Есть цена всему под солнцем!

Место захоронения первого лорда Империи, Энакина Скайуокера, удивляло своим сдержанным аскетизмом. Лита подошла поближе к мраморной плите, всего на пол-ладони возвышавшейся над полом. Золотая вязь узора вилась по внешнему краю плиты, словно рамкой обрамляя всего пару строк: "Энакин Скайуокер. Дата рождения:... Дата гибели:..." И чуть ниже: "Что Сила дала, то и взяла". Дрогнувшие пальцы погладили поверхность плиты. Перед глазами вновь встал тот день, когда она впервые узнала о его титуле. "Падме! Я всё тот же... Твой Идущий по небесам. Титул ничего для меня не значит!" Закрыв глаза, обратилась мысленно к человеку, ради которого рискнула многим, впрочем и он рискнул своим будущим: "Вот и встретились, Эни! Долго я бегала, но твоя Сила, что ли, вновь вернула меня к истокам наших проблем в прошлом. Как жаль, что ты не можешь увидеть своих детей. Я люблю тебя, как и прежде, Скайуокер, и этого не изменить ничему и никому". Тишину усыпальницы нарушил резкий перестук каблуков, Лита медленно обернулась, выпрямляясь. Серые и карие глаза встретились с непримиримым выражением. Стиснутые губы Лаэды лучше всего смогли сказать Крит, как эта особа взбешена. Вот только чем это? Не тем же, что Лита навестила могилу погибшего джедая? Медленно отряхнув ладони, Лита зашагала к выходу, который уверенная в своих силах заступила Накори. Набуанка остановилась в метре от секретарши Вейдера. - Пропустишь или скандал и здесь устроишь? - спокойно поинтересовалась Крит, заложив руки за спину, нарочно копируя привычный жест ситха. Неразумно разогревать и без того ревнивый нрав Лаэды, но была в этом какая-то прелесть и притягательность: играть на самолюбии девчонки, заставляя её сомневаться в своей неотразимости и непоколебимости положения фаворитки Вейдера. Правда, последняя милая их стычка стоила им напоминания от самого лорда, что если некоторым желалось побиться насмерть, то для этого были другие места, но не приём высших чинов. Женщины разошлись в разные стороны в тот раз без последствий. - Ты чего тут забыла, Крит? Или ищешь подсказки от джедая, как стать первой леди Империи? - Пропустишь? Или тебе глаза замстило? Уже нет прежней уверенности, что ты незаменима, Лаэда? - вопросом на вопрос отбила язвительность Лита. Ну, куда эта дурёха совалась? У неё, Литы, ведь были учителя получше, чем Вейдер: тот в показательном порядке придушить слегка мог, а раньше за неосторожное слово и убивали. Вот и качалась тогда как могла: то вверх, то вниз, порой сердце замирало от угроз своей жизни. Накори подступила ближе, сверкнув глазами: - Я была секретарём при Скайуокере, стала им и при Вейдере! Многих желающих занять моё место было, переживу и тебя. - Позволь поинтересоваться одним моментом, Лаэда, - тихо проговорила Крит, опустив взгляд на носки туфелек Накори. - При Скайуокере ты занимала тот же статус, что и при ситхе? Тоже его постель грела при живой-то жене? Секретарша подалась назад, уже несколько недоумевая: - Что? Я... Да не было у него жены! И дыхание затаила, когда набуанка медленно подняла голову, полыхнув карими глазами, словно турболазерами крейсера: - Тебе напомнить имя, такое звучное и знакомое многим, чтобы память освежить? Имя той, которая стояла рядом с первым лордом, когда ты кланялась ему. Ещё не вспомнила? - ласковый голос набуанки сочился мёдом, но под этой сладостью была бритва. - Вижу, ты запамятовала. У меня же это имя тут, - палец Крит мягко стукнул по её виску, - Падме Амидала Наберрие-Скайуокер, первая и пока единственная признанная Императором супруга первого лорда и миледи Империи. Тебе легче, если скажу, что этот опасный титул меня не привлекает? - А! Ты об этой, - Лаэда постаралась скрыть потрясение, - но она мертва, погибла бедняжка, так и не родив. "Ты бы удивилась, если бы узнала, как близко его детки! Но пусть это станет моим секретом, если Палпатин не вздумает его обнародовать, сейбера на него нет!" Но Лаэда джедаем не была и мысли слышать не могла, поэтому продолжила свою маленькую речь: - А я как была, так и осталась единственной, кто близок к первому лорду, - и хитрая улыбка на губах. Крит вскинула на неё задумчивый взгляд, впервые почувствовав что-то сродни тревоги, только с чего бы? - И этого не изменить ни тебе, ни кому бы ещё! Он всегда будет моим, всегда. - Ты о Вейдере? - Лита не могла сообразить, отчего голос секретарши звенел триумфом. На губах Накори заиграла улыбка: - Он единственный, кто достоин этого титула. С этими непонятными словами секретарша развернулась и вышла, оставив Крит в недоумении и лёгком замешательстве.

***

Заглянув в комнаты детей, женщина никого не увидела в пустых комнатах, о чём немедленно поинтересовалась у охраны крыла, получив в ответ, что лорд Вейдер забрал детей на тренировку. В Лите вновь, в какой раз подряд поднялся протест против такого игнорирования её слов по поводу таких вот тренировок: ситх тогда только фыркнул, велев ей не забывать, что талант детей не следовало закидывать в угол за ненадобностью, пригодятся в будущем эти уроки. И уж если мадам заговорила о Силе... Может она скажет, кто истинный отец детей? Лита тогда только закусила губы, с бешенством глядя в гротескную маску шлема, удостоившись тихой реплики от Вейдера: - Я так и знал, что вы промолчите, - с этими словами он развернулся на месте, удалившись в тренировочный зал, где его уже ждали Лея и Люк. Встрёпанная, вспотевшая, но при всём этом счастливая парочка шествовала по коридору Дворца Вейдера, что-то обсуждавшая весьма пылко. Поднявшаяся из кресла фигура матери оборвала их разговор на полуслове. - Мама? А мы думали... - Люк неловко замолкнул, бросив встревоженный взгляд на сестру, ведь Лея всегда умела быть миротворцем возле мамы. Вот только Лита была сегодня сама на себя не похожа, с поразительной холодностью осмотрев их сиявшие глаза, ушибы, которые к утру уже пройдут, чему-то невесело улыбнувшись. - Вижу, вы нашли чем занять своё свободное время. Я очень рада, - Лита услышала ровный тон своего же голоса, чувствуя себя ненужной. Сдержав тихий вздох, подошла к ним ближе, впервые почувствовав, что детям в её обществе неуютно, а это принесло боль. Ладонь женщины невесомо прошлась по влажным волосам, подтолкнула их к освежителю: - Ступайте, вам необходимо вымыться. Давайте, живо! - стараясь не показать свою боль, сказала с улыбкой, направившись в комнаты ребят за сменной одеждой. Лившаяся вода вызвала усмешку на губах Вейдера, пока струи воды скользили по его телу, смывая усталость трудового дня и пот после тренировки. Как он и боялся, Лея не приняла осторожный намёк брата, что лорд Вейдер их отец, но их общие вечерние тренировки по владению не только Силы, но и тренировочным сейбером, дали девочке понять, что милорд и не зациклился на этом элементе, как-то мимоходом завоевав её симпатию некоторой твёрдой решительностью не дать им забыть уроки Оби-Вана Кеноби. Люк чувствовал себя фаворитом в их паре, но стоило сестре взяться за оружие, пусть и тренировочное, как мальчишка с обидой отметил, что Лея переплюнет его в этом. Наблюдавший за ними милорд сразу же остановил их словесную перепалку по поводу того, кто сильнее - Люк или Лея, тихо велев крепко запомнить, что неважно, кто сильнее, важно, что их - двое, а пока это так и будет, никто не посмеет их обидеть. - Выяснять отношения в смысле Силы - дело неблагодарное, Сила всегда сильнее. И не рекомендую мериться своими возможностями, иначе вынудите меня применить к зарвавшимся юным дарованиям метод наказания в виде йсаламири, первоначально на дня два, если не одумаетесь! Вняли или нет, но задумались, что не могло не радовать! Лита подняла ладонь, собираясь войти в освежитель к детям, в какой раз поразившись, что милорд решил пренебречь обычными сенсорами в этом элементе интерьера: двери в ванную комнату были как один на петлях. Воздух был наполнен паром, звуки разговора слышались чётко, впрочем, видно, её одарённые детки решили, что мама удалилась в свою комнату, ибо разговор шёл на повышенных тонах: - Маме больно, а вы мучаете её! Давно надо было сказать, что он жив! - Вот сама и скажи! - голос Люка сорвался от негодования, - а я уже знаю, что тогда будет: улетит она к ситховой бабушке! Ты что, маму не знаешь? Она ведь столько лет думает, что папа... - А будешь молчать, тогда всё равно рано или поздно она поймёт, что лорд Вейдер и Энакин Скайуокер - это одно... Лита замерла на месте с улыбкой на лице, растерявшись. Шагнула вперёд на полном автоматизме, положив свёртки с одеждой на полку, взглянула на осёкшуюся дочь: - Что лорд Вейдер и ваш отец? Одно - что, Лея? Карие глаза девочки округлились в полной панике, рука прижалась к губам: - Мама? А ты разве... - и бросила отчаянный взгляд на брата, который точно с таким же ужасом смотрел на Литу. А у набуанки даже ноги задрожали от нехороших предчувствий, но гнев уже застилал глаза пеленой, сквозь стиснутые губы женщина процедила: - Одно - что, Лея?! Я спросила тебя, изволь ответить! - Ну... - новый взгляд на брата, у Литы закончилось всякое терпение, она решительно выдернула смутившуюся дочь из-под душа, встряхнула за локоть. - Мне отвечай, а не у брата поддержки проси! Но девочка молчала, мотая безостановочно головой и прижимая к себе полотенце. Бросив гневный взгляд на сына, увидеть в голубых глазах родного ребёнка стыд. - Тебе тоже сказать мне нечего? - Мам, папа жив, - едва слышно прошептал он, повесив голову, не в силах смотреть в гневные глаза матери. "Мам, папа жив"! Лита не помнила, как вырвалась из удерживавших её на месте рук детей, просто отшвырнув их прочь с неожиданной жестокостью. Она шла по коридору в направлении личных покоев Вейдера, непонятно как держась на ногах. Адреналин в крови набатом отзывался в висках, а периферию зрения словно кто-то сузил до предела, со слухом творилось что-то непонятное: звук то появлялся, то исчезал. Охранник возле дверей только раз взглянул в бешеные глаза маленькой набуанки, облизнув мгновенно пересохшие губы, даже не потрудившись задуматься, что с ним сделает милорд, если он запустит вот эту даму в его покои, нажав на сенсор браслета, дистанционно открывая дверь апартаментов милорда: во-первых, знал, что Крит никогда ещё не бывала в таком настроении, во-вторых, он позвоночником чуял, что сия дама не моргнув глазом перешагнёт через его труп и тут же об этом инциденте забудет, а милорд... Ну, ходили слухи, что были у него виды на эту седоволосую леди. Может, сам сумеет разобраться со своими дамами? Энакин замер под струями воды, склонив голову, вслушиваясь в непонятные эмоции кого-то знакомого, только что вошедшего в его покои. А после, набросив халат на влажное тело, вышел из освежителя. И застыл соляным столпом посреди спальни, увидев Литу и её бешеные глаза. Узнала... Вот блин! Он не шелохнулся с места, даже когда уже точно знал, что она предпримет: желание его убить было написано в карей глубине бездонных глаз на бледном лице. Она начала движение сама, подойдя ближе и не спуская горящего взора с неподвижного, сурового лица Вейдера, который не стал защищаться, когда маленькая ладонь хлёстко опустилась на его щёку раз, второй, третий... Заслужил, чего уж там... За Лаэду, ложь и многое другое. - Милорд, - едва удерживаясь в рамках приличия, процедила уничижительно госпожа Крит, уже разворачиваясь для того чтобы уйти. Да кто тебе в таком состоянии позволит это сделать? Энакин рванул её обратно, наплевав на нежность и сдержанность. Завязалась не наигранная потасовка: Лита не церемонилась на удары, шипя такие ругательства, что воображение отдыхало на пляжах Альдераана. Милорду же было понятно, что, примени он физическую силу в полном объёме, его не только дети, но и он сам себе это не простит! Прижав женщину спиной к своей груди, держа её дрожавшие от усилия освободиться руки, Энакин перевёл дыхание: вот теперь поговорить можно. - Падме, я знаю... - Мразь! - взвизгнула она при этом имени, отказываясь слушать этот голос. - Падме нет!!! Подох твой нежный ангел! Подох в тот миг, когда узнал о гибели Скайуокера! Какая же ты мразь, милорд... Она обмякла, прекратив всякое сопротивление, вздрагивая в его объятьях. - Как мы в этом похожи, - услышала она тихое от ситха, которого даже не могла помыслить отождествлять с джедаем Скайуокером, немыслимо! Сильные руки медленно ослабили захват, начав укачивать её, тихонько целуя взъерошенную макушку белых волос. - Он тоже умер в тот миг, когда увидел в небе Корусанта взрывающийся "Нубиан". После год существование влачил, запершись в своих воспоминаниях. Мы квиты, Лита. И сейчас только от тебя зависит, как мы дальше станем жить. О, Сила! Ей так нужна надежда... А она, эта надежда, стояла сейчас рядом, позади неё. Лита закрыла глаза. Много лет прошло, можно радоваться, что всё было выверенными шагами Палпатина, а они просто жертвы этих интриг, но... Как легко свалить всё на другого! А они, она и Энакин, чистые и непорочные? - За что мне это? - в полной тишине прозвучал её голос. Руки Вейдера на мгновение напряглись на талии женщины. - Не оглядывайся назад. У нас есть дети, которым мы оба нужны, - произнёс ситх и тут же почувствовал её тоску. - Нет, им сейчас ты и нужен: отец, наставник, учитель. А моя роль закончилась. Энакин понял по её тону, что решение принято и оно не в его пользу. Закрыв глаза, вслушался в Силу, увидев, как замерли в своей комнате потерянные дети, прекрасно чувствовавшие все оттенки настроения матери, видел и решимость жены в прошлом, а потому не стал противиться её выбору, просто расцепив пальцы и выпустив из своих объятий. Она обернулась, улыбнувшись едва заметно, провела пальцами по рваному шраму на таком незнакомо-строгом лице. И покинула покои Вейдера столь же молчаливо, оставив его наедине со своими мыслями и надеждами. Дети стояли и смотрели, как шла подготовка к полёту белоснежного шаттла, увозившего их родную мать в неизвестном направлении. В их душах переплелись тоска и наступавшее одиночество: только найти её - и вновь расстаться. Сцепленные в замок переплетённые пальцы ребят побелели от напряжения. Только поддержка Вейдера, стоявшего за их спинами, невидимым потоком обволакивала их, не позволяя разреветься. Женская фигура вошла в ангар стремительным и летящим шагом, направившись к Вейдеру и детям, которые даже не осознавали, что прижимались к ногам мощной фигуры в доспехах. Лита остановилась напротив близнецов, осторожно погладив их волосы. В тёмных глазах дочери увидев упрёк, только грустно улыбнулась: - Вы будете тут в безопасности, Лея. - Ма, не уезжай, не надо. Ведь... Набуанка присела перед дочерью на корточки, проведя подушечкой пальца по бархатистой щеке: - Ш-ш-ш... Тихо, котёнок! Вы уже не маленькие. Вам учиться надо. И не только в школе. Что говорит тебе Сила? - Она молчит, - девочка моргнула, кусая губы. Лита чуть качнула головой: молчит, значит. Со вздохом выпрямилась, поцеловав Люка в щеку и, шепнув ему пару слов, повернулась к высокой фигуре в чёрном. Безмолвный взгляд: кто слышал Силу, тому слова не нужны. Энакин закрыл на мгновение глаза, смиряя своё желание ухватить набуанку за шиворот и не дать ей улететь. Это будет ошибкой. - Шаттл готов к полёту, милорд, - послышался голос одного из адъютантов сопровождения госпожи Крит до её родины. Первой к нему повернулась Лита, кивком дав понять, что рапорт услышан: - Мы стартуем через минуту, передайте пилотам. - Повернулась к Вейдеру: - Вы обещали, что им не будет причинён вред, лорд Вейдер. - Это так и будет. Можете быть уверенной: дети под моей защитой. - Большего я и не могу требовать. Он смотрел, как она уходила, исчезнув за спинами охраны. Император сам дал своих гвардейцев в штатском, пусть и удивившись решению милорда не останавливать обретённую жену, которая всё же узнала о произошедших переменах со своим "погибшим" супругом. - Разумно ли это, мальчик мой? Что может взбрести в голову твоей супруги, даже я не могу просчитать. А если к восстанию присоединится? - Не пойдёт против детей - это я знаю точно. И она не рабыня, чтобы повиноваться моей воле, пусть и желаю её удержать. Я могу только надеяться, что она вернётся, - младший ситх повернулся к окну, стиснув руки за спиной. - Ты не уверен. Она может и остаться на Набу. Джедаи объединяются, милорд, если Йода (а только он мог столь прекрасно скрыть её в день, когда Падме Амидала якобы погибла, что даже я не увидел её) скажет им, кто она на самом деле, они придут к ней за помощью. - У неё нет влияния. - Не лги мне! - серые глаза полыхнули яростью, - Амидала до конца дней своих останется Амидалой! Сколько не меняй внешность и фамилий, но политик - политик всегда, а нелёгкая жизнь одиночки делает её вообще непредсказуемой! Император шагнул к Вейдеру ближе, стукнув кулаком по доспеху, дёрнув уголком губ, тихо предупредил: - Я понадеюсь на твои предчувствия и надежды, Вейдер. И то, что дети её остаются на Корусанте. Понадеюсь, что не рискнёт противостоять тебе и им. Дети - это не шантаж, не думай, они мне не нужны, пусть остаются под фамилией Крит или любой другой, не важно, но вот "Скайуокер" и мелькать не должна. - Понимаю, повелитель, - Энакин поймал замысел Палпатина, почувствовав облегчение, что детей не тронут и у него не заберут. Император ещё несколько секунд сверлил маску пронзительными глазами, после отвернувшись к панорамному окну покоев: - Лита Крит может покинуть Корусант, лорд Вейдер. Дети остаются на вашем попечении. Свободны!

***

Карие и голубые глаза детей смотрели вслед улетавшему из ангара Дворца Вейдера шаттлу. - Я же говорил, что она улетит, - тихо прошептал Люк. Лея только покачала головой: - Мама не бросит нас, Люк. Я буду надеяться на её возвращение. Вейдер, уходивший из ангара, не в силах наблюдать отлёт Литы, этих слов не слышал, но думал об этом же.