Любовь Белого волка. Любовь Волков

Улыбающийся, но в то же время, грустный омега вышел из комнаты грозного альфы. Было ровно пять часов утра, а это значило, что принц проснется часа через три, а старший в десять. Комната отважного, но провинившегося воина, по имени Гастон, находилась в самом конце коридора. Этот аргумент успокаивал Ника. По этажу никто из стражников или же слуг не ходил, поэтому блондин вполне мог спокойно пробраться к себе в комнатку. Кое-как прикрывшись разорванными кусками некогда туники, слуга направился к себе, но его остановил голос. — Николас? — удивленный тон заставил сердце стучать в два раза быстрее положенного. Тишина. Омега ничего не ответил, лишь ускорил шаг, а после того, как услышал приближающиеся шаги, вовсе побежал. — Постой же, — рявкнул незнакомец. Блондина схватили за руку и повернули к себе лицом. Нервно вздохнув, Николас поднял свои бирюзовые очи и увидел Лирого. — Не прикасайтесь ко мне! — тут же огрызнулся слуга. — Закрой свой рот, подстилка — прикрикнул мужчина, больно сжав руку младшего. — Да как ты смеешь оскорблять меня? — перешел с официального тона. — Глупая шлюха! Тебя, вероятно, не учили ни манерам, ни хорошему тону, ни порядочности, коей я слышал про тебя от других, — Андреас был крайне разочарован и зол на омегу. — Я не являюсь сыном вожака или какого-то знатного волка, чтобы меня обучали подобным тонкостям, — огрызнулся парень. — Не смей мне лгать! Я знаю, что всех омег проверяют на здоровье и невинность, а после берут в замок, где учат всем нормам поведения. Что ты здесь делаешь в таком виде? — бушевал сын лекаря. — Не забивайте вашу голову ненужными мыслями, — съязвил юноша. Андреас хотел было сказать что-то еще, как внезапно принюхался и презрительно фыркнул носом. — От тебя пахнет чужим альфой. Что это значит? — Это значит, что несколько минут назад я был с альфой, — в тон ему ответил Ник. Отрывисто зарычав, Андреас схватил Ника за шкирку и что есть силы, толкнул, от чего юноша упал на пол, больно стукнувшись плечом, спиной и попой. — Больно? — черноволосый будто почувствовал, что у омеги заболело в области ягодиц. — Неужели больнее, чем тебя драли? — Не смейте, — заплакал слуга. — Что я вам сделал? Да, я был с альфой. И что? Я свободный омега. Арен никогда ничего не говорил тем, кто влюблен и изредка видится с альфами… — Влюблен? — прервал Андреас. — Так значит ты влюблен в того альфу? Поэтому так просто взял и отдался ему? Считаешь, что он оценит это и женится на тебе? — усмехнулся Лирый. — Он ни за что не женится на тебе, потому что не любит. Если бы любил, то сначала попросил бы разрешение повелителя на свадьбу, а после бы трахал тебя на всех правах. Своей глупой влюбленностью ты опозорил сам себя, Николас. А ведь я считал тебя невинным, непорочным ангелом. Даже хотел сегодня пойти к господину и просить его дать согласие на то, чтобы я смог тебя забрать к себе и сделать своим мужем. Я понял, что ты не такой, как остальные слуги. Ты не ляжешь под меня и ты не шлюха, — выдохнул волк. — Я думал жениться на тебе, отдавать тебе всю свою любовь. Мы бы родили кучу волчат. У альф были бы сильные, мускулистые тела и длинные черные волосы, как у меня. — Резко улыбнулся сын Бейона. — А омежки были бы похожи на тебя. У них была бы нежная кожа, большие красивые глаза. Скажи, Ник, а твой альфа говорил тебе что-нибудь о детях? Хочет ли он волчат от тебя? Тишина в ответ. — Так я и думал, — подтвердил обладатель морозных глаз. — Я влюбился в распутника с лицом невинного существа. Глупый волк, не правда ли? Николас прикрыл глаза от стыда. — Желаю вам счастья! Молодой мужчина злобно плюнул возле слуги, после чего удалился, оставив Николаса лежать посреди коридора с красными от слез глазами. Спустя семь дней. Гастон стоял в одном лишь полотенце на бедрах. Утро встретило приятным солнечным лучом, заставив сурового воина проснуться. Обнаженный омега посапывал в теплой кровати. Его молодое тело прикрывала лишь легкая простыня. Хмыкнув, Гастон одел брюки и белоснежную рубашку, после чего вышел за дверь. Захотев поговорить с повелителем, не заметил идущего позади волка. — Стоять! — рыкнул голос. Гастон удивленно повернулся и уставился на альфу, который был в два раза меньше его. — Ты это мне, парень? — Мое имя Андреас. Я волк из Долины Лирых. Мне нужен Николас — слуга повелителя, — высокомерным тоном заявил альфа. — Зачем он тебе? — не понял воин. — Не твое дело, — нагрубил лорд. — Он в моей комнате, — спокойным тоном сообщил Гастон. — Спит сейчас. — Он всего лишь слуга. Как он смеет спать в постели альфы? Он не замужний. Ты портишь его честь, — рыкнул Лирый. — Она и так испортилась. Три года назад, когда Нику было шестнадцать, — усмехнулся мужчина. — О чем ты? Что произошло три года назад? — не понял черноволосый. — А ты спроси у него. Тебе этот омега наверняка все расскажет, — предупредил Гастон. — Откуда такая уверенность? — приподнял левую бровь. — Этот блондин что-то испытывает к тебе, раз умудрился целых два раза назвать меня «Андреасом», когда я вбивался в него, — зло усмехнулся Гастон. Андреас зло зарычал, услышав, что молодые люди вытворяли этой ночью. Он ревновал Николаса. Безумно ревновал. Какой-то бедный слуга сумел привлечь холодное сердце волка. От осознания того, что Ник назвал этого качка именем Лирого, молодой мужчина и вовсе не обрадовался. Его безумно раздражало, что омега, возможно, проникся симпатией к холодному брюнету, но несмотря на эти факты, ложился под другого. «Глупый! Какой же ты глупый омега, Ник! Если бы ты пришел ко мне и сознался во всем, я бы забыл о том, что ты не невинен и смело женился бы на тебе. Хотя я не уверен, что сразу бы смог смириться с фактом, что в твоей дырочке присутствовал кое-кто другой» — твердил внутренний голос. — Скажи, — начал голубоглазый альфа. — Он счастлив с тобой? Любишь ли ты его так как он тебя? Что будет, когда начнется течка, и вы сцепитесь? — Никакой сцепки не будет! Мне не нужны эти проблемы. Возможно, в будущем у меня и будут волчата, но не сейчас. И не от Николаса, — твердо заявил мужчина. — Что ты сказал? — шипение не хуже змеиного. — Не от Ника? То есть ты смело трахаешь его, не думая о последствиях? А ничего, что он может забеременеть? Ты можешь не успеть, и узел набухнет. Что ты сделаешь, если он сообщит, что в его чреве образовался зародыш? — Попрошу Бейона сделать ему аборт, — пожал плечами воин. — Хотя Бейон ужасный зануда. Начнет мораль читать о том, что нельзя убивать волчат и прочую чепуху. Тем не менее, проблему эту решить можно очень быстро. У меня есть знакомый, он все сделает. В крайнем случае, Николас прыгнет со шкафа или еще откуда-то, чтобы «выкинуть» ребенка. Услышав последние слова, Андреас не выдержал и грубо зарычав, обратился в волка. Прекрасный, угольный волк рычал на некогда сильного воина. Гастон лишь усмехнулся и пошел своей дорогой. Поняв, что мужчину приняли за глупого мальца, сын лекаря, подорвался с места и набросился прямо на спину Гастона. Воин стал вырываться, но хватка брюнета была сильна. Рассмеявшись и назвав Андреаса слабаком, Гастон отбросил волка и обратился сам. Оборотни какое-то время смотрели друг на друга, после чего решили продолжить битву. Андреас набросился первым. Глухо зарычав, Гастон укусил того за шею, поцарапав когтями щеку. Черноволосый зашипел от накатившей боли и упал на холодной пол. Был слышен бег стражников, крики слуг-омег. Открыв очи, черноволосый увидел сонного юношу, выходящего из покоев Гастона. Слуги удивленно покосились на Ника, начиная перешептываться. Мужчины схватили омегу и толкнули в ноги только что пришедшего Арена Великолепного. Поняв, что блондина казнят за распутство, Лирый поднялся и бросился на стражников, пытаясь оттолкнуть их и освободить паренька. Тем временем кто-то прокрался сзади и стал пытаться успокаивать озверевшего Андреаса. На шум прибежали Бейон и беременный Дири. Достав из кармана небольшой мешочек, лекарь высыпал содержимое себе на руку и бросил на сына. Черноволосый закашлялся и перестал видеть что-либо. Через несколько минут, Андреас погрузился в темноту, не замечая лежащего возле себя плачущего омегу.