Жизнь вождя, или каково быть мной

Все наше войско разлетелось по полю боя, атакуя остатки армии Драго. Его драконы шли в последний бой, повинуясь командам Альфы, но это было бессмысленно. Я заставил Драго трусливо бежать с поля боя, нервно оглядываясь по сторонам в поисках меня. Я летел за ним, маневрируя посреди кучи вражеских драконов, которым хотелось в последний раз набить брюхо, но я им этого не позволю. Я отыскал Астрид в этой свалке и подлетел к ней. - Астрид! У тебя есть оружие?! - крикнул я, и моя любимая, обернувшись, метнула мне меч. Я поймал на лету и кивнул возлюбленной. Она ответила тем же, и я ринулся дальше. Оружие - вещь завсегда нужная. Я оглянулся и понял, что потерял Драго в этой суматохе. Теперь мне было, чем ответить желающим мной полакомиться драконам. Вот на меня летит Змеевик, разинув пасть. Он предварительно выстрелил в нас, и Беззубик сделал "бочку", пролетев в полуметре от заряда, и потом противник ринулся в свою последнюю атаку. Я размахнулся и рубанул мечом слева направо. Мое оружие прокатилось по зубам дракона и выстучало очень интересную мелодию, выбив несколько зубов и распоров щеку. Змеевик взревел и полетел следом за нами. Беззубик ускорился и оторвался от дракона, а потом резко развернулся и полетел в лобовую атаку. Я приготовил меч и, как только мы со Змеевиком сошлись, рубанул по морде. Я попал ему в глаз, а меч затем пропорол кожу и оставил хорошую рану на морде дракона. Беззубик пронесся дальше, но дракон не отставал, и мой друг улетел гораздо дальше, чем в прошлый раз, чтобы совершить последний для Змеевика удар. Как только мы оторвались, Беззубик развернулся и зарычал, а затем дал тройной залп. Два выстрела попали Змеевику по морде с разных сторон, а третий прошел далеко от цели, но при этом подбил другого вражеского дракона. Тот заревел и полетел подальше от нас, а Змеевик, добитый Беззубиком, начал пикировать вниз. Я полетел дальше, выискивая Драго. Именно он мне сейчас был нужен. Я не позволю ему безнаказанно уйти. Я оглянулся кругом. Моей заветной мишени не виднелось, но я отметил, что наша Альфа, не желая стоять в стороне, пошла простым "солдатом" в атаку на своего темного сородича. Вожаки схлестнулись, яростно рыча и покрывая друг друга льдом, который тут же раскалывался от ударов. Я летел дальше, выискивая Блудвиста, но вместо этого пришлось сражаться с еще одним драконом. Встреча с Ужасным Чудовищем обещала быть поинтереснее, нежели со Змеевиком, и я, подняв меч, понесся лоб в лоб на соперника. Тот взревел, как и я, и пустил два последовательных огненных заряда, от которых Беззубик увернулся, но с некоторым трудом. Один пролетел у него над крылом, а от другого пришлось уворачиваться даже мне. Я прижался к седлу, и огненный шар пролетел в сантиметрах от моей спины. Мы выровнялись, и я приготовился к удару, как вдруг дракон развернулся и полетел прочь. Беззубик решил его нагнать, а я изготовил оружие, но оно не понадобилось. Беззубик дважды выстрелил вслед врагу, и дракон с подбитым хвостом полетел вниз. Я огляделся в поисках удобной мишени, а тем временем оценил обстановку. С поднятым боевым духом наши воины сражались каждый, как трое, и крушили всех своих врагов. Даже без поддержки диких драконов мы бы справились на "ура", а с ними мы просто перебьем всех быстрее. Численность вражеской армии уменьшалась, но, само собой, на это надо было время. Каждую минуту где-нибудь слышался визг убитого животного. Вожаки сражались не на жизнь, а на смерть. У вражеской Альфы в боку виднелась достаточно большая колотая рана, из которой толчками вытекала кровь, капая в море и окрашивая бок в алый. Наша Альфа была в том же состоянии, что и раньше, но теперь она с азартом раздавала удары своему врагу. Мои друзья замечательно проявляли себя на поле боя, гоняясь за драконами. Все они были живы, никто не пострадал, пока я был в отключке, и это не могло не радовать. Я краем глаза уловил движение какой-то грузной фигуры справа от меня. Всего одна такая фигура была на поле боя. Я хищно улыбнулся своим мыслям. Я хотел просто разорвать его тело на куски. Ну, привет, Драго. Я постучал по бокам Беззубика, и тот, поняв меня, понесся в сторону Блудвиста, сматывавшегося с поля боя. Миновав несколько драконов, я продолжил преследование, и теперь я мог расслабиться. Драго уже не пропадет из моей видимости, и можно было спокойно лететь и добивать его. Беззубик выстрелил несколько раз, но ни один заряд не дошел до цели - Кипятильник Драго, несмотря на видимые травмы, очень ловко маневрировал и еще выписывал пируэты, уворачиваясь от выстрела. Я поражался этому, но недолго. Как только я занес меч, чтобы рубануть по хвосту дракона, который должен после этого похоронить и себя, и хозяина, Кипятильник ушел резко вниз, сделал пол-оборота и выровнялся. Теперь он летел назад, в сторону Олуха. Я чертыхнулся про себя и развернул Беззубика. Мы понеслись следом, но Драго опять начал теряться в толпе. Не в этот раз. Я ворвался в гущу битвы следом за своей жертвой, стараясь не упустить ее из виду. Вот он нырнул в кучу диких драконов, вот хвост его питомца мелькает посреди. Я следил за этими движениями и летел точно за драконом. Спустя несколько поворотов я удовлетворенно крякнул - Кипятильник вылетел на открытую, пустую местность. Ну, держись, Драго! Я вырвался из кучи и оглянулся. Кипятильник был, седло было, а Драго нет. Я еще раз огляделся - сзади воздух кишел драконами, справа и слева были лишь скалы и сам остров в принципе, впереди дракон Драго. Без хозяина. Черт, я его потерял! Как такую тушу можно упустить из виду?! Беззубик развернулся и нырнул обратно в кучу-малу. Я попытался оглядеться там - только разноцветная вереница диких животных, готовых тебя сожрать. Я отбивался от них мечом, махая им направо и налево, но Драго я так и не видел. Я ударил по бокам своего друга, и тот вылетел отсюда, дав мне еще раз оглядеться. Таких туч драконов, в какой я сейчас был, осталось немного, около пяти. Нет, шесть. Никаких туш в плащах там видно не было. Ни в одной, ни в другой, а вот там их тоже не... Вот он! Он вылетел из той свалки, куда я сейчас глядел, и летел куда-то в сторону. Но не в сторону острова Изгоев или хоть какой-то суши, надеясь, что я его так отпущу, а просто куда-то. Такое ощущение, что у него не было ни одной мысли о побеге. Тело его как-то обмякло, и Драго сидел, опустив голову и плечи, не делая ничего - меч его был в ножнах, сам Блудвист не двигался, не пришпоривал своего крылатого "коня", которого он сменил, пока я преследовал свою цель. Я решил, наконец, добить Драго и ринулся ему наперерез. Он меня тут же заметил и понесся как можно быстрее на своем Чудовище от меня, но он не успеет никуда. Но Драго выбрал странное направление - он летел вглубь острова, а не от него. Но меня это мало волновало. Под финальные (уже в который раз финальные) аккорды нашей войны мой зверь внутри окончательно занял твердую позицию и не собирался никуда уходить. Внутри меня бурлила ненависть и жажда крови, которые, дополняя друг друга, заставляли мое тело непроизвольно содрогаться, наполняя меня мощью. В ушах стучала, как молотом по наковальне, кровь, и я не слышал за этим мерным громким звуком ничего, кроме рева внутри меня. Я все ближе и ближе подбирался к Драго, я видел только лишь его и не отвлекался ни на что, а зря. Тут же в меня влетел дикий вражеский Громмель, чуть не снеся меня с седла. Наша траектория сильно изменилась, мы с Беззубиком полетели вниз, перевернувшись. Я как можно сильнее прижался к седлу и начал двигать своей культяпкой, так как управление хвостом сейчас было на моей совести. Через пару движений хвост раскрылся в нужном положении, и мы, стабилизировавшись, начали пикировать вниз. Я еще раз двинул протезом, и хвост изменил положение, и мы выровняли свой полет. Это столкновение выбило из меня тот азарт, ту жажду пролить кровь, и в голове у меня чуть прояснилось. Я начал озираться по сторонам в поисках своей мишени, и, стоило лишь показаться хвосту дракона Драго, сознание мое затуманилось, и вышел зверь. Вновь. Я направил Беззубика в сторону уже исчезнувшего за горой Драго и стал выискивать свою мишень. Через несколько секунд я увидел его за горой, но он вновь пропал из виду, как только я повернул. Я так и нарезал кругами, а потом решил пойти на разворот, чтобы застать врасплох. Я прекрасно понимал, что он пытается убежать от меня, как трус, но его состояние меня очень... волновало. Как-то он странно себя ведет для хищного убийцы. Я почувствовал какую-то боль в груди, но не придал этому значения. Как будто все обрывалась какая-то нить внутри меня, почему-то и как-то связывавшая меня с Драго. Я пролетел круг, а затем второй вокруг горы, но Драго не встретил. Черт, неужели я опять облажал?! Я оглянулся вокруг - кончалась битва, но Драго там не было. Нигде. Я полетел ввысь, решив окинуть все с большей высоты, и, пока летел, понял, что это тот самый пик, на котором живет старейшина. Я пнул по бокам Беззубика, и тот полетел вверх еще быстрее, и вскоре мы вылетели наверх. Драго был здесь - он стоял на обрыве и смотрел вдаль. Места здесь было очень мало, я не понимал, как тут еще умещается дом старейшины, и поэтому потихоньку Беззубик подлетел к краю, и я спрыгнул на землю, обнажив свой меч. "Иди, друг. Я сам", - прорычал я, предвкушая море крови. Беззубик посмотрел на меня и, увидев, что со мной, тут же улетел. Видимо, еще помнит, что произошло позавчерашней ночью. Дело шло к ночи. Солнце уже почти зашло за горизонт, оставляя свое место луне. Весь небосвод был затянут грозовыми тучами, но раскаты грома прекратились. На землю лился грязно-оранжевый свет от заката, и через несколько минут время солнца будет сочтено. Я начал приближаться к Драго. Он стоял ко мне спиной, его силуэт озарялся солнцем, и казалось, что он сам светится. Он склонил голову и как-то весь обмяк. Что-то внутри меня дернулось, как порванная струна, но мне уже было все равно. Свершится месть. Я подошел еще ближе, и Драго заговорил. Заговорил таким унылым, самоироничным голосом, что мне стало не по себе. Он как будто признавал все свои проступки, но в то же время готов был сам себя наказать за это. Его бас, несмотря на однообразие, выражал почти весь спектр эмоций, какие можно встретить у раскаявшегося и нашедшего спокойствие человека. Или мне показалось? - Ха, ты пришел меня убить? - медленно, с расстановкой проговорил Драго. - Ты пришел за местью? - слышалась слабость в его голосе, и в голове моей потихоньку прояснялось, но до состояния спокойствия было далеко. - Я заберу твою жизнь так же, как ты забрал жизнь моего отца, - прорычал я. Я ненавидел его всеми фибрами души, но что-то мешало мне сделать все прямо сейчас. - Моя месть свершится, Блудвист. - Как... легко забрать жизнь у человека. Но как тяжело с этим жить... - произнес он. Я про себя рассмеялся. Раскаяние? Драго? Не смешите меня! - И за свою мать я тебе отомщу. Ты ее нагло использовал, отняв у моего отца... - сказал я, но Драго меня прервал. - Отца? А ты в этом уверен, Иккинг? - ответил Блудвист. Повисла напряженная тишина. - Неужели тебе никто не сказал, что там было? Тогда, на обрыве? - Я знаю, что там было. Ты просто унизил мою мать! - крикнул я, и в моей душе начало просыпаться самое настоящее чудовище. - Унизил? Значит, тебе ничего не сказали, Иккинг, - ответил Драго. - Вот что было... Двадцать три года назад...

***

Валка. Первая красавица на Олухе, за ней охотятся все самцы острова. Она всех приласкает, соблазнит, но ни к кому не подойдет. Никогда. Я, один из самых брутальных самцов Олуха, пытаюсь завоевать ее внимание. Конечно, не обходится дело без Стоика. Как же, сын вождя! Он везде самый нужный и самый полезный! Он тоже приударял за Валкой, и вскоре она выбрала его. Интерес к Валке пропал тут же, хотя все понимали, что не из-за любви она его выбрала. Я тоже приуныл, но временами наблюдал картину их общения со Стоиком - она как-то нехотя выдавливает из себя фразы, не знает, что ему сказать. Было видно, что Стоик к ней липнет, но она поняла, что совершила ошибку. Я подкараулил ее, когда она одна гуляла перед сном, и расспросил ее о ее отношениях. Нетактично, но все же. Она ответила, что он бездарь, не знает, как нужно обращаться с девушками. О будущем тогда никто не думал - самим столько же, сколько тебе, Иккинг. Я ей сказал как-то, что я умею обращаться с девушками весьма хорошо, и со мной обычно проблем не было. Так, намекнул. Через пару дней они со Стоиком расстались. Я даже это слышал. Громко было, звучно. По-моему, весь Олух слышал. Потом мы стали с Валкой встречаться. Я побыстрее постарался разогнать мысли о Стоике, ибо воспоминания приводили ее в бешенство, и мы мирно и спокойно гуляли под закатным солнцем, работали и так далее. Но Стоик... Он такой эгоист! Он никак не мог уняться и понять, что Валка его бросила. Нет, ему надо вернуть ее обратно, потому что он так захотел. Пока мы с Валкой встречались, он все лез к нам, говорил, что ошибается, но уже было поздно. Я ему даже раз прямым текстом сказал: "Проваливай, Стоик! Вы расстались! Что ты пристал?!" Конечно, я же простой селянин, а он сын вождя! Куда уж мне! Он обиделся и ушел, ничего не сказав. На следующий день, вечером, мы с Валкой пошли гулять. Прошлись по всему Олуху, болтая о разных глупостях, что забредали нам в голову. Вскоре мы пришли к обрыву, тому самому, на котором я встретил твою Астрид тогда, во время потери моего глаза. Мы лежали и наслаждались моментом, наблюдая за предзакатным солнцем и глядя друг другу в глаза. Так бы мы и лежали, если бы не восклицание Стоика у нас над головой. Мы резво вскочили, и я оттолкнул Валку в сторону, чтобы не мешалась. Стоик набросился на меня. - Да как ты смеешь это делать! - начал злиться он и ударил меня. Удар пришелся вскользь, и я, оправившись, ответил тем же. Мой удар нашел цель, и я откинул Стоика назад. Потом он чуть остановился, потер челюсть, и мы прыгнули друг на друга. Стоик перевесил, и мы плюхнулись на обрыв. Катаясь туда-обратно, мы отвешивали друг другу смачные удары. Так и продолжалось некоторое время. Через минут десять мы разошлись. Ну, как разошлись - Стоик пнул меня, когда я оказался сверху, и я вылетел за пределы обрыва. На лице Стоика красовался хороший след от кулака в пол-лица и оплывший глаз, не считая маленьких ссадин. У меня чувствовалась рана почти во все лицо, и болела голова. Это было вполне терпимо, а Стоик не то готов разрыдаться, не то убить на всех вместе. Мы, было, хотели сцепиться вновь и закончить наши разборки, но земля под Стоиком поползла, и тот начал спасать свою шкуру. Все это время Валка стояла в стороне и наблюдала с ужасом за нами. Стоик все бежал и бежал по осыпавшейся земле, но спастись окончательно так и не смог. Он просто зацепился за новый обрыв, что образовался в результате падения старого. Стоик судорожно пытался выбраться наружу, но скорее ухудшал ситуацию, нежели спасал себя. Я смотрел на все это и вспомнил себя: когда я был маленьким, меня постоянно задирали мальчишки. И однажды они решили надо мной поиздеваться, и загнали меня на крышу дома. Я неловко поскользнулся и зацепился на конек. Они все дружно ржали над этим, но один отделился от толпы и забрался ко мне, даже несмотря на то, что он меня, в принципе, на крышу и загнал. Он аккуратно прошел ко мне и протянул руку. Моя гордость долго боролась с инстинктом самосохранения, и последний победил. Я взял его руку, и парень меня вытащил. Я ему был благодарен, но не показывал этого, все так же ругаясь с ним и его шайкой, и старался вернуть долг, но парень однажды сказал мне, что все в порядке - это нормально. Мне было жутко неловко. Тогда, если бы не он, меня бы здесь не было. Я подошел и протянул руку Стоику. Я его загнал на обрыв, я и должен вытащить. Он прошел мой путь и тоже принял мою помощь. В его глазах читалась ненависть, но меня это не волновало. Я просто развернулся и ушел. Я слышал, как Валка кинулась к нему, как его лобызала. В следующий раз мы со Стоиком встретились на Совете. Мы все еще тайком встречались с Валкой, мы все так же любили друг друга, но отношения ее со Стоиком пошли в гору. Все, что происходило на Совете, ты прекрасно знаешь. Он выгнал меня, назвав сумасшедшим, и я ушел, пообещав мстить. Но я ушел не сразу. Все, что я сделал - попрощался с Валкой. Это был единственный человек, расставание с которым мне было тяжело. Мы в самых откровенных выражениях прощались, а затем она решила сделать последний подарок. Незабываемую ночь. Я думаю, ты не маленький мальчик, знаешь, как все бывает. После... После мы разошлись. Я улетел искать убежище, а Валка осталась на Олухе. Тогда, той ночью, она сказала, что она еще девственница, и так оно, в принципе и было. А я решил проверить. Вот такие пироги.

***

-Я... Я недолюбливал Стоика. Но я прекрасно понимал, что это за человек, и что он не так плох, как казался мне. Но мы даже спустя года не смогли найти общий язык. Я любил твою мать, но... - Драго замолчал, и в голосе его послышались нотки жалости и горечи. Мое сознание окончательно прояснилось. Зверь ушел, оставив место мыслям. Я прислушался и понял, что Драго плакал. - Но Стоик был конченым эгоистом! Он не хотел признать, что Валка любила меня! А эта наша вражда... боже, какая это глупость! Когда я встретил твою мать после нашей разлуки, она меня признала, и я ее тоже. Но она охладела. Она меня возненавидела. Стоик... - Драго замолчал, вновь давая волю эмоциям. Скоро он успокоился и продолжил, но я его прервал. - Но, если моя мать была девственницей, то... - я быстро прокрутил эту нехитрую логическую цепочку у себя в голове и ахнул. - Отец... - Да, Иккинг, так оно и есть. Вот почему наша вражда продолжилась тогда, когда я убил Стоика. Меня коробило от того, что ты признаешь Стоика своим отцом. Сынок... - бросил Драго через плечо, все еще стоя ко мне спиной. - Я не хотел ни твоей смерти, ни смерти Стоика, но судьба вот так решила с нами поиграться. Ты был всегда близок мне, и даже сейчас, когда ты пришел ко мне, я узнаю себя. Тот же гнев, этот зверь, - отец усмехнулся, а я все стоял с открытым ртом. - После твоей "смерти" я сильно корил себя, убивался, но потом, когда увидел тебя живого, просто сбежал. Я не хотел, чтобы ты знал ни о том, что я твой отец, ни о том, что на самом деле было. Я хотел унести эту тайну с собой в могилу. И вся эта вражда... Ты просто был пешкой, Иккинг. Я не мог просто так взять и остановить войну - механизм был уже запущен, все шестеренки крутились. Во всем виноват я и твой отец. Но надо отдать ему должное - он тебя воспитал хорошо, как достойного преемника и хорошего товарища. - Так почему ты не повернешься и просто не заживешь с нами? - удивился я, как только отошел от шока. - Просто скажи, а я попытаюсь уладить все проблемы в селе, если что случится. - Нет, сынок. Я не могу. Никто меня здесь не примет, даже твоя мать. Она не поймет и не вспомнит этого, скажет, что это была юношеская глупость. На этом все прекратится. И я не могу жить с этим бременем, понимаешь? Не могу! - воскликнул Драго, и я понял, что он прав. - Я убил того человека, которого ты по праву можешь звать отцом, и чуть не убил своего сына. Не говоря уже о том, что я тебя бросил, еще не рожденного, и убил сотни людей ради какой-то давней ссоры. Что это за война? Власть? Мировое господство? Любовь? - он с иронией произнес последнее слово. - Бред. Нет здесь никакой цели, это просто глупо. За что мы все боремся на этой войне? За чье-то внимание? За какие-то высокие цели? За жизни мы все свои трясемся, сынок. Страх, - Драго тяжело вздохнул, и я начал осознавать, что несли в себе те факты, что он мне только что рассказал. Я думаю, что мой... "отец" Стоик знал о том, что я не его сын, но он все равно меня любил, как родного, воспитывал, несмотря на вражду с Драго. Он воспитал из меня человека. А Драго... Я не мог просто взять и оставить его. Слишком многое навалилось на меня, если это была правда. А это была правда. Все как раз складывалось в логичную цепочку. Мать рассказала мне о том, что Драго просто спас жизнь Стоику. Она не хотела, чтобы я знал, что Драго мой отец. Что на самом деле она любила Драго, а не Стоика. Сам же Стоик рассказал мне, как застал мою мать с моим отцом. Он не хотел, чтобы он сам упал в моих глазах потому, что добивался Валки такими методами. И то, что на самом деле моя мать бросила Стоика. А Драго просто нечего скрывать. Я должен был его убить, во что бы то ни стало, а теперь я просто стою и с каждым словом удивляюсь. Я связал все факты, которые со мной происходили. Я понял, почему Драго себя так вел. Я понял, почему мне казалось, будто какая-то невидимая нить связывала наши души. Все стало ясно, как божий день. - Но почему ты не хочешь попробовать? Я всегда буду рядом, не переживай, - я протянул к нему руку и сделал шаг вперед. - Ну же, надо двигаться вперед! - Нет. Я уже твердо решил. Не будет мне здесь жизни. Слишком много я допустил ошибок, и слишком много плохих воспоминаний осталось... Я не хочу, Иккинг, чтобы ты стал жертвой моей глупости, как было в этот раз, - я хотел было еще раз попробовать уговорить его, но Драго продолжил. - Как символично. Закатилось солнце, кончилась наша битва, - я оглянулся. И правда, битва уже кончилась, добивали оставшихся единичных драконов. Вражеская Альфа лежит на земле - у нее пробит бок, из которого нескончаемым потоком льется кровь. Мы победили. Но победа эта не чувствовалась. Чувствовалась горечь, обида из-за всего этого. Я... Я не знал, как дальше жить. В одночасье мой мир перевернулся с ног на голову так, что встать обратно будет очень трудно. - Ты уверен, отец? - спросил я Драго. - Да, Иккинг, уверен. Это мое решение, - Драго сделал шаг вперед к краю. Вся моя армия разбита повстанцами, - он окинул взглядом поле боя. - Я стал жертвой глупых обстоятельств, которые привели к этому. Все, за что я боролся на самом деле, оказалось бесполезно, но я надеюсь, что настанут лучшие времена. Не надо быть столь жестоким, чтобы победить. Победа порой заключается не в этом, а в том, чтобы вовремя понять, за что борешься на самом деле. Когда война превращается в крошево, это уже не война. Это страх. Все, к чему я стремился все это время, оказалось сожрано войной, враждой, которая не несла в себе смысла. Все мои чувства погибли, пока я пытался их проявить. Все мои цели исчезли, оставив лишь убийства. Но это будет происходить всегда. Не я первый, не я последний, - Драго раскинул руки в стороны и сделал еще шаг. Я тоже сделал шаг. - Но мы никогда не убежим от этого, мы не сможем избавиться. Страх... Прощай, Иккинг, - Драго повернулся ко мне. Я увидел его лицо - осунувшееся, уставшее, но на лице играла блаженная улыбка, как будто он понял одну очень важную вещь. Это были его последние слова. Еще шаг, и Драго сорвался вниз. - Не-е-ет! Отец! НЕ-Е-Е-ЕТ! - я ринулся к краю в надежде поймать отца хоть за что-нибудь, но нет. Он падал вниз, глядя туда, где сейчас стоял я. На лице его не было ни страха, ни злости. Не было ничего. Только скорбь. Я не слышал ничего из-за стука крови в ушах, но понял все, что говорил мне отец. Он летел вниз и произнес: "Я люблю тебя, сынок". Я упал на колени и зарыдал. Я уткнулся лицом в землю и не мог себя остановить, а зачем? Все, что я хотел знать, я узнал уже давно, а то, что не хотел знать, а тем более понимать, всплыло само чередой воспоминаний таких, оказывается, близких мне людей. Я потерял все, что было можно. Год назад я потерял человека, без которого я не видел смысла жизни, человека, которого я называл отцом, даже не подозревая об истинном положении дел. Сегодня я потерял своего настоящего отца и чуть не потерял свою собственную жизнь. Уж лучше бы я ее потерял... Я лежал и содрогался в конвульсиях. Я не мог понять, за что мне это наказание. Что я такого сделал? "Чем я это заслужил?!" - перевернувшись, крикнул я в небо, сплошь затянутое тучами. Но в ответ тишина. Начинал капать дождь. Мне уже было все равно. Я потерял все то, за что я боролся. Мир на Олухе? Все было и так мирно, если бы не это недоразумение. Хорошая семейная жизнь? Мир полон никчемных эгоистов. Нет, нет... я не могу. Я не могу более так. Я, борясь со своими эмоциями и стараясь меньше рыдать, приподнялся, переполз к краю скалы и заглянул вниз. Там лежал Драго. Отец... Прости. Я свалился обратно, стоя на коленях, обессиленный и просто убитый всем случившимся. Ливень барабанил по моим доспехам, капли стекали по моим волосам, лицу, капая с носа и ушей. Мне было безразлично, что происходило вокруг. Меня не было здесь - я был в прошлом. Душой и воспоминаниями я был там, оставаясь в настоящем лишь телом. Я вспоминал все, что случилось. Теперь я понимал, что и почему это все происходило. Так я и лежал неизвестно, сколько времени, пока меня не вытащила из прошлого чья-то заботливая рука. Я знал, кто это, но не хотел поворачиваться. Она все скрыла от меня, она предала моего отца. Металась из стороны в сторону, ища выгодное положение. Я ее ненавидел, но у меня не осталось сил, чтобы встать и сказать ей об этом. Моя душа была истощена. Я уже не содрогался - я просто лежал и убивался горем. - Сынок... - услышал я над головой голос матери, но я не хотел ее видеть. - Уйди, - ответил я, все еще лежа на земле. - Послушай, сы... - Уйди! - как можно громче крикнул я. Рука вернулась на место, и я услышал неторопливые чавкающие по грязи шаги. Я... Я не знал, как дальше жить. Боль, боль наполняла мое сознание и душу. Я не понимал, как ее унять. Может, эта боль не утихнет никогда. Никогда...