«Н» как «Наследственность»

Пятнадцатый день июля. Япония, Намимори. Район Синдзи-ку, дом Савада. Тсунаеши давно наблюдала за Ямамото Такеши. Конечно, использование его в своих целях совершенно не входило в ее дальнейшие планы, но видеть рядом с собой такого человека, как он, ей очень хотелось. Такеши был сильным. Такеши был волевым. Он улыбался в лицо неприятностям и смеялся над окружающими его опасностями. И он был страстно предан своему любимому делу. Мукуро над ним шутил. Говорил, что кроме бейсбола этот парень не думает совсем ни о чем, а им ведь и экзамены придется еще сдавать. Девушка-моль Хаято презрительно фыркала, заявляя, что «рядом с Десятой он быть просто-напросто недостоин». Чикуса и Кен поддерживали Мукуро, а Хроме молчала. И Тсунаеши казалось, что из ребят только она и Докуро видели истинную сущность высокого смуглого черноволосого парня, который никогда не унывал. Ей казалось, что только они двое видели тени в его карих теплых глазах. Тсунаеши, конечно же, не была рада, когда узнала от Киоко (той рассказал брат, дружащий с Ямамото), что этот парень сломал руку. Однако это позволило ей подумать о том, что будет, если Такеши бросит занятие бейсболом. От той же Киоко Савада знала, что Сасагава Реохей, «экстремально» волнуется за Ямамото, ибо в последнее время показатели парня снижались, и его это очень огорчало. Именно поэтому, когда увидела его сидящим на трибуне и следящим за игрой, Тсунаеши взяла на себя смелость подойти и сесть рядом. На этом же стадионе, только в другой его части, занималась тренировкой по чирлидингу Хару, просившая подождать ее после уроков, и это можно было использовать как предлог. Стараться не пришлось, Ямамото сам завел разговор. То ли он просто хотел выговориться кому-то, кому на него плевать, чтобы разговоров по школе не пошло, то ли это было странное свойство самой Савады – она притягивала людей, казалось, одним своим видом. Мукуро, во всяком случае, говорил, что с ее типом пламени это вполне возможно. «Твоя сила отличается от всех остальных. Не забывай о том, что ты – не просто владелица Небесного Пламени. Ты – Вонгола, а это уже что-то значит». Слово за слово, и Тсунаеши посоветовала Ямамото подумать, а так ли нужен ему бейсбол, как кажется. Так ли нравится. То ли это, что заставляет кровь закипать в жилах. В общем, посоветовала на свою голову. На следующий день к ней после уроков подошел Хибари, видевший, видно, что она была вчера на стадионе и говорила с бейсболистом, и очень тихим от злости голосом заявил, что трупы в школе ему не нужны. «Сделай что-нибудь с этим бейсбольным травоядным!» И Тсунаеши сделала. Тсунаеши шагала по бордюру, возвышаясь над доброй сотней учеников, и летела вниз, желая поймать незадачливого Такеши, который был прирожденным киллером и чокнутым максималистом одновременно. В ушах шумело, а кончики локонов оплавились от расцветшего за спиной Пламени. Тсунаеши держала Такеши за руку и едва сдерживала рвущуюся наружу истерику. Но вот когда поняла, что скрыта от большинства нежелательных зрителей плотным коконом иллюзии Мукуро… Засмеялась. Засмеялась, чтобы не зареветь. Потому что было до одури страшно. Не за себя – за дурака Ямамото, который решил, что кончить жизнь самоубийством, раз уж бейсбол ему не подходит – самый легчайший путь. И именно поэтому Тсунаеши сейчас стояла у себя в комнате, припертая Реборном к стенке в самом буквальном смысле. *** - Кто ты? – широкие ладони Реборна впечатались в стену по обе стороны от головы Тсунаеши, и она от неожиданности зажмурилась, тут же, впрочем, широко распахивая глаза и сталкиваясь взглядом с темным взглядом киллера. Тот неотрывно смотрел ей в лицо. Девушка сглотнула, лихорадочно перебирая в уме все самые безумные варианты того, что он мог о ней раскопать. Видимо, в данный момент Солнечный Аркобалено и проявлял к ней тот самый интерес, которого она опасалась. - Савада Тсунаеши, - уж это казалось ей чем-то само собой разумеющимся, и запутать этим такого человека, как Реборн, было нельзя, но все же… Что ей стоило лишний раз попытаться прикинуться дурочкой? Только тело содрогалось от этой почти что интимной близости. Киллер покачал головой. - Я не спрашивал твоего имени, я спросил, кто ты, - его голос был негромок и хрипловат. - Человек, - Савада нахмурилась. Это было уже не смешно. Конечно, дон Тимотео говорил, что опасаться не стоит, но… Реборн вновь покачал головой. - Я не спрашивал твоей расы, я спросил, кто ты, - вкрадчиво и настойчиво отозвался он. - Девушка. - Я не спрашивал твоего пола, я спросил, кто ты, - голос киллера, кажется, чуть дрогнул от едва сдерживаемого раздражения. Тсунаеши замотала головой и недовольно бросила: - Я не понимаю, чего ты от меня хочешь! – вся эта ситуация уже начинала здорово ее нервировать. - Да?.. – Реборн отстранился и бросил на нее еще один пронизывающий до костей взгляд. В тоне его Саваде почудилось едва уловимое разочарование. – Ну, что ж… - он повел плечами и отвернулся, собираясь покинуть наконец ее комнату. И тут девушку словно током ударило. Как будто интуиция заставила произнести это, считая, что так правильно, что так лучше. На самом деле Тсунаеши была уверена, что до этого момента точного ответа на вопрос о своей сущности и впрямь не знала. Но почему-то ей показалось, что эти слова будут если не правильными, то хотя бы близкими к правильному ответу. А еще эти слова могли на какое-то время утолить любопытство странного репетитора. - Я… Я – осколок… Осколок Небесного атрибута. Аркобалено обернулся и как-то совершенно беззлобно оскалился. - Вот что-то вроде этого я и хотел от тебя услышать.