Чужая жизнь

За несколько дней, что Робин провел в больнице, он понял, как сильно ненавидит подобные заведения. От запаха, что так крепко впивался в одежду, что никакая стирка не смогла его вытравить. До шепота персонала, что улыбаясь, сочувственно кивая головами, проносился мимо, а после за спиной болтал так громко, что хотелось развернуться и угрожающе смерить болтунов взглядом. Так Локсли узнал, что все медсестры поженили его с Руби, которая лечилась и попутно строила дружбу с местными девушками. - Черт… - скрипя зубами, мужчина пытался сдержанно кивать на приветствие улыбающихся сотрудниц, что встречались ему в коридоре. Чувствовал, что как только медсестры делали шаг, так сразу же закатывали глаза и представляли, как он сейчас зайдет и набросится с поцелуями на «раненую красавицу». Оказавшись в палате, шериф чуть ли не с облегчением выдохнул. То ли от того, что скрылся с глаз ненормальных девиц, то ли от того, что Руби спала. В последнее время он слишком много времени провел с ней – после покушения Робин был с ней больнице, потом дождался ее пробуждения после операции. И вот уже прошла пара дней, а он продолжает здесь появляться. Зудящая в голове мысль о том, что таким образом он пытается снять с себя груз вины, что как дамоклов меч преследовала его, опять напомнила Робину о том, что пора брать себя в руки. Принимая каждый раз это решение, собираясь добраться до белоснежного особняка в этом городе, где скрывалась единственная волнующая его женщина, Локсли каждый раз отвлекался на поручения Руби. Ей требовались вещи из дома, требовалась еда бабули, да даже общаться она хотела только с ним. Правда, сам Робин не был расположен к беседам. Вот и сейчас, порадовавшись, что уставшая после процедур Лукас спит, Робин собрался оставить пакет, который ему передала вдова. Видимо сделал он это не очень тихо – потому как уже через минуту с кушетки послышался сдавленный стон, а после раздался голос: - Робин… Ты пришел. Он и не сомневался, что Руби внимательно следит за ним – в чем и убедился сам, когда обернулся. Пришлось подойти ближе и даже попытаться ободряюще улыбнуться. Даже этой вымученной улыбки хватило девушке, чтобы улыбнуться и предложить ему побыть рядом. - Конечно, - он все еще чувствовал свою ответственность за то, что сейчас Руби оказалась здесь, что чуть не лишилась жизни и вот теперь будет еще почти месяц залечивать рану. Подумал об этом Робин, когда присел на стул, стоявший рядом с кушеткой. - Как дела? – следила за ним Руби. - Все также. Нападавших ищем, нашли только сгоревшую машину… Есть еще пару зацепок… Город устроил собрание, где во всем обвинил нас… - Робин замер, осознавая, что не этого ответа хочет слышать. – Пришла та мебель, что ты заказала для детской Роланда… Спасибо… Когда грузчики привезли то, что он бы сам лично никогда не купил, Робин еще долго чертыхался и клялся себе, что никогда больше не впустит женщину в свой дом. Вот только Роланд с удовольствием перебрался с надувного матраца на нормальную кровать. За это хотелось благодарить Лукас – тем более, что от этого у нее на бледных щеках даже румянец появился. - Еще должна… - Я отменил тот заказ. Я купил себе кровать, - отрезал все же Робин. – Когда ты только успела? – усмешкой он попытался скрыть резкость своих слов. - Мне хотелось, чтобы ты с удовольствием возвращался домой, - сложно было представить, что эта осунувшаяся девушка с сероватым лицом, на котором отсутствовал макияж, недавно прогуливалась в юбках, что больше были похожи на набедренные повязки. Отчего-то Робин каждый раз думал об этом, как только появлялся в этой палате. - Там уже достаточно того, чтобы туда возвра… - отвлекаясь на свой телефон, Робин пропустил мимо ушей реплику повеселевшей Руби. Она еще что-то говорила, но он перестал воспринимать ее слова почти сразу, как только увидел, кто ему звонит. Забыв извиниться, мужчина стремительно вскочил и вышел в коридор. Только убедившись, что никто не станет свидетелем его разговора, Робин включил телефон. Чтобы процедить сквозь зубы: - Это экстренно? Зачем ты звонишь… - Я всегда звоню по важным делам. Ты еще не понял? – глубокий бас заставил Локсли напрячься каждой клеткой. Сейчас он напоминал зверя, что готовит тело к изнуряющей схватке. - Что ты хочешь? – Робин не забывал вертеть головой. После нескольких нападений на него бдительность теперь была на первом месте. - Встретиться. Сегодня. Выдвигай свой шерифовский зад в Гарднер… - собеседник даже смягчился. А вот Робин оторопел на мгновение. - Зачем? У меня же ничего нет… - Выезжай, - а вот тут он уже был серьезен. Назвав адрес какой-то забегаловки в соседнем городке, даже не попрощавшись, мужчина, из-за которого Робин до белой кожи сжимал пальцы, отключился. - Черт! Простояв еще несколько минут, Робин попытался рассчитать свой отъезд – незамеченным он точно не останется. Тем более, что еще есть Роланд. С собой его брать нельзя, и как назло няня укатила вновь на свою учебу. С этими размышлениями он и вернулся в палату, где увидел, что Руби пытается сесть. - Тебе… тебе же нельзя, - спохватившись, он заметил, каких трудов девушке стоило каждое движение. Помешав, Робин требовательно уложил ее вновь и увидел огромные глаза, наполненные каким-то пугающим туманом. Видимо, стали действовать какие-то лекарства. Упустив момент, когда Руби крепко вцепилась в его руку, Робин продолжил следить за ее лицом. - Забери меня. - Что? - Забери меня из этого города, - зашептала Руби, кривя уголки губ. – Я никогда не избавлюсь тут от своего прошлого… А с тобой есть шанс. Все начать сначала! Ты же этого хочешь… Я вижу, что ты здесь не навсегда. Просто сделай… я буду той, кто тебе надо… Ну, что тебе стоит? Я не хочу тут оставаться… Но и там не хочу быть одна, - девушка сжимала пальцы и продолжала бессвязно говорить. - Руби… Тебе надо отдохнуть, - очнувшись от первого удивления, Робин заговорил почти с заботой. – Мы поговорим потом… Обещаю… Давай, я кого-нибудь позову… Я… Осторожно разжимая ее пальцы, он пытался ее успокоить, но Руби продолжала цепляться за его рубашку и уговаривала уехать сейчас же. Пришлось пообещать, что они уедут, когда придет время. Кажется, это убедило Лукас и она начала засыпать. Все также держа в тисках его запястье. - Забери… - даже погружаясь в медикаментозный сон, Руби еще шептала какое-то время. Наблюдая, как черты ее лица разглаживаются, и она становится похожей на обычную девушку, которая избавилась от костюма чарлидерши, Робин, наконец, отвлекся. Уже выходя из палаты, он вновь услышал сонное бормотание и обернулся, чтобы проверить, проснулась ли Руби или нет. Почему-то именно в эту минуту шериф представил, как уезжает с женщиной из этого города. Вот только ни Лукас он видел в своей машине. Нет, ни она была рядом с ним.

***

Ее спасло безразличие. Только этим Регина могла объяснить то, что муж не убил ее в первую же ночь после той сцены в ресторане. Его даже не интересовало, что жена чуть не получила пулю возле полицейского участка. Не волновало то, что она там вообще делала. Оказалось, что больше нервов Кинг потратил в своем кабинете в мэрии, куда он заехал, когда оттуда поступил звонок. Выяснив, что хулиганы только разгромили мебель, Леопольд уехал с друзьями на охоту. Об этом Регина узнала, вернувшись из участка, откуда ее выгнал Робин – он не хотел, чтобы ее имя фигурировало в документах. Уже приготовившись к расправе, видя особое внутреннее превосходство и удовольствие из-за того, что хотя бы перед смертью ее любили, ей восхищались, женщина узнала об отъезде мужа. Тогда напряжение покинуло ее, осталось горькое разочарование от того, что после секса с Робином она не смогла посмотреть в глаза Леопольда. Хотя бы взглядом не дала понять, как ей было хорошо. Эти желания ушли за те дни, что тянулись медленно и мучительно для Регины. Она стала осознавать, что натворила в участке. Как рисковала, зависая на краю обрыва, куда мог столкнуть ее каждый желающий. А еще ее начало преследовать чувство вины – перед самой собой же. Она никогда не могла представить, что решится на супружескую неверность. И вот решилась… - Регина? Белоснежка, следящая за ней с особой надеждой в лице, вновь помешала бурлящему мышлению Регины. Подавляя в себе внутреннюю дрожь, что свидетельствовала о наступающем самоедстве, Кинг подступила к девочке и указала ей на ноты. - Это… Ты пропустила… Вздохнув, Белоснежка показала, что надеялась, что постоянно отвлекающая мачеха не заметит ее не слишком хорошую подготовку. Пришлось снова и снова играть, пробегая пальчиками по черно-белым клавишам. В этот раз Регина была более внимательной и даже кивками и полуулыбкой подбадривала девочку. И звонок в дверь она отлично услышала. - Я… открою! – а вот Белоснежку, что первой вскочила и рванула в холл, Регина уже не могла остановить. Пришлось просто пройти следом и остановиться, как вкопанная - при виде Робина. Она изгнала его образ из головы. Буквально построила стену и запретила вспоминать мужчину. Вот только то, как он хватал ее за руки, ощупывал бедра, отбирал властно поцелуи, а потом наполнял собой до истомы в теле – от этого было невозможно сбежать. Увидев сейчас шерифа, Регина не смогла отвести взгляд от синих глаз, за которыми она наблюдала сквозь полуопущенные ресницы в момент, когда он пытался сорвать с нее платье. - Регина, можно я покажу Роланду наши розы? – радостный голос Белоснежки ворвался во вселенную женщины. С трудом переведя взгляд, она наткнулась на мальчика, который пришел вместе с отцом и которого она даже не заметила. - Да, можно… - у нее оказался какой-то слишком громкий, даже надменно-холодный голос. Осознав это, Регина дождалась, пока дети убегут, а сама все это время пыталась справиться с предчувствием бури. Это заставило ее стоять прямо, расправив плечи, будто она собиралась встречать неприятности лицом к лицу. - Мы можем поговорить? – а вот Робин был в порядке. Что только вызвало раздражение в Регине. Даже не отреагировав на него, она прошла в кабинет мужа – здесь все принадлежало Леопольду и обычно вызывало тошноту в ней. Но вот сейчас она понадеялась, что эта роскошная, пропахшая кинговской показушностью, обстановка остановит и ее, и Робина. Для собственной безопасности Регина отступила к столу и порадовалась, что Локсли остался у порога в кабинет. С обычной маской безразличия он осмотрелся. - Что ты хотел? – скрестив руки на груди, Регина попыталась скрыть дрожь в пальцах. - Тебя увидеть… - спокойный ответ Робина подкосил самообладание Кинг, и она, расширив глаза, забыла, что надо ответить. Разглядывая внимательно ее лицо, Локсли уточнил, - ты думала обо мне? - Нет… - чувствуя свою уязвимость, Регина резко зашагала к мини-бару в виде глобуса, который стоял в углу кабинета. – Ты хочешь выпить… здесь… То ли от стучащих каблуков, то ли от пульсирующей крови в висках, то ли от взбесившегося завывания сердца, но вот шагов Робина Регина не услышала. И вскрикнула только, когда метнувшийся к ней мужчина рывком развернул ее и, прижав к стене, привалился сверху. От стального тела, попавшего в нос терпкого запаха и бездонных глаз Робина Регина охнула и приоткрыла рот. Чем заставила его взглянуть на вызывающе алые, мягкие губы. - Пусти, - шепнув, Регина вернулась в реальность от этого писка. Следующее она уже выдала громче и даже с долей уверенностью, - пусти! Если зайдет… - Так ты не думала о нас? – будто невзначай ладонь Робина улеглась на ее шею и пальцы заскользили по гладкой коже. – Отчего же у тебя такой пульс? - От того, что ты не даешь мне дышать, - изменившись в лице, Регина дернулась и заскользила пальцами по спине Робина. Кажется, от ее движения на его пояснице должны появиться болезненные ссадины. - Ты даже не думала, как я тебя трогал? – а вот вторая рука прижалась к бедру Регины и током пронзила ее тело. Приподнимая ладонь, Робин продолжал ее вдавливать в кожу. – Я… - едва сдерживаясь, он выдыхал жаркий воздух на ее щеку. - Я не думала о том, что было между… Перестань, - сглотнув, Регина попробовала опустить голову, но его лицо было так близко, что ничего не получилось. - Ты не думала о сексе? Не хотела его продолжения? – видно было, что Робин наслаждался ее присутствием. Он неспешно гладил ее по бедру, разгадывая по алым пятнам на лице женщины то, что вызывает в ней эта ласка. – Я думал о тебе постоянно. О том, как все повторится… - Это не повторится… - Ты сама в это не веришь, - посмотрев с каким-то сочувствием в ее потемневшие глаза, Робин потянулся к ее горячим губам. Вспомнив вкус поцелуя с этой женщиной, он тут же попал в плен этого удовольствия. Не сопротивлялась и Регина, которая со всем чувством, безумием отозвалась на требовательное движение ее губ, устремившийся вперед и требующее свое язык. Ощущая напряжение каждой клеткой, они уже целовались, зная, как вызвать друг в друге все самое чувственное и тайное. Увлекаясь, они забыли о времени, пространстве, месте. Только рвались к губам друг друга. И все же в какой-то момент их стоны совпали. - Я скучал, - прошептал Робин. Прикоснувшись влажными губами к ее щеке, он придвинулся ближе к ее бедрам. - Ты… Что ты со мной делаешь? – ощутив, как он добрался до ее нижнего белья, как вдавливает свой пах в нее, Регина тихо застонала. Она даже не смогла приоткрыть глаза и вновь отозвалась со всей страстью на поцелуй, который опять потребовал Робин. - Миссис Кинг… Окунаясь с головой в холодный водопад, который обрушился на них из-за голоса экономки, что зашаркала подошвами в коридоре, и Регина, и Робин одновременно разорвали поцелуй. Оттолкнув мужчину, Кинг рванула в сторону и встала на пути вошедшей Джоанны. Будто не видя взволнованного лица хозяйки, не замечая замершего у стены Локсли, женщина сообщила о готовом обеде. Как только она ушла, Регина обернулась и резко предупредила: - Не подходи! Водя пальцами по губам, на которых был маслянистый привкус, Робин оценил горящие глаза Регины, ее опущенные в гримасе отчаяния уголки припухших губ. Похоже, что больше она не позволит себе переступить через благоразумие. По крайней мере, сейчас. - Может мой сын побыть у тебя? - Роланд? – Регина уже была готова к тому, что Робин вновь попробует подойти к ней, но он остался на месте. Просто пристально следил за тем, как она прижимает ладони к своим соблазнительным бедрам. - Да. Няни нет, а мне надо уехать в соседний город. Я приеду вечером… - Хорошо, - растеряно протянула Регина. – Что ты будешь делать в соседнем городе? Она прикусила язык почти сразу. Отругав себя за излишнее любопытство, Кинг заметила, что мужчина улыбается. Но как только он сделал несколько шагов вперед, она тут же отступила. - Не волнуйся, даже там я буду думать о тебе… И когда вернусь, мы поговорим… О нашем сексе… О нас. Он ушел с таким видом, будто увидел ее голой, убедился, что все это принадлежит ему, а после удалился по делам. Вернувшись, он бы вновь заполучил ее. Осознав, что не может этому сопротивляться, Регина не смогла справиться с улыбкой. Или подобием ее. Что-то неподвластное женщине, засевшее в груди, давало ясно понять – она и не хотела противиться этому сумасшествию.

***

Роланд немного сторонился Белоснежки, но девочка так была рада побегу с занятия, что всеми силами собиралась расшевелить мальчика. Лишь бы продолжить с ним прятаться здесь. Так что в саду дочь Кингов умудрилась провести гостя мимо всех газонов. Розы детей не заинтересовали, а вот яблоня, растущая в самой чаще, среди аккуратно-подстриженных деревьев, заставила их остановиться. - Папа не разрешает есть с этой яблони, - шагая по мягкой траве и разгребая ногами листья, Белоснежка следила за тем, как Роланд, задрав голову, разглядывает яблоки. Плоды алым пламенем зазывно переливались на солнце, будто так и просились в рот. Хотя достать их было нереально. - Почему? – наконец, поинтересовался Роланд. – Разве они растут не для того, чтобы их можно было есть? - Мы покупаем в магазине… А это дерево просто растет, - пожала плечами Белоснежка. – Регина любит тут гулять. Это ее любимая яблоня… - Наверное, она пробует яблоки, - задумался Роланд. – От нее пахнет яблоками, - озорная улыбка скользнула по его губам. – Очень вкусно… - поняв, что разболтал не то, что надо, он тут же сделал серьезное лицо и отметил, - скоро папа придет за мной… - У него, наверное, очень важные дела, - отозвалась хозяйская дочь. – А где твоя мама? - А твоя? – Роланд насупился, заметив внимание Белоснежки. Сразу стало понятно, что говорить на эту тему ребенок не собирается. Хотя любопытство девочки могло перевернуть скалы и осушить моря. - Моя умерла, а потом папа взял в жены Регину… Твоя тоже, наверное, умерла? Так бы она не оставила тебя… Я вот свою уже не помню… А ты помнишь? - Моя мама ушла. Ее нет с нами, - отвернувшись, Роланд скрыл слишком серьезные глаза, которые он научился делать, видя своего отца. Именно с таким видом Робин рассказывал ему о матери. – Если бы твой папа встретил раньше Регину, то, думаю, что она бы стала твоей мамой, - неожиданно заявила Мэри Маргарет. Это заставило Роланда отвлечься и вглядеться в ее задумчивое лицо. Кажется, девочка не шутила. – Я бы хотела, чтобы Регина была моей мамой… Ты же тоже? - Я… не знаю, - растерялся маленький Локсли. Мальчик озадаченно прислушался к своим детским мыслям и понял, что не против того, чтобы женщина, оставшаяся сейчас в доме, готовила ему завтрак и читала сказки. – Нет. Она не будет моей мамой, - наконец, он встряхнул головой и даже нахмурился. - Потому что она сейчас моя мачеха, - осознав, что может напугать гостя, Белоснежка послушно кивнула и тут же растянулась в хитрой улыбке. – Давай наперегонки до дома? Кто последний, тот съест спаржу на обед… - Что… Роланд не сразу понял, что задумала Кинг. Но как только она бросилась к дому, он тут же вспомнил, кто тут мужчина. Это подстегнуло его побежать следом за удаляющейся Мэри Маргарет.

***

Кошачье поведение, при котором выпускались когти, что ранили только в случае необходимости, без сомнения нравилось Робину. Об этом он думал весь путь до соседнего городка. Убедившись, что Регина не забыла об их встрече в полицейском участке, что ее чувства не угасли, а желание все также стойко бьется в груди, только тогда он смог спокойно выбраться из Сторибрука. - То, что было между нами, - вспомнив о том, с каким якобы непроницаемым лицом Регина это произнесла, Робин усмехнулся. Перед глазами представилось и то, как она распахивала рот и сдвигала брови, когда получала удовольствие во время их секса. Эти картинки он теперь очень бережно хранил в своем сознании. Оставалось только дополнить их другими сценами. Собираясь покончить с делами быстрее, чтобы вернуться в город и, наконец, вызвать Регину на честный разговор, Робин вступил в кафе. От закрывшейся двери, из-за которой раздался громкий хлопок, и задребезжали мутные стекла, все посетители оторвались от своих беконов с яичницами и хот-догов. Несколько десятков пар глаз уставились на шерифа – во всех читалось неприкрытое удивление, кое-где сразу проскользнуло недовольство, даже пренебрежение было готово для гостя в городе. Втягивая в себя запах пыли, грязных тряпок, которыми официанты протирали столы, а также чего-то горелого и явно отвратного на вкус, Робин прошагал в самый дальний угол забегаловки. Только, когда он опустился на продавленный диван, на котором сияли дыры от сигарет, все присутствующие вернулись к своим трапезам. А к столику подплыла худощавая негритянка, на которой зеленоватое платье висело, как на огородном пугале. - Кофе бесплатно… - оказалось, что она уже принесла на подносе чашку и кофейник. Робин даже не успел отказаться, когда ему налили горячий напиток, а после подсунули замызганное, с желтыми пятнами меню. А после, шмыгая носом, и, стараясь не споткнуться об оторвавшийся кое-где линолеум, официантка ушла. - Ну, и сервис, - усмехнувшись, Робин вгляделся в пустынную дорогу, которая была видна через жалюзи на окне. Стоянку занимали несколько автомобилей, и среди них не было того, которого он ждал. Попробовав кофе, шериф удивился, что в этой дыре его умеют делать. По крайней мере, желания выплюнуть заваренное пойло у него не возникло. А вот от меню, в котором было не менее 10 блюд из картофеля, а также овощных супов, у Робина пропал аппетит. Кажется, фотографии были сделаны в 60-х годах прошлого века. Хотелось верить, что хотя бы сама еда осталась не с того времени. - Прохлаждаешься? Когда рядом со столиком вырос человек, облаченный в полинявший костюм, Робин едва не выронил кружку. Удивительно, как этот черт, который точно должен был скончаться лет через пять из-за своего пристрастия к дешевым сигаретам, умудряется бесшумно подкрадываться. Просто идеальный киллер. Жаль, что Ноттингем выбрал для себя работу в полиции. Он бы точно смог неплохо зарабатывать, убивая всех. Робин даже представил, как этот коп засовывает свой пистолет в рот очередного бедолаги и, не мигая, нажимает на курок. Летевшие в лицо капли крови и остатки мозга точно бы не заставили бы Ноттингема отвернуться. В нем явно жил садист, что Локсли ощущал каждым волоском на своем теле. - Ну и как здесь кофе? – Ноттингем устроился на стоящем напротив диване и дал время Робину, чтобы обернуться и найти дверь, ведущую в уборную. Только тогда шериф понял, откуда появился правоохранитель. – Я его уже два ведра выпил, пока ждал тебя, Локсли… Приходится на унитазе просиживать… - Что за срочность? – Робин отодвинул кружку и, подавшись вперед, прищурился, рассматривая покрытое красными пятнами желтоватое лицо Ноттингема. Тот же с обычной ленцой, неспешно, достал из пиджака смятую пачку сигарет и также медленно закурил. Только спустя несколько глубоких затяжек, от которых дым полетел в сторону Робина, мужчина решил ответить. - Узнал, что кто-то помалкивает о взрыве на шахте… Наркотиках… трупах… Сколько там всего их было? – захрипел от дыма, проскальзывающего по горлу, Ноттингем. - Разве я не должен отчет один раз в месяц предоставлять? И он еще не закончился, - отчеканил Робин. - Да что ты говоришь? – усмехнувшись, коп сразу же изобразил оскал своими подгнившими зубами. – Засунь в задницу эти бумажки! – процедив сквозь зубы, он тоже пододвинулся к столу, – ты хоть понимаешь, что мы можем прищучить целую организованную группировку? Банду! И ты хоть представляешь, что будет, когда мы это сделаем? - Мне не нужно выслуживаться, - глухим от ярости голосом отозвался Робин. Он сжимал в руке кружку и только на последней здравой мысли не раздавил ее на осколки. – Ты мне обещал другое! - Да, - равнодушно ответил Ноттингем. – Ладно, что там у тебя? Выкладывай! Обмозгуем, что нам делать… Может, тебя лучше вытащить из этого… Сторибрука…

***

Отвлекшись на детей, которых заинтересовало рисование, Регина даже позабыла о том, что произошло с Робином. Не вспоминала она и про Леопольда, который за эти дни разве что в углах дома ей не виделся. Обязательно с перекошенным лицом и жаждой в глазах дотянуться до ее шеи. Когда же Джоанна сообщила ей о посетителе, Регина подумала о том, что Робин вернулся слишком рано. Оставив детей на террасе дома, она ушла в гостиную. Только вступив на порог, она почувствовала, как сердце стремительно застучало, говоря об опасности. Хотя она и сама это видела. - Добрый день, миссис Кинг, - до чего же ей хотелось закрыть уши руками и не слышать этого якобы дружелюбного, заискивающего голоса Сидни Гласса. - Что тебе надо? – собравшись, Регина сразу решила показать зубы. От ее серьезного лица и холодного взгляда репортер усмехнулся. - Кажется, я уже сказал, что мне надо… Вот пришел убедиться, что вы расслышали мою просьбу и уже подготовили документы. - Нет, - дрогнул на мгновение голос Регины. – Ты не получишь документы. Иначе… Леопольд убьет тебя… - Так вы за меня переживаете? – продолжал улыбаться Сидни. – А я грешным делом подумал, что за себя… Что же сделает мэр этого города, когда узнает, что его жена заглядывает в гости к шерифу. Оценили, какой интерьер в полицейском участке? Мне тут сообщили, что вы немало времени там провели… Его вкрадчивые слова заставили Регину окаменеть и еще раз прокрутить слова журналиста. То, что Гласс так нагло указал на участок, только вселило в душу женщины страх. Кажется, репортер все знал. - Я не понимаю, что ты несешь, - каждое слово Регина выдавила сквозь поджатые губы. Они были пропитаны отвращением и бесстрашием. Оставалось надеяться, что Гласс не умеет читать мысли и не мог понять, что сейчас за сумбурный поток проносился в голове Кинг. - Ну, тогда предлагаю пригласить к разговору мистера Кинга. Он лучше разбирается в разговорах. Думаю, что очень быстро разберется и в этом, - Гласс расстегнул пуговицы на пиджаке, явно намереваясь остаться и дождаться хозяина дома. – Может ему снимки понравятся… На которых шериф так бережно прикрывает собой вас, миссис Кинг. Он ведь вас защитил? - Что ты ему хочешь рассказать? – резко Регина сделала несколько шагов, по пути сжав пальцы в кулак. Ее затрясло от пронзившего желания разорвать на миллиметровые ошметки этого пропитавшегося алкоголем ублюдка. – Он тебе не поверит… - Тогда вам нечего бояться, - следил за ней Гласс. – Просто поговорю с вашим мужем… О том, как его жена встречалась с шерифом в участке… в ночь годовщины вашей свадьбы. Вы, видимо, спальней ошиблись? Или у вас другая легенда для мужа? Задохнувшись от этих неприкрытых вопросов, Регина могла только ногтями соскребать плоть со своих ладоней. Только это бы не помогло справиться с этим человеком – он знал все то, что она пыталась скрыть и надеялась, что Леопольд не сможет до этого добраться. Когда же это произойдет, то ни она, ни Робин долго не проживут. Рядом будто начали тикать огромные часы – каждое движение секундной стрелки стало приближать их общую смерть. - Подонок, - побелевшими губами выдала Регина. - Мне нужны документы, - не играя, переставая изображать дурачка, Гласс раскрыл карты. – И побыстрее… Кажется, Кинг вернется на днях. Качнувшись вперед, Регина едва справилась со своим разумом – даже он требовал разобраться с Глассом. Но, цепляясь за свое самообладание, она все же развернулась и стремительно вышла из гостиной. Оказавшись в кабинете, Регина шумно выдохнула и почувствовала, как пот неприятной змейкой скользит по напряженной спине. Сжавшись, женщина обхватила себя за плечи и зажмурилась. Рано или поздно, но заплатить за минуты удовольствия, ощущение чего-то нового и мимолетную надежду на светлое будущее, ей бы пришлось. Только кто ж знал, что это случится сейчас и таким унизительным способом. Справляясь с бушующим в груди пожаром, Регина взяла себя в руки и рванула к стене, где за картиной прятался сейф. Леопольд был слишком самолюбив и порою по-детски наивен. Именно этим можно было объяснить то, что кодом он выбрал день своего рождения. Благодаря своему наблюдению, Регина смогла открыть и вскоре распахнула тяжелую дверцу, за которой тут же разглядела черную папку. Обычно ее Кинг берег пуще собственной жизни и, видя, как он поглаживает ее, сидя за столом, Регина иногда думала, что, возможно, Леопольд считает это самой главной ценностью в своей жизни. Когда папка оказалась в ее руках, Регина заметила, что в глубине сейфа лежит деревянная шкатулка. Отчего-то она решила потратить на нее время и вскоре увидела, что за тайна хранится внутри. Она всегда знала, что Леопольд держит пистолет в доме, но только сейчас увидела его своими глазами. В мозгу бешеными импульсами вспыхнули воспоминания о выстрелах, что прозвучали возле полицейского участка. Для кого они предназначалась, Регина так и не поняла. Хотя интуиция подсказывала, что именно для Робина. И кто знает, убрал бы Леопольд свой пистолет, когда он узнает о том, с кем изменила его жена. Его вещь стала принадлежать другому. Вряд ли Кинг такое простит. - Ненавижу, - пальцы до боли вцепились в края шкатулки. С трудом, но все же Регина убрала ее в сейф, и вскоре в пустом кабинете раздался щелчок закрытого сейфа. Гласс ждал ее в холле. Видно, что алчность настолько овладела им, что он не мог терпеть лишних минут. Остановившись в нескольких шагах от него, Регина вновь попыталась найти хоть что-то человеческое в этом дергающемся от ожидания лице. - Ты… пожалеешь, что взял их… Не собираясь слушать ее воззвания, Гласс подскочил и вырвал папку. Горящий взгляд прошелся по ней, и Регина заметила тот же огонек вожделения, что каждый раз оказывался в глазах Кинга, когда он держал в руках эти бумаги. - Успокойтесь, миссис Кинг, - Гласс, наконец, взглянул в ее глаза и обнажил белоснежные зубы. – О ваших шалостях с Локсли никто не узнает… В первую очередь ваш муж… Вы еще можете пожить. Даже, когда за Сидни захлопнулась дверь, Регина все еще ощущала рядом отвратное дыхание, которое извещало об опасности. Будто в насмешку над ней, сознание выдало изображение пистолета, что остался в кабинете.

***

Оказалось, что событий и вправду было много – понял это Робин, когда заметил, что на улице стало сумеречно. Тусклые лампы освещали полупустое помещение, в котором продолжали звучать стуки ложек и вилок о тарелки, скрипы дверей, шарканье ног. Казалось, что говорят здесь только Ноттингем и Локсли. - Этот старый шакал все предугадал, - зло Ноттингем потушил очередную сигарету в заполненной пепельнице. На секунду Робин подумал о том, что сигаретный дым еще придется долго выветривать из одежды. В какой-то момент даже шериф поддался искушению и закурил. - Почему ты думаешь, что это не только наркотики? Разве мэр не сможет на этом хорошо заработать? Вполне понятно, на чем он разбогател, - задумчиво протянул Робин. - Ты что идиот? Я чую, что это не просто наркотики… Там не только эта шахта… И ты должен носом рыть землю, только выяснить, в чем еще замешан Кинг, - впился яростным взглядом в него Ноттингем. - Зачем тебе? На Кинга ничего нет, - скрипнул зубами Робин. – Он – законопослушный гражданин, у которого есть семья, работа, положение. Наркотики висят на местном недоноске. На шахте был несчастный случай… А покушение… Думаю, что кто-то из местных неплохо получил от мэра. Чтобы я понял этот урок и перестал лезть не в свое дело. - Я не для этого тебя отправил в этот город. Не для того, чтобы ты там с местными жителям знакомился… Ты должен нарыть мне все возможное и невозможное на этого старого хрыча. Я же говорил тебе, что можно попытаться пообщаться с его дочерью, женой. Обычно семья очень многое знает. - Ни эта семья, - тут же отрезал Робин. Он вспомнил, что звонил пару часов назад Регине и просил ее оставить Роланда у себя. В этот раз она не задавала лишних вопросов и без разговоров согласилась. Ему показалось, что голос женщины звучал отрешенно и как-то бесцветно. Если бы не вернувшийся из туалета Ноттингем, он бы попытался выяснить, что случилось у Регины. Теперь оставалось ждать своего возвращения в Сторибрук. - Значит, Кинг хитер и умен. Понятно, что в грязные дела он свою красотку-жену не вмешивает… Ты думал о том, чтобы… - Ноттингем заметил желваки, которые заходили на сером лице Робина. С секунду он размышлял – продолжать ли свою мысль или нет. Но, кажется, выражение лица Локсли говорило само за себя. Он усмехнулся, разглядывая Робина, - ты управился и без меня? - Ты нашел меня и предложил дело. Я согласился. Я нарою тебе все на Кинга, а ты поможешь мне попасть в программу. На этом все. Как я это сделаю – не твоя забота, - закипая от бешенства, проговорил Робин. – И… больше нам не надо встречаться. - Слушай, Локсли, - Ноттингем прищурился. – Твоя жена ищет тебя… сына вашего хочет забрать. Ты бы поторопился… Мне тоже хочется быстрее заполучить место в бюро. Осточертела эта полиция штата. И запомни! Я тут главный. - Ты видел Мэриан? – всю властную чепуху Робин тут же пропустил мимо ушей. Только напоминание о жене заставило его напрячься и застыть в ожидании ответа. - Слышал о ней. Наверное, соскучилась по вашей малютке. Зная положение ее родственников, деньги, подозреваю, что она очень быстро выяснит, где ты работаешь, - Нотттингем с лицом ублюдка следил за состоянием Локсли. - Скажи, - понимая, что тот ждет проявление слабости, Робин предпочел все переварить внутри себя и хладнокровно уточнить, - тебе Кинг нужен только для выслуги? Хочешь повыше подняться? Или тут что-то еще? - Не твое собачье дело, Локсли! – тут же изменился в лице Ноттингем. – У нас официальное соглашение. Ты работаешь под прикрытием… Делай свое дело, шериф! И чем быстрее ты его сделаешь, тем быстрее отправишься к морю со своим сыном. Понял? Сонная официантка принесла огромную тарелку, полную вареного картофеля, от которого несло таким жаром, что Робин едва не прослезился. Видя, как Ноттингем выражает свое равнодушие, Локсли вытащил из куртки пару купюр и бросил их на стол. Не собираясь и дальше слушать этого мерзавца, Робин поднялся и ринулся к двери. На улице он понял, как ему не хватало свежего воздуха. А еще разговоров, которые доносились со стороны припаркованных в стороне двух больших фур. Там слышался смех, раздавался осторожный женский голос. Отвлекаясь от своего гнева, Робин еще немного просто постоял и дал себе время насладиться свежим воздухом. А после отправился на голоса. При свете фонарей он почти сразу увидел двоих мужчин, что курили возле фур. Между ними стояла девушка, которая повернулась, и Робин узнал в ней Тинки. Девушка о чем-то отчаянно спорила с ухмыляющимися водителями. - Но… Вы же, все равно, туда едете! - Так поехали. Я согласен, - хохотнул и закашлял один из них. Тинки с опаской отступила. Именно тогда Робин вышел из тени и подступил ближе. - Проблемы? – у него было жуткое желание, чтобы эти мужчины согласились с ним. Уж сильно чесались кулаки. Но вот только водители увидели его, оценили размеры, мускулы и почти звериное лицо, которое показал Локсли. Спесь и веселье в секунду исчезли. - Мистер Локсли, - изумленно пробормотала девушка, тоже уставившись на него. - Привет! Что ты тут делаешь? – мрачно посмотрел на нее Робин. - Машина сломалась. Хотела добраться до Сторибрука… - С ними? – он заметил сокрушение, из-за которого девушка кивнула. – Идем… Я возвращаюсь в город. Он развернулся, убежденный в том, что Тинки ринется следом. Так и произошло – няня вскоре догнала его. - Что вы тут делаете? - Кофе пил, - бросил он через плечо. - Локсли! Они одновременно обернулись и взглянули на вход в кафе, возле которого стоял Ноттингем. Он закуривал и разглядывал парочку. - У тебя есть месяц. Тик-так… Время идет, - хрипло сообщил он. Представив, как рак сжирает его легкие, оставляя там крупные дыры, Робин отвернулся и пошел к своему автомобилю. Кажется, кулаки он разжал только в салоне. Юркнувшая следом Тинки предпочла не задавать вопросы.

***

Регина не могла согреться уже несколько часов. Понимая, что одно вино тут не поможет, она попросила Джоанну зажечь камин. Вот только даже возле огня, устроившись в кресле напротив, так и не смогла избавиться от судороги, которая периодически сковывало все тело. Подтянув шаль повыше, Регина, подражая ребенку, поджала ноги и опять всмотрелась в огонь. Уже несколько раз она отвлекалась от того, что в глазах начинали появляться черные точки, от которых выступали слезы. Так сильно она впадала в состояние задумчивости, в котором плыла в своих мыслях, решениях, страхах. - Я так сойду с ума, - наконец, встряхнув головой, Регина попыталась отогнать прочь это изматывающее нападение собственного рассудка. Допив вино, она отставила бокал и услышала осторожный шаг. Обернувшись, Регина успела заметить мелькнувшую на пороге ткань. – Роланд… Оставшись на ночь здесь, малыш не стал капризничать и с выдержкой маленького мужчины принял детскую пижаму, которая осталась от Белоснежки. Хорошо, что никаких пони и кукол на ней не было изображено. Диснеевские герои все же были нейтральны. - Роланд, я знаю, что ты не спишь, - Регина не могла справиться с улыбкой. Ее ласковый голос подкупил мальчика, и он вышел из-за стены. Любопытные глазки прошлись по обстановке и выцепили огнедышащий камин. – Иди сюда. Поколебавшись, Роланд все же подбежал и забрался в соседнее кресло. Регина заметив, как он тоже поджал ноги, опять улыбнулась. - Почему ты не спишь? - Я хотел подождать папу. - Думаю, что сегодня он уже не приедет. А завтра он заберет тебя, ты будешь ночевать дома. В своей пижаме, в своей комнате, - разглядывала его Регина. Она отбросила локон с глаз и заметила, что мальчик тоже украдкой посматривает на нее. – Папа читает тебе сказки? - Он сам их рассказывает. Когда не работает… - Он сочиняет сказки? – добавив новый штрих к портрету мужчины, Регина заметила кивок Роланда. – Наверное, это увлекательно. Надо тоже поучиться. - Попросите моего папу. Он научит вас рассказывать сказки… Про драконов, про замки, про войну… А еще про таких чудовищ, - у мальчика загорелись глаза, запальчиво он взмахнул руками и Регина невольно рассмеялась. Притихнув, Роланд понял, что женщина не смеется над ним. Тогда он тоже улыбнулся, позволив ей залюбоваться ямочками на щеках. - Обещаю, что попрошу Робина научить меня. Что еще ты делаешь со своим папой? – Регина осознала, что ей очень хочется больше узнать про Локсли. - Чиним автомобиль. Я уже умею… А еще играем в бейсбол, но папа не очень это любит… А еще мы смотрим кино… Он возил меня к кинотеатру на улице, а потом я засыпал в машине, - от воспоминаний ребенок воодушевился и разговорился. – А еще я жду, когда вырасту. Тогда папа научит меня стрелять из арбалета. Папа уже умеет. Он обещал и меня научить… - Зачем тебе это, Роланд? - Но я же мужчина, - нахмуренный ребенок напомнил Регине Робина. - Да, я забыла, - согласилась она и вздрогнула от хлопнувшей двери и раздавшихся в холле шагов. - Ты… идиот! Рявкнувший Леопольд пронесся вглубь дома, а Регина продолжила смотреть в проем. Сглотнув неприятный осадок, она отбросила шаль и поднялась. Наблюдающий за ней Роланд озадаченно проследил, как женщина направилась в холл. - Роланд, останься тут, - Регина успела еще подумать о малыше. А после глубоко передохнула и направилась следом за мужем. - Этого не может быть! Какие еще документы? Они у меня! Как груз уехал? Кто… Да заткнись ты! От воплей Леопольда Регина остановилась у распахнутой двери, ведущей в кабинет. Там слышался шум, что-то громыхало, а сам хозяин дома смешивал в своем разговоре ругань и обрывки слов. - Какого… Когда повисла пауза, Регина сжала пальцы, которые лежали на ее бедрах. От этого царапания ей удалось справиться с разрастающимся в груди ужасом. Подавляя в себе позорный страх, выпрямляя плечи, она зашла в кабинет и нашла там Кинга. Мужчина пялился в пустой сейф, откуда сам минуту назад все выгреб. Содержимое валялось у его ног, но мало интересовало Леопольда. Как и зажатый в его руке телефон, откуда доносился голос Медленно обернувшись, Кинг наткнулся на Регину. Как бы она ни старалась, как бы ни готовилась к этой встрече, но от этих каких-то кровавых глаз ей стало дурно. Силы спряталась за ребрами и не дали ей даже отступить назад - в тот момент, когда муж метнулся к ней, она окаменела. - Где… где… - сдерживаясь, мужчина вращал свои зрачки и в безумии изучал застывшую жену. – Где мои документы на груз?! - Я не знаю, - отвечала она так, будто говорила о ничего незначащих для нее вещах. Вот только на последней букве горло стянуло что-то противное, и Регина съела окончание. Кажется, это заметил Кинг. - Там… - он повернулся и указал рукой на сейф. – Там хранились документы. На груз. С ними я мог отвезти его в другой штат и перевезти до места назначения… Ты ведь знаешь об этом, - Кинг даже не спрашивал, он просто констатировал факт. – Где? Рявканье не подействовало на Регину – в этот раз она даже не вздрогнула. Так и продолжила смотреть на покрасневшего мужа, который размахнулся и отправил телефон в стену. Разлетевшийся на куски аппарат упал на пол, но Регина это даже не заметила. Она следила за взмахами рук и перекошенным лицом Кинга. - Может, ты оставил их в мэрии? – осторожно протянула она. - Кто-то забрал их! Мой груз уехал из города! Регина, кто здесь был? – неожиданно Леопольд потянулся и обхватил своими ручищами ее плечи. Когда он грубо ее встряхнул, Регина прикусила язык и ощутила медный привкус, который добавился к горькому осадку, что размазался по ее рту. – Говори, стерва! Ты отдала мои документы? - Лео… Пусти… - вместо крика у нее получился шепот. Расширяя глаза, Регина видела красные глаза, чувствовала летящие на ее лицо капли слюны, но все, что могла сделать в своем оцепенении – это схватиться за рукава свитера мужа. - Я же говорил, что убью когда-нибудь тебя… - захрипел Кинг. Когда его пальцы потянулись к ее шее, Регина все же подалась в сторону, но вторая рука Леопольда не дала ей вырваться. - Пусти ее! Отпусти! Затуманившийся рассудок не сразу впустил громкий вопль, который раздался рядом. Ощутив прикосновение к ногам, Регина опустила взгляд и увидела рядом пижаму с диснеевскими героями. - Щенок! – стряхнув с себя Роланда, что дергал его за локоть, Кинг оторвался от Регины и, взмахнув рукой, влепил пощечину ребенку. Вид отлетевшего от удара мальчика пронзил сознание женщины, и она едва не зарычала, ощутив прилив вырвавшихся сил. - Не трогай его! – в своей защитной агонии Регина вырвала руку и провела ногтями по щеке мужа. Взвыв от боли, Кинг схватился за свое лицо и окончательно упустил женщину. Регина же метнулась к сидящему на полу Роланду. Мальчик прижимал ладошки к щекам и не сопротивлялся, когда женщина подхватила его на руки. Ускользая мимо ругающегося и шатающегося мужа, Регина рванула наверх. Гулко стучащее сердце не смогло успокоиться даже, когда миссис Кинг оказалась в детской. Поставив перед собой Роланда, Регина убрала его руки от лица и увидела полные слез темные глаза ребенка. - О, Роланд! – сжав его ладони в своих, Регина пыталась не видеть красную отметину на бледной щеке. - Мой папа его накажет! – зло прошептал мальчик. Расплакавшись, Роланд сам прильнул к Регине и спрятал лицо на ее плече. Ощущая дрожащее тело, прижав к нему ладони и начиная гладить по спине, Регина только тогда осознала, что произошло. Теперь оставалось ждать еще большей беды, чем та, что сейчас случилась. И произойдет она сразу после того, как Робин узнает о том, что напали на его сына. Он точно убьет за это.