Ice Dream

Вместо эпиграфа: «Один играет в поддавки, другой сражается за идею, третий - борется с самим собой. Как всегда побеждает сильнейший, однако выигрывает тот, кто проиграл». Игорь Плящ.

Поначалу Юме отказывалась верить в то, что видит. Она потёрла глаза и даже незаметно ущипнула себя за руку, но досадное видение изменяться не желало. - Да где же она? - высказанная вслух автоматически, эта мысль удостоилась ответа подошедшего старшего продавца в виде кивка в противоположную сторону. Галерея была сквозной и имела два выхода. Выходит, никакая это не случайная встреча, а самый настоящий саботаж! Юме чувствовала, как внутри постепенно закипает что-то нехорошее, и никакие вдохи-выдохи-на-четыре ей не помогают. Никогда ещё улыбка соседа не казалась ей настолько неуместной. «Рацио», безмятежно спящее где-то на дне сознания, в то время как на поверхности клокотала неистовая буря, никак не включалось. Её вещи исчезли, денег, чтобы оплатить покупку и уйти хотя бы в том, что на ней сейчас надето, нет. Телефон тоже бесследно испарился — и папе не позвонить. «Это полный отстой! - металось в панике сознание, низко кланяясь мимоходом Мацуде за приобретённый лексикон и подложенную свинью. - Что дальше? Полицейский участок, составление протокола и позорное объявление на утренней линейке? Приехали!» - Идём! - мягкий голос одноклассника вывел её из состояния шока. - Куда? - вспыхнула Юме. - Чтобы меня воровкой объявили и искали с собаками по всей Канагаве? Пожалуйста, дай мне свой телефон, Кисэ-кун, я отцу позвоню. «И в такой ситуации вежливость и дипломатические нотки?» - на лице аса Кайджо промелькнуло мимолётное удивление. Исходя из своего богатого опыта общения с представительницами прекрасной половины человечества, он мог твёрдо сказать, что весьма небольшое количество девушек способны сохранять хладнокровие в таких вот неординарных ситуациях. Большинство впадает в панику. Но Фую-чи к этому большинству явно не относится. - Вот ещё! - он окончательно разрушил её веру в людей и станцевал на обломках. Склоняясь к плечу соседки и понижая голос до интимного шёпота, Кисэ констатировал: - Покупки уже оплачены. - Что-о? - дёрнулась та. - Спокойно, - легла на её плечо рука, разворачивая в сторону выхода. - Я хотел сделать тебе сюрприз, а когда я чего-то очень хочу, мне трудно себе отказать. - Сюрприз? Я ничего не понимаю! Что за глупые игры? - всхлипнула Юме, вырываясь. - На каком основании я должна принимать подарки такой стоимости? - Просто расслабься, - по-доброму усмехнулся её сосед, атакуя сотой по счёту обезоруживающей улыбкой и кристально честным взглядом, - и не порти удовольствие ни мне ни себе. Юме хотела было плюнуть в эту ухмыляющуюся рожу и удалиться с гордо поднятой головой, но ловкая манипуляция заставила её чувствовать себя обязанной и виноватой, а потому она поплелась следом мрачнее тучи, проклиная сегодняшний день, ушлых одноклассников, собственную доверчивость и восхищённо вздыхающий им вслед персонал злополучного бутика, чтоб они разорились! Фуюма молча шла за Кисэ, еле переставляя ноги и кусая губы. Обидно, что даже природа на стороне солнечного одноклассника: сквозь огромные стеклянные витражи холла пробивались весёлые лучи, растекающиеся по глянцевому плиточному полу яркими светлыми лужицами. Пасмурная погода с утра больше соответствовала её теперешнему состоянию. Всё совсем не как в кино, где по закону жанра грустным событиям обязательно сопутствует дождь. В жизни же в ста процентах случаев срабатывает закон подлости. При этом вентиляция работала на всю мощность, создавая приятную комфортную температуру, что Хана не так давно назвала «микроклиматом». Ох уж эта Хана! Чёрт её дёрнул затеять эту авантюру! Юме страшно злилась не столько на её сговор именно с Кисэ, сколько на сам факт предательства вообще. И ведь она предупреждала её о возможных последствиях! На первый взгляд выглядело всё хуже некуда. Кисэ-кун пошёл на таран и уже праздновал победу: ему удалось-таки сломать броню её спокойствия, и теперь Юме чувствовала себя в ловушке. Но сдаваться на милость победителя так просто она не собиралась. История — спасибо огромное Ватанабэ-сенсею, не устающему повторять это каждый урок! — изобилует примерами того, как малочисленные и слабые одерживали сокрушительную победу над превосходящими по численности и лучше экипированными. Если не техническую, то моральную. Начиная от осады замка Чихая, после первого же штурма которого восемь писцов в течение трёх дней составляли списки убитых, и заканчивая историей вступившего у порта Чемульпо в неравный бой с их эскадрой русского крейсера «Варяг», капитан которого — гайдзин, неслыханно! — получил потом от японского императора в знак признания отваги и мастерства Орден Восходящего солнца, второй по старшинству после Ордена Хризантемы. Юме очень любила, когда старичок историк, иногда отвлекаясь от темы, рассказывал действительно интересные вещи, упоминая события и людей, о которых учебники высказываются весьма сухо, а то и умалчивают совсем. При богатом воображении и умении сопоставлять, девушка легко проводила параллели и примеряла произошедшее в глубокой или не очень древности к себе, ища таким образом пути решения. Вот и сейчас она пришла к выводу, что настоящий повод праздновать её капитуляцию у Кисэ появится только в том случае, если она окончательно потеряет контроль над собой — разнервничается, задёргается, потеряет самообладание. Тогда он сможет рулить ситуацией так, как ему захочется, и она ничего не сможет с этим поделать. Однако, так ли безнадёжно её положение и действительно ли у неё нет выхода? Нет ведь никаких серьёзных причин для паники! От ученического билета проку мало — по нему можно получить скидку в общественном транспорте, но не проехать бесплатно, зато проблем с магазином не будет, потому что одежда уже оплачена, и никто ей не мешает вот прямо сейчас обратиться к первому же полицейскому и заявить о краже сумочки со всеми деньгами и мобильником. В идеале от неё должны принять заявление, а её саму доставить домой на машине со всеми почестями. На худой конец, они позвонят отцу, и этому фарсу придёт, таким образом, логический конец. А переживать о деньгах — это же такая глупость! Их всегда можно вернуть. Понимание того, что ничего серьёзного ей не угрожает, вернуло Юме спокойствие и хорошее расположение духа. В конце концов, разве ей не любопытно, для чего сосед всё это затеял? Очень любопытно! Как и размах полёта фантазии неожиданного компаньона: какую развлекательную программу он сочинил? Кино? Караоке? Кафе-мороженое? Всё из недавнего предложения? Теперь и выбор Ханы понятен: все пункты из списка можно провернуть здесь, не выходя из здания. Разве не удобно? Тщательно всё спланировали, конспираторы-самоучки! Надо было настоять на своём и поехать в Заки. И накрылась бы вся их затея. Интересно, как будут развиваться события, если теперь Юме начнёт показывать зубки и капризничать? Она имеет на недовольство полное право, а некоторым не помешает увидеть себя со стороны и прочувствовать на своей шкуре раздражающие театральные замашки и прочие прелести. Но тут важно не переусердствовать, иначе она так ничего и не узнает. - И куда мы идём? - буркнула она, заметив, что они уже приближаются к лифту. - Домой? - Ну вот ещё! - склонил голову к левому плечу Кисэ, пряча руки в карманах кардигана. - Раз уж я добровольно возложил на свои плечи обязанности феи-крёстной, то следующим шагом к преображению тебя в прекрасного лебедя станет покупка красивой обуви. На первом этаже, - он опустил взгляд, - есть отличный магазинчик. Это, кстати, оттуда! - похвастался он мокасинами из светлой кожи. Юме поджала губы, едва удержавшись от желания развить тему и съехидничать насчёт того, не чувствует ли себя он, гордая белая птица, неуютно в компании такого гадкого утёнка, как она. Она загоняла продавца, перемерив кучу обуви. Юме уже мысленно настроилась снова играть неприятную для неё роль модели, послушно выполняя сторонние указания, но Кисэ, как ни странно, избавил её от этой необходимости, разделив с девушкой процесс примерки. Он разгуливал перед большим зеркалом в новеньких лоферах, в то время как она, напоминая себе новорождённого колченогого оленёнка, пыталась встать и сделать несколько шагов в туфлях на непривычно высоком каблуке. Господи, как Хана в этом ходит? Не родился ещё тот, ради кого она пошла бы на такие жертвы, прости, Киёши-сан! Подав ей руку и ухмыльнувшись её смущению этим фактом, блондин осторожно подвёл девушку и поставил перед зеркальной поверхностью, встав у неё за спиной: - Тебе очень идёт, Фую-чи! Правда-правда! Сразу такая высокая стала... - До тебя мне всё равно далеко, - парировала Юме, кусая губы и хмуро смотря в зеркало. Теперь они и вправду смотрелись рядом гораздо органичнее, только что с того? - К этим туфлям в комплекте в обязательном порядке должны продаваться костыли. Или страховка, - она смотрела на смеющегося одноклассника и хихикающую девушку-консультанта в отражении. - Снова стать Шалтаем-болтаем мне как-то совсем не улыбается. - Ладно, снимай! - скомандовал блондин, уловив в голосе соседки печальные нотки. Завязавшийся разговор, содержащий упоминания о неприятных событиях прошлого, моментально испортил тщательно создаваемую атмосферу веселья, а это совсем не было ему на руку. - Не злодей же я совсем. - Неужели? - Чесслово! - выдал он, прижав для убедительности руку к сердцу, и тут же отвернулся, указывая куда-то рукой продавцу. Та отлучилась на минуту и вернулась с золотистыми балетками, идеально подходящими по тону и стилю к наряду девушки. - Примерьте вот эти, пожалуйста. Туфельки сели аккуратно, как будто были сшиты специально для неё. - Нравятся? - спросил Кисэ, заранее зная ответ. Юме просто кивнула, пряча глаза за чёлкой. Чувствовала она себя странно: с одной стороны её удивило проявленное понимание, с другой было очень неудобно, но брыкаться она не стала. - А вообще-то, раз ты предпочитаешь спортивный стиль, обрати внимание на сникерсы, - заявил он с видом знатока. Недоумение, явно читавшееся на лице Фуюмы, его покоробило: как можно не знать таких элементарных вещей?! А девушка мысленно пыталась скрестить спортивную обувь с победно шествующими по миру американскими шоколадными батончиками. Получалось плохо. - Так, я всё понял, - склонил голову к левому плечу, с интересом рассматривая одноклассницу, блондин. - Молодец, понятливый ты мой! - буркнула та, взглядом провожая его широкую спину, исчезающую за стеллажом. Через несколько секунд он вернулся, с победоносным видом демонстрируя ей пару загадочных сникерсов, оказавшихся подобием кроссовок на танкетке с липучками вместо шнурков. - Это не спортивная обувь. - Это обувь спортивного стиля. - И в чём смысл? - В том, чтобы добавить тебе роста, не меняя привычек в одежде. - Тебе-то что до моего роста? - возмутилась Юме. - Если сам каланча, это не значит, что все должны такими быть. - А вдруг твой парень будет баскетболистом? - парировал Кисэ с хитрой усмешкой. - Чтобы тебя поцеловать, ему придётся согнуться в три погибели. А тебя шейный хондроз замучает — голову вечно задирать. Я же, между прочим, о тебе беспокоюсь! - Переживаешь за свой драгоценный позвоночник — держись от меня подальше! - отрезала девушка. - Жирафам место в зоопарке. И вообще, отдай мне мои кеды и пошли отсюда. - И не подумаю. Балетки идут к этому наряду куда лучше. Оставайся прям в них! - сказал он и добавил, обращаясь уже к продавцу: - Берём! Пока они разбирались с оплатой, Фуюма сняла сначала левую туфельку, перевернув вверх подошвой, но не нашла искомой информации, потом правую. Приклеенный ярлычок её порадовал. «Отлично! Теперь я знаю, сколько должна за обувь, - удовлетворённо хмыкнула она, принимая решение, - а стоимость одежды посмотрю на сайте. Благо, я запомнила название этого магазина. Общая сумма долга выясняется путём сложения обозначенных величин...» - А я неплох в роли феи-крёстной, а? - подмигнул парень, выходя из обувного отдела с пакетом, в котором покоились кеды одноклассницы, и устремляясь в сторону лестницы. - Куда мы теперь? - спросила Юме. - Этажом выше располагаются несколько отделов с аксессуарами, надо бы туда тоже заглянуть. - Это ещё зачем? - упёрлась девушка. Она остановилась, демонстрируя нежелание продолжать этот фарс. Обувь — ладно, она предмет действительно необходимый, но Юме никогда не навешивала на себя больше необходимого: если сеточку для волос или заколки, то только затем, чтобы из причёски ни волосинки не выбивалось, мешая тренировке; если шарф, то только потому, что на улице холодно и можно простудиться; и даже часы, к которым так недвусмысленно цеплялась Хана, красовались у неё на руке не просто так. А потому позволять превращать себя в новогоднюю ёлку она категорически не согласна! - Я всякие побрякушки носить не умею! - Почему обязательно побрякушки? - искренне удивился её дремучести одноклассник. Хотя, чему тут удивляться, у неё же даже уши не проколоты, в отличие от него. - Аксессуары дополняют образ, придавая ему завершённость. Ну вот, например, смотри! - они остановились у большой зеркальной витрины. - Без шляпы я в этом кардигане выгляжу, как какой-нибудь провинциальный дед. Замени ещё футболку на рубашку в клеточку, и вообще ужас получится! - округлил он глаза. - Теперь возвращаем шляпу, и перед тобой знаменитая модель, Кисэ Рёта! - Да уж, - с сомнением произнесла Юме, закусив губу. - Фую-чи, ну как ты не понимаешь! Аксессуары — это же и обувь, и сумка, и перчатки, и шарфик какой-нибудь, - с жаром продолжил блондин, доставая из кармана ранее туда убранные очки и прилаживая их на носу. - Другой же вид? - Ну, другой, - нехотя согласилась девушка, и уточнила, кивая на его серьгу: - А это с образом хорошо сочетается или так себе, но снимать лень? - Не трожь святое! - притворно рассердился и погрозил ей пальцем Кисэ, снова убирая очки в карман и открывая перед девушкой дверь на лестницу. - Это главная изюминка любого моего образа. И так будет быстрее, чем топать обратно до лифта, - ответил он на немой вопрос. - Хорошо, - девушка проскользнула вперёд. - А шляпа? - Тоже изюминка. - И очки? - еле сдерживала улыбку Юме. - И очки, - подтвердил блондин. - Да ты просто кекс с изюмом! - буркнула она себе под нос. - Так и было задумано! - Кисэ решил обернуть её слова в свою пользу. Он подмигнул однокласснице, нависая сверху и понижая голос: - Девушки любят сладкое. - Не все девушки, Кисэ-кун, - вперили в него серьёзный взгляд. - В смысле? - не понял юмора он. - В пря-мом, - снисходительно растянула это слово Юме, словно разговаривала с маленьким непонятливым ребёнком. - Я вот, например, сладкое не люблю. Ни в каком виде. Меня скорее можно впечатлить и обрадовать маринованными огурцами, нежели шоколадкой или мороженым. - Фую-чи-и... - протянул он разочарованно и смущённо, отходя на шаг в сторону и пропуская спускающихся женщину с маленьким мальчиком. Наверное, мать и сын. - Ты какая-то неправильная! Сладкое не любишь, побрякушки не носишь... И тут Кисэ осёкся и замолчал, потому что вырвавшиеся только что слова и были тем самым простым и понятным объяснением, которого он искал, но не находил, ответом на вопрос — а почему же, собственно, его привлекает маленькая соседка. Она не красавица, и характерец у неё непростой: довольно прямолинейная, упрямая — уж если рогами в землю упрётся, то её танком не сдвинешь... Выходит, всё дело в том, что она не такая. Ничуть не похожая на таскающиеся за ним восторженные толпы. Стоящая в сторонке и внимательно смотрящая своими чёрными глазищами. «Какая-то неправильная», - мысленно повторил он свои же слова. - Уж какая есть, - мягкая улыбка должна была утешить её притихшего соседа. - К тому же, у меня вот что имеется! - она указала пальчиком на левую сторону носа, где в самом уголке ноздревой складки спряталась маленькая родинка. Кисэ подметил её ещё в первый день знакомства, как раз тогда, когда с любопытством разглядывал девушку, не фонтанирующую розовыми сердечками от того, что он обратил на неё своё драгоценное внимание и заговорил первым. - Помню-помню. Естественные украшения, которые дарит природа, всегда в моде, - поддакнул он. - А что из аксессуаров ты хотел бы посмотреть? - Ну, пока точно не знаю, - лихо соврал он, давно уже испытывая смутную неприязнь к её уродливым большим часам. - Давай купим тебе корону, и будешь настоящая Золушка, хоть сейчас на бал! Его безусловно радовало, что одноклассница, пусть и неохотно, идёт на контакт. Непринуждёнными и обстановку и беседу назвать можно было с о-очень большой натяжкой, но разговор худо-бедно клеился, что само по себе было неплохо. Больше всего Кисэ боялся, что Фуюма уйдёт в глухую оборону, будет молчать и игнорировать его, а в том, что она это умела, он уже не раз имел возможность убедиться. - Ага. Только короны мне для полного счастья и не хватает! - безрадостно протянула Юме, поднимаясь по ступенькам и оглядываясь от чуть отставшего одноклассника. - Такое чувство, что я проворонила тот момент, когда часы пробили полночь, а моя фея-крёстная превратилась в злобную мачеху, - пробубнила она уже себе под нос, с трудом подавляя чувство неловкости и досадуя на подругу пуще прежнего, но её услышали. - Обидно да, что Мацуда оказалась не Акоги, а Госпожой северных покоев*? - он решил проявить сочувствие, блеснув заодно знаниями по классической литературе. Нет, такой реакции Кисэ точно не предвидел: брюнетка сложилась пополам, держась одной рукой за живот, а второй за перила. Словно кто-то внезапно отключил опцию «самообладание»: она давилась смехом, щурясь, отчаянно хрюкая и прикрывая рот ладошкой. Напряжение нескольких последних часов, наконец, прорвалось, освобождая сознание девушки, и приняло такую вот странную форму. Зря он это ляпнул, ох, зря! Когда речь зашла о Золушке, Юме честно представляла себе героиню западноевропейской сказки, самый известный золотоволосый образ которой создал Дисней, но отсылка к золушке японской заставила её мозг усиленно работать совсем в другом направлении. Озадаченный, парень остановился и обиженно поинтересовался: - Ты чего, Фую-чи? Она могла умиляться его вниманием и искренней заботой о её задетых чувствах, она могла восхититься его познаниями и удивлённо охнуть, одарив комплиментом, но так беззастенчиво ржать?.. - Ох, Кисэ-кун...- простонала она, вытирая грозящие устроить пробежку по щекам слёзы. - Ты хоть понимаешь, что ты сказал? Если продавшая меня тебе Хана — Госпожа северных покоев, то ты — ни больше ни меньше господин тэнъяку-но сукэ*. - Что-о? - Чёрт! Облажался так облажался! - Этот развратный дряхлый старикан?! - Ну, с твоих слов так выходит, - всё ещё не могла успокоиться брюнетка. - После всего, что ты тут замутил, не боишься, что тебя в самый ответственный момент... ха-ха-ха... понос прохватит? - не унималась она, продолжая углубляться в аналогию. - Фую-чи-и! Ты, оказывается, жестокая! - Ты первый, кто смог это разглядеть и посчитал угрозу достойной внимания, - сказала Юме, внезапно посерьёзнев: лицо Кисэ вдруг каким-то образом оказалось всего в нескольких сантиметрах от её. Девушка даже не успела заметить его молниеносных перемещений — вроде только что был ниже на несколько ступеней, а сейчас она видит его так непозволительно близко и чувствует тёплое дыхание. Что ещё за новости? Нелепые очки покоились в кармане кардигана, так что рассчитывать на заминку, которой можно было бы воспользоваться, не приходилось, а расстояние между их лицами стремительно сокращалось. Топот множества ног и шум разговоров на непонятном языке Кисэ никак не помешали, очень даже наоборот: у него появился официальный повод заслонить девушку собой и прижаться сильнее. Переживать, что их увидят, он и не думал — один фиг иностранцы, им до романтики японских школьников никакого дела нет, они галопом носятся по Лэндмарку, боясь опоздать на автобус, и скупают сувениры в подарок и ножи для личного пользования. Да там и нравы, если что, другие... И вообще плевать! Маленькая ведьма не просто не поддавалась его обаянию, что было в новинку, но и вздумала над ним потешаться? Ме-есть! Посмотрим, что она на это скажет! Коснувшись губами плотно сомкнутых губ Фуюмы, шершавых и сухих от постоянных прикусываний, блондин попытался углубить поцелуй и вдруг понял, что одноклассница хоть и притихла, но не прикрыла благоговейно глаза, как это обычно случалось, а бессовестно и совершенно спокойно(!) разглядывает его, вопрошая приподнятыми бровками «что это было?». Разве что щёки чуть-чуть порозовели — всё-таки смущается. Но не отскочила в сторону и вырываться не стала. Какое удивительное хладнокровие!!! Она японка вообще?! Нет, внешность стопроцентно их, при хорошем знании английского акцента не наблюдается, ошибок в речи, вроде забываемых и потом вставляемых не к месту «-дес» и «-дасай», как у Кагами-чи, тоже. Но какая-то она не такая. Неправильная. Он резко выдохнул, отстранился в совершенном замешательстве и отступил на пару шагов, впервые не зная что делать и как себя вести: если бы это был, в чём он лично был совершенно уверен вплоть до настоящего момента, её первый поцелуй, то уже разразилась бы истерика со слезами, причитаниями вроде «как ты мог!» и обвинениями в посягательстве едва ли не на девственность. Ничего такого не происходит. Если бы она была поопытней и хотела его наказать, то приняла бы условия игры и на поцелуй ответила, чтобы потом изящно отомстить, выказывая своё недовольство, — прикусить ему губу или сомкнуть зубы, не пуская его язык внутрь. И снова мимо. Так какого чёрта она делает? И почему колдовские чёрные глаза смотрят на него с плохо скрываемым любопытством, а у него — у него! — щёки горят, как у девочки, которой только что в любви впервые признались? Вообще-то он хотел смутить её, да посильнее. Так, чтобы краснела и лепетала, заикаясь, всякую чушь — так привычнее. Это во-первых. А ещё Кисэ было просто жизненно необходимо подтвердить свой звёздный статус хотя бы самому себе и убедиться в собственной неотразимости. «Ну! Убедился?» - мысленно ругал он на все лады сделанную глупость. Рёта был сердит, но не на соседку: с каких это пор он не может взять себя в руки и выкрутить ситуацию так, чтобы поменяться с ней местами, заставив Фуюму краснеть и оставив себе привилегию снисходительной покровительственной улыбки? И почему подобные методы психологического подавления на неё не действуют? Надо срочно исправлять положение! - Ты что, меня совсем не боишься? - ляпнул он, пряча взгляд за длинной чёлкой. Нагнать жути не получилось — Юме откровенно веселилась: она сохраняла внешнее спокойствие, но в глазах у неё плясали нехорошие огоньки. Болотные огоньки — пойдёшь следом и мигом окажешься в трясине. Бр-р-р! Голос его не слушался, срываясь с хрипа на высокие тона. Как похоже на Хиро-семпая, однако! Пытаясь скрыть собственное смущение — вот уж не подозревала за Кисэ-куном такой нелепости! — он нёс околесицу, и не воспользоваться этим грех. Это мы ещё посмотрим, кто тут капитуляцию объявит! Поняв, что дело никак не идёт, возмущённый Кисэ вскинул голову и выпалил: - Я же вообще-то парень! Я и выше и сильнее, и сопротивляться, если вдруг мне чего такое в голову взбредёт, ты не сможешь, так? - Так, господин тэнъяку-но сукэ, - почтительно поклонилась она, молитвенно сложив перед собой руки. - Только я не верю, что нечто подобное могло прийти тебе в голову, Кисэ-кун. - Хочешь, проверим?! - нарушил тишину бездумный вызов. Юме вспомнился первый день в школе: «Ничему-то жизнь людей не учит...»** Она выпрямилась и стала рассматривать одноклассника придирчиво и долго, ни слова при этом не говоря и заставляя его чувствовать себя под этим изучающим взглядом в высшей степени — хотя куда уже? — неловко. Лестница, хоть и была связана с очень неприятными воспоминаниями, сейчас никак её не трогала. Девушка внимательно прислушивалась к голосам внутри — тишина. Кисэ-кун не скинуть её отсюда угрожал, а поцеловать, и эта угроза Юме только позабавила. Если бы он ей нравился, то, наверное, она была бы на седьмом небе от счастья и вела себя как влюблённая дура; если бы ей никто не нравился, то она чувствовала бы себя дурой в принципе и страшно смущалась. Сейчас же ей хотелось, чтобы идиотом себя чувствовал он, ибо нечего! Веселье Фуюмы внезапно возродило в памяти Кисэ один из эпизодов во время товарищеской игры с Сейрин — смех Кагами, радующегося тому, что встретил, наконец, достойного соперника, с которым можно побороться во всю силу. Пора уже начать принимать соседку всерьёз, а то снова пролетит. Он сдвинул шляпу на бок, что должно было придать ему крутой вид, и снова подался вперёд, стращая: - Щас зажму тебя в углу и поцелую уже по-настоящему, Фую-чи! И буду целовать, сколько захочу! И фиг ты вырвешься!.. И никакой Митиёри*, как тогда в библиотеке, тебя не спасёт! «Какой дуре могло померещиться, что, мол, все парни одинаковые? - недоумевала она про себя в этот момент. - Сравнить этого... этого... ребёнка с Киёши-саном — так ни в какое сравнение! Я же видела, какую боль тот терпел, но в присутствии посторонних — неизменно с улыбкой на лице, а такое самообладание дорогого стоит. Так, дорогой одноклассник, ведут себя настоящие мужчины! А не тявкают и не лезут из кожи вон, чтобы придать себе страшный вид. И кто тут теперь павшая крепость, а?» Вот только упоминание о Митиёри в свете совсем недавно проведённой ей параллели взволновало девушку: незримый Касамацу-семпай, навязчивый образ которого с лёгкой руки, точнее, длинного языка, Кисэ-куна витал где-то рядом, на роль её возлюбленного и спасителя не очень-то годился. И всё же был в словах соседа какой-то подвох... «Ладно, не до этого сейчас, обдумаю позже», - решила для себя Юме, возвращаясь в реальность, в которой одноклассник навис над ней, буравя сердито-обиженным взглядом её макушку и сопя, как паровоз. Кисэ и сам прекрасно понимал, что, применив силу, может осуществить свою угрозу, но всё равно потерпит сокрушительное поражение. Он всегда подменял эти понятия — «победить» и «выиграть» — и ничего не понял, когда Фуюма пыталась втолковать ему разницу между значениями этих слов***, зато теперь он видел её так же отчётливо, как густую чёлку, скрывающую взгляд соседки, кокетливый бантик на груди или блёстки на золотистых туфельках. Интересно, он от этой ситуации выигрывает хоть что-нибудь? - Ками-сама! - тяжело вздохнула девушка, резко подняв голову и даже не шелохнувшись с места. - Теперь мне вообще непонятно, откуда взялись эти глупые слухи о тебе как об отъявленном бабнике... Ты скорее на младшеклассника похож, у которого злая я конфетку отобрала. Ты меня ещё папой припугни и скажи, что он сильнее моего, так что шансов нет. Не станешь ты меня насильно целовать! - Это ещё почему? - возмутился он. - А может?.. - Не может, - с нажимом ответила Юме. - Вокруг тебя вьётся столько симпатичных девчонок! Одних только моделей, фотографинь и прочих знаменитостей десятками считать можно, не говоря о простых смертных, насчитываемых сотнями, если не тысячами. И с какой стати «этот проникновенный светлый взгляд выразительных миндалевидных глаз...» - она явно процитировала кого-то из его поклонниц, сложив руки на груди и закатив глаза. «Господи, что за высокопарная пошлость?» - поморщился Кисэ. - ...должен упасть на мою скромную персону? Тут позариться-то, будем говорить прямо, не на что. Смотри, какая шикарная фигура! - заявила девушка на полном серьёзе, оглядывая себя и поворачиваясь то одним боком, то другим, чем вообще повергла одноклассника в шок. Рёта стоял молча, обалдело наблюдая за всеми её движениями, и отчаянно боролся с приступом паранойи. Нет, он абсолютно точно не ошибся однажды, назвав Фуюму кицунэ*** — только что перед ним в образе маленькой девчонки стоял Кагами-чи, но она вдруг словно обернулась хвостом, и сейчас он видит перед собой Куроко-чи: ровно такой же сосредоточенный взгляд и хладнокровие, хотя ладошки у неё, как он помнит, приятно тёплые... Тогда он тоже был уверен, что не проиграет ни Куроко, ни кому либо вообще, а Сейрин заставили их стыдливо опустить головы, хоть разница и была всего в два очка. Он, кажется, плакал? А потом он нашёл бывшего сокомандника у кафе с громким смешным названием «Котлетометатель», чтобы поговорить. Это ведь в самом деле было важно для него! Причин, заставивших Тецую покинуть Тейко сразу же после памятного финала, он так и не узнал, и Куроко-чи снова отверг его предложение присоединиться к Кайджо, чтобы быть в одной команде, но тем же вечером они снова играли вместе, как в старые добрые времена, в настоящий баскетбол, который любили оба. Этот прозрачный борец за добро и справедливость, как всегда не подумавший о последствиях, едва не влип в крупные неприятности, втянув в разборки на стритбольной площадке его и Кагами****. «Смотри, какие бицепсы!» И они втроём влёгкую уделали тех пятерых хулиганов. «Смотри, какая фигура!» И что теперь? - А пожаловаться капитану на твоё поведение я могу и завтра, - подытожила она. - Принимая во внимание твои страшные рассказы о нём, ничего хорошего тебе это не сулит, не так ли? - Так ли, - покаянно опустил голову Кисэ, нехотя признавая поражение и отворачиваясь. - Один — один. - Видишь, как всё просто! Нет, совсем как тогда в спортзале — ни победного блеска в глазах, ни высокомерных ноток в голосе. Сухая констатация фактов. Он бы на её месте добил оппонента, заставив осознать свою ничтожность и беспомощность и в стыде уползти за плинтус... «Неправильная!» - Да ну тебя, Фую-чи! Она была совершенно права — не станет. - Между прочим, это не я к тебе целоваться полезла! - невзначай напомнила девушка, оставляя его позади и продолжая путь наверх. - Знаешь, что? Ты совершенно невозможна в своей способности рубать смущающие вещи с серьёзной миной на лице и заставлять меня чувствовать себя круглым дураком! - наконец, не выдержал он, догнав в два шага одноклассницу и развернув её за плечи к себе. Поскольку Юме стояла на несколько ступеней выше, их головы оказались примерно на одном уровне. - Я думал, так только Куроко-чи может. Я когда пришёл в баскетбольную команду Тейко, то искренне не мог понять, что там делает эта дохлая бледная моль. Нет, ну я серьёзно! - убеждал он, видя улыбку. - И мне ещё его в наставники определили. Моему удивлению не было предела! Мелкий и прозрачный, в физическом развитии отстаёт, да так, что, говорят, поначалу блевал от перенапряжения чуть ли не после каждой тренировки! Никаких финтов проворачивать не умеет, в кольцо попадает раз через пять. «Какого фига он вообще делает в клубе?» - недоумевал я. А когда узнал, что он ещё и в основном составе играет, вообще оскорбился. Вот честно! Не, ну ты представь! А потом тренер отправил нас двоих на игру, поддержать второй состав, вот тут я и увидел силу Куроко-чи! Это было... обалдеть! Я тогда ещё не понял, чего это он перед матчем просил одолжить ему мою силу, подумал, что паренька совсем перед игрой свихнуло. Меня выпустили на поле, когда наша команда проигрывала со счётом 48:64. Я, конечно, старался как мог! Но судили хозяева площадки, точнее, не судили, а засуживали по полной программе — на нарушения своих закрывали глаза, а нам фолы лепили только так! Когда на замену вышел Куроко-чи, счёт был уже 61:75, но мы победили со счётом 83:81! Этим сверкающим неподдельным восхищением глазам не верить было невозможно. - Весь секрет был в его таинственных исчезновениях? - уточнила Юме. - Ну, не только. Понимаешь, самое главное, как он пользуется своей незаметностью, делая передачи, - продолжил Кисэ, обходя девушку справа и увлекая за собой наверх. Что-то застряли они на этой злополучной лестнице. - В смысле, пасы? - Ага! - он был доволен, что одноклассница запомнила его лекцию. - Ты даже не представляешь, сколько раз они нас выручали! - А с чего ты вообще про Куроко-куна вспомнил? - А? - замялся парень. - Ну, потому что мышцы — не главное. - Мышцы? - И вообще фигура, - уточнил он. - Его талант от хороших физических данных никак не зависит, понимаешь? Его фишка в другом, но мы оба любим баскетбол, а не влюбиться в такую вдохновенную игру было просто нереально! Я его вот прям уважаю! - с энтузиазмом тараторил блондин, а Юме каким-то внутренним чутьём, в существовании которого она сильно сомневалась прежде, понимала, что в многословных объяснениях, изобилующих лирическими отступлениями не по теме, кроется лучший за всю её жизнь комплимент и искреннее признание. И её спортивные заслуги отныне к добавляемому к фамилии «-чи» не имеют решительно никакого отношения. - И Куроко-чи тоже тролль тот ещё. Говорит какую-нибудь чушь и даже не краснеет. - Вроде напоминания, что не я к тебе целоваться полезла? - Ты опять? Такое чувство, что у тебя этот поцелуй не первый! - возвратил шпильку Рёта, но снова просчитался. - Представь себе! - И ты так спокойно об этом говоришь? - он подпрыгнул, как ошпаренный. - Ну, не знаю... Обычно девушки трясутся над первым поцелуем чуть ли не больше, чем над девственностью! Может ты и... это?.. - А тебе жизненно необходимо знать, где, с кем и сколько раз? - осадила его любопытство Юме. - Да ну тебя! Она же откровенно издевается! - Вот и не задавай глупых вопросов! - забежав вперёд и открывая перед спутником дверь на этаж, девушка пригласила: - Прошу! *это всё персонажи «Повести о прекрасной Отикубо», рекомендуется загуглить и повеселиться вместе с Юме. **глава 1, часть 2. ***это было в главе 5, части 1, если вдруг кто-то запамятовал (: ****манга, 2-11, если захочется освежить в памяти (: