«Н» как «Наследственность»

Двадцать первый день июля. Италия, Рим. Основная штаб-квартира Вонголы. - Ты, как я понимаю, знаешь уже о Бьянки, - Мукуро серьезно кивнул, тарабаня пальцами по подлокотнику кресла, в котором сидел. В этот раз он явно нервничал, если даже не сказать, что злился. Злость эта была направлена не на дона – на кого-то другого. Вполне, кстати сказать, определенного «кого-то», как подозревал Тимотео. - Эта стерва подменила принцессе обед, а при встрече закидала ее своим фирменным печеньем! – заявил он, не ерничая по своему обыкновению и не прибавляя явно издевательского хмыка или смешка. – А все из-за чего? Из-за ревности! Потребовала вернуть ей Реборна! Как будто Тсунаеши нужен этот Аркобалено! Девятый глава Вонголы чуть дернул в намеке на улыбку уголком губ. - Она из тех наемников, которые, если захотят, будут делать дела бесплатно. Однако, как говорит разведка, Емицу прилично ей заплатил, чтобы узнать, кто уводит потенциальных Хранителей из-под носа у его сына. То, что Тсунаеши живет с ней под одной крышей – очень опасно… - Она там не будет жить, - бесстрастно отозвался Рокудо, переставая тарабанить пальцами по подлокотнику и скрещивая руки на груди. – В Японии с завтрашнего дня начинаются большие летние каникулы, Тсуна переедет в нашу штаб-квартиру и останется там, пока все не закончится. - Это будет очень неплохо, - согласился с парнем старик. – И я смогу разговаривать с ней без опасности прослушивания… - лицо его просветлело при этих словах, и Мукуро в ответ улыбнулся. - Кроме того, истреблены еще не все люди Вонголы, - чуть наклонил голову к плечу Рокудо. – Это не первая вылазка Тсуны, конечно, но предыдущие были в основном разведочные или поисковые, а здесь… - Первый враг, - устало кивнул дон. – Да, это ей очень надо. Хладнокровие и сдержанность – это те самые качества, которые ей очень понадобятся. Тяжелые портьеры на окнах в кабинете девятого главы Вонголы были задернуты, и запутавшийся в часовых поясах Мукуро не сказал бы сейчас, сколько времени в Риме, однако он откинулся на спинку кресла и постарался представить играющий на небе всеми доступными ему цветами яркий закат. - Что ж, дон Тимотео, раз вы одобряете наши действия, мне пора. Девятый благосклонно кивнул. - Берегите себя там, ладно? Мукуро в ответ промолчал. Только голову чуть наклонил, то ли раздумывая, что ответить на это вроде бы простое напутствие, то ли соглашаясь с ним. А потом наморщил лоб и внезапно спросил: - Дон Тимотео… - мужчина приподнял брови и чуть кивнул, призывая его продолжить. – Скажите… А ведь вы… вы же – тоже родственник Тсунаеши. Я знаю это по родословной вонгольских глав. Так почему вы ведете себя как… как я? Как все? Вы ведь… - Попадаю под влияние ее атрибута? – улыбнулся мужчина. – Я не знаю, Мукуро, - он устало повел плечами. – Вполне возможно, что все дело в нашем неполном родстве, ведь я – потомок не Джотто и иду не по его линии в нашей семье, понимаешь? Поэтому кровь… Кровь – не вода, но во мне все же той крови – капля. И я этому очень рад. Двадцать первый день июля. Япония, Намимори. Район Синдзи-ку. Мукуро широко шагал по улице в направлении дома Тсуны, когда мимо него галопом пробежал ее незадачливый брат. Рокудо, повернув голову, проводил его взглядом, и уже хотел было идти дальше, ведь до дома подруги оставалось всего ничего, но само провидение, должно быть, не дало ему добраться до пункта назначения. Навстречу ему уверенно и неторопливо шел Солнечный Аркобалено, следящий, очевидно, за тем, чтобы его ученик не филонил. Выглядел Реборн при этом столь довольным жизнью и столь… заносчивым, что Мукуро сжал от недовольства зубы. Что ж, до дома Савады все равно оставалось совсем недалеко, а раз и навсегда поставить все точки над «i» с этим чертовым киллером Рокудо хотел уже давно. И если сама судьба, на которую иллюзионист ссылался лишь в самых абсурдных случаях, потому как не верил в нее, их столкнула, то он просто не может упустить такого шикарного шанса. Решено. - Эй, Реборн! Я вызываю тебя на дуэль. Десятый Туман Вонголы еще не знал, что виновница торжества прервет это самое торжество в самом его начале. *** - Мукуро... Скажи мне, кто ты, - задрав голову вверх, как-то неожиданно повелительно и требовательно произнесла Савада. Реборн с интересом глянул на совсем, кажется, не удивленную таким вроде бы неожиданным поворотом событий девушку и тут же перевел взгляд на показательно пожавшего плечами иллюзиониста. Дескать, если ты хочешь, я тебе, конечно, скажу, хотя ты сама знаешь, так чего тогда спрашивать по сто раз? - Ку-фу-фу, я ангелос*. Киллер едва заметно вздрогнул, переводя с одного виновника торжества на другого недоуменный взгляд. Ангелос… Это наименование было ему знакомо. И оно имело самое что ни на есть прямое отношение к понятию о том, кто такие Арабеллы. У каждого Неба Совета были подчиненные. Посланники. Один или два – не больше. И их звали ангелосами. Девушка благосклонно кивнула, недовольно скрещивая на груди руки. - Точно. – Голос ее приобрел уже знакомые Реборну стальные нотки. – И что ты делаешь? - Защищаю твою честь, - снова пожал плечами Рокудо, держась уже, впрочем, не так уверенно. Савада снова кивнула. - Положим. А что должен делать? – требовательный голос стал каким-то немного вкрадчивым. - Защищать твою честь?.. – с самым невинным видом попытался как-то извернуться парень. Тсунаеши недовольно поджала губы и топнула ногой. - Я приказываю тебе спуститься! Со стороны это, если честно, выглядело безумно забавно и угрозы никакой не внушало. Однако своенравный иллюзионист, на удивление киллера, беспрекословно повиновался, переставая создавать себе в воздухе опору из Пламени и фактически спрыгивая на асфальт рядом с девушкой. Не мелочась, Савада отвесила ему щедрый подзатыльник и совсем тихо что-то прошипела. Мукуро обиженно засопел. - Ненавижу, когда ты так делаешь... В ответ Тсунаеши сердито мотнула головой и, схватив его за руку, потащила в противоположную своему дому сторону. Реборн тоже спустился на землю и насмешливо бросил удаляющемуся воспитаннику Тимотео: - Что, сбегаешь? Мукуро резко остановился и обернулся, искоса недовольно взирая на буквально повисшую у него на руке Саваду, а потом уж и на него, и, показательно отвернув голову в сторону, заявил: - Я всего лишь подчиняюсь приказу своей госпожи. Уже и без того, кажется, порядком разозленная Тсунаеши, моментально отпустив иллюзиониста, влепила ему еще один подзатыльник, и киллеру невольно стало парня немного жаль.