«Н» как «Наследственность»

Ученики уже почти разошлись, когда благополучно спустившаяся с крыши Тсунаеши не выдержала и засмеялась. Она отпустила руку ошеломленного происходящим Такеши и засмеялась. Истерично, громко, почти заикаясь. Ямамото, на которого этот смех подействовал отрезвляюще, моментально рванулся к ней. Мукуро и его свита тоже сразу же окружили девушку, и среди них – рядом с Чикусой, Кеном и Хроме – Сейджи удивленно заметил девушку-подрывницу Хаято. Одежда сестры обгорела, и Мукуро, звучно щелкнув пальцами, прямо из воздуха извлек тут же упавший ей с тихим шорохом на плечи плащ. И тут Сейджи не выдержал. И учитель его уже не остановил. Парень рванулся к девушке, бросился со всех ног… Он не знал, что хотел бы сказать ей. Он не знал, что она ответила бы. Он только хотел оказаться рядом. Потому что Тсунаеши истерично смеялась и медленно оседала на руки что-то взволнованно бормочущей Гокудере. Вот только к сестре его никто не пустил. Один жалкий метр остался, когда в шею ему неоднозначно уперся наконечник неизвестно откуда взявшегося в руках Мукуро трезубца. Потенциальный Хранитель Тумана Сейджи тут же показался парню каким-то удивительно высоким – он и не замечал никогда, что Рокудо выше него на целую голову. - Ку-фу-фу, в чем дело, Сейджи-кун? – вкрадчиво поинтересовался он, и улыбка его не предвещала Саваде ничего хорошего. – Тебя сюда никто не звал. - Пусти меня! – ощерился в ответ Сейджи. – Не видишь – ей же плохо! - Это дело Тсунаеши-чан и ее семьи, - также вкрадчиво отозвался Мукуро. – Да и не думал я, что тебе это когда-нибудь будет нужно. - Я – ее семья! Отойди и дай мне отвести ее домой! – Сейджи не понимал, почему Реборн, оставшийся где-то там, позади, в тени, молчит и не предпринимает совсем ничего. - Мы позаботимся о ней, - голос Рокудо стал менее вкрадчивым и более недовольным. – Можешь не беспокоиться. Смех постепенно стих. - Мукуро… - голос Тсунаеши был каким-то странно придушенным и тихим. – Идем домой. Юноша тут же отвернулся от Сейджи, моментально потеряв к нему всяческий интерес. Трезубец его исчез, и сам он перестал загораживать Саваде сестру спиной. И голос. Голос Мукуро вдруг стал необычно мягким, словно Тсунаеши была ребенком, о котором нужно заботиться. - Сейчас, принцесса. Сейчас мы пойдем домой. Спустя пару минут Мукуро, снова, видимо, вспомнив о существовании Сейджи, бросил в его сторону острый взгляд, прошедший, правда, словно бы сквозь него, устремившись куда-то дальше, и подхватил завернутую в черный старомодный плащ-мантию Тсунаеши на руки. И… исчез вместе со своей свитой. На их месте остался только какой-то совершенно растерянный Ямамото. Он не улыбался, и теплые карие глаза его были похожи на пистолетные дула, а прежняя веселость и впрямь казалась бы на таком лице какой-то поддельной. Какой-то… гротескной. А через пару дней Сейджи заметил, что Ямамото Такеши ни на один лишний шаг не отходит от Тсунаеши, следуя за ней так неотступно, как следовала чем-то странно смахивающая на белую бабочку-капустницу подрывница Гокудера Хаято.