюда, даже послушно простоял почти час под моросящим, противным дождем, все для того, чтобы дождаться появления одного человека. Шериф знал, что убийцы имеют привычку прощаться со своими жертвами. Оставалось только не упустить этот момент. - Остлер не появлялся! – из рядов вынырнула вымокшая и от того жалко выглядящая Хонг. Девушка не скрывала даже недовольства и определенно не могла понять, какого черта шеф заставил весь участок патрулировать на кладбище. - Потому что вас только слепой не заметил, - с губ Робина вместе с резкими словами слетели и капли дождя. – Я же говорил не надевать форму. - Как будто он не знает, кто я. Мы с ним всю жизнь здесь прожили, - едва не фыркнула Хонг. Видимо, чувство самосохранения все ж было сильнее – девушка сдержалась и выпрямилась рядом с шерифом, попытавшись перенять у него привычку сканировать всех только одним взглядом. Одному Богу было известно, что там видит этот странный и все еще оставшийся чужим для города мистер Локсли. - Я чувствую, что он придет, - стряхнув с себя оцепенение, будто выходя из невидимого укрытия, Робин повел плечами и провел ладонью по влажному лицу. Пальцы заскользили вверх по голове, стряхивая капли со слипшихся волос. – Оставь здесь патруль. Остальные на поиски – надо прочесать лес. - Заново? – вот тут девушка даже вскрикнула, и несколько жителей взглянули с осуждением на эту пару. - Да, заново, - процедил сквозь зубы Робин. – И будете это делать столько раз, сколько я скажу. Мы должны найти этого человека. - Зачем? Разве эксперт не сказал, что они погибли из-за обрушения шахты? Их никто не убивал – они сами полезли туда, готовили наркотики… А Остлера может и полиция штата найти, - отчего-то Хонг решила, что пришло время для споров. Но пронзивший ее взгляд синих глаз опроверг это. - Вот поэтому я здесь шериф, а не ты, - отрезал Робин. – Мне снова повторить? Закипевшая от его приказа Хонг изменилась в лице и распахнула губы, чтобы дать отпор и явно наговорить лишнего. Но подошедший к ним Кинг, скрывавшийся от дождя под зонтом, помешал спору. - Шериф, - удивившись, что мэр необычайно серьезен и не кривит свои белесые губы с красными прожилками, Робин все же пожал ему руку. Скосив взгляд на сердитую Хонг, обещая себе мысленно, что поставит когда-нибудь девчонку на место, Локсли все ж заставил ее уйти. - Очень проникновенная речь, - отметил Робин, прислушавшись к ударам напитанной водой земли о крышки. Бедолаг хоронили в соседних могилах, и жители со смазанными в дождевой сетке лицами подходили к ямам и бросали комья. «Змейка» тянулась медленно. - Что здесь делает почти весь участок? Охраняете мертвых? – буравил его Кинг своими пронзительными глазами. - Почему же? Мои люди пришли попрощаться со своими постоянными клиентами – Лерой с друзьями больше времени в участке провели, чем в школе, например, - отозвался протяжно Робин. - Думаешь, что их убили? – изучал его лицо Леопольд. – У тебя ж на лбу написано, Локсли. Ищешь что ли повод для повышения? Так скажи мне, я устрою… - Вы же знаете, что мне это не нужно. - А что же тебе нужно? Разве эксперт не сказал, что эти прохиндеи готовили «дурь» в шахте? Вот и доготовились… Остлер, видимо, вовремя сбежал. Лучше его ищи, Локсли. - А давайте представим, что Остлера кто-то хочет подставить? – прищурился Робин. – Например, тот, кто засунул в шахту троих явно чего-то знающих ребят, обвалил стены…. Предварительно раскидав там наркотики. И вот, если это так, я все сделаю, чтобы выйти на этого человека. Показалось, что на мгновение угроза в глазах мэра обернется новым нападением. Но в следующее мгновение, когда Кинг растянулся в свой излюбленной, располагающей к себе улыбочке, Робин почувствовал страшное желание взять кусок земли и растереть по серому лицу. А еще лучше – засунуть грязь этому накрахмаленному идиоту в глотку, побольше и поглубже. - Мистер Кинг! Здравствуйте, шериф… Если бы не Белль, которая подступила к ним, Робин точно склонился бы и зачерпнул чернеющую у ног кашу. Девушка извиняюще улыбнулась, чем все же успокоила закипавшую ярость в груди Локсли. - Да, Белль. Я уже готов идти… - усмехался Кинг. – Вот, кто истинное солнце в этом городе. Представляешь, Локсли, организовала нам весь праздник. Ты ж не забыл, что ты приглашен? Вечером будем праздновать мою годовщину… И никакие отговорки я не принимаю. Потом найдешь своих злодеев. Шерлок Холмс, черт бы тебя побрал, - если бы не кладбище, мэр точно бы захохотал. - Идем, Белль… Когда Кинг ушел, жалуясь девушке на испорченные туфли, Робин огляделся и уже не смог найти нужную ему женщину. Видимо, сегодня они должны встретиться при других обстоятельствах.

***

Первое, что Робин ощутил, войдя в дом, это был запах чего-то ароматного и свежеиспеченного. От которого в носу сразу же приятно защекотало и захотелось пройти в сторону кухни. Ботинки с прилипшими кусками грязи остановили от этих шагов, и Локсли для начала разулся. Двухэтажный дом, выделенный штатом, был бы уютным, если бы шериф тут начал обживаться. Но, будто найдя себе нору на время, он не собирался таскать сюда что-то, кроме вещей первой необходимости. Чего нельзя было сказать о Руби. Девушка как-то незаметно проскользнула в эти стены, пообещала помыть окна, занялась полом, закупкой продуктов, расстановкой немногочисленной мебели, и вот уже дошло до того, что она готовила на кухне. Зайдя в помещение и натолкнувшись взглядом на сына, что сидел на полу и играл с машинкой, Робин с изумлением перевел взгляд на суетящуюся Руби. Она как раз наклонялась, чтобы вытащить из духовки очередную порцию кексов – шерифу же осталось насладиться ароматом выпечки и видом не менее аппетитной попки официантки. Короткие шортики и такая же короткая майка не особо вязались с образом поварихи. - Робин! – обернувшись, Руби едва не выронила противень и успела его бросить на стол, где уже в корзинке возвышалась гора кексов. - Папа! – Роланд только отодвинул машинку и собрался вскочить, но Робин успел его остановить. - Малыш, я промок, - он перевел взгляд на сияющую девушку. – А где Тинки? - Опять укатила из города – у нее же там какая-то учеба… Но не волнуйся, я порисовала с Роландом, он поспал… Вот осталось его покормить. Да, Роланд? Удивляясь тому, что сын так легко пошел на контакт, Робин взглянул на мальчика, который не отвлекаясь от игрушки, просто кивнул. Осознав, что девушка явно не так просто пытается пробраться в его жизнь, мужчина мысленно передохнул и вышел из кухни. Он направился наверх, по пути снимая уже раздражающее тело влажную одежду. - Ты ведь сегодня идешь на вечеринку Кингов? – голос выскочившей следом Руби остановил Робина уже у лестницы. - Не пойду. Куда я дену Роланда? – обернувшись, он заметил майку босоногой красотки – на ней, кажется, осталась добрая часть муки. – И забери с собой кексы – мы их месяц будем есть. - Отнеси в участок – там точно съедят. Лиам иногда готов отгрызть ножку у стола, - хихикнула Руби. – Я могу посидеть с Роландом. Я уже принесла несколько фильмов, мы можем посмотреть… А вот тебе обязательно надо идти – ты второй человек в городе. Нахмурившись от мысли, что Лукас ведет какую-то непонятную для него игру, Робин попробовал увидеть ответ на ее лице. Но, кроме простого желания помочь, в ее глазах ничего не было. - Я останусь дома, а ты можешь идти, - мужчина расстегнул рубашку и пошел наверх, явно не ожидая, что девушка подбежит к ступенькам и крикнет: - А как же Остлер? – поймав его мрачный взгляд, Руби продолжила.- Все знают, что он свихнулся на жене мэра… Если он решит с ней что-нибудь сделать? Разве мэр тебя простит? Робин, Кинг тебя съест… - Руби, что с тобой, черт побери, происходит? – уже не выдержав атак своего рассудка, Робин сделал несколько шагов вниз и остался стоять, возвышаясь над ней. – То тебе нужен один секс, то ты играешь в ревнивую стерву, то в добропорядочную домохозяйку… - Разве таким, как ты, не нравятся женщины-загадки? – когда она усмехнулась, напомнив ему о старом флирте, шериф справился с желанием отправить эту сумасшедшую подальше от дома. – И почему я просто не могу тебе помочь? Бескорыстно… - Сомневаюсь, что ты сделаешь что-то бескорыстно, - невольно хмыкнул Робин. - А ты не думал, что ты ничего обо мне не знаешь? – в ее голосе даже послышалась обида. - В отличие от жителей этого города… это для них я – Руби, которая разносит напитки и виляет своей задницей. Для тебя я могу стать той, кем угодно… Например, я могу побыть на сегодня няней. - Я подумаю, - замерев на мгновение, Робин прикинул в уме, какие у него есть пути выхода. Не найдя ничего лучше, он все же пошел к себе, избавляться от ненавистных тряпок.

***

По крайней мере он не напялил костюм, что сделали, кажется, все мужчины этого города. Зайдя в зал ресторана и застав там большое количество людей, наряженных по последней сторибруковской моде, Робин вспомнил, как Кинг разорялся в саду и обещал отметить годовщину только с друзьями. - Сколько ж у тебя друзей, господин мэр, - ухватив с подноса проходящего мимо официанта фужер с каким-то напитком, Робин тут же осушил его и едва не выругался от попавших в нос пузырьков. Шипучая жидкость повисла в горле и не дошла даже до желудка, что заставило Локсли отправиться искать бар. Заказав себе виски, мужчина обернулся и смерил взглядом располагающихся за столиками гостей, для которых уже играли музыканты на сцене. Тошнило от того, что и ему придется занять свое место, общаться с этими кретинами, которые закатывали глаза в момент открытия бутылок шампанского, заливались глухим и звонким смехом от дурацких шуток. А еще шуршали платьями, крутили телефонами у лиц и болтали-болтали. - Не успел еще напиться, а голова болит, - Робин стянул пиджак и отложил его на табурет. В рубашке и джинсах ему было намного свободнее и спокойнее, чем нежели бы он вырядился в такой же костюм, что и все остальные мужчины в зале. Заполучив алкоголь и, наконец, смочив горло, шериф расслабился и даже усмехнулся, когда ведущий вечера на сцене запутался в словах и заслужил ободряющие овации. Понимая, что слушать этого клоуна придется еще несколько часов, Робин вновь заказал себе порцию и заметил у другого угла барной стойки склонившую голову Регину. Женщина, пользуясь светом от стеллажа с напитками, читала какие-то документы и быстро оставляла в них свою подпись. Не заметить эту женщину здесь было невозможно – ее кроваво-красное платье светило рубином и манило мотыльков на адский огонь. Казалось, что из-за ткани пламя даже скользит по ее открытым смуглым плечам, шее, лицу. Ощутив, что даже мимолетные движения пальцами Регины отзываются где-то внизу живота, Робин ринулся к ней. Оказавшись рядом с женщиной, борясь с желанием вытащить невидимые ему иголки из собранных на затылке черных волос, Робин все же решился на то, чтобы осторожно убрать выбившийся локон, аккуратно заложив его за ухо Регины. Вздрогнув от прикосновения шершавых пальцев к виску, Кинг развернулась и уставилась на замершего шерифа. - Вы… ты… что ты делаешь? – в ее расширенных глазах проскользнул испуг, а следом родилась злость. Насладившись таким эффектом, Локсли самодовольно усмехнулся и, не собираясь играть по чьим-то правилам, перехватил ее тонкое запястье и поднес к губам напряженную руку. Не отрывая взгляда, видя, как женщина перестала дышать и следит за ним, Робин прижался горячими губами к нежной коже. - Поздравляю с годовщиной, миссис Кинг, - его хриплый голос ворвался в сознание Регины болезненным ударом, и, очнувшись, она резко выдернула руку. - Спасибо, шериф, - Кинг отвернулась и спрятала дрожь в пальцах за бумагами, в которые она вцепилась. – Белль скажет, где Вы сидите, мистер Локсли. - Мне бы хотелось сидеть с виновниками торжества, - найдя себе развлечение, Робин облокотился о стойку и не без удовольствия заметил, что Регина, скосив взгляд, изучает его. - Если бы это Вы вышли замуж за Леопольда, то я бы с радостью уступила свое место рядом с ним, - осознав, что он следит за ней, Регина заставила себя уставиться в бумаги. Вот только все строчки расплывались перед глазами и она только хотела вновь уловить в прохладном воздухе запах парфюма этого человека. Чтобы попытаться разгадать его марку, одернула себя мысленно Кинг. «Нет, чтобы просто стать ближе к нему»,- проснулся гадкий голос в голове. - С радостью? Вы не рады, что вышли замуж? – Робин не упустил такой шанс. – Разве Вы не говорили, что счастливы в браке? - Что ты… - уже, забыв о своем желании, Регина с раздражением взглянула на улыбающегося мужчину и поняла, что он просто играет. Кажется, несколько дней превратили его опять в страшного хищника, который хотел измучить жертву, а потом поужинать ею. - Шериф! Пришел? Отвлекаясь на Кинга, Робин чертыхнулся про себя – ему хотелось продолжить беседу, разозлить Регину еще больше, а потом попытаться утащить подальше отсюда. Вот только, когда рядом шастает мэр в своем дорогом костюме с сияющей улыбкой на лице – вряд ли что-то получится сделать. - Мне нужно с тобой поговорить. Идем-ка, - приобняв его за плечи, Кинг потянул Робина за бар. Справляясь со своим раздражением, Локсли все же позволил довести его до лестницы, а после уже освободился от дружеских объятий и поднялся сам. Когда дверь пропустила его в какую-то отдельную комнату с повисшим дымом в воздухе, громким хохотом и стуком стаканов о стол, Робин понял, что его допустили в элитное общество. Карты, сигары и виски оказались мэру ближе, чем годовщина собственной свадьбы. Ощутив брезгливость от вида курящих друзей Кинга, шериф обернулся и взглянул на усмехающегося Леопольда. - Господа, вот нам и пятый игрок, - сообщил тот и вновь захлопал по плечу Робина. – Располагайся, давай… - Я не играю. - Да мы тоже не играли… Пока не начали, - засмеялся Спенсер. - Деньги я могу дать… под расписку, - утопая в мягком кресле, Голд все же вынырнул на свет и взгляд маслянистых глаз расслабленного человека прошелся по Робину. – Под умеренные проценты… - Голд, ты его не получишь. Я дам ему денег. И не мечтай заполучить Локсли, - плюхнувшись на диван, Леопольд схватил бутылку виски и сделал глоток, пролив несколько капель на белоснежную рубашку. – Черт! Подскочив к зеркалу и начиная стирать салфеткой пятно, Кинг заметил, что Робин даже не шелохнулся. Кажется, по непроницаемому лицу шерифа все прекрасно читалось – по крайней мере, Леопольд усмехнулся и отметил: - Праздник может и без меня продолжаться. Буду спускаться, говорить речи и сюда… Поверь, здесь интереснее…Садись, выпей за мой брак! - Да, за Кингов мы еще не пили! – когда из угла вынырнул Гласс, Робин остановил взгляд на его усмешке и вспомнил, что именно с ней репортеришка наблюдал за его и Регины поцелуем. Кажется, только из-за этого ублюдка шериф и решил остаться. Уже спустя час выяснилось, что играют мужчины не особо хорошо – проигравший Спенсер обещал продать свой пост прокурора, Голд скрипел зубами от условий игры, Гласс уже посапывал от действия алкоголя. Робин совершенно спокойно принял свой проигрыш и его даже не пугало, что придется выполнять какое-то желание постоянно хохочущего Кинга. Зато за это время он узнал немало интересного – такого, от чего хотелось спуститься вниз и кое-кому задать несколько вопросов. - Ты пойми, Локсли, долг всегда должен быть главнее всего! Пока не расплатишься, лучше не умирай, - ударил о стол стаканом Леопольд. – Голд, расслабься, я еще не придумал… Но ничего нового для тебя не будет. - Давал же себе клятву не играть с тобой, старый пес, - выдохнул почти с отвращением Спенсер. - Может, спустишься и поцелуешь хотя бы свою жену? – недовольно уточнил Голд. - Зачем? Ты не волнуйся, - Кинг съел лимон и потянулся за следующей долькой. Наблюдая, как капли сока повисли на его подбородке, Робин вцепился пальцами в подлокотники кресла. – Она у меня дома дождется ласки… Ух, дождется… Мы-то с ней отметим нашу годовщину. Я вам скажу, ребята, - в тот момент, когда Лео обвел всех мутными глазами, Локсли стиснул зубы, стараясь отогнать от себя видения, в которых этот старик заваливается на постель с Региной. – Мне досталась самая страстная женщина во всем Сторибруке. Чтобы ее удовлетворить, надо изрядно попыхтеть… И я справляюсь с этой ненасытной тигрицей… Спенсер плотоядно усмехнулся – по его взгляду было видно, что он представляет жену Кинга в неоднозначных позах, улыбался и Голд. Глядя на этих шакалов, разгоряченных выпивкой, пошлыми мыслями, Робин осознал, что ему стало душно. Еще немного и он бы захотел залить виски в горло, а вот напиваться до потери пульса, как Гласс, он не собирался. - Ты куда? Эй, - мужчины даже не сразу заметили, что шериф встал и направился к выходу. Вместо ответа Робин закрыл дверь и пошел вниз.

***

Наблюдая, как Регина постоянно отвлекается на поздравления, улыбается направо и налево, принимает подарки, общается с гостями, которые уже повеселели и хотели больше внимания хозяйки вечера, Белоснежка искала себе развлечение. Ее устраивало, что отец торчит в своем излюбленном кабинете наверху и играет там в покер, так, по крайней мере, ее не заставляют читать стихи у микрофона, а то еще хуже – никто не садит за рояль. Достаточно того, что ей доставались поглаживания по голове и смачные поцелуи в лоб. - Можно я погуляю по холлу? – наконец, она пробралась к присевшей за свой столик Регине. Женщина изумленно взглянула на девочку и заметила ее гримасу. - Побудь лучше со мной… хотя бы ты, - ободряюще улыбнувшись, Регина пододвинулась, и Белоснежка устроилась на краю ее стула. Женщина обняла дочь за плечи и прижала к себе, продолжая наблюдать за танцорами на сцене. - Вы не будете танцевать? – шепнула, наконец, Белоснежка. Регина отвлеклась от подаренного номера и подумала о том, что вечер будет просто изумителен, если Леопольд перестанет спускаться вниз. И, судя по последней речи и сальным шуточкам, ждать этого осталось недолго. - Думаю, что твой отец устал после похорон, - Кинг стерла след от помады на лбу Мэри Маргарет. Девочка не удержалась и фыркнула, понимая, что лгать мачеха совсем не умеет. - Поэтому он там пьет и играет в карты, - буркнула Белоснежка. - Эй! Кто из нас сварливая жена? – попыталась отвлечь ее своей иронией Регина. Видя, как женщина старается изобразить идеальную семью, девочка сдалась и понимающе улыбнулась. Поцеловав ее в щеку, таким образом поблагодарив за принятие этой ситуации, мачеха вновь посмотрела на сцену. Когда танцоры скрылись, а по залу разнеслась тихая мелодия, приглашающая всех влюбленных на танцпол, Регина отвернулась к столу. Собираясь заставить дочь поесть, Кинг подняла голову, услышав рядом знакомый голос. - Вы позволите? – склоняющийся Робин внимательно следил за ней и не давал даже возможности на спасение от этих дьявольских глаз. Сглотнув оказавшийся в горле ком, Регина приподняла брови и даже раздвинула уголки губ в вежливой улыбке. - Я не танцую… Не надо было мне шпильки выбирать под такое платье… Эти слова заставили Робина на миг отвлечься и рассмотреть черные туфли на длинном, остром каблуке. Усмехнувшись такой защите, шериф заметил внимательные глаза Белоснежки – девочке явно было интересно их общение. - Такими и убить нетрудно, - заметил он. - Не знаю. Не пробовала еще, - Регина даже издала смешок, который из-за голосов и музыки не был таким явно нервным. – Как Вам общение с моим мужем и его друзьями? Конечно, она понимала, куда Леопольд увел Робина. Правда, ей казалось, что шериф очень быстро спустится и продолжит их бесконечный бег, когда она ускользает, а он продолжает гнаться, ловит и опять отпускает. Вместо этого мужчина предпочел провести время за сигарами, запах которых она уже различала. Судя по влажным глазам, выпивки тоже ему досталось немало. - Знаете, даже интересно, - Робин будто не распознал издевку в ее голосе и, отодвинув соседний стул, уселся напротив них. – И познавательно… - Белоснежка, ты же хотела погулять… - Регина выпустила дочь из объятий, и девочка поднялась. На секунду она поколебалась, размышляя, где ей будет интересно, но следившая строго за ней мачеха только указала взглядом в сторону. Вздохнув, Мэри Маргарет убежала. - Я даже узнал… - Робин потянулся и взял бутылку вина. Не замечая, как женщина следит за ним, превращаясь в один нервный поток, он разлил алкоголь в два бокала, один из которых сразу же осушил. Только после этого Локсли уставился в потемневшие глаза. – Что из-за любви к мистеру Кингу, Вы бросили свою первую любовь… Как же так, миссис Кинг? Вы, наверное, не любили… Не умели? Задохнувшись от едких слов, что мужчина протягивал с каким-то явным наслаждением, Регина поняла, что не сможет сегодня с ним бороться. Оставалось только одно – она вскочила, чтобы вновь едва не рухнуть на стул из-за оказавшихся на запястье пальцев. Дернувший ее вниз Робин заставил вглядеться в его застывшее лицо. - Так может ты знаешь, где Остлер, Регина? Он с трудом справлялся с желанием покрепче сжать пальцы и хотя бы так отомстить за то, что она добровольно отдала себя в руки похотливого ублюдка, который бравадами унижал ее перед своими друзьями. Заметив его скривившееся лицо, Регина вздрогнула. - Иди к черту, Локсли! – ей хотелось влепить пощечину этому мужлану – за то, что смеет так с ней говорить и обращаться. Но она слишком хорошо помнила, чем все это закончилось. Вряд ли этого мужчину могли свидетели остановить. К счастью, ее злобный ответ заставил Робина немного ослабить хватку, и Регина, выдернув руку, скрылась в толпе. То, что мужчина выпил и второй бокал, она уже не видела.

***

Ей надоело бояться, что Локсли решит продолжить допрос со своими бесконечными вопросами о бумагах, Остлере, браке. Потратив время на прятки с ним, прогуливаясь по залу, общаясь с гостями, Регина постоянно думала о том, почему ее тянет к этому безумцу. Врать самой себе она хоть и могла, но сегодня отчего-то нервы оказались на пределе, и женщина смогла прокрутить в голове реакцию на поцелуи, прикосновения. Измучив себя воспоминаниями, Регина поняла, что окончательно выбилась из сил и решила отправиться домой – следом за Белоснежкой, которую еще раньше увез водитель. Оставалось только вытащить из комнаты на втором этаже отдыхающего Кинга. Перебарывая свое нежелание, женщина буквально насильно заставила себя подняться наверх и уже у двери прислушалась к звукам. Какие-то слишком тихие голоса удивили ее – она помнила, что обычно появлялась в моменты, когда элита Сторибрука разбивала бутылки, ломала стулья и громко ругалась на чернь, ничего не понимающую в делах сильных мира сего. Подумав, что Леопольд со своими дружками может еще не дошел до кондиции, Регина открыла дверь. Ногти от нервного движения женщины заскользили по металлической ручке – еще немного и стружка бы оказалась под ними. Только не замечавшая этого Регина продолжала смотреть на мужа, который стоял к ней спиной и, двигая обнаженным, обвисшим задом, повторял без конца: - Расслабься, детка! Расслабься… еще немного… От ударов обнаженных участков тел, хлюпанья и рваного дыхания Регина ощутила на кончике языка остатки последней порции алкоголя. Горечь ползла вверх и обещала присоединить к этому все, что женщина съела за вечер. Заскрипев зубами в попытке сдержать свою тошноту, Регина отступила и через туман услышала свое имя. - Рег… - метнувшийся от стены Голд не смог помешать ей увидеть то, как резко оборачивается муж. Видя его раскрасневшееся, потное лицо, руки, приподнимающие белоснежную рубашку, Регина увидела и распластанную на столе рыжеволосую девушку. Приподнявшись, Белль с одурманенным лицом обернулась к миссис Кинг. Не выдерживая этой картины, Регина бросилась в сторону и, зажав рот рукой, не сдержалась от вскрика. Отвращение прошлось по всему телу и сил хватило для того, чтобы сделать несколько шагов. Бегству помешал Голд, который выскочил следом и вцепился в локоть женщины. - Регина… послушай… Это… - Пусти… Не трога… Боже… - захлебнувшись в словах, Регина содрогнулась от мысли о том, что еще могла увидеть в комнате, если бы пришла в другой момент. Судя по выправленной рубашке старьевщика, она немало пропустила. – Убери руки… - Ты сейчас на эмоциях… Надо успокоиться… - елейный голосок только будил в ней желание вцепиться в горло этого человека. - Пусти! – оттолкнув его, Регина увидела, что в коридор вывалился Леопольд. Пройдясь взглядом по расстегнутой ширинке, смятым краям рубашки, искривленному лицу, женщина вновь ощутила спазм в желудке. - Я сам разберусь. Иди, - Кинг отстранил Голда и тот, улыбаясь, будто при виде ссоры обычной парочки, развернулся и ушел в комнату. На несколько секунд Регина и Леопольд остались стоять друг против друга. Она знала, что он изменяет. Ее по сути это мало интересовало. Но сейчас, когда отвратная картинка с ее звуками, запахами, словами предстала перед глазами, Регина не смогла справиться с собой. - Ты омерзителен! – выдавив из себя, женщина едва не закричала от боли – в эти мгновения Леопольд схватил ее за руки и отбросив к стене, придавил своим весом. Дыхание, полное выпивки, дыма и гнилья, прошлось по ее щеке, и Регина, отвернувшись, зажмурилась. - Только не разыгрывай тут оскорбленную супругу… - выдохнул, вжимая ее в поверхность Леопольд. – Будто это что-то меняет… Что? – рявкнув, Кинг неожиданно усмехнулся. Услышав это, Регина приоткрыла глаза и в трансе уставилась в его мерзкое лицо. – Ты же не можешь справиться со своим супружеским долгом, милая… Как бревно… Я имею бревно… Ты хоть что-то можешь чувствовать… детка… Чувствуя, что дышать уже нечем, пытаясь оттолкнуть эту тушу и, ненавидя мужчину каждой клеткой своего раздавленного тела, Регина шепнула: - Ублюдок! - Что? – вспыхнувшее в его глазах пламя подсказало, что время для расплаты за свое поведение пришло. Зажмурившись, ожидая удар, женщина ощутила, как руки зашарили по ее бедрам. - Сейчас мы проверим… как ты меня хочешь… сейчас… - Нет! Нет! – от расползшегося по организму ужаса Регина только на миг оторопела. А после дернулась так, что Леопольд, уже спускавший брюки, отступил. Это позволило женщине отшатнуться – с трудом устояв на ногах, она ринулась к лестнице. Не обращая внимания на раздающиеся проклятья вслед, задыхаясь от клокочущей в груди паники, Кинг промчалась вниз, мимо оставшихся гостей. Те же, радуясь свадебному торту, который официанты вывезли к сцене, даже не заметили, что мимо них пробежала невменяемая женщина.

***

Лиам был уверен, что он вытащил счастливый билет. А как еще можно было назвать то, что его не отправили в лес, месить грязь, гоняться за призраком местного наркодиллера, который точно был уже далеко от этого места. Вместо этого заместитель шерифа мог греться в салоне полицейского автомобиля, попивать свой кофе и грустить из-за того, что его не пустили на вечер к Кингам. Его, конечно, никто не приглашал, но и мечтать никто об этом веселье не запрещал. - Ничего, Лиам, ты там еще будешь, - улыбнувшись своему обещанию, мужчина повернул голову и увидел, как в свете фонаря на крыльцо рухнул монитор. Взвизгнувшие тормоза спустили Лиама с небес на землю и полицейский осознал, что глаза его не подвели – у мэрии лежала разбитая техника. Выскочив из автомобиля, Лиам заметил на втором этаже гуляющую в окне занавеску и понял, что монитор вылетел из кабинета мэра. Вздрогнув от этой догадки, заместитель шерифа на мгновения заметался, выбирая вариант, при котором он останется жив и окажется героем. Выбиться в герои он давно мечтал, только вот не был уверен в своих силах, да и ситуации подходящей не было. - Давай, Лиам, это же твой шанс! Выброс адреналина заставил мужчину рвануть вперед. Дрожащие пальцы попытались расстегнуть кобуру – сделать это удалось уже у двери, которая была приоткрыта. Передохнув и вспомнив полученные из фильмов навыки, Лиам скользнул в коридор. Сердце отважного смельчака гулко стучало в унисон с его шагами, а сам полицейский отсчитывал про себя секунды. До встречи с вором, который решился проникнуть в кабинет мэра. На втором этаже Лиам настолько осмелел, что даже снял с ремня фонарик. Представив, как он ослепляет преступника, как мешает ему выпрыгнуть из окна, даже стреляет ему в ногу и потом получает заслуженную медаль, коп едва не упустил момента, когда оказался у нужной двери. Всем мыслям о будущем помешал громкий стук, что стал отправной точкой для дрожащего заместителя. - Руки вверх! Заскочив в кабинет и перепутав руки, Лиам вместо пистолета поднял фонарик и осветил им какой-то силуэт. Через несколько секунд полицейский смог сориентироваться и все же вскинул руку с пистолетом. - У вас есть право хранить молчание… Я… Вы арестованы… Запутавшись в порядке зачитанных прав, мужчина мысленно помолился всем богам на свете – теперь ему не хотелось, чтобы преступник решился на бегство. Выстрелить из пистолета, который был на предохранителе, он бы не смог.

***

Вернувшаяся в проем дверь гулким эхом нарушила тишину в коридоре и заставила полицейского выпрямиться. Робин обжег взглядом лицо Лиама, по которому будто пепел размазали, и подступил ближе. - Скажи, что ты переел пончиков и тебе все это привиделось, - выдохнул угрожающе Локсли. Вместо ответа понурый и сжавшийся заместитель мотнул головой. Стиснув зубы, Робин прошептал, - где она? - Там, - кивнул на дверь в участок Лиам. – Я не знал, что это она… Откуда я… Да я едва… Я думал, что это Остлер… Я не хотел… Он же меня убьет! - Если ты сейчас не заткнешься, я тебя убью, - пообещал Робин. – Проваливай отсюда… - Но… - сглотнул судорожно Лиам. – Протокол? - Я сам все оформлю… А ты… иди обратно в мэрию и, что хочешь там делай, но чтобы утром нам поступил звонок о хулиганах, пробравшихся туда. Ясно? – шипел шериф. Не дождавшись ответа от опешившего мужчины, Робин повысил голос. – Тебе ясно? - Да, - все еще в шоке пробормотал Лиам. – А как же… - Иди. Иди отсюда, пока еще можешь, - справился со своим гневом Робин. Скользнувший мимо полицейский, на секунду замер и, вложив в руку шерифа ключи, умчался на улицу. Осознав, что за связка теперь у него, Робин и сам лишился всех мыслей. Представив, что ждет его за дверью, он все же решился и вошел в участок, где, кроме нового арестанта, никого не было. Услышав шаги, Регина обернулась и увидела остановившегося у столов Локсли. - Может меня выпустят отсюда? – женщина сжала пальцы и опалила взглядом изучающего ее Робина. Понимая, что это ничего не решит, она нервно приподняла руки и показала наручники на своих запястьях. - Вечер удался, миссис Кинг? – усмехнувшись, Робин направился к камере. - Это не Вашего ума дело, - вырвалось у Регины. Она уже прокляла себя за то, что не смогла справиться с собственными эмоциями, что привело ее сюда. К наказанию за разгромленный кабинет мужа она не была готова. - Спешу Вас огорчить, - Робин замер у прутьев и взглянул на ее пылающее лицо. – Я тут шериф, и это мое дело… - Тогда вызови мне адвоката и готовься к тому, что мой муж с землей этот участок сровняет, - для своей угрозы Регина выбрала ни то место, ни те обстоятельства. Даже заносчиво-высокомерный голос не испугал Локсли, а лишь заставил довольно усмехнуться. - Или он напишет заявление, и Вас упекут на несколько лет. Готова к оранжевой одежде? Я бы посмотрел, как ты расположишься в камере, немного меньше, чем эта, - зазвенев ключами, он открыл камеру и зашел. – Ты решила вместо Остлера отсидеть? - Я не буду говорить без своего адвоката, - Регине хотелось сделать шаг и, наконец, отвесить пощечину этому болвану, которому нравилось ее положение. - Ну, хорошо. Будь по-твоему… Поиграем в конвоира и заключенную, - а вот Робин сделал шаг и удержал ее за локоть. - Пусти меня… Идиот! – сорвавшись на крик, Регина попыталась оттолкнуть его, но силы были неравными, и шериф смог вывести ее из камеры. – Ты, как и все остальные… Подонок! Ты… Услышав от нее ругательство, Робин сжал крепче пальцы и удивленно подумал о том, что не может даже представить, что заставило эту женщину уйти с праздника, разгромить кабинет мэра, а теперь еще и сейчас вести себя подобным образом. - Если ты меня не отпустишь, я… ты не останешься в этом городе, - защищаясь, Регина говорила лишнее, но ничего поделать с собой не могла. Непробиваемый ничем мужчина провел ее по участку и втолкнул в свой кабинет. Замолчав на минуту, Регина покрылась потом, представив, что на нее заведут дело, а потом еще и в суде придется оказаться. Этот рьяный представитель закона ведь и вправду мог что-то сделать такое – от человека, который злился от только понятных ему причин, можно было ждать все, что угодно. Думая, что и Кинг не придет ей на помощь, Регина окончательно попрощалась со свободой и не заметила, что Робин достал какие-то ключи из ящика стола и подступил к ней. Только тогда она очнулась и круглыми глазами уставилась на него, понимая, что в комнатушке слишком мало пространства, а еще и воздух этот человек умудрялся отбирать так, что она начала задыхаться. - Зачем ты это сделала? – он следил за ее окаменевшим лицом. - Ты что, правда, думаешь, что я тебе скажу? Кто ты такой, Локсли, чтобы я говорила? – прошептала Регина. Заметив потемневшие глаза, женщина подумала, что могла переборщить со своими репликами. И все же у нее хватило смелости, чтобы приподнять закованные руки и властно приказать, - сними их! - Размечталась! Развернув женщину за плечи и заставив упереться бедрами в край заваленного бумагами стола, Робин пододвинулся к ней так близко, что смог увидеть выделившуюся на ее лбу венку. Распахнув в немом вопросе губы, Регина непроизвольно опустила взгляд и почувствовала, как жар растекается по всему телу. Тихий стон, услышанный только Робином, вырвался из ее груди и заставил его потянуться вперед. - Нет… Наклоняясь назад, все еще стремясь защитить себя от этого нападения, Регина ощутила впивающиеся в спину канцтовары. Вздрогнув от боли, женщина упустила момент, когда ее губы были раздвинуты и во рту оказался чужой язык. Зажмурившись от терзающих ускоряющихся движений, пытаясь сдержаться, Кинг поняла, что проигрывает – в тот момент, когда сама последовала за жадным ртом, скользнула языком и попробовала вкус дыма и алкоголя. И если от мужа с такой смесью ее воротило, то сейчас Регина сама подалась за этим источником, будто собираясь напиться до беспамятства. Удержав ее голову и наклоняясь над лицом женщины, Робин продолжал целовать ее так, как хотел весь этот вечер. Нагло, жадно и заставляя отзываться на его прикосновения ощутимой дрожью по телу. Чтобы она и думать забыла о ласках тюфяка, который только умел смеяться и лапать ее у всех на виду. Заводясь от мысли, что теперь в его руках эта податливая глина, из которой можно было лепить все, что угодно, уже не сдерживаясь, мужчина еще ближе пододвинулся. Ладони заскользили по хрупкому телу, отыскали мягкие бугорки, сжали. Опьяненный стоном, оказавшимся в его рту, Робин сам уже готов был зарычать, догоняя свою добычу. Одна рука тут же опустилась и, оказавшись, между ног затихающей в борьбе Регины, тут же приподнялась. Как и предполагалось, жарче было именно в главном месте. Уже, почти достигнув его, прикоснувшись указательным пальцем к маленькой преграде, Робин не понял, почему Регина вжала ладони в его грудь. Зацарапавшие по рубашке пальцы ему не были страшны, мужчина наслаждался сладко-горьким поцелуем и очнулся только, когда Регина, выставив вперед колено, уперлась в его живот. - Нет… нет… - ускользая, Кинг едва не рухнула спиной на стол, но руки Робина не дали ей упасть. И именно из-за этого мужчина упустил момент, когда она взмахнула руками и, в попытке оттолкнуть, зацепила наручниками его лицо. Ощутив укол в щеке, шериф, наконец, прервал поцелуй и, отпрянув, схватился за лицо. - Черт… Увидев на пальцах кровь, тяжело дышащий Робин непонимающе уставился на приподнимающуюся женщину. Выставленная вперед нога говорила о том, что кошечка собиралась бороться. Теперь он понял, зачем этой чертовке такие тонкие и явно острые каблуки. - Не приближайся, - у нее даже голос дрожал. Видя, как шериф стирает кровь с маленького пореза, Регина смогла воспользоваться драгоценными секундами и попыталась вернуть свое благоразумие, – не… после Белль… - Что? – голова понемногу прояснялась, но Робин не хотел вообще говорить - особенно, когда уже распалившаяся женщина почти лежала на его столе. – Белль? - Ты… ты же… - Регина следила и видела, что имя библиотекарши никак не влияет на него. Сейчас он только смотрел на приподнятое платье, которое открывало ее округлые бедра, видел открывшийся черный лоскуток. Взгляд метнулся по длинным ногам, быстро поднимающейся груди, останавливался на пухлых губах. – Тебя там не было? Из-за осознания того, что она ошиблась и, что девушка не побывала в объятьях шерифа, Регина упустила момент, когда Робин вновь метнулся к ней и, даже не обратил внимания на острый каблук, впившийся в его бок. - При чем тут Белль? – выдохнул он, широкими ладонями обхватывая ее лицо. От ошалевших глаз, в которых была только она, Регина на миг растерялась. Страх сидел слишком глубоко в ней, но, поборов его, она все же прошептала: - Ты меня хочешь? Видя ее смятение, чувствуя, как напряжена женщина, Робин не придумал ничего лучше, чем, раздвинув ее ноги, устроиться между ними, прижавшись так сильно, что Регина невольно опустила вниз глаза. Будто лично хотела убедиться в его неприкрытом желании. Убедиться, что она может так влиять на мужчину. От родившегося раздражения из-за оттянутых мгновений Робин схватил Регину за запястье и опустил ее руки, силой прижал к своему паху и не дал отстраниться. Невольно женщина сжала пальцы и разгоряченная кровь подступила к вискам. Тяжело было не только дышать. Тяжело было даже думать. - Чувствуешь? – наслаждаясь прикосновением, прогуливающимися внизу осмелевшими пальцами, Робин перешел на шепот и прикоснулся губами к ее виску. – Только тебя… тебя одну… Когда ее ноги обвили его за пояс, Робин понял, что лишился разума. От этого запаха, вкуса, дыхания, тела, от женщины, что, как огонь, обжигая, продолжала манить к себе своим теплом. Сорвавшись мужчина дал ей время лишь на то, что бы она подняла сцепленные руки и так обвила его за шею. А уже после Робин беспрепятственно нашел припухшие губы, тут же начал покусывать их в своем безумии. Застонав от напора, что разрушил любое сопротивление, продолжая тянуться назад, увлекая за собой мужчину, Регина услышала, как папки посыпались вниз. Сейчас ее это уже меньше всего волновало – откинув голову назад, подставляя шею под поцелуи, раздражающие ее кожу, женщина умирала в томительной слабости, которая оковывала все тело. - Где… Где… Хватая иссушенными губами горячий воздух, Робин будто обыскивал ее - ладони гуляли по изгибам, грели открытые руки, достигали шеи. Приоткрыв глаза, Регина не сразу поняла, что он хочет. Осознав, что мечущийся мужчина ищет способ снять с нее платье, она слегка изогнулась в спине и успела шепнуть: - На спине… Ты не снимешь… Удивительно, как он еще не решился на то, чтобы просто разорвать по швам эту материю. Вместо этого Робин приподнял ее, удержав за бедра и рывком задрал платье почти до самой груди. Опускаясь и жмурясь от прокатившейся по телу дрожи, Регина не была готова к тому, что опустившийся мужчина жадно припадет к ее животу. Влажная дорожка, оставленная на ее сухой и теплой коже, подтверждала, что Робин ведет себя, как оголодавший зверь. - Робин… Боже… Что… Впиваясь железными кольцами в его шею, ощущая боль в запястьях, Регина могла только сдерживать стон в горле и не давала себе шанса на самый главный срыв. Наоборот, когда отчего-то Робин оторвался от ее тела, перестал одной рукой сжимать грудь, что уже горела от трения с тканью, именно тогда Кинг вернулась в реальность и подняла голову. Захотела удостовериться, что все также влияет на этого человека. - К черту… Распознав в душном воздухе звук рвущейся ткани, Регина шире раскрыла глаза и успела встретиться с взглядом темных глаз. Оказавшаяся внизу рука скользнула дальше и пальцы прошлись по влажному лону. - Ты уже готова, - понимая, что слюны и не надо, Робин улыбнулся от предвкушения желаемого. В ту же секунду резкое движение бедрами, вдавившее ее в стол, заставившее сдвинуть ноги и сжать все мышцы внутри, лишило Регину рассудка. Вскрикивая, женщина вновь зажмурилась и уже позабыла о том, где находится – со следующим проникновением в нее стон стал только все выше. - Погоди… Не вздумай… Едва не укусив в изогнутую шею, Робин прижался губами к атласной коже и сделал еще несколько неторопливых движений. В какой-то момент он все же обезумел от внутреннего сопротивления женского тела, почувствовав, как мышцы крепко обхватывают плоть, Локсли все же сбился с ровного дыхания. - Что ж ты делаешь… Стремясь до остатка насладиться этой женщиной, он продолжал набирать темп и успел даже одной рукой смахнуть все, что было на столе. Тогда же, дрожа от нарастающего возбуждения, Локсли уложил Регину и потянулся следом из-за тянущих к ней наручников на шее. - Робин… хватит… Не давая ей свалиться вниз, остервенело двигая бедрами, уже видя и ощущая, как стонущая женщина вздрагивает от повторного наступающего удовольствия, Робин все ниже и ниже склонялся над ней. Обжигал дыханием ее лицо, касался губами ее губ и, в проблесках сознания ненавидя неснятую одежду, мечтал прикоснуться к ее обнаженной коже. Чтобы зацеловать ее и стереть остатки пота от старческого тела. - Не отдам! Услышав рычащие буквы, привлекая мужчину к себе, задыхаясь от его имени, Регина ощутила, что дошла до предела не только она. Последний ее стон совпал с отчетливым гулким стоном и закончился, когда обессиленный мужчина накрыл ее тело собой. Когда наступила тишина и накрывшая нега лишила всех мыслей, Регина осталась в этом наслаждении. Кажется, ее не волновало, что онемевшие руки уже буквально ныли от боли в запястьях, не трогало, что на бедрах точно останутся ссадины, а платье придется гладить не одни сутки. Ощущая мужчину внутри себя, удостоверившись, что не только он на нее так влияет, но и Робин сам готов сойти с ума от ее присутствия, Регина продолжала праздновать победу. - Значит, я могу… Не дошептав свою мысль, Регина совсем не ожидала, что Робин приподнимется, давая ей возможность дышать, снимет с шеи руки и, склонившись, поцелует. Оторвавшись от умиротворения и ответив его губам, Регина приоткрыла глаза, чтобы лучше рассмотреть этого мужчину. Оказалось, что он тоже следит за ней. - Королева, - шепнув, Робин увидел, как расширились зрачки у неожидавшей такого признания женщины. Как же мало ее любили, если она не была готова к такому восхищению. Не удержавшись, Локсли еще раз поцеловал ее, оттянув по очереди нижнюю и верхнюю губу. – Поехали ко мне. И это не было вопросом. И он не ждал отказа. Ее ответ читался в больших, черных глазах. Находясь в миллиметре от них, Робин понимал, что никакая правда теперь не скроется. Регина была согласна. Сейчас больше всего он хотел разглядеть каждую черту ее тела, покрыть поцелуями ее с ног до головы, заставить вновь задыхаться от сдерживаемых криков, а потом загнать себя до изнеможения, слыша, каким голосом она произносит его имя. Стремясь поскорее начать реализовывать свой план, он быстро снял наручники, привел себя в порядок, дождался, пока она сама вернет образ, хотя бы немного похожий на свой прежний вид. Регина лишь на миг растерялась, когда зажала в руке лоскутки от нижнего белья. Заметив это, Робин стремительно выхватил истерзанную им же ткань и усмехнулся, натолкнувшись на ее осуждающий взгляд. - Это я, пожалуй, оставлю себе… - Я что должна идти так? – изогнула она бровь. Все, что случилось в этом захламленном кабинете, призывало ее перейти на хриплый тон, как бы невзначай провести рукой по груди, облизнуть губу и попутно следить за тем, как все это заставляет гореть глаза Локсли. - Поверь, они нескоро тебе понадобятся… Уже, выйдя из кабинета, Робин успел сунуть трусики себе в карман джинсов и проследовал за осторожно ступающей Региной. Она явно осознанно крутила бедрами, а он не мог даже взгляда отвести и уже начал чертыхаться мысленно от такой несдержанности. И все же, наплевав на свой разум, Робин сделал шаг и устроил руку на ягодице женщины, слегка сжав ее и ощутив, какая она упругая. - Мы не дойдем до твоего дома? – Регина на секунду прислонилась к его телу и, повернув голову, показала довольную усмешку. - У меня удобная машина, - отозвался вкрадчиво он. Собираясь потянуться к губам, оставшимся без помады, Робин отвлекся на хлопок двери и все же не сразу понял, почему Регина оттолкнула его и отступила в сторону. - Эй! Кто-нибудь… Когда Руби зашла в участок и нашла там замерших Регину и Робина, на минуту повисло молчание. Пока Локсли справлялся с желанием вытолкнуть девушку и увести с собой Кинг, сама женщина обернулась и с непроницаемым лицом, по которому даже нельзя было определить, что полчаса назад оно покрывалось испариной, произнесла: - Спасибо, что приняли мое заявление. Всего доброго, шериф! Ее шаги оказались такими громкими, что буквально оглушили Робина. Он так и простоял полминуты, слушая, как женщина уходит. Только, когда в коридоре стукнула дверь, мужчина встрепенулся. - А я могла бы ей кексов дать, - протянула, будто ничего не понимая, Руби. Девушка показала корзинку и улыбнулась. – Мне сказали, что ты здесь… А с Роландом Тинки, она вернулась… Не слушая уже ее звонкий голос, Робин широкими шагами пересек помещение и рванул на улицу. Как и предполагалось, Регина только начала удаляться от здания - он смог ее догнать и даже успел схватить за руку. - Не уходи, - развернув к себе Кинг, Робин увидел ее гримасу. В глазах женщины мелькнуло отчаяние, и Регина, скрывая эмоции, дернула на себя руку. - Не трогай… Робин… Ее следующие слова заглушил ревущий мотор, который отвлек Робина – мужчина увидел несущийся по темной дороге «Мерседес», из которого выглянул хорошо знакомый ему по войне автомат. В те же мгновения, когда город разбудила оглушительная очередь, разбивающая стекла, шериф сгреб в охапку Регину и рухнул вниз, подминая ее под собой. Когда все стихло и в воздухе вновь осталось стрекотанье насекомых, Робин приподнялся и вгляделся в бледное лицо Регины, которая в последние секунды перед падением успела закусить до крови губу. - Ты в порядке? – усадив ее и ощупывая руки, проверяя каждый сантиметр ее напряженного тела, Робин сорвался на крик, – ты… тебя не задело? Регина… Видя, что она смотрит куда-то мимо его плеча и в безмолвии просто открывает рот, Локсли, встряхнул ее за плечи и заставил взглянуть в его прищуренные глаза. - Там… Обернувшись, следя за ее взглядом, Робин нашел на крыльце рассыпанные в яркой палитре кексы. Это выглядело бы смешно, если бы не тело, уместившееся между разложенной в хаотичном порядке выпечкой.