Холодный разум, горячее сердце. Часть 2

Она так и не смогла уснуть. Где же Аллегра? Что с ней стряслось? Она и Сэм думали, что спустя час она замерзнет и вернется, но этого не произошло. Ночной Лондон – не самое лучшее место для юной симпатичной девушки. Бэсс прекрасно знала изнанку города, и это она узнала не благодаря Шерлоку, а сама. За три года чего с ней не происходило. Она была дорогой проституткой, неудивительно, что она знала все об том, какая же грязная штука жизнь. Элизабет позвонила своему хореографу, Тамаре, чтобы она провела дневное занятие за нее, сославшись на то, что она заболела. Бэсс надела зеленые брюки, тонкий белый джемпер с круглым вырезом, ботинки и кожаную куртку. Она вышла на улицу, поймала такси и поехала на Бейкер-стрит. В том, что произошло, виновата исключительно она сама. Если бы она не врала всем и всегда, то все бы было бы по-другому. Но ей пришлось врать, чтобы играть свою роль. Это было плохое оправдание. Очень плохое оправдание. Миссис Хадсон открыла ей дверь. Она не узнала ее, что было выгодно Элизабет. Еще бы, она постарела на четыре года, да и к тому же подстриглась. Бэсс поднялась к Шерлоку. Он пил чай в кресле, судя по его виду, проснулся он совсем недавно. Он поставил чашку на столик. Поднялся с кресла. – Что случилось, Бэсс? У тебя круги под глазами, и просто ужас в глазах. Что произошло? – она прошла в комнату, устало опускаясь на кожаный диван. – Я… Али ушла вчера из дому, – она замолчала. – Мне казалось, что ты не просишь помощи у мужчин, – иронично заметил Шерлок. – Мне сейчас не до твоих издевок. Ей шестнадцать. Сам знаешь, что творится в городе по ночам. Сэм сказала, что она вернется, но уже одиннадцать. Она даже в школу не пошла сегодня, – Элизабет закрыла лицо руками. – Так, можно без сантиментов рассказать все и по порядку, – попросил Шерлок. – Шерлок, – пришел Джон. Бэсс, подумала, что все это некстати. Доктор странно посмотрел на друга и мисс Морган. У нее был растерянный вид. Джон вздохнул, задавая себе вопрос – знает ли Шерлок, что у него есть сын. Шерлок жестом указал Джону, чтобы он садился в свое кресло. Джон скинул куртку, налил себе чай. Это молчание просто выводило из себя. – Ну, и что здесь происходит? – спросил Джон. – Шерлок, ты можешь объяснить, что она здесь делает? – У меня сбежала племянница, – прошептала Бэсс. – Мне кажется, Шерлок, это не по твоему профилю, – ехидно заметил Джон. – Пожалуйста… – Шерлок и Джон обернулись к Бэсс, удивлено смотря на нее. Она никогда не просила помощи, и это слово прозвучало очень искренне. – Рассказывай, – еще раз попросил Шерлок. Элизабет набрала полную грудь воздуха, рассказав все детективу и его помощнику. Шерлок, конечно, понимал, что ночью в Лондоне может произойти все, что угодно. Тем более, очень многие преступления совершаются как раз из-за глупости таких вот девушек или из-за ссор с родственниками. Он представлял, где можно искать Аллегру. Все вероятные предположения Бэсс сразу же отмела: подруги, морги, больницы и участки – уже не подходили. Осталось спросить у своих бездомных, может, они знают, видели где девушку. Шерлок отправил Джона в полицию, сам же вместе с Бэсс поехал искать в парки, первое, куда может пойти любой человек. Поиски ничего не дали. Джон тоже вернулся с пустыми руками. Аллегра уже сутки не появлялась дома. – Всего бы этого не произошло, если бы ты не врала всем, – бросил упрек Шерлок. – Я склонен думать, что она просто не хочет видеть тебя. Вернется. – Тебе легко говорить, – отозвалась Элизабет, смотря на Джона и Шерлока. – Люди пропадают каждый день, – спокойно произнес Шерлок. – Это моя племянница. Нельзя быть настолько безразличным, считая, что равнодушие обязательно тебе поможет! – крикнула Бэсс. – Теперь я понимаю, что правильно сделала, когда не сказала тебе о сыне. Джон замер. Шерлок что, знал обо всем? Когда он успел узнать? Джон внимательно смотрел на друга. Он сохранял самообладание, делал вид, что ничего не произошло. Опять это его безразличие. Они никогда не помирятся, подумал Джон. Самое главное даже они пытаются помириться. Элизабет хочет, как и любая другая женщина, чтобы ее любили. Шерлок же пытается, как и всегда, всем доказать, что ему все равно и это его никак не трогает. – Замолчи и не мешай мне думать! – приказал грубо Шерлок. – Иди ты к черту, Шерлок. Ты машина, а не человек! Я правильно делала, что не просила столько лет помощи у мужчин! Сама разберусь! – она захотела уйти. Шерлок схватил ее за руку. – Сядь и помолчи, – он толкнул ее в кресло. – Какие же вы женщины импульсивные.

***

Аллегра не помнила, сколько времени провела на улице. Она пришла в Гайд-парк, хотя прекрасно знала, если ночью ее здесь поймают, то посадят в изолятор до выяснения всех обстоятельств. Девушка села на скамейку, доставая из кармана маленькую записную книжку. Этот красный блокнот, как и стопку фотографий, она нашла в рояле. Она полезла внутрь инструмента, чтобы проверить его состояние. Пока Бэсс говорила с гостем, Аллегра разглядывала фотографии. Ей не хотелось верить, но ее родная тетя бессовестно ей врала. Все эти четыре года врала. Лгала, что прожила в Нью-Йорке девять лет, лгала, что общалась с мамой постоянно. Все было ложью. Девушка раскрыла книжечку. Там были лишь даты и время, имена и место встречи, цена. Аллегра внимательно ее пролистывала. Мужские имена, напротив которых стояла цена, о многом говорили. Нет, этого не может быть! Так не должно быть. Ее тетя после трагической смерти отца стала дорогой проституткой. Она спала со множеством мужчин. Неудивительно, что она не хотела говорить Шерлоку Холмсу, что у него есть сын, потому что сама в этом сомневалась. Какая же она двуличная. Как она могла ей столько лет верить. Интересно, где еще она врала? – Что ты здесь делаешь? – Аллегра подняла глаза, увидев перед собой молодую девушку. Она была невысокого роста, блондинка с серыми глазами в черном пальто и солдатских сапогах. – Я просто… – Али потупила взгляд. – Просто сбежала из дому, – предположила девушка. – Пошли, ночной Лондон – не самое лучшее место для таких девушек, как ты. Как тебя зовут? – Аллегра Льюис, – еле сдерживая слезы, произнесла она. – А меня Карен Ротс, – ответила ее собеседница. Они шли недолго. Карен открыла дверь, проводя ее в квартиру. Комнатки были маленькими, простыми, почти не было мебели, но Аллегре было все равно на удобства, она так хотела спасть, что была готова лечь хоть на коврике у двери. Карен напоила ее чаем. Стоило только коснуться Аллегре щекой подушки, пахнущей жасмином, она сразу же уснула. Карен Ротс подошла к окну. Аллегра сразу же ей напомнила Нору Льюис. Просто одно лицо, но она знала, что Норы нет в живых, она сама отдала много лет назад приказ, чтобы ее убить. Нора была самым лучшим стрелком в их сети, но однажды она связалась с ненужными людьми и за это поплатилась. Карен улыбнулась. Дочь Норы Льюис могла находиться в Лондоне только с одним человеком – Элизабет Морган. Для Карен не было секретом, чем она на самом деле занимается. Стоило только ей появиться в обществе Гленна Миллера, она сразу же поняла, что Бэсс Морган вернулась сюда не просто так. Четыре года назад из-за игры Бэсс Морган их обширную сеть чуть не разоблачили, но убийство Тернера было своевременно. Он ничего не успел сказать, зато из-за сентиментальности его сына разоблачили филиал их сети в Америке. Карен снова улыбнулась. Сегодня просто судьба заставила ее пройтись по Лондону. Встреча с Аллегрой Льюис должна всем помочь. Карен Ротс было двадцать семь, слишком юный возраст, чтобы руководить преступной группировкой в Лондоне, но она это дела уже с блеском два года, и никто так и не смог найти взаимосвязь между некоторыми событиями и их сетью. Утром Аллегра проснулась от запаха кофе. В их доме не было принято пить часто этот напиток. Кофе очень любила Сэм, она всегда старалась выпить чашечку после того, как Бэсс уходила из дома. Аллегра улыбнулась, проходя на маленькую кухню. Карен сидела за столом, она читала утренние газеты. – Как спала? – спросила Карен, не отрывая глаз от газет. – Хорошо, – ответила девушка. – Домой будешь возвращаться? – последовал новый вопрос. – Пока нет, – Аллегра села за стол. – Чем ты занимаешься? – Работаю в приюте для животных, – ответила Карен. – Можно сегодня с тобой? – Ага, – Аллегра не видела хитрую улыбку новой подруги. Она всегда общалась с людьми старше себя. В школе она дружила со старшеклассницами, тетя, которая была ее старше на тринадцать лет, тоже была лучшей подругой. Неудивительно, что Али сразу же нашла общий язык с Карен. Новая знакомая ей очень нравилась: молодая, добрая, интересная. В приюте было не скучно. Карен все время рассказывала о своем детстве и юности, как в этом же возрасте из-за пьющих родителей постоянно уходила из дому, как ее возвращали в ненавистный дом и как она снова сбегала. Вечером они вернулись домой к Карен. Али посмотрела на телефон, там было много пропущенных вызов. Элизабет ее искала. Как-то злость прошла сама собой. Девушка попрощалась с новой подругой и поехала домой. Дома на Холланд-стрит были только Сэм и Виктор. Мальчик сразу же кинулся к ней обниматься, Сэм же принялась звонить Бэсс, чтобы успокоить. Через полчаса Элизабет приехала не одна, а с компанией. С ней были Шерлок Холмс и доктор Ватсон. – Где ты была? – набросилась на девушку Элизабет. – Мы искали тебя везде. – Я была у подруги, – кратко ответила Аллегра. – Ты же ничего никому не говоришь, я тоже буду молчать! – Не смей так со мной разговаривать! – Шерлок схватил разгневанную Элизабет за руку, призывая помолчать. – Бэсс, успокойся, – потребовал Джон, видя, как Виктор наблюдает за всем. Мальчик действительно был похож на своего отца. – Иди в свою комнату! – громко и резко сказала Бэсс. – Я с тобой поговорю позже! Вас же, джентльмены, прошу уйти! – Я советую тебе успокоиться! – холодно сказал Шерлок. – Все вон! – Джон жестом показал другу, что лучше всего уйти, раз того требует дама. Когда они ушли, Бэсс сдержала свой гнев. Она понимала, почему племянница злится на нее. Вот, ее ложь дала о себе знать, но сейчас пойти и рассказать правду она не могла, потому что все станет еще хуже. Аллегра должна унять свой гнев так же, как и она сама.

***

Страсти улеглись неделю спустя. Бэсс и Аллегра смогли спокойно поговорить. Девушка все поняла, она больше не испытывала злость по отношению к тете. Теперь она знала почти все, и Элизабет стала очень сложно играть свою роль, одно только радовало, что Майкрофт дал ей короткую передышку, чтобы собраться с силами. Али же продолжала видеться с Карен Ротс. Она приходила к ней в приют, делясь с ней своими переживаниями и чувствами. Аллегра чувствовала в Карен родственную душу, нашла друга, который будет сопровождать ее по жизни много лет. Но так думала только Али, Карен же стремилась использовать девушку в своей игре, ведь приказы своего начальника нужно выполнять. Элизабет после того, как ее освободил Майкрофт, дышала спокойно. Она ощущала себя свободной, словно птичкой, парящей в небесах. Но это чувство было с ней недолго. Когда Бэсс выходила из студии, ее ждала знакомая черная машина. Она знала, что нужно делать, ничего не говоря, Бэсс открыла дверь, садясь в машину. Ее довезли до «Диогена», где Майкрофт любил сидеть по вечерам. Он ждал ее, сидя в кожаном кресле, читая вечерние газеты. – В чем дело, Майкрофт? – резко спросила Элизабет. Она посмотрела на себя. Вид у нее сегодня был не самый лучший: усталая, с растрепанными волосами, без макияжа, в кедах вместо красивых туфель. – Твой отдых закончился, – тихо произнес он. – Неделю! Ты дал мне всего лишь неделю! – вспылила она. – Что на этот раз? Что ты хочешь от меня? – Чтобы ты продолжила общаться с Миллером, – Майкрофт налил себе виски. – Ты же сказал, что знаешь, кто за всем этим стоит, – она сложила руки на груди. – Мы поймали конечное звено, и пытки не дали нам ничего, – заключил Майкрофт. – Миллер – не организатор, он пешка, но, возможно, эта пешка приведет нас к нужному нас результату. – Шерлок активно копает, Майкрофт, – Элизабет с вызовом посмотрела на начальника. – Я знаю, но это ничего не меняет. Ты работаешь на нас. Он же пусть сам действует, – Майкрофт улыбнулся. Бэсс не верила ему, она догадывалась, что у Майкрофта на уме какой-то свой план. Он явно что-то придумал. Только что? Какую роль он решил навязать ей? – Как это мило с твоей стороны, – она тоже улыбнулась. – Я вот всегда думала, что ты беспокоишься за него, оберегаешь от всего, не позволяешь ему ни дружить с кем-либо, ни любить кого-то. Хотя, это абсолютно не так. В его жизни все же есть люди, которых он любит. Тебе, как и другим, он никогда это не скажет. – Сантименты всегда мешают делу, – заключил Майкрофт. – Вспомни себя. Из-за своих сантиментов ты чуть не провалила свою игру. – Я любила твоего брата, – горько произнесла Элизабет. – Он уже все знает. – Не смей снова впутывать его в это, – предостерег ее Майкрофт. – Это ни к чему не приведет его. – Это почему же? – Элизабет встала, стала ходить по комнате. – Твой брат любит меня, и никогда никому-никому этого не скажет. Так что я та единственная, которая почти завоевала его. Мне очень жаль вас, Холмсов, что вы не понимаете самого главного в жизни, а ваш блестящий ум не дает ответы на все вопросы. Мозг без сердца не живет. – Я тебя предупредил, – Майкрофт сделал глоток виски. – До скорого, Майкрофт, – Элизабет распахнула дверь, она посмотрела на начальника через плечо и улыбнулась. Свободной ей, видно, уже не быть никогда…