Холодный разум, горячее сердце. Часть 2

Хотелось подпрыгивать от радости. Кошмар, который длился два с половиной месяца, закончился, но пока, видимо, радоваться рано. Аллегра посмотрела на играющего брата. Она улыбнулась, но тут же нахмурилась. Бэсс уже неделю была в больнице. Ей, конечно, стало лучше, по сравнению с тем состоянием, когда ее привезли в Лондон из Белфаста. Ей поставили анемию с нехваткой железа. Это лечилось, потому что стадия была начальной. Но Аллегра все равно переживала. Когда неделю назад к ним с Сэм снова пришел Майкрофт Холмс, который неожиданно для девушки стал их опекуном, Али ничего не понимала. Она не видела его с «похорон» Бэсс, с тех пор прошло много серых дней, когда она проливала в подушку много горьких слез. – С чем пожаловали? – поинтересовалась Аллегра, поправляя непокорные пряди темных волос. – Элизабет жива на самом деле. Сейчас она в Королевском госпитале, – Майкрофт замолчал, видя, как в голубых глазах Али застыло недоумение. – Вы меня сейчас разыгрываете, – холодно ответила Али. – Она же умерла, я сама видела ее тело. – Элизабет не умирала. Это очень сложно объяснить, – Майкрофт покрутил в руках бежевый зонт-трость. – Я не спешу. Майкрофту пришлось рассказать все то, что Бэсс не смогла рассказать. Теперь Аллегра знала все. Знала, чем на самом деле занималась ее тетя до отъезда в Нью-Йорк, знала, что ее мать, как и отец, была наемным убийцей. Информация просто обрушалась на нее. Она все слушала с каменным лицом, словно твердя себе: это не так, не так. Но это было горькой правдой, которую так умело скрывала Элизабет. – Теперь вам все понятно? – спросил Майкрофт. – Думаю, что это останется между нами. – Как вы могли так поступить со мной и Виктором? Вы хоть понимаете, что мы чувствовали? Ладно я, но Виктор – он же ее сын, ваш племянник. А Шерлок? Что чувствовал он, ведь он любит ее! – Аллегра отошла к роялю, стирая ее слезы. – Все закончилось хорошо, – изрек Майкрофт. – Можно сказать, Шерлок и спас Элизабет. Не все идет по плану, так только Шерлок думает, а вот Элизабет это всегда знала. Она по натуре авантюристка, спокойная жизнь не для нее. – Что с ней? – поджав губы, задала вопрос Аллегра. – У нее анемия. Этот диагноз ей поставили еще в Дублине, но начавшееся лечение оборвалось, потому что ей пришлось поспешно бежать из Дублина, – Майкрофт внимательно посмотрел на девушку. – Завтра вы сможете ее увидеть. – Они будут вместе? – этот вопрос очень волновал Аллегру, потому что она очень привязалась к Шерлоку, может быть, она была ему безразлична, но он ей нравился. Али считала, что он, несмотря на свой ужасный характер, идеально подходит Бэсс. – Это уже не мне решать. Честно, мне это не нравится, – сознался Майкрофт. – Любовь всегда приходит, когда ее не хочешь и не ждешь, – философски произнесла Аллегра. – Все мы люди, а не машины. – Завтра за вами прибудет машина, и вас отвезут к Элизабет, – Майкрофт сделал вид, что не слышал замечаний Али о чувствах. – Кстати, Элизабет купила в январе дом в Кенсингтоне. Неплохое местечко. До свиданья, мисс Льюс. – До свиданья, мистер Холмс, – Аллегра закрыла за ним дверь. Ее обуревало множество чувств. Новости действительно были хорошими с одной стороны и плохими с другой. Она вошла в комнату Бэсс, где Саманта и Виктор рисовали на кровати. Аллегра улыбнулась, но улыбка тут же сползла с ее лица. Вот как теперь все сказать Виктору? С Сэм все понятно. Американка все поймет. А вот ее брат, как он к этому все отнесется? Ведь ему почти четыре года, он еще такой маленький, ничего не понимает в мире взрослых. – Вик, – протянула Аллегра. – Зови меня Виктор, ведь так меня назвала мама, – гордо ответил он. – Бэсс жива. Только что приходил Майкрофт Холмс и сказал, что все это было игрой, потому что ей нужно было тайно уехать в Дублин, – выпалила девушка. – Но это же чудесно! – Саманта спрыгнула с постели. В ее карих глазах появилась радость, грусть испарилась, словно по мановенью волшебной палочки. – Мама жива! – Виктор подбежал к сестре. – Где она? Я хочу ее видеть. – Она сейчас в больнице, – Аллегра вздохнула, ожидая расспросов. – Что с ней? – теперь уже в голосе Сэм слышалось беспокойство. – У нее анемия, но я думаю, что она обязательно выздоровеет, – предположила Али. Она взглянула на американку. Хорошо, что она перестала красить волосы в блонд, красивый шоколадный оттенок ей шел гораздо больше. – Я хочу к ней, – Виктор еще крепче обнял сестру. Аллегра легко засмеялась, проводя ладонью по его кудрявым волосам. – Завтра Майкрофт пришлет за нами машину, и мы поедем к Бэсс, – Аллегра поцеловала Виктора в щеку. – Ура!!! Я знал, что это не мама была в гробу, – это высказывание поразило Саманту и Али. Все оказалось намного проще, чем предполагала Али, и это очень радовало ее.

***

Мери Ватсон обняла мужа. Она привыкла к таким отъездам мужа, сама порой настаивала, чтобы он вел дела с Шерлоком, потому что была уверена, что детектива нельзя надолго оставлять одного. Она знала, что Джон очень часто рискует, она привыкла, но переживать не перестала. Джон поцеловал жену в щеку, крепко прижимая ее к себе. Мери втянула Джона в дом. Джулия побежала встречать отца. – Как хорошо, что вы нашли ее, – воскликнула Мери. – Я просто рада. – Радоваться пока нечему, Мери, – Джон отошел к окну. – У нее анемия, но это еще не все. Я говорил с ней, она не хочет видеть Шерлока. Совсем. – Но почему? – Мери ничего не понимала. – Я не знаю, что между ними на самом деле произошло в Дублине, – ответил доктор. – Я поговорю с ней. Мери и Джон приехали в Королевский госпиталь утром. В то утро у Бэсс в гостях были Виктор и Аллегра. Мальчик крутился рядом с матерью, Аллегра что-то рассказывала, понимая, что Элизабет почти ее не слушает. Пробыв рядом с ней около двух часов, Аллегра и Виктор поехали домой. Ватсоны подошли к Элизабет. Она по-прежнему была бледной, взгляд у нее был усталым и поникшим. Бэсс вообще была какой-то притихшей. Мери понимала, что причина столь странного поведения Элизабет заключается в Шерлоке. – Что между вами произошло? – тихо спросила Мери, сжимая холодную руку подруги. – Я зла на него, – просто ответила Элизабет. Она не хотела об этом говорить. У нее было достаточно времени, чтобы все обдумать и понять. Она пыталась сложить все детали одной картины, но что-то не складывалось. Бэсс не понимала, почему он так с ней поступил в Дублине и почему поехал ее искать. Она ничего не помнила. Последним четким воспоминанием был разговор с Майкрофтом по автомату. Все остальное было, как в тумане. Элизабет с трудом смогла вспомнить, как очнулась в каком-то ящике с бомбой, как ее звал Шерлок, как он ее нашел. Она только через несколько дней вспомнила, как пришла в себя в больнице, как Шерлок обнимал ее, гладил по волосам и овалу лица. «Все хорошо», – вспыхнуло как-то в ее мозгу ночью уже в Лондоне. «Нет», – тогда ответила она. Злость. Вот, что она чувствовала по отношению к нему. Нет, она не могла ненавидеть Шерлока, она по-прежнему любила его. С тех пор, как она стала выздоравливать, она не видела детектива. Понятно, что он не знал, что ей сказать, не предполагал, какая у нее будет реакция на его появление. Бэсс была рада, что пока они не встречались, появилось время, чтобы собраться с мыслями. Шерлок терялся. Ее «нет» привело его в настоящее замешательство. Так легко было сказать это слово Ирэн и нарушить все ее планы. Но тогда он не понимал, как сильно ранило слово «нет» Ирэн. Теперь же его самого ранило это простое слово. Элизабет Морган заставила его испытать много чувств. Она заставила его почувствовать любовь, страсть, вожделение, страх, боль и даже ревность. Она словно наказывала его за то, что он не мог чувствовать, как она. Сначала она сделала так, чтобы он понял, что ощутил Джон, когда он спрыгнул с крыши, а потом этим своим отказом она совсем довела его до полнейшего непонимания. Поехать к ней почему-то было сложнее, чем найти ее в Белфасте. Миссис Хадсон просила его поговорить с ней, рассказывала, что женщины всегда верят всему, что им говорят. Нет, он не поедет к ней. Все это бессмысленно, твердил Шерлок, но все же решился увидеть ее. Элизабет находилась в больнице уже две недели. Именно столько она прибывала в Лондоне. Ей стало намного лучше. Она прибавила в весе, на щеках появился легкий румянец, в глазах все тот же загадочный блеск. Она снова ощущала себя прежней. Холмс открыл дверь ее палаты. Она читала какую-то очень толстую книгу. Бэсс сразу же поняла, кто пришел. Она узнает его по шагам, по аромату его туалетной воды, она никогда его ни с кем не спутает. Элизабет подняла на него глаза. Шерлок смущено смотрел на нее. «Я знаю каждую мужскую эмоцию, сейчас в ваших глазах удивление и смущение, мистер Холмс», – вспомнила Бэсс. Да, именно это она и сейчас прочитала в его взгляде стальных глаз. «Я тебя смущаю», – пронеслось в голове у Шерлока. – Здравствуй, Элизабет, – начал он. – Добрый день, – ответила она, почему-то не назвав его по имени. – Как ты? – придавая своему голосу безразличия, спросил Шерлок. – Как видишь, уже намного лучше, – она слабо улыбнулась. – Я… Я… – Не знаешь, что мне сказать, – закончила она за него. Элизабет захлопнула книгу, отложив ее в сторону. – Да, не знаю, – согласился Холмс. – Все, что связано с тобой, всегда не определенно. – Я все еще зла на тебя, – в ее голубо-зеленых глазах скользила боль. – Ты понимаешь почему? – Я знаю причину, – Шерлок сделал шаг к ней. – Это причина – я, так ведь? – Нет, – Элизабет покачала головой. – Не ты сам, а то, что ты сказал в Дублине. Я говорила тебе, что слова для меня сейчас не имеют значения, но оказалось, что я солгала. Эти слова… – Так было нужно, Бэсс, – отчаянно произнес Шерлок. – Мне нужно было выбить тебя из игры. Тебя вычислили. Они должны были подумать, что ты и я никак не связаны. Я не хотел, чтобы… – Сантименты использовали против тебя, – снова закончила она за него. – Бэсс… – Ты меня к пропасти толкнул. Меня чуть не убили три раза за сутки, – в ее глазах пылал гнев, но Шерлок понимал, что долго она не может злиться на него. – Понимаю, – проронил он. – Я не хотел этого… – Ох, Шерлок, иногда ты ведешь себя, как наивный мальчик, – она улыбнулась. Шерлок узнал ее теплую знакомую улыбку. Он сел на ее кровать, пылко притягивая Бэсс к себе. Он ощущал, как громко стучит ее сердце, как ее дыханье опаляет его. Шерлок взял ее за руку, считая ее пульс. Он снова был низким. Детектив поднял ее за подбородок, заглядывая в ее глаза, пытаясь понять, что твориться в ее голове. «Сердце женщины подобно глубокому бушующему океану тайн», – вспомнил Шерлок. Он провел пальцем по ее губам. Ее взгляд мягчился, Шерлок больше не видел гнев. – Прости меня, – услышала она и не поверила. Она всегда полагала, что Шерлок Холмс не способен говорить такие слова так искренне. Она верила, что эти слова идут от самого сердца. Какой же он все-таки удивительный, жаль, что не считает так, не понимает, что всю свою жизнь скрывался от своих чувств, потому что боялся их. Эмоции его пугали, но ведь именно эмоции делают людей особенными. Чтобы он не говорил, но она никогда не верила, что он бессердечный и равнодушный ко всему. – Я не могу долго на тебя злиться, – прошептала она. – Ты понимаешь, что ты заставляешь меня испытывать то, что я всегда отвергал и не понимал? Даже Ирэн не смогла этого сделать, – Элизабет снова улыбнулась. – Понимаю, – проронила она. – Я знала это с самого начала. Я признаюсь, что очень давно испытываю к тебе чувства и давно решила показать тебе целый мир прекрасных чувств, – она скользнула пальцами по его шее, ощущая тепло его кожи. – Но это было тогда… – Это было в прошлом, а сейчас? – неужели в его взгляде сейчас сомненье. Неужели он сомневается, что она хочет быть с ним? – Никогда не оглядывайся назад, всегда смотри вперед, ведь завтра будет новый день, – Бэсс поцеловала его в щеку. – Я не смотрю назад. Майкрофт обещал мне, что отпустит меня навсегда. – Вот оно как, – выдохнул Шерлок. – После всего произошедшего он должен это сделать. – Я не хочу, чтобы вы сорились из-за меня, потому что… – Элизабет облизнула пересохшие губы, не зная, как ее предположение воспримет сейчас Шерлок. – Сантименты… – прошептал он. Бэсс улыбнулась, она не стала ни соглашаться с этим, ни опровергать это. – А еще я продаю квартиру и переезжаю в дом в Кенсингтоне, – Элизабет тихо рассмеялась. – Дорогой дом? – Очень, но я могу его потянуть. Я состоятельная женщина, но мне все это не нужно, – Бэсс обняла его. Ее пальцы оказались в его темных кудрях. – Мне было очень больно… – Я знаю, – прошептал Шерлок. Он нашел ее губы. Это был нежный, трепетный поцелуй, который обычно дарит надежду, который говорит, что дальше все будет только лучше. Шерлок оторвался от нее. Их лбы прикоснулись, казалось, они бесконечно долго смотрели друг другу в глаза. Он ощущал через ткань пиджака ее ладони нежно скользящие по плечам. Ее дыханье обжигало его, но детектив уже давно привык к такой близости, раньше это приводило в настоящее замешательство. «Любовь – это, когда все замирает внутри от восторга, когда твои мысли направлены в сторону одного человека, когда тебе хочется его увидеть, услышать, отгадать, понять. Вот, что такое любовь», – теперь Шерлок почти понял, что она сказала ему, когда он оказался в больнице после взрыва в ресторане «Luna Nuova», это было пять лет тому назад. – Нет, Шерлок, ты не понимаешь, что я чувствовала. Я думала, что за свою недолгую жизнь пережила все, но не думала, что меня так ранят твои слова, – она увидела через его плечо группу своих учениц. – Мисс Морган, с выздоровлением! – Бэсс громко рассмеялась. Шерлок отодвинулся от нее, опять удивлено смотря на нее.

***

Ночь закончилась, и наступил день. Через несколько недель Бэсс выписали из больницы. Теперь она понимала, что у нее новая жизнь. Она решила все начать с чистого листа. Элизабет начала прощаться с прошлым еще несколько месяцев назад, но сейчас она распрощалась с ним окончательно. Когда она вышла из больницы, на улице шумел май. В городе была жара, солнце ласкало, даже порой обжигало, одаривая теплом зеленые листочки. Сады цвели пышным цветом, буйство красок привлекало свое внимание к себе, от чего рябило в глазах. Город утопал в зелени. Ветер лишь иногда с шумом проносился между домов, словно вторя в такт гудящим машинам, помогая раствориться дыму, исходящему от них. Кристально чистое небо без облаков казалось бездонным. Эта чистота и легкость в воздухе вдохновляла на новые свершения. Все изменилось. Все стало другим. Вернувшись домой, Элизабет принялась за обустройство своего нового дома. Квартиру на Холланд-стрит, где она прожила последние годы, решила продать. Ее небольшой семье стало совсем тесно там. Виктор, Аллегра и Саманта больше не могли делить одну комнату. Ремонт в Гарден-Орчид как раз завершился, осталось только перевезти все вещи. Аллегра радостно открыла двери. Она уже давно не видела Шерлока. Она провела его в гостиную, видя его смущение. Квартира была совершено пустой. – Ты уезжаешь? – спросил он у Бэсс. – Нет, мы переезжаем. Я говорила тебе, что купила дом в Кенсингтоне, – Бэсс посмотрела на себя в зеркало. – Мы ждем нового хозяина, поэтому мы еще здесь. Не переживай, я не сбегу. Через два дня Элизабет уже жила в новом доме. Дом был небольшим, но очень уютным. На первом этаже располагались гостиная, кухня, столовая, маленький кабинет, студия. На втором этаже были четыре небольших спальни. Элизабет не хотела дорогой отделки, помпезных интерьеров, она не намеривалась вести жизнь леди Киттери. Нет, с титулом отца она решила распрощаться раз и навсегда. У нее, Аллегры и Виктора должна быть свободная жизнь. Не дворяне они больше, не принадлежали они к этой касте и уже давно. Пожар в Киттери-Холле все перечеркнул, тем более что незаконнорожденный мальчик не может быть наследником лордов Киттери. Но это было сейчас не важно. Все это сейчас не имеет никого значения. Шерлок впервые приехал в ее дом спустя три недели. Он знал, что она очень занята, как и он. У него появились новые дела, а Бэсс постоянно пропадала в студии. В маленьком саду Виктор играл с собакой, на скамейке сидела Саманта. Американка читала книгу, успевая приглядывать за мальчиком. Шерлок прошел в дом, оглядываясь по сторонам. Она была права, когда говорила, что дом очень простой. Вся обстановка показывала вкус Элизабет, а она его была не лишена. – О, Шерлок, – Бэсс быстро слетела по лестнице, устланной темно-зеленым ковром. Она обняла его за шею, приподнялась на носочках, целуя его в губы. – Давно уже не виделись. Недели три, наверное. – Было очень много дел, – ответил Шерлок. – Охотно верю. Пойдем. Я ужасно соскучилась по тебе, – она потянула его за собой. Спустя долгий час они лежали в ее кровати, наслаждаясь тишиной. Элизабет прижалась к нему. Ее голова покоилась у него на груди, Бэсс чертила круги на его плече. Она вздохнула, устало закрывая глаза, засыпая рядом с ним. Шерлок отвел волосы с ее лба. Она снова стала брюнеткой, будто так забывая Ирландию. Это были первые их часы, когда они по-настоящему были вместе, когда им никто не мешал, когда минуты и часы принадлежали только им. Оказывается, он не мог уже не думать о ней. Бэсс Морган стала частью его жизни. Он был благодарен ей за то, что она не пыталась его изменить, не старалась навязать ему все то, что обожала сама. Элизабет не предлагала ему, чтобы она переехала к нему. Ей было комфортно в своем новом доме, и ей куда больше нравилось приезжать к нему домой по вечерам, нежели чем жить с мужчиной. Давно прошло то время, когда она спешила к своей первой любви на свидание, звонила, когда не видела его полдня. Сейчас она стала мудрее и рассудительней. Элизабет понимала, что от Шерлока ничего нельзя требовать, потому что он совсем не похож на Роберта. Он просто другой. Бэсс не хотела на него давить, так же как и жить с ним. Нет, у них никогда не будет нормальных отношений, таких, какие у многих пар, но это не главное. Главное, что они просто решили быть вместе. Утром Бэсс проснулась одна. Она приподнялась на локте, увидев Шерлока у окна. Он слабо улыбнулся ей. Она тоже улыбнулась. День начался. Аллегра убежала на экзамен. Виктор и Сэм пошли выгуливать Робинзона, Кенсингтон как раз способствовал для прогулок. Элизабет и Шерлок были одни в доме. Они быстро позавтракали, а потом вместе вышли на улицу, чтобы поймать кеб. Бэсс думала, что сейчас они поедут в разных машинах, потому что Бейкер-стрит и Чарльз-стрит находились совершенно в разных местах. Но они сели в одно такси. – Чарльз-стрит, – назвал адрес Шерлок. – Ты решил довезти меня до студии? – спросила она, смотря на экран своего телефона. – Как это мило с твоей стороны. Шерлок ничего не ответил на это. Таксист улыбался, смотря в зеркальце на них. Конечно, на публике они вели себя очень отчуждено, но все же было видно, что эти двое очень близки. Они вместе доехали до ее студии, Шерлок же поехал домой, на Бейкер-стрит, слушать очередные вопросы миссис Хадсон о них с Бэсс. День Шерлока прошел в своей обычной манере. Он не ждал, что Элизабет приедет к нему вечером. Но она приехала. Ночь они снова провели вместе, а утром Бэсс поехала в студию проводить занятия со старшей группой учениц. – Мисс Морган, – Элизабет вошла в студию, ночь она провела на Бейкер-стрит вместе с Шерлоком. Она заметила какие-то странные взгляды. – Что-то случилось, Грейс? – спросила Бэсс. – Что вы так странно смотрите на меня? – Вы видели газеты? – спросила Нэлли. – Нет, а что? – Элизабет взяла газеты с пола. На передовице была она с Шерлоком. Заголовок был кричащим: «Девушка Шерлока Холмса». – О, как мило… А теперь живо заниматься. Дома ждали не утешительные новости. Бэсс положила телефон на стол, позвала Сэм, чтобы она заказала билеты на ближайший рейс в Нью-Йорк.