И грянул гром

      После произошедшего на острове прошло несколько дней. Все это время Иккинг был сам не свой. Он вздрагивал от каждого шороха, стал очень нервным и по возможности старался избегать компании Астрид и Гесты.       Последняя делала вид, что ничего не замечает, и лишь провожала парня загадочными взглядами, будто ей одной известно что-то крайне важное, как, впрочем, и было на самом деле.       Впрочем, никто не замечал напряженности Хэддока, и каждому вдруг понадобился его совет. По такому случаю Иккинг часто пропадал в кузнице, мастеря различное оружие и нужные для драконов приспособления.       В один из подобных дней к острову причалил корабль. На борту были викинги, которые, как они сами говорили, лицезрели улыбку удачи. Это были одни из тех грозных викингов, которые предпочитали разбою, привычного для большинства племен, торговлю разными безделушками. Викинги по-разному принимали их в своих владениях: одни радостно простирали перед торговцами свои объятия, другие — недоверчиво косились на них, но позволяли себе прикупить пару вещей, третьи и вовсе считали своим долгом сразу же прогнать незваных гостей, популярно объясняя им, что они здесь не нужны.       Отношение Племени Лохматых хулиганов к «удачливым» зависело главным образом от погодных условий. Ветра ли они принесут на своих парусах и первые заморозки или вслед за их появлением примчится почти июльская жара — викинги воспринимали это как знак от Тора.       На этот раз вслед за прибытием на остров торговцев к горизонту примчались свинцовые тучи. Однако викинги не поспешили тут же поднять якорь и отплыть как можно дальше от Олуха, завидев на небосклоне серые, предвещающие знатный дождь тучи. Они, весело переговариваясь между собой, высадились на берег.       Лохматые хулиганы встретили их крайне дружелюбно, иногда, правда, провожая их внимательными взглядами.       В честь прибытия на остров «удачливых» был организован пир. Плевака, впоследствии неоднократно рассказывая эту историю, едко замечал: «Теперь закатывать вечеринки для гордых сынов Одина стало привычней, чем бороздить морские просторы». Тем не менее, все с радостью согласились явиться на праздничный ужин.       В этот день Стоик зашел к Иккингу и радостно сообщил: — На остров прибыли торговцы. Можешь пойти и прикупить пару безделушек для своего дракона. — Ага, спасибо, пап, — пробормотал Иккинг. И прекрасно понимая, что Стоик никуда не уйдет пока сын не покинет кузницу, Хэддок тяжело вздохнул, с заметным облегчением снял тяжелый фартук и вышел наружу. — Ну и видок у тебя, сын, — заметил Стоик, потеребив рыжую бороду, — Не будешь выходить из кузни, этак вообще от света отвыкнешь.       Иккинг взглянул на свое отражение в одном из начищенных до блеска щитов, которые стояли, привалившись к стене кузницы, и только махнул рукой. В зеркальной поверхности щита отражалось бледное лицо с залегшими под глазами темными кругами, на фоне всего этого мелкие веснушки парня выделялись ярко-оранжевыми точками и сразу бросались в глаза.       Стоик, бормоча что-то про «знатный пир» и «прямо сейчас», поспешил в сторону столовой.       Парень спускался вниз по склону холма, прямиком к кораблю торговцев, ветер поднимал полы просторных одежд и, казалось, готов был в любую минуту унести Хэддока далеко-далеко. Впрочем, сам Иккинг был не против подобного расклада. Улететь подальше от всех проблем, от странной, даже пугающей, Гесты, от вопросительного взгляда Астрид. — Иккинг, а пойдем вместе? — откуда-то сверху донесся до него голос Гесты. Помянешь черта — и он тут как тут.       Хэддок вздрогнул и обернулся — прямо на него вниз со склона летела девушка. Иккинг хотел было пуститься в позорное бегство, однако, решив ничем не выдавать свое волнение, парень остался стоять на месте, ожидая Гесту. — Пойдем вместе? — снова повторила девушка, отдуваясь и вцепившись Хэддоку в плечо, чтобы ненароком не потерять равновесие. — Пойдем, — кивнул Иккинг, подавляя вздох. Он-то хотел и дальше избегать ее общества. — Значит, ты еще никому не рассказывал, — как ни в чем не бывало заметила Геста, сверля парня взглядом. — Что? — Хэддок закашлялся от столь неожиданной реплики. — Ну, ты еще не рассказывал Астрид, что поцеловал меня, — столь же беззаботно повторила девушка, однако взор ее был тяжелым и мрачным, отчего любому, кто посмотрел бы на нее в этот момент, стало бы не по себе.       Иккинг проигнорировал слова брюнетки и преодолел оставшееся до корабля викингов расстояние бегом. — Тем лучше для нас, — крикнула ему вдогонку Геста, — а то пришлось бы тебя тащить!       Едва Хэддок успел обернуться в сторону девушки, как прямо перед ним выросла громадная фигура викинга. В следующее мгновение на голову юноши обрушилась громадная дубинка.       Геста забралась на корабль и удовлетворенно огляделась: — Наконец мы покинем этот отвратительный остров, — пробормотала она себе под нос. — Ты справилась быстрее, чем я ожидала, дорогая, — к девушке подошла ее мать, черные волосы чуть вились на концах и колыхались при каждом ее шаге. — Вождь нашего племени снова примет нас обратно, если узнает, кого мы привели ему, — довольно отозвалась Геста и чуть прищурилась, глядя вперед, туда, где находился их родной остров, скрытый от чужих глаз завесой тумана. — Держать по ветру, трюмные крысы! Мы плывем домой! — послышалось с капитанского мостика.       А озадаченные викинги тем временем поминутно оглядывались по сторонам, будто рядом с ними в любую секунду мог материализоваться один из приглашенных на вечеринку гостей.