«Н» как «Наследственность»

Двадцать первый день июля. Япония, Намимори. Старшая школа, крыша здания. Солнце светило, птицы пели, зачеты были сданы, хвосты подчищены, первая половина дня медленно перетекла в обед, и… запах этого самого обеда у Тсунаеши был премерзким. - Десятая, а вы уверены, что это ваше бенто? – мучительно кривя губы, выдавила Гокудера, стараясь держаться подальше от злополучной коробки. - Вчера я делала нормальные онигири, - сморщила нос Савада. – Что за ерунда тут творится? Коробочка с едой совершенно неаппетитно дымилась, так что Мукуро скептически вздернул бровь. - Ни за что не поверю, что это твоя еда, Тсунаеши-чан! У человека, который готовит так, как готовишь ты, получиться такого не может точно. Кроме того, запах подозрительно мне знаком, ку-фу-фу. - Мне тоже, - сердито пробурчала Хаято. – Это определенно стряпня Бьянки, Десятая. Тсунаеши фыркнула. - Провальная попытка меня отравить? - Это все ревность, - кивнула в ответ Гокудера. – Бьянки всегда готовила так ужасно… - она вздохнула. – И с самого детства кормила меня такой дрянью. Верите – я ей сейчас даже в лицо посмотреть не смогу – у меня на рефлексе живот скрутит. - Да ты прямо как собаки Павлова, - нервно хмыкнула Тсуна. – Погоди… С детства? Хаято убито кивнула. - Бьянки – моя сестра по отцу. И в свои лет двенадцать она уже была отвратительной поварихой… - Да… Дела. Кен недовольно поморщился и подхватил коробку с бенто с бетонного покрытия, предусмотрительно держа на вытянутых руках и двигаясь к краю крыши. - От этого срочно надо избавиться, бьен! Весь аппетит испортит! - Стой!.. – научи дурака… Конечно же, Тсунаеши со своим воплем опоздала. И уже спустя пару секунд снизу раздался ошеломленный вскрик. Савада бросилась к ограждению и перегнулась через него, силясь рассмотреть происходящее внизу. С земли на нее смотрел рыжеволосый парень лет шестнадцати. Коробочка упала у самых его ног и разбилась об асфальт. И, естественно, все ее содержимое оказалось снаружи. - Прости пожалуйста!.. – поспешно крикнула ему Тсунаеши. Парень покачал головой и, пнув коробочку, поспешно отскочил в сторону – ее содержимое, кажется, пузырилось. Савада глубоко вдохнула и, даже не обернувшись, показала Кену кулак, а потом поспешно направилась к выходу с крыши – надо было замести следы преступления, чтобы Хибари не устроил внеплановый конец света локального масштаба, и по-человечески извиниться перед парнем. Пострадавшего Савада нашла на скамейке неподалеку от места «трагедии», он как раз обедал. Что удивительно, отнесся парень к происходящему удивительно спокойно. - Что это было? – не дав Тсуне еще раз извиниться, поинтересовался он. - Это мне еду подменили на какую-то отравленную гадость, а мой друг решил ее выкинуть, - повинилась девушка. – Я просто остановить его не успела, ты извини!.. - Да ладно уж… - парень махнул рукой. – Меня Ирие Шоичи зовут. - Савада Тсунаеши, - улыбнулась в ответ принцесса Вонголы, осторожно присаживаясь рядом с новым знакомым. – Значит, Ирие-кун? – и она, подобно Мукуро когда-то, на европейский манер протянула ладонь для пожатия. Ирие не растерялся и ладонь ей пожал. - Можно даже просто Шоичи, - повел плечами он. – Раз уж ты осталась без обеда, по причине… этого, - он мотнул головой в сторону дымящейся коробки, - может, присоединишься, Савада Тсунаеши? Савада рассмеялась. - Почему бы и нет? Спустя несколько часов. Япония, Намимори. Район Синдзи-ку, дом Савада. - Значит, ты еще жива… – огорченно констатировала Бьянки, увидев Тсуну на кухне ближе к вечеру. Девушка в ответ невнимательно «угукнула», продолжая мыть посуду, и тогда Ядовитый Скорпион рискнула приблизиться к неожиданно непробиваемой, с ее точки зрения, противнице. На кухне кроме них больше никого не было – Савада Нана смотрела в гостиной телевизор, а Реборн третировал Сейджи, так что никто помешать не мог. Бьянки явно хорошо подгадала время – опыт сказывается. Тсунаеши закончила с посудой, сегодня не став пользоваться мойкой, и обернулась. Она не знала, правильно ли делает, выдавая себя, но не сдержалась. Сдержанность вообще была не ее качеством. - А ты сомневалась? - Да не особенно, в общем-то, - как-то невесело пожала плечами девушка. Взгляд ее уже не был таким колючим, как, например, утром, и Савада даже заподозрила явный подвох. Однако Скорпионе усадила принцессу Вонголы за стол и, закусив губы, заявила: - Послушай меня, Савада Тсунаеши! Ты – девушка, которая украла у меня Реборна. Ты – девушка, которую я во многом подозреваю. Но… - она отбросила назад свои длинные волосы. – Но я желаю вам счастья! – в голосе ее слышался какой-то драматичный надрыв. Тсунаеши вздернула брови, толком даже не понимая в чем дело. Происходящее сейчас показалось ей похоже на какую-то мыльную оперу. - Эм… Ты вообще к чему это ведешь? Что за глупости? Сейчас Тсуна даже могла сказать что-нибудь вроде того, что Бьянки может забирать солнечного киллера со всеми потрохами, но… Язык не повернулся. Уверенное «мой» снова всплыло в голове и заставило собственнического червячка у Тсуны в груди заворочаться. - Я о том, - уже настойчивее отозвалась Скорпионе, - что Реборн не прикасается к людям, на которых не имеет планов. Особенно так. Тсуна порозовела и, сердито поджав губы, подскочила на месте. Вот надо же было напомнить ей об этом именно сейчас! - Можешь считать, что я тебя поняла!.. – выпалила она. – Но я… В общем, сейчас мне пора! Когда Савада выскочила из кухни, Бьянки уронила голову на руки и совершенно не картинно заплакала.