Ice Dream

Вместо эпиграфа: «Истинная любовь — это Забота. Истинная любовь — это естественная, спонтанная, лишенная всякой иной цели, искренняя потребность заботиться о других». Автор не найден.

Хорошо, что сегодня не вторник, когда первым уроком стоит информатика, иначе она уснула бы прямо за компьютером, ткнувшись лбом в клавиатуру, и получила строгий выговор от учителя. Прячась за надёжной широкой спиной то и дело поворачивающегося соседа, Юме изо всех сил тёрла слезящиеся глаза, щипала мочки ушей, чтобы не клевать носом и старалась держать спину прямо, чтобы не распластаться на парте и не уснуть. Стоит только опустить голову на руки, и... Учителей она не слушала, точнее, все звуки сливались с шумом в раскалывающейся голове, и попытки разобрать что-либо в этом однообразном гуле Юме оставила ещё на первом уроке. Она честно подходила к открытому окну на перемене, чтобы подышать немного, но это не помогало — в классе было душно и ей становилось всё хуже. Одноклассники всё замечали, но поинтересоваться, всё ли в порядке, не решались. Это вообще не в японской традиции — лезть с расспросами. Культура такова, что люди боятся показаться нахальными и навязчивыми. А вместе с тем всё это очень смахивает на равнодушие и рождает другую совершенно чудовищную привычку — прятать свои истинные чувства и состояние, чтобы не напрягать окружающих. Очень благородная причина! Вот сидишь ты грустный, уставший или просто в себя ушёл, а проходящие мимо ещё и попеняют про себя: «Что за кислая мина!» Потому что в их понимании ты должен напялить на лицо улыбку и никому не показывать, что у тебя там внутри творится, это некорректно. Плохо же, если их потом совесть будет мучить, а так ты вроде как сам виноват. В Штатах всё было по-другому, там сидящей на скамейке в парке одинокой девушке молодой человек смело может протянуть банку кофе только потому, что она грустит, а не потому, что он решил к ней клеиться. Нет, второе тоже возможно, но и первое не исключение. Юме было тяжело погружаться из одной среды в другую, а потом обратно. Это как контрастные ванны принимать: сначала в кипятке лежать, потом в ледяную воду окунуться, и так несколько раз. Для укрепления нервной системы, наверное, полезно, но всё равно неприятно. Куда лучше было бы взять всё хорошее оттуда и оттуда, смешать и наслаждаться комфортной температурой. Юме не любила холод, совсем не переносила жару и всегда искала тепло. Только вот вряд ли она могла найти его среди своих одноклассников. Стоя у окна на большой перемене, девушка оглядела класс: Хана дуется и рисует что-то в конце тетради, Кисэ как всегда облепили девчонки, Хиросе-куна она отвергла, так что нечего, Татебаяши-кун выглядит ненамного лучше, чем она сама, а с Икэ-сан они только-только начали общаться. Ребята они, конечно, хорошие. Например, вчера разделили чек на всех и тут же вернули ей деньги, не обращая внимания на протесты. Но они не друзья. А вот если в класс заглянет Тору, то Юме сразу же улыбнётся и сделает вид, что всё отлично, вовсе не потому, что так предписывают правила поведения в обществе. Ему действительно нужно сосредоточиться на другом, и доставлять ему лишнее беспокойство девушка не желала. Она вернулась на своё место, достала из рюкзачка коробочку с овощами и принялась за еду, сказав «итадакимас» про себя. Аппетита особо не было, как и времени на приготовление бенто. Больное горло требовало мягкой пищи — каши, нежного омлета или супа-пюре, а его собирались безжалостно драть овощами, но не быть же невыспавшейся да ещё и голодной... Организм за такие шутки мог и сдачи дать. Она и так не позавтракала, только выпила сок. - Ну и что ты творишь? - проворчала Хана, не отрывая взгляда от рисунка и карандаша от страницы. - Я стараюсь, - просипела в ответ Юме. Голос вроде опять прорезался, но где он шлялся всё это время и почему вернулся в таком помятом виде, объяснений не представил. - Учиться что ли? - Это тоже. - Сердишься на меня? «Да, блин, представляешь? Хочу придушить, расстрелять, а потом сразу утопить!» - Сержусь. - Ругать будешь? - Зачем? Ты мою точку зрения знаешь. Раз игнорируешь, значит, представляешь последствия того, что делаешь. Ты девочка большая, а из меня советник неважный. Разговор не клеился. Юме боялась наговорить лишнего. Всё это Хане скажет Тору, когда найдёт в себе достаточно сил, а ей оставалось лишь молиться, чтобы это не произошло слишком поздно. Всё что могла, она сделала, теперь его черёд постараться, а ей надо выспаться и приниматься за уроки. Толстушка насупилась ещё больше: лучше бы Юме накричала на неё как следует, надавала по щекам и за волосы оттаскала! Тогда, в больничном парке, у неё глаза совсем так же горели. Это, конечно, ничего не изменило бы, но ей хотя бы легче стало. У неё, вот, чтобы выпустить пар, есть Хаясэ-сан и его додзё, в котором она пропадает каждую свободную минуту, забросив романы и дорамы. А у Фуюмы что? Этак скоро перегреется и взорвётся. Хана и не думала, что блеск в глазах подруги вовсе не был из-за злости или азарта. - Фуюма, хай! Икэ-сан! - появилась в дверях Маи-чан. Парни удостоились лишь короткого кивка. - Привет, Мацуда! Как вы тут? - Прекрафно! - улыбнулась ей Юме, хрустя огурцом. - Только жарковато фто-то. Такое чувство, что это не она отвечает, а Минагава-сенсей, спрятавшийся зачем-то под её партой. Заядлый курильщик, от которого вечно несёт табаком, хоть прищепку на нос цепляй. - Это точно! У нас та же песня. Как насчёт продолжить подготовку сегодня после уроков в библиотеке? - Вы идите, а у меня дела! - сразу отнекалась Хана, захлопнув тетрадь. - У меня тоже. Мне сегодня домой надо. - Какие вы! - надула губки Сакура, накручивая конец хвоста на палец - Тогда давайте завтра. - Я свободна, - подошла к ним староста, прижимая к груди свой планинг. Кёко любила порядок и всегда делала пометки, чтобы не упустить ничего важного. Она могла бы запомнить и записать время и место встречи потом, но не смогла заставить себя оставить блокнот на парте и не отгораживаться от них даже таким хлипким барьером. - Я тоже, кхе-хе... - кивнула Юме. - Посмотрим, - уклончиво ответила Хана. На самом деле ей очень хотелось, но если будет Ямамура... А выяснять напрямую она не решалась, слишком уж подозрительно это выглядит. - Парней будем звать? - Рыжик выжидательно смотрела на толстушку. - Даже если не будете, мы сами придём, - вклинился в их беседу греющий уши Хиросе. - Как же физика-то? Засыплетесь! А нам литературу ещё. - Отлично! Все согласны. Тогда я загляну к Ямамуре, предупрежу. А Ки... - Тс-с-с! - приложила палец к губам Юме и продолжила на ушко склонившейся к ней Маино: - Ты же не хочешь, чтобы все эти девки вместе с ним туда притащились? Это будет Цукиджи* ранним утром, а не подготовка! - Понимаю, - заговорщически подмигнула та. - Мацуда! - позвала её вдруг Усами-чан. - Твой совет нужен. У Миёши сегодня свидание, и она должна выглядеть на все сто! - Иду! По тому, как распрямилась её спина, легко было понять, что подобное обращение ей польстило. - Нашли специалиста, тоже мне... - не удержалась от едкого комментария Химе и получила в ответ полный презрения взгляд толстушки. - А ты вообще помолчи! - весело заткнула её Усами. - Ибо не фиг! - поддержала подругу Миёши. - Да как вы!.. - Видала, какого парня себе Мацуда отхватила? Значит соображает. А у тебя вообще никакого нет! - Да не очень-то и хотелось! - Нобутака прищурилась, что в сочетании с миленькой улыбочкой выглядело капризной гримаской, перекинула за спину свои светлые локоны и выплыла из класса в сопровождении свиты. А хотела бы выбежать, но марку надо держать. Правда, она ни с кем не встречается, ну и что! Это вовсе не показатель успешности, как эти курицы себе выдумали! И вообще, с начала года она получила уже пять признаний и на все ответила отказом. Потому что ей кое-кто нравится. И этот кое-кто, если она всё правильно понимает, а женская интуиция всегда очень чувствительна к присутствию соперниц рядом с объектом её интереса, смотрит совершенно в другую сторону. Мио могла сколько угодно пускать слюни, расцеловывать трофейную фотку и злиться, но признаваться ему не хотела, так как понимала — отказ неминуем, а такого удара её гордость просто не выдержит. Если бы был хоть малейший шанс на взаимность, может быть она и переступила бы через себя. А какой смысл распинаться, если шансов нет? У неё, у первой красавицы параллели! И, главное, из-за кого! В голове не укладывается! - И меня захвати! - потянула Хану за короткий рукав блузки Маино. - Вдруг сгожусь? - Ты же вроде спешила к Ямамуре, - съязвила та. - Успеется. Полюбуюсь на его красивые глаза завтра сколько захочу. Ты же не против? - С какой стати? Мне вообще по фигу! «Ну да, ну да, конечно! Я прямо так сразу и подумала!» - злорадно ответила ей в мыслях Сакура, а в реале прикинулась белой и пушистой и пропела сладким голоском: - Ах, извини. Мне просто показалось... - Когда кажется... - не успела закончить Хана, как ей подсунули модный журнал: - Смотри, такое ей подойдёт? Разговор наглухо ушёл в моду, одежду и умение подчеркнуть с помощью последней достоинства фигуры, и Маино с удовольствием приняла в нём участие, вставив своё слово касательно причёски и даже предложив свою помощь в её создании. Она внимательно наблюдала за Мацудой, Ямамурой и решила оказать содействие пытающейся их помирить Фуюме. Нет, ей никто об этом не рассказывал, все выводы девушка сделала из собственных наблюдений и обрывков услышанных фраз. Неплохой из неё доморощенный психолог выходит, мама может ею гордиться. Впрочем, заметила она и ещё кое-что, но вмешательство своё не посчитала нужным афишировать: глаза у Фуюмы и в самом деле блестели отнюдь не здоровым блеском. Перехватив взгляд Кисэ, Сакура старательно скосила глаза на Фуюму, убедилась, что он всё понял, и полностью погрузилась в обсуждение предстоящего свидания их одноклассницы. Икэ вернулась к себе, парни вышли, ей больше некому было подать сигнал тревоги. К тому же, брюнетка соседа, может, и отшивает постоянно, и строжится на него, но какая-то искорка между ними есть, или она не дочь своей матери. - Пойду и я пройдусь, - прошептала Юме самой себе, чтобы взбодриться. Она убрала недоеденный обед обратно в рюкзачок, тронула губы вишнёвым бальзамом, поправила юбку и направилась в учительскую к Фудзиваре-сенсею просить ключ от крыши. В преддверии тестов её всегда закрывают, и никому другому туда попасть не светило, разве что Химицу-семпай с её командой, а вот ей он доверял. Школьный психолог за неё поручилась. Кстати, утром Ленточка похвасталась ей, что в танцевальном классе, за который она билась два года и который будет располагаться в надстройке второго корпуса, уже вешают зеркала, так что скоро они переберутся туда и не будут больше мешать баскетболистам. «Это хорошо, что ещё один раздражитель исчезнет, - рассуждала про себя Юме. - Тогда Касамацу-семпай окончательно успокоится и сможет сосредоточиться на подготовке к Лиге чемпионов». Сейрин, как написал ей вчера вечером Изуки-семпай, тоже усиленно готовятся. Три раза в неделю у них тренировки в бассейне и про успеваемость они не забыли: спать они не будут ближайшие три ночи, потому что тренер бросила все резервы на подготовку к тестам их аса-двоечника. Результаты предварительных экзаменов Кагами-куна были плачевными, и если он не напишет их как следует сейчас, то попасть на игру ему не светит, а встречаются они ни много ни мало с Тоо. Юме ответила, что тоже готовится, и попросила его постараться в учёбе и в игре. Она ещё не решила, пойдёт ли посмотреть на них, но точно знала, как трудно им придётся. Судя по всему, Айда это тоже знала — без Кагами-куна им каюк, их обыграют с разгромным счётом, как бы не всухую. Ведь даже Кисэ-кун у этого Аоминэ не выиграл ни разу. Вот если бы Киёши-сан... «Никаких «если бы». Когда Такидзуки-сан разрешит, тогда и вернётся, не раньше!» Мысленно разговаривая сама с собой и крепко держась за перила, Юме поднималась на крышу. Не знала она, что Киёши уже отпустили домой. Шум в голове становился всё нестерпимее, глаза закрывались, но идти в медпункт она не хотела. Там опять Тамаки-сан начнёт играть в детектива, с расспросами пристанет, а потом ещё и папе позвонит нажалуется. Зачем ей такие сложности, спрашивается? Провертится на крыше полчасика и будет как новенькая! Юме пропустила тот момент, когда сознание стало отключаться, поэтому даже не успела испугаться, что снова пересчитает хребтом ступеньки. Последним, что она увидела, сжимая в кулачке ключ и рухнув на площадку перед заветной дверью, были чьи-то ноги. *** «Я что, заснула на ходу?» Неизвестно, что точно произошло, поэтому лучше пока не подавать признаков жизни и скрыть факт своего пробуждения. Юме не спешила открывать глаза, пытаясь сориентироваться в сложившейся ситуации по ощущениям. Даже сквозь закрытые веки чувствовался яркий свет. Плюсуем к нему солнечное тепло и лёгкий ветерок, и тут же становится ясно, что она на улице. Вряд ли кто-то потащил бы её в сад, значит, скорее всего, она на крыше. Это и твёрдая поверхность, на которой она сидит, подтверждает. Если бы она оказалась в медпункте, то лежала бы на кушетке, укрытая простынкой, а она сидит, причём в несколько неудобной позе. И почему её голова покоится на чём-то тёплом и шевелящемся... Дышащем? Почему слышен размеренный стук чьего-то сердца? И с какой такой радости её кто-то обнимает? Едва уловимый носом запах туалетной воды показался ей смутно знакомым. Девушка разлепила веки и встретилась взглядом со своим спасителем. - Проснулась, Кицунэ-чи? Они сидели в тени вентиляционной шахты. Она спала, положив голову ему на грудь, удерживаемая его рукой. - Р... Рёта-чан? Ты как здесь? Что случилось? - она подскочила как ошпаренная и села подальше, подобрав под себя ноги. Голос совсем не слушался, то и дело срываясь то в хрип, то в шёпот. - Охраняю твой сон, как верный пёс. - А который час? - спохватилась Юме и оторопела вдруг — часы на запястье отсутствовали. Их только что извлёк из своего кармана её сосед, отчаянно краснея. Рука сама взметнулась к горлу, словно сдерживая рвущийся наружу беззвучный крик. Возмущения или ужаса, она сама пока не поняла. Наверное, всё-таки второе. Её галстук развязан? И расстёгнута верхняя пуговица блузки?! Чем он тут занимался, пока она была в отключке? - Сию же секунду отвечай, что тут было! - в отчаянии она молотила одноклассника по груди кулачками. - Фетишист чёртов! На кой тебе мои часы? Верни на родину! - Кицунэ-чи-и, - обиженно протянул Кисэ, пытаясь поймать и удержать её руки, не причинив девушке вреда. Часы вернулись в карман. - Ты в чём меня подозреваешь вообще? Сама же в обморок грохнулась прямо на площадке. Да тебя бы тут только к вечеру дежурные нашли, если бы не я. Вообще-то он прав. Поскольку дверь закрыта и школьникам сюда ход заказан, искать её тут не стали бы, если бы классный руководитель не сказал, что дал ей ключ. Но этого могло и не произойти по ряду причин. Например, он мог бы уже уйти домой и не знать, что Юме пропала. Подумаешь, сумка осталась в классе. Может, она вообще решила прогулять и домой ушла. К тому же, навлекать на себя лишние неприятности, если бы открылось, что он нарушил распоряжение директора, ему бы наверняка не хотелось. Выговор, дополнительные часы и лишение премиальных прямо накануне каникул и сезона отпусков — кому охота. - Ты что, мне не веришь? - Верю, - просипела она после недолгого раздумья. Какой ему резон врать? Если даже дело в споре, ему надо поцеловать её при всех, а не раздеть на крыше. К тому же Рёта-чан не такой человек, чтобы идти напролом. Он уже пытался. Нет, нахальный поцелуй на лестнице Лэндмарка тоже из этой оперы, но Юме сейчас пришло на ум другое — его непонятные отношения с Куроко-куном. Вслух он этого, может, и не говорил, но грустная тень всегда ложилась на обычно улыбающееся лицо её соседа, когда речь заходила о Фантоме и временах Тейко. Если она правильно всё поняла, нынешнего аса Кайджо мучает совесть за своё поведение. «Сто игр — сто побед» и всё такое: идти по головам казалось легко, а вот примириться с последствиями — куда сложнее. Он потерял того, кого считал другом, винил себя и вряд ли захочет повторить это снова. Попади ему в руки шкатулка с секретом, Рёта-чан не станет взламывать её. Не в его характере. Скорее, будет терпеливо ковыряться в замке, подбирая нужную отмычку. Иногда даже складывалось впечатление, что ему не столько результат важен, сколько сам процесс. Отчасти Юме была права. Но то, что начиналось, как борьба с надоевшей скукой, теперь приобрело несколько иную форму и значение. - Ю-чи, я так счастлив! - Часы зачем снял? И галстук? - хрипение лишило её голос строгости. - Чтобы не давило и не мешало. Раз уж ты отдыхаешь, то весь организм должен отдыхать. Логично? - подарил ей одну из самых своих ослепительных улыбок Кисэ. С Фуюмой к чувствам взывать бесполезно, а вот к разуму — беспроигрышно. - Ну... Вроде как, - усилием воли она кое-как заставила себя расслабиться, сделав глубокий вдох и выдох. А до этого вибрировала, как натянутая струна. Можно подумать, он не засёк момента её пробуждения. Ха! Напряглась так, словно в неё из фантастической замораживающей пушки шмальнули. - Как ты меня нашёл? - Я за тобой следил, - на полном серьёзе выдал он и тут же принял защитную позу, стараясь увернуться от очередной серии ударов. Они не были сильными или болезненными, но прикосновения, даже такие, ставили девчонку в довольно опасное положение. Неужели она не понимает, что находится наедине с парнем в закрытом пространстве? - Хватит шутить! Выкладывай быстро! - теряла терпение Юме. - Но это правда, - оправдывался он, одной рукой удерживая её руки, а другой — почёсывая затылок. Странно. Подобный жест мог позволить себе Хиросе-кун, но не он. Слишком уж по-простецки, так своему имиджу крутого парня навредить недолго. Кстати, брючина задралась, обнажив полоску кожи с тонкими волосками над резинкой носка, и Рёта-чан не спешит её поправлять. Что это с ним? - Слепой бы не заметил, что ты сегодня сама не своя! Сказал девчонкам, что в туалет, и слинял. Я обрадовался было, что ты проявила сознательность и к Тамаки-сан отправилась, а ты возьми и на крышу зарули. Даже дверь открыть не успела, вырубилась. И что ещё мне оставалось, скажи на милость? - А... Ясно. Спасибо, что не понёс меня к ней. Все попытки сопротивления и борьбы были прекращены, потому что последние силы иссякли. Девушка чувствовала странную слабость во всём теле и головокружение. - Ю-чи, но тебе нужно к врачу! - Не нужно. - Нужно, - продолжал настаивать он. - Нет, - не соглашалась Юме, потирая виски. Кажется, горячая. Неужели температура поднялась? Семпай её убьёт, если узнает. Значит, нужно, чтобы он ничего не узнал. Если вдруг он позвонит сегодня, то она скажет, что всё в порядке и приходить не нужно. А если придёт?.. - Можно я ещё немножко тут посижу? - пробормотала она. Надо набраться сил перед дорогой домой, иначе не дойдёт. - Не вопрос. Я даже готов побыть твоей подушкой. - Я не просила! - сморщилась она. - Я настаиваю. Юме молча переползла обратно, уронила тяжёлую голову ему на плечо и протянула руку ладонью вверх: - Часы. Кисэ не стал спорить и вернул их вместе с ключом, в очередной раз зацепившись взглядом за шрамы на запястье. Пока она спала, он усердно косил глазами, пытаясь заглянуть в её лицо, и рассматривал эти неровные белёсые полоски. Хотелось бы верить, что уже отболело и больше не повторится. Статистика говорит, что вторую попытку после неудачной первой отчаявшиеся предпринимают в среднем через полгода. В случае Ю-чи прошло уже почти два. Значит ли это, что всё изменилось? Наладилось? Что она больше не чувствует себя одинокой и никому не нужной? Она не должна так думать, потому что есть те, кому она очень нужна! - Ты всю ночь не спала? - Ага, почти, - зевнула Юме, закрывая глаза и крепче сжимая в руке возвращённые ей вещи. - Парня себе завела, что ли? - сморозил Кисэ, и его селезёнка тут же познакомилась с её острым локтем. - Я ж не ты. Я просто хотела поддержать Ямамуру, вот и искала кое-что. - Ему подружку? На сайте знакомств? - продолжал паясничать он. - Ему же не горит жениться, чтобы прибегать к таким странным методам. Лучше бы на гоукон сходил! Это школьнику как-то больше подходит, тебе не кажется? - Сфера его интересов лежит в другой плоскости. - Это в каком смысле? Сама поняла, что сказала? - Не пошли мне тут! - ещё раз пихнула его Юме в воспитательных целях. - Его страсть — литература, а не то, что ты только что подумал. Я составила список конкурсов... Но тебе, наверное, неинтересно. - Неинтересно, - подтвердил насмешливый голос. - Меня больше занимает, почему ты так стараешься ради него. - В каком-то смысле Ямамура для меня особенный человек. Он был первым, кто заговорил со мной здесь. - Э? А я? - обиженно. - Ты тоже мой особенный друг. Думаешь, я не понимаю, что если бы мы не поцапались в первый же день, я никогда не набралась бы смелости самостоятельно познакомиться хоть с кем-нибудь в классе? - Юме хорошо помнила, какой прохладный приём оказала ей Химе в спортзале. В лучшем случае, её бы просто не замечали, в худшем — посчитали странной и начали выживать. - Так что я тебе обязана. И потом, ты один знаешь мой секрет. Я даже Хане не говорила. - А Ямамуре? - Тем более! - она представила себе реакцию впечатлительного Тору. - И чего ты к нему прицепился? - Может, я ревную. - Может. Но совершенно безосновательно, - даже в сонном сипении он услышал улыбку. - У Ямамуры одна Мацуда на уме, чтоб ты знал. - А у тебя? - У меня... Завышенные требования. - Насколько завышенные? - Настолько, что баскетболисту туда не допрыгнуть. Только с шестом. - Чего? Ю-чи! Нече-е-естно! Намекаешь, это кто-то из клуба по прыжкам, да? Так, кто у нас там более-менее адекватный... - Нет, это было образное выражение. - Странная ты, Ю-чи. - Чья бы корова мычала, - прошептала она. - Какая ещё корова? - в доску городской Кисэ сравнения не понял. - Имеется ввиду «кто бы говорил», - перевели ему. - Ну, знаешь! - Давай помолчим пять минут, а? Голова раскалывается... - Юме бросила короткий взгляд на циферблат и снова закрыла глаза. - Скоро уже уроки закончатся, и я пойду домой. - Хорошо, извини. Было здорово вот так вместе сидеть на крыше, чувствовать тепло её тела и вслушиваться в размеренное сопение. Кисэ чувствовал, как изнутри его распирает доселе незнакомое чувство — большое, пушистое и щекочущее рёбра изнутри. Именно рёбра, а не ниже, как обычно бывало. Его присутствие было едва заметным, когда он ел золотистый плов и слушал её сбивчивый рассказ, когда поднял одноклассницу на руки, принёс сюда и устроил на своём плече. Когда наблюдал за ней, спящей и такой милой. Но когда она поверила ему и добровольно вернулась, плюхнувшись рядом, комок внутри вдруг стал увеличиваться в размерах и шевелиться. Ему отчаянно хотелось думать, что Кицунэ-чи просто не отдаёт себе отчёта в своих действиях. У неё жар, да и недосып свою роль сыграл. Устала, вот и не сопротивляется совсем. Да, он будет верить, что это единственная причина, по которой она позволила себе забыть о его споре, нечестных намерениях и бессовестном поведении в Лэндмарке. Она не могла его простить! И поверить такому, как он! Нельзя быть такой доброй. Иногда его так и подмывало, хотя бы и в шутку, предложить ей встречаться. Интересно, какое у неё будет лицо в этот момент? Уж наверняка не такое безмятежное, как сейчас. А что? Он по всем параметрам завидная партия, между прочим: спортсмен, модель, по успеваемости не на последнем месте, деньжата водятся, язык хорошо подвешен. Ладно, принимая во внимание недавнюю просьбу, последнее в её понимании скорее минус, чем плюс... Да, жилплощадь отдельная! Ками, о чём он думает, это же Ю-чи. Кисэ вспомнил своё предупреждение относительно походов в гости к одиноким парням и от души посмеялся над собой. Усмешка его была горькой. Она так и так не согласилась бы. Шутки ради? Кому он врёт, спрашивается? Над такими, как она, обычно смеются, их считают странными. Эта омои-чи** совсем не похожа на тех девиц, с которыми он имел дело до сих пор: ты ей «давай расстанемся», потому что наскучила, а она в ответ «да я с тобой и не встречалась!» и назавтра уже гуляет с другим парнем. Для Фуюмы всё будет всерьёз. И если ничего не получится, будет пролито море слёз. Кисэ никогда не думал, что будет завидовать ей. Казалось бы, такое отношение к жизни только всё усложняет, но теперь почему-то казалось, что её почти буддистское спокойствие и есть благословение за рассудочность решений и поступков. Меньше глупых переживаний и терзаний на пустом месте, меньше угрызений совести. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что был бы не прочь начать именно такие отношения — настоящие, стоящие любых усилий. Будь Ю-чи кицунэ, она бы с лёгкостью прочла его мысли. Интересно, одобрила бы? И всё-таки она странная. Если подумать, Ямамура её хорошее отношение тоже ничем не заслужил. Подумаешь, заговорил первым! Мелочь, а для неё это так много значит, что теперь она готова не спать ночами и жертвовать здоровьем и оценками ради своего друга. И ведь его она тоже считает своим другом. И даже заверила, что сделала бы всё возможное для любого из тех, кого она считает важными для неё людьми, невзирая на мнение окружающих. Этим она ему Куроко-чи напоминает. И если они в Тейко жили по правилу «люби себя, чихай на всех, и в жизни ждёт тебя успех», то их Фантом предпочёл интерпретацию «люби всех, чихай на себя»*** и не сказать, что он так уж несчастлив в новом коллективе. А вот их звёздного состава больше не существует. Разошлись дорожки. И один только Куроко пытается примирить их, доказав, что главное в игре не победа. Это грустно, конечно, но что он скажет, если проиграет Аоминэ-чи? Тренер ознакомил их с сеткой игр предстоящей Лиги чемпионов, у него аж холодок по спине пробежал. Всё равно что котёнка в клетку льва бросить. Кагами-чи своё имя попытается оправдать****, конечно же, только получится ли у него обойти короля стритбольной площадки даже при том, что он из Америки? В этом Кисэ, если честно, сильно сомневался. Интересно, Ю-чи собирается на эту игру? - Звонок. Ты слышишь? - осторожно позвал он. - Угу, - Юме потёрлась лбом о его плечо и подняла голову. - Ты иди, я ещё тут побуду. - Ну уж нет! Я тебя одну в таком состоянии не брошу. - Нельзя вместе! - слабо протестовала она, возвращая часы на положенное им место и застёгивая браслет. - Иди давай, мне лишние неприятности ни к чему. Народ разойдётся, и я спущусь. Крыть нечем. То, что её видели с Ямамурой, никого не волновало и забылось на следующий же день. А вот если её увидят выходящей из школы месте с ним, Фуюма проблем не оберётся. Как бы Химе чего не выкинула опять. И чего Касахара так долго с этим открытием возится! - Тогда я буду ждать в лавке Цуюки-сан и потом провожу тебя домой. Это всего в квартале отсюда и от дороги на станцию в стороне, наши там редко тусуются. Дойдёшь? - Рёта-чан, не надо... - Надо. Я за тебя отвечаю, ясно? Можно было бы добавить для красного словца, мол, капитан мне потом голову оторвёт, если узнает, что я тебя оставил, но лучше его сейчас не поминать, а то ещё появится. - Ладно. - Спускайся первый, ты был где угодно и меня не видел. Я пошла к Тамаки-сан за справкой, встретимся в лавке. - Хорошо. Ты же не сбежишь, а, Кицунэ-чи? А то хвостиком махнёшь и только тебя и видели... - Через двадцать минут, если не случится ничего непредвиденного. - А что может случиться? - Ну мало ли. Это я так, на всякий случай. Когда Юме спустилась в класс, предварительно вернув ключ в учительскую, там оставались только дежурные и ещё полторы калеки. - Фуюма, ты где была? - В медкабинете, - соврала она. - Я совсем разболелась, подремала немного. Пойду домой. Она решила забрать домой все тетради и учебники, чтобы готовиться самостоятельно, полезла в парту и обнаружила там копии пропущенных лекций, снятые с тетрадей старосты. Самой Икэ уже не было, так что как следует поблагодарить её Юме могла только завтра. И то, если повезёт и она не сляжет окончательно. Сегодня точно не будет никакой подготовки: домой, хорошенько покушать и спать, пусть ослабленный организм сил набирается для борьбы. Обязательно согревающий пластырь, колючий шарф и махровые носки. - Ну надо же, как не повезло! - посочувствовали ей, махая щёткой. - Прямо накануне итоговых тестов. - Не то слово. У меня всегда так. Редко, но метко. - Ладно. Ты держись! - Ага. Пока. Она подхватила рюкзачок и вышла из кабинета, надевая его на ходу. У неё есть ещё десять минут. - Фуюма, можно тебя на минутку? - вдруг окликнула её Кавамура. - На минутку можно, - милостиво согласилась она. - Что? - Слушай, надо поговорить... Точнее, ты не могла бы передать Ямамуре... Норико мучила совесть. Она одна знала истинного виновника расставания Тору и Ханы и знала также, что правда помогла бы ему вернуть её, но сознаться в своём поступке не могла. Не хотелось видеть презрение и ненависть в любимых глазах. Ёшида другое дело, он не стал её осуждать, но ведь и решения никакого не подсказал. Она пыталась вернуться к этому разговору в воскресенье, когда они сидели в кафе, но он только разозлился. Глупо, конечно, с её стороны. Разве можно обсуждать прошлые отношения с новым парнем да ещё и совета у него просить? Наверное, Хару было очень неприятно, что во время свидания с ним она думает о другом парне. На самом деле Ёшида разозлился по другой причине. Он понимал её беспокойство и угрызения совести, но не хотел потакать её эгоистичному желанию свалить ответственность за принятие окончательного решения на него. Он мог её поддержать, но не хотел разгребать последствия её поступков, иначе Кавамура ничему не научится. Он не стал советовать, как теперь поступить: «Ты сама должна решить, что с этим делать». Вот и всё. Тогда Норико решила, что она всё расскажет Фуюме — это не так страшно — и попросит её проинформировать Ямамуру. Они же вроде как хорошо ладят. Юме поморщилась: ещё одна любительница прятать голову в песок. Разумеется, она не могла знать наверняка, что Юме подслушала значительную часть её ссоры с Тору, так что можно было включить дурочку. - Если хочешь помириться, скажи ему об этом сама. - Нет, тут другое. Я... - Меня ваши дела не особо касаются, разве нет? - жестоко, но это правда. В разборки между Тору и Ханой она влезла добровольно, потому что переживала за друзей, но даже при том, что она дорожила ими обоими и искренне желала им счастья, девушка не считала возможным прямое вмешательство. Она могла лишь поддерживать того и другого и уберегать по возможности от глупых поступков. Иногда это получалось, иногда не очень, но разобраться в случившемся они должны сами. Это касается двоих и никого больше! И если у Кавамуры есть что сказать по этому поводу, то пусть говорит сама. Чем больше посредников в цепочке, тем запутаннее всё становится. - Всё так, но... - Тогда пока. - Не в школе же! - Зайди в гости, тебе по пути, - Юме безжалостно отметала все её отговорки. Она устала, болеет и хочет домой. Ками, почему её надо напрягать именно сейчас? И куда делся недавний запал и запас обличительных слов? - Я не смогу смотреть ему в глаза после всего, что наговорила! - Норико была в отчаянии. Она схватила Юме за руки, заглядывая в глаза. - Напиши письмо. Говорят, бумага не краснеет, - сухо обрубила та, вырываясь из захвата. - Извини, я не очень хорошо себя чувствую. - Злая! - пробормотала староста дэшек себе под нос, смотря вслед уходящей Фуюме. Ёшида оказался прав, настоящая ведьма. «Эта» не стала сюсюкать с ней и жалеть. Может, и справедливо. Но всё равно обидно! Медсестры на месте не оказалось. Юме честно записалась в листке посещений: имя, класс, текущую температуру и название жаропонижающего, которое нашла в шкафу с лекарствами. Шипучая таблетка, растворяясь в воде, почему-то напомнила ей минералку, которой Рёта-чан пытался загладить вину за снятые часы. За что он извиняется сегодня? За то, что ей пришлось готовить обед вчера? Но Икэ-сан при этом удостоилась обычного «спасибо»... - Отвянь! - вслух сказала она настойчиво лезущему в её мысли однокласснику, будто он мог её услышать. *** Закупившись пирожками на ужин, Кисэ провожал соседку домой. Она тоже осчастливила Цуюки-сан покупкой, правда, не столь масштабной: двух рыбок с горячим чаем ей за глаза. Семпай сегодня, наверное, не придёт. А если и соберётся, то скорее всего позвонит заранее, и она попросит его зайти в магазин. Для приготовления свиного супа у неё есть все ингредиенты, кроме двух: картофеля и настроения. Вот бы и второе можно было купить! - Ю-чи, ты как? - обернулся парень. Она держалась в двух шагах позади него, чтобы это не было похоже на свидание. Кисэ всё понимал, поэтому не замедлял нарочно шаг и не пытался поравняться с ней, хотя хотелось. - Терпимо. Я шипучку выпила. Пока она действует, вроде полегчало. Тут направо. - Хорошо. Слушай, а почему ты так мало ешь? - его давно уже интересовал этот вопрос. - Может, поэтому у тебя иммунитета совсем нет, а? Или малокровие, как это обычно у девушек бывает? - Сколько вопросов! - прозвучало за спиной с некоей долей недовольства. - Нормально у меня всё и с кровью, и с аппетитом, и с головой. - Я же ничего такого! Ю-чи, за что? - Извини. Это от усталости, видимо, - Юме потёрла виски и встретилась взглядом с одноклассником. У него странные глаза. Про такие говорят «тигриные». Или «змеиные». Янтарный, обманчиво тёплый цвет. Маи-чан, любитель всяких гороскопов, гаданий и прочей эзотерической лабудени, недавно притащила им журнал, в котором целая статья была посвящена описанию характера по цвету глаз. Не сказать, чтобы Юме во всё это верила, но определённый процент правдоподобности эта информация всё же содержит. Например, если взять её саму, то о черноглазых отмечалось следующее: «Воспринимаются окружающими как очень надёжные и ответственные люди. Не любят рассказывать о себе и своей жизни, поэтому многие считают их скрытными. Они не оставляют своих друзей, когда те нуждаются в помощи. Обладают развитой интуицией и способны быстро принимать решения даже в самых сложных ситуациях». Вроде всё правда. И по внутреннему ощущению и по внешним проявлениям совпадает. Однако слегка напрягает, что ещё было сказано: «Чрезвычайно страстные и живые, а также чувственные люди». Маи-чан её с этой чувственностью и сетованиями про отсутствие парня для удовлетворения оной замучила потом. Подобные определения как «упрямы», «настойчивы», «импульсивны» — разве про неё? Или посмотреть, к примеру, на Тору: «Зеленоглазые сочетают в себе лучшие качества. Хорошие слушатели и собеседники. Решительны, но всегда трезво оценивают свои возможности. Они сострадательны к другим, имеют длительные отношения и, пожалуй, способны строить эти отношения только на любви. Они стабильны и в то же время наделены развитым воображением. Очень яркие личности и творческие натуры...» — про него. Юме очень надеялась, что развитое воображение поможет ему как следует постараться для предстоящих конкурсов. Но «страстные натуры», «невероятный вкус к жизни» и «существенный недостаток — ревнивы». Лол шта? Или взять того же Кисэ с его змеиными глазами: «Уникальные интересные личности. Любят компании, могут развеселить и успокоить» - вот уж что правда, то правда. «Прекрасно относятся ко всем людям», - тоже верно. Пожалуй, Юме ни разу не слышала, чтобы Рёта-чан плохо отзывался о ком-то или был с кем-то не в ладах. Заварушка в раздевалке не считается. «Самое главное в жизни обладателей жёлтых глаз — защищённость и успешность семьи, поэтому не стоит задевать их родных и близких...» Если вспомнить, как раз отношения в семье складываются не лучшим образом. А что, если... - Что так смотришь, нравлюсь? - Мечтай! - привычно одёрнули его. - Пытаюсь прочесть твою судьбу по радужке, - на полном серьёзе ответила Юме, глядя, как вытянулось от удивления его лицо. - Кицунэ-чи, ты меня так не пугай! Не хочу знать! Меня Морияма-семпай с чтением ладоней уже заколебал, вечно прикалывается и предсказывает всякую чушь, - он зажал уши и демонстративно отвернулся, прибавляя ходу. - Рёта-чан, ты чего? - Если там что-то плохое, не хочу знать! - А если хорошее? - потянула за уголок сумки она. - Пусть будет сюрприз. Терпеть не могу готовых сценариев! Моя стихия — импровизация, - обернулся он, опуская руки. - Твоя стихия, насколько мне известно, копирование. Вот уж где не до самодеятельности, - мысленно Юме прыгала и хлопала в ладоши. Всё-таки разговор вывернул в нужную сторону: подальше от её персоны и поближе к баскетбольному клубу. - Всё так, - покладисто согласился её сосед, тряхнув головой так, что длинная светлая чёлка тут же закрыла пол-лица. - Но тут есть свои хитрости. Я, видишь ли, изучаю технику своего соперника, чтобы повторить его приёмы, а вот выигрышные комбинации из них составляю уже по ходу игры, как того требуют обстоятельства, а тут полный простор фантазии! - Разве это интересно? - Конечно! И знаешь, что самое приятное во всём этом? Наблюдать священный ужас на лицах. Одно дело, когда ты играешь с кем-то, и совсем другое — фактически с самим собой. - Паранойя, нэ? - Наверное. Я бы назвал это бой с тенью. - А если тень вдруг окажется слабее? Она спрашивала Касамацу-семпая про сетку предстоящих игр. Кайджо играет с кем-то там и потом встречается с победителями соседней группы. Это будет либо Сейрин, либо Тоо. Хотелось бы верить, что команда Изуки-семпая окажется сильнее. Но это, будем реалистами, маловероятно. И что? Что тогда? - Ю-чи, ты чего такая серьёзная? На следующей неделе будет тренировочный лагерь, мы поднажмём и всё будет в а-а-ажуре! Ты мне не веришь? - вот поэтому она и сказала «обманчиво тёплый». Когда у Кисэ такой серьёзный взгляд, несмотря на беззаботность тона и расслабленность позы, ей всегда становится не по себе. - Верю! Верю, Рёта-чан. И знаешь почему? - Почему? - тупо переспросил он, чувствуя, что пушистый комок внутри начинает тихонько вибрировать и излучать приятные тёплые волны. - Потому что ты не сказал «я». Ты сказал «мы», - улыбнулась ему Юме. - Теперь всё действительно может получиться. - Ну... - он занёс руку за голову, растрепав затылок, - в последнее время мы сработались ещё лучше. - Тебе нравится твоя новая команда? Ещё четыре месяца назад он сморщил бы нос и высказал своё фи положению вещей в Кайджо, но не сейчас. Касамацу-семпай, как и обещал, переговорил с тренером и устроил ему персональные тренировки. Пару ему составлял то сам капитан, то Морияма-семпай, то Кобори-семпай. Хаякава специализировался на защите и подборах, так что на него особой ставки не делали, а вот Кисэ учился работать в связке, принимая передачи и атакуя корзину соперника при поддержке команды. Это было довольно необычно, но ему нравилось. Интересно, с гороскопом капитан советовался или как? Кисэ полез туда исключительно ради любопытства и выяснил презабавную вещь: оказывается, при всей их легкомысленности Близнецы исключительно привязаны к семье и к друзьям и готовы сделать всё возможное и невозможное, чтобы защитить их и обеспечить им комфорт и уют. Насчёт собственной семьи он, конечно, очень сомневался, а вот в отношении своей новой команды, которую после всех стараний Ю-чи решил попробовать воспринимать как семью, был согласен прилагать все усилия, лишь бы привести их к кубку. Странно, конечно, что Акаши этот факт проигнорировал, сделав ставку на физические данные и особые таланты, а не на внутреннее восприятие игроков. Человек ведь, если чего-то сильно захочет, если будет считать что-то важным, в лепёшку ради этого расшибиться готов. Но Акаши-чи, если вспомнить, вообще никакие советники не были нужны. Он даже Мидориму-чи воспринимал постольку поскольку, хотя тот был вице-капитаном. Вот Касамацу-семпай к Кобори-семпаю всегда прислушивается. Нет, он всё правильно сказал: «Здесь тебе не Тейко!» - Нравится, - ответил он тихо, внимательно прислушиваясь к внутренним ощущениям и понимая — нет, не соврал и даже не преувеличил. - Как я рада! - с облегчением вздохнула Юме. Если он и правда воспринимает ребят как близких ему людей, то приложит все усилия ради них. Семпай должен быть просто счастлив, что смог перевоспитать этого выпендрёжника. Кисэ был бы не Кисэ, если бы не попытался напроситься в гости. А что? Если Ю-чи одна, то позаботиться о ней некому, так что его помощь должна прийтись очень кстати, а если её отец дома, то почему бы не познакомиться с ним. Разумеется, ожидать, что соседка представит его как своего парня было как минимум нескромно, но начать ведь можно и с малого. Если он понравится Фуюме-сану, тот станет его невидимым союзником, а иметь своего человека в стане врага большая удача. Нет, Юме ему не враг, очень даже наоборот, но это просто сравнение такое неудачное, а другого на ум не пришло. Юме дурой не была и на провокации не поддавалась: сам сказал, что наедине с парнем оставаться нежелательно, а с таким хитрым тем более. К тому же если семпай всё-таки придёт, то ситуация осложнится хуже некуда. И тут её осенило, как накормить волка, сохранив овец. - Я завтра в школу не приду. Лучше вы с ребятами приходите заниматься ко мне после уроков, хорошо? Семпай точно не захочет палиться перед главным болтуном команды, так что завтрашний день может принадлежать ей. А что сосед узнает её адрес, не страшно: на следующей неделе ему будет не до неё — тренировочный лагерь, во время которого, как обещал капитан, будет не продохнуть. А потом начнутся игры — опять же можно не беспокоиться, что он заявится. К тому же после сборов у папы начинается отпуск. Юме пока точно не знала о его планах, но наверное они поедут куда-нибудь отдыхать уже все вместе, а вернувшись, займутся переездом. Или наоборот. - Как скажешь! - просиял Кисэ. Ему давно уже хотелось увидеть комнату Юме и вообще обстановку, в которой она живёт. Недаром ведь говорят, что жилище является отражением сущности хозяина. - А чтобы вас не заразить, я надену повязку. Он об этом даже не подумал. - Понял. Ты такая заботливая, Ю-чи! - протянутая над её макушкой рука бессильно опустилась вдоль тела, так и не коснувшись чёрных волос. - Накормить обещаю, насчёт этого не волнуйтесь, - она смутилась и отвела взгляд. - Дальше я сама. Через дорогу и два дома пройти. - Ага. Кушай хорошо и побольше отдыхай, ладно? А я тебе завтра лимонов принесу! Да уж, к махровым носкам только лимонов и не хватает до кучи. - Хорошо. Сделаем лимонад. Ну, я пошла. Она дождалась зелёного сигнала светофора и, уже перейдя через дорогу, услышала крик: - Кицунэ-чи, пока-а! Рёта-чан махал рукой, ослепительно улыбаясь во все тридцать два. Юме помахала в ответ и отвернулась, ускорив шаг. Она переоделась в домашнюю одежду, предварительно вымыв руки и включив чайник, попила горячего чаю с пирожками, завершила трапезу леденцами от горла и завалилась спать, задёрнув шторы поплотнее. Разбудил её звонок, причём звонили не на домашний. Мобильник жужжал и ползал по прикроватной тумбочке, Юме спросонья долго не могла его нащупать, а когда поймала и увидела имя звонящего, сон пропал сам собой. Сейчас ей устроят головомойку. - Алло, семпай. Ответом ей послужило смущённое: - Йо! - Так и знал, что надо было не звонить, а сообщение написать! - Ты дома? - Да. - Можно? По идее, любой человек мало что понял бы из этого вопроса, но Юме как-то догадалась. - Конечно. Вы далеко? - Ты, - поправили её с ноткой раздражения в голосе. - Со школы только вышел. Наверное, в библиотеке готовился. - А в магазин?.. - Зайду. Пиши, что. Всё-таки семпай не любит зря болтать. Если бы несказанные слова действительно можно было обменивать на золото, он был бы миллионером в отличие от некоторых. - Ну, и как вам это нравится! Юкио метался от стеллажа к стеллажу в поисках заказанных продуктов. Сам виноват, конечно, что подписался на это дело, но мелкая-то какова! Припрягла и даже не покраснела, судя по спокойному тону голоса. Вот и позволяй людям покомандовать. Обычно ему не приходилось закупать продукты, этим занималась мама, а его обязанностью было ходить с ней по магазину и толкать тележку или, что случалось гораздо чаще, принимать пакеты, стоя на пороге генкана, и уносить их на кухню, раскладывая покупки по шкафам. В этом районе он и магазинов не знает, чтобы сэкономить, и расположение товаров внутри совсем другое, вот и приходится тратить время на поиски, вместо того чтобы взять искомое в известном месте. Гр-р-р! Мысленно повторяя про себя список, чтобы ничего не упустить, Юкио злился на мелкую, но не отказывать же больному человеку, заставляя его ползти в магазин самостоятельно. В этом случае совесть бы его просто-напросто загрызла. Когда последняя упаковка из списка заняла своё место в корзине, он увидел, что уже действуют вечерние скидки: сегодня — на тунца, готовые обеды и пудинги. Решив, что бенто можно взять с собой в школу, чтобы не бегать на перемене, тунца они приготовят завтра на ужин, а пудинги вполне сойдут за десерт, Юкио покидал всё это в корзину и отправился на кассу не только с чувством выполненного долга, но даже где-то с удовольствием. По идее, мелкая должна была по достоинству оценить его доброту, хозяйственность и умение разумно тратить деньги. Пусть знает, что он не только злиться и воспитывать умеет. «Ощущаю себя молодожёном!» - краснел парень, ловя на себе взгляды симпатичной кассирши. Вроде ничего особенного, но ощущение совсем другое, чем когда идёшь в магазин по доброй воле и за собственным интересом. Когда Касамацу с полными пакетами позвонил в дверь, Юме уже вовсю орудовала на кухне, разделывая мясо. Она вышла его встречать в цветастом фартуке, на голове была повязана косынка, а в руке — здоровый нож. Тот самый santoku, который она купила в посудной лавке, решив заняться кулинарией вплотную*****. Клуб остался в прошлом, а вот инструменты и умения пригождаются. Нет, всё-таки готовить — это интересно. - Ты чего меня не ждёшь? - С возвращением! - не ответила она, спрятав руки за спиной. - Ну... привет. Пакеты опустились на порог генкана, и Юкио слегка нагнулся, но тут же распрямился, отчаянно покраснев и чертыхаясь про себя. Знает же, что не дома, даже не стал говорить «тадаима», несмотря на замечание мелкой, а наклонился по привычке, чтобы мама могла потрепать его по волосам и поцеловать. Сказать, что этого очень хотелось сейчас, значит ничего не сказать: тесты на носу, спортивный лагерь, куда попадут не все, а только те, кто нормально их напишет, мелкая заболела и он за ней присматривает. Нет, он её не так уж стесняется, но всё равно не по себе как-то. Блин, рефлекс, как у собаки на косточку — зашёл домой и знаешь, что почешут за ушами! А когда он женится, так же будет? Наверное, всё зависит от настроения. Если он очень устанет на работе или будет чем-то расстроен, то хотелось бы, чтобы любимая встречала его приветливой улыбкой, вкусным ужином и горячей ванной, полежав в которой, можно расслабиться и смыть с плеч тяжесть дневных забот. А уж если он будет на подъёме, то, наверное, подхватит её на руки, бросив портфель тут же в коридоре, и понесёт в спальню, ибо пополнять ряды тех, кто засветился в печальной статистике вялой сексуальной жизни, он не собирался. Пока у него нет постоянной девушки — да, тут разговор другой. Но он не приведёт в свой дом кого попало. Случайные связи его не привлекали даже при наличии желающих развлечься и денег на отель. Женщина, которая удостоится чести переступить порог его жилища, станет его подругой во всех смыслах этого слова. С ней можно будет просто помолчать, зная, что она разделяет удовольствие быть рядом. Тишина — священна, она сближает, и только люди, которые подходят друг другу, не скучают в тишине, в этом Юкио был уверен. Так, что-то он замечтался. Мелкая его движений, разумеется, не поняла и застыла с вопросительным выражением лица: бровки приподняла и в глазах любопытство светится. Впрочем, девчонка тут же справилась с собой и ускакала на кухню, бросив через плечо: - У меня сковорода на плите. Сначала же надо мясо обжарить... А потом уже овощи и всё остальное. Что это было только что? - Ладно, - ответил он погромче, разуваясь. - Я сейчас переоденусь и приду тебе помогать. Разбирая пакеты, парень ощутил вдруг, что пророчество мелкой «Вы тут не в гостях» начинает сбываться: заглядывает в холодильник, дверцами шкафов стучит. И хотя приходится иногда уточнять расположение тех или иных вещей, никакой неловкости или стеснения Юкио не замечал. Вероятно, сознание каким-то образом запечатлело эту мысль — здесь всё своё, не чужое. Осознавать подобное спустя всего три дня после первого появления в этой квартире было странно. - Любишь пудинги? - вполоборота повернулась мелкая, провожая взглядом устроившиеся на полке холодильника пластиковые креманки. - Не особо. Это тебе. - Спасибо, - ответила Юме и отвернулась, закусив губу. Кисэ она безапелляционно заявила, что сладкое не терпит и есть не станет ни в каком виде, а вот сейчас поступить так же почему-то не могла. Наверное, ей не хотелось огорчать семпая, проявившего столько заботы и участия. Эх, придётся давиться за компанию. Два вечера мелодрам пережила и это переживёт! К овощам Юкио её даже не подпустил. Сам почистил морковь и картофель, всё порезал, включая латук и лук. Только спрашивал, какого размера и формы должны получиться кусочки на выходе. По кухне распространялся едкий запах, от которого начали слезиться глаза. Юме помешивала шипящее на сковороде мясо и иногда оглядывалась, наблюдая, как профессионально летает над досочкой нож. Ей до него... И говорит при этом, что готовить не умеет! - Здорово у тебя получается, - она открыла окно, чтобы проветрить хоть немного. - Многолетний опыт, - серьёзно ответил парень, не отрывая взгляда и не прерывая своего занятия. - Сквозняк будет. Носки она надела, что приятно удивило, но лучше не рисковать. - Значит, мне ещё практиковаться и практиковаться, - вздохнула Юме и добавила: - Не будет, в гостиной окно закрыто. - Дыши лучше как можно глубже. Лук всякую заразу убивает, быстрее поправишься. - А ты? Для профилактики плачешь? Юкио промолчал. Ему в голову лезли странные мысли. Например, что они скорее напоминают парочку влюблённых, кое-как дождавшихся отъезда родителей, нежели брата и сестру: вместе ужин готовят, вместе посуду моют, делают уроки и смотрят фильмы — всё вместе. Он напросился, а она и не противилась. С Юкико так не было. Она была шустрой девочкой с вечно разбитыми локтями и коленками, энергичной и общительной, любила играть с друзьями на улице, попадая в различные истории, и хотела записаться в баскетбольную секцию, когда пойдёт в среднюю школу. Тяжело им с сестрой было уживаться, вечно что-то делили. И лучше бы уж продолжали ссориться и мириться, чем так! Наверное, Кисэ чем-то её напоминает, вот и хочется приглядывать за этим шалопаем. Он же был, как мама любит вспоминать, ребёнком тихим и беспроблемным, предпочитающим музыку всему на свете. Вчера прошвырнулся по магазинам, парочку новых дисков прикупил, покрутился в отделе музыкальных инструментов, но ничего похожего на свою заветную мечту, затерявшуюся где-то в токийском магазине среди вычурно раскрашенных кричащих моделей, так и не нашёл. Копить ему ещё несколько месяцев, прежде чем сможет купить ту гитару. На работу устроиться, что ли? Эх, опоздает, как пить дать опоздает! Вся и надежда на то, что никто не обратит на неё, такую невзрачную, внимания. Расстроился, конечно. Вернулся домой и дал волю чувствам, сняв со стены свою подружку. Эту он не станет меньше любить, она другая. Может, и прав Морияма, когда говорит, что все мужики по природе своей полигамны? Одной всегда мало, нужен целый гарем. Мелкая ещё не видела его гитару и, похоже, не в курсе о его увлечении музыкой. Что сыграть ей, если она вдруг об этом попросит? Ведь когда-то же это случится. - Ты какую музыку любишь? - вдруг спросил он её. Нельзя так надолго из разговора выпадать, она ещё подумает, что ему с ней скучно. К тому же надо выяснить, есть ли какое-то хобби у неё. На первый взгляд ничего такого: мангу не коллекционирует, косметикой не пользуется, последние деньги на туфли-заколочки не тратит. Ой, она же что-то про астрономию говорила! Как он мог забыть? И ведь видел, как она атлас созвездий рассматривала тогда в библиотеке. Вот лопух! - Разную, - деловито ответила девчонка, пытаясь поднять тяжёлую чугунную сковороду и высыпать жареное мясо в большую кастрюлю, и Юкио тут же забыл, зачем вообще об этом спрашивал. - Дай-ка я. Юме едва успела отдёрнуть руку, чтобы пальцы не были прижаты сверху его рукой. Касамацу-семпай поспешил на помощь, создав очередную неловкую ситуацию. Спасибо, хоть отпихивать не стал, как на днях. Наверное, она не отреагировала бы так же, но это всё равно очень неприятно, даже если знаешь, что цели преследовались самые благие. Она выскользнула под его рукой и тут же полезла в шкаф за соевым соусом, чтобы спрятать от него своё смущение. Щёки семпая порозовели, но рассуждать ему было некогда. - А дальше что? Должен же он когда-то научиться готовить! Заключить что ли с ней договор о взаимовыгодном сотрудничестве? - Залить кипятком из чайника и всё в кастрюлю... - начала перечислять Юме. - А что? - Иди первая в ванную, я здесь всё закончу. - Не хочу. Нельзя в горячей воде лежать, когда температура, да и не зима, но говорить об этом вслух она не решилась. Не надо семпаю беспокоиться лишний раз. - Приказываю как капитан. - Я не часть команды, - упорствовала она. - Тогда как семпай. - Нечестно. - А как старшего братика послушаешь? - Семпай! - Температуришь, да? - буравили в ней дырки серо-голубые глаза, над которыми спешили навстречу друг другу широкие брови. - Есть немного, - виновато опустила голову Юме. Постояла рядом с плитой и сразу почувствовала, как заполыхало лицо. Нет, смущение тут ни при чём. - Тащи аптечку, - скомандовал Юкио, забравший капитанские полномочия обратно. - Выпьешь жаропонижающее и иди отдыхай. - Выпью, но не уйду. Я и так спала днём. - Значит, сиди в уголке и руководи процессом оттуда. - Хорошо. Суп они сварили знатный. Он вышел, может, слегка островат для неё, но это нисколько не испортило впечатления от первого совместно приготовленного блюда. «Будь мы парочкой, я бы предложила это отметить!» - хихикнула про себя Юме, памятуя любовь японцев к «первым разам». Посуду семпай перемыл сам, сняв с неё забытый фартук и отправив имото обратно в уголок. На его спортивной фигуре этот цветастый кусок ткани с тесёмками выглядел нелепо и вместе с тем невероятно трогательно. Пожалуй, из всех описаний в том журнале Маи-чан, самым достоверным оказалось то, что характеризовало семпая, причём он гармонично сочетал в себе качества голубоглазых и сероглазых одновременно. Одной из наиболее важных потребностей в жизни этих людей является «стремление сделать всех людей счастливыми». А ещё они «имеют тенденцию быть напористыми, но в то же время просты и жизнерадостны», «им присуща острая наблюдательность», «чаще всего спокойны, но иногда могут испытывать сильное чувство гнева, после которого нередко впадают в депрессию». Это присуще людям с голубыми глазами наравне с сентиментальностью. Сероглазые «мудры, обладают аналитическим мышлением и всегда мыслят ясно и рационально», они олицетворяют собой «внутреннюю силу, которая никогда не будет зависеть от любого внешнего давления», но «могут чувствовать себя беспомощными в ситуациях, не требующих интеллектуальной деятельности». Наверное, именно поэтому семпай всегда так теряется на свиданиях и в присутствии девушек вообще: надо бы расслабиться и отключить мозги, которые только мешают, Рёта-чан назвал бы это «пойти на поводу у инстинктов», а это не получается, и выходит только хуже. Жаль, потому что о таких как семпай замечено: «Серьёзно относятся к построению отношений, предпочитая длительное партнёрство на основе глубокой любви». Его девушке не нужно будет сходить с ума от ревности и бояться, что его интерес к ней угаснет в скором времени, но в то же время ей нужно быть «партнёром», а не просто красивым, но глупым аксессуаром своего парня. Интересно посмотреть на ту, кто завоюет его сердце. - О чём мечтаешь? - окликнул её Юкио, закончив с посудой и вешая фартук на крючок. - Да так... - уклончиво ответила она. Не сказать же в лоб «о тебе»! А то в обморок рухнет от неожиданности и смущения. - Точно спать не пойдёшь? - Точно. - Тогда пошли учиться. - Тебе телевизор мешать не будет? - строго спросил семпай, когда она взялась за пульт, опередив его. - Нет. Только никаких мелодрам на этот раз. Музыкальный? Спортивный? - Полистай, посмотрим. Юкио сел по-турецки, поправив шорты. Он листал учебник в поисках того места, на котором остановился, и поглядывал одним глазком в телевизор, чтобы не пропустить что-нибудь интересное. И тут вдруг мелкая выронила пульт. По спортивному каналу транслировались местные соревнования по художественной гимнастике. Юме нагнулась за ним, но семпай оказался быстрее. - Всё в порядке? - Д-да, - неуверенно ответила она, опускаясь на пол и протягивая руку. - Давайте переключим. Скоро будут новости. Узнаем, чем страна живёт. Пульт лёг в открытую ладонь. - Ну давай. Мелкая щёлкала кнопками, с силой закусив губу. Разнервничалась отчего-то. И как это понимать? - Я завтра в школу не пойду, - будто между делом произнесла она, не отрывая взгляда от экрана, на котором мужчины в дорогих костюмах грузились в фургон, чтобы поехать оттянуться в новый кабаре-бар. Юкио вздохнул. Раз уж население зомбируют на усердную работу, то и отдых нужно заложить в программу, иначе от такой жизни крыша поедет у каждого второго. В четверг они напишут тесты, в пятницу узнают результаты, отстоят прощальную церемонию, и у него есть целых два дня, чтобы отвлечься и отдохнуть как следует перед неделей усиленных тренировок. День моря будет с размахом отмечаться на набережной, можно будет сходить туда всем вместе, если мама и Ринтаро уже вернутся к этому времени. Обычно подростки стараются отделиться от родителей с их старомодными взглядами и устоями, тусуются со сверстниками, развлекаются так, как в присутствии старших не могли бы себе позволить. Юкио бывал свидетелем чрезмерного употребления алкоголя, который ребята умудрялись покупать, несмотря на запрет закона, и других излишеств. О прошлогодней поездке классом на Окинаву вообще лучше не вспоминать. А чего хочется, так это создать новые воспоминания. Старые, как бы он не старался, с каждым годом блёкнут и постепенно стираются, оставляя внутри пепел сожалений и горький дымок. Он не хотел вытеснить старые воспоминания новыми или восполнить появляющиеся пробелы за счёт других людей, он хотел, чтобы Ринтаро и Юме запомнились так же чётко и ярко, как когда-то отец и Юкико. Мало ли какие ещё сюрпризы может преподнести жизнь... Не дай ками, конечно. - Плохо себя чувствуешь? - Ну да, не лучшим образом. Лучше поготовлюсь дома. - Это мудро, - похвалил её семпай, подняв взгляд от учебника. А по телевизору говорили что-то о новой коллекции одежды, которую запустил в производство брэнд Tomorrowland, сочетающий в себе европейские силуэты с национальной любовью к ярким расцветкам. Наверное, Хана в восторге, хотя, помнится, она говорила, что собирается в университет моды Сугино вслед за своим любимым Рётой Хига. - Но готовиться я буду не одна. - Твой парень придёт? - неожиданно бросило в жар, аж ладони вспотели. - Нет, вчерашняя компания, - Юме перевела взгляд на него. Семпай сегодня какой-то странный, не лучше неё. - У меня нет парня. Юкио чуть было не спросил «почему?», но вовремя прикусил язык. - Намекаешь, что я буду мешать? - Намекаю, - улыбнулась она. - В ближайшие два дня я буду усиленно учиться. - А потом? - А потом посмотрим. Неизвестно ведь, как она напишет тесты. Хотелось, конечно, надеяться на лучшее, но мало ли... *Цукиджи - токийский рынок. Говорят, это самый большой рынок мира по торговой площади, выручке, объёмам сделок, числу покупателей и транспортных средств. Своей славой он обязан рыбе. **重い — omoi – дословно тяжелая, грузная, не имеющая лёгкости; другие значения: серьёзная, важная, весомая, трудная. Относительно девушек: когда говорят о нелегкомысленной особе, серьёзной в отношениях, о такой, кто будет стараться ради любимого и выкладываться по полной; слово применяется в уничижительном значении, но не является оскорблением. ***из м/ф «Чертёнок №13» ****Tiger (англ.) — Тайга — тигр, соответственно. *****часть 7.2