Рыцари далёких звёзд

Планета ХХХ представляла собой огромный океан с одним единственным материком на экваторе. Размерами он походил на большой земной остров и мог бы посоперничать за первенство с той же Гренландией. Планета служила перевалочным пунктом для многих экспедиций, путешественников, в общем, почти для всех пролетающих мимо кораблей, благодаря своему удачному расположению. Поэтому неудивительно, что самыми популярными профессиями здесь оказались торговец и механик. На несколько световых лет в округе больше не было населенных планет, и на ХХХ останавливались, чтобы пополнить запасы, произвести мелкий ремонт и отдохнуть перед дальней дорогой. «Авалон» приземлился на краю космодрома, в самой дешевой его части. Артур не мог позволить себе элитное место, да и если бы располагал средствами, то не изменил бы выбор стоянки: не стоило привлекать к себе внимание. Как бы ни божился Гвейн, что сумеет сам залатать глубокие царапины, сделанные драконом, с помощью подручных средств, Артур принял решение поручить это дело местным механикам, у которых материалов и инструментов было в избытке. Под присмотром Гвейна, конечно. Тот нехотя согласился, проворчав что-то про дилетантство и кривые руки. На время ремонта команде пришлось покинуть корабль и обосноваться в кафе космопорта. Артур заказал вполне земной на вид кофе и несколько сытных блюд, Перси набрал побольше мяса, Ланс выбрал салат и что-то склизкое и противное на вид, но, по его мнению, невероятно вкусное. Мерлин долго пялился в меню, вчитываясь в незнакомые названия блюд, пока Артур не потерял терпение и не заказал ему то же, что и себе. Гвейн остался на корабле гонять роботов и шустрых ХХХцев и лично следить за ходом ремонта. — Мы отклонились от курса и теперь опаздываем на пару дней, — сказал Артур, утолив первый голод. — Не страшно, но Вэлли может нас опередить и собрать все лакомые кусочки. Вэл Ант был главным конкурентом Артура в его маленьком бизнесе. Почему честолюбивый, заносчивый и амбициозный пилот взялся за такую пустяковую работу, как сборка космического мусора, оставалось загадкой. Артур решил для себя, что Вэл намерен подзаработать деньжат для какого-нибудь более масштабного предприятия. Говорят, он всерьез пытался устроиться в звездный флот, но провалился на одном из тестов (попался на жульничестве), и теперь путь в любую из официальных структур был для него закрыт. — Он что, выслеживает нас? — удивился Перси. — Я думаю, что он каким-то образом перехватывает наши данные и старается оказаться на месте первым, — ответил Артур. Он давно подозревал, что Вэл не просто так постоянно переходит ему дорожку. Сжульничав один раз, уже сложно избавиться от этой привычки. Да и "уесть" сына генерала космического флота Земли могло показаться ему достаточным актом отмщения. — У нас завелась крыса? — Ланс нахмурился и помотал головой, сам не веря в свои слова. — Нет, своим людям я доверяю, но есть множество электронных средств слежения. Помимо текущего ремонта я дал задание Гвейну поискать «жучки» и прочие электронные штуки. — Еще нужно проверить всех роботов, их можно перепрограммировать. — Я тоже подумал об этом. Работы много, и нам придется задержаться на этой планете еще на день-два. Ланс с Перси переглянулись. Одним из условий длительного пребывания на ХХХ был запрет на ночевки в своих кораблях, экипажам обязывалось снять номер в отеле, коих в округе было множество. Этого пункта в правилах добились те местные жители, которые не смогли закрепиться в ремонтном деле или в общепите и решили держать доходные дома. — Не очень-то хочется… — начал Ланс, но Артур перебил его. — Иного выхода нет. — А в чем, собственно, проблема? — расправившись с последним блюдом, спросил Мерлин, чем вызвал смех всей команды. Так как ночуют на ХХХ нечасто и обычно большими компаниями, держать одноместные номера хозяевам было невыгодно, поэтому те, что были, предлагались за бешеные деньги. Самыми ходовыми оказались двух- и трехместные комнаты. Пятиместных, к сожалению, не было, и Артур, поразмыслив, распорядился поселиться Лансу, Перси и Гвейну вместе, а сам снял двухместный себе и Мерлину. Конечно, это было глупо, учитывая, какие чувства вызывал в Артуре Мерлин, но вместе с тем за парнишкой следовало присмотреть. А о причине — сомнениях, зародившихся не так давно, — Артур пока решил никому не рассказывать. Артур дал своей команде отпуск до завтрашнего дня. Пусть ребята повеселятся, сходят в бары, снимут подружек и напьются… Впрочем, два последних пункта касались только Гвейна, остальные предпочтут более спокойные развлечения. Ланса ждала дома невеста, Перси умудрялся учиться в Академии и хотел стать дипломированным пилотом, а Мерлин вряд ли осмелится сделать хоть шаг по незнакомой планете. Поэтому Артур почти силой вытолкал последнего из их номера и повел на экскурсию по самому шумному и веселому городу планеты ХХХ. Капитан должен заботиться о членах своей команды, не так ли? Мерлина поражало все. От старого космического порта, заваленного неизвестного назначения ящиками, до большого рынка на выходе. Люди, гуманоиды, экзотического вида инопланетяне (покрытые перьями, чешуей, с невероятным количеством конечностей или вовсе желеобразные, постоянно меняющие форму…) сновали туда-сюда, присматриваясь к ярким побрякушкам или оглядываясь в поисках известного бара «Черная лань», где каждый вечер под живую музыку пела и танцевала Лола Блюм — потрясающе талантливая земная девушка. Артур даже не удивился, увидев ее на пороге бара в компании Гвейна. — Ой, — зато Мерлин отреагировал бурно. — Я думал, он на корабле… — Раздал указания и быстро смылся, — Артур хмыкнул. — Гвейн на «Авалоне» и Гвейн на твердой земле сильно отличаются друг от друга. Когда соберемся улетать, нужно умудриться выцепить его из цепких коготков очередной цыпочки, иначе рискуем остаться без механика. — И он не боится, ну… болезней? — Мерлин сделал неопределенный жест, означающий, должно быть, все известные человечеству заболевания вместе взятые. — Гвейн как-то хвастался, что в детстве его уронили в экспериментальное лекарство, поэтому теперь он полностью неуязвим, даже насморка не подхватывает. — Так уж полностью? — По секрету: нянька удержала его за пяточку, поэтому она и есть его слабое место. — О, спасибо, теперь я знаю, как справиться с Гвейном, если он сильно меня достанет, — Мерлин рассмеялся, потерял бдительность и налетел на толстого «ежа», везущего впереди себя тележку с фруктами. — Придурок! — закричал «еж», а Мерлин зашипел от боли (умудрился напороться на один из шипов). Артур молча дернул Мерлина на себя, пропустил «ежа» и даже не оглянулся ему вслед. — Эй, он же обозвал меня придурком! — возмутился Мерлин и пихнул Артура локтем в бок. — И что? Тут каждый второй готов тебя как-нибудь обозвать. Просто не обращай внимания. Полезешь в драку с кем-то из них — обвинят в нарушении их законов и затаскают по судам. Знаю я этих «ежей», у них судебный процесс возведен в ранг не то искусства, не то театральной постановки, не то очень расчетливой игры. О справедливости там все давно забыли. — Нужно было идти на «Межпланетные отношения» в Академии, я многое потерял, — Мерлин больше не возмущался и теперь с интересом слушал Артура. — Проведешь с нами месяц-другой, поднаберешься опыта и никакие «Межпланетные отношения» будут не нужны. Артур остановился около неброской вывески, на которой были изображены усы и очки. Мерлин захихикал, разглядывая ее, и, не скрывая любопытства, толкнул простую деревянную дверь. «Чарли» — одно из немногих заведений, предназначенных только для землян. Артур решил не шокировать Мерлина экзотическим видом разумных, постоянно жующих водорослей или пирамидальной кучи, отличающейся отвратительным запахом (а так выглядели представители одной из самых многочисленных рас в соседней галактике), с него и так хватит впечатлений. Бар славился приятной атмосферой и восхитительным шотландским виски, изготавливаемом тут же на ХХХ. Мерлину следовало расслабиться, раскрепоститься и, может, немного развязать язык. Артур надеялся разговорить его и выведать кое-какие секреты, так тщательно скрываемые Мерлином ото всех. — А потом он подошел ко мне после занятий и говорит, мол, так и так, давай отойдем в сторонку на пару слов. Ну я подумал, что он собирается драться, подобрался весь, руки в кулаки сжал, а этот придурок… — Мерлин отпил шестую по счету рюмку виски и закашлялся; Артур любезно похлопал его по спине. — А он мне давай травку предлагать. Говорит, по мне видно, что расслабиться не помешает, да и лицо у меня такое… наркоманское. Я оторопел и, наверное, от неожиданности купил порцию, положил в карман и думать забыл о ней. А потом явился так в Академию, и меня, конечно, тут же засекли. Уф, едва не исключили, такого страха я еще никогда не испытывал. Артур расхохотался. Идея напоить Мерлина оказалась на редкость удачной. Во-первых, у него тут же развязался язык, и, хоть большей частью Мерлин нес чушь, можно было повернуть разговор в нужное русло. И, во-вторых, подвыпивший Мерлин оказался ужасно милым: он смеялся больше обычного, улыбался, его глаза блестели в полумраке бара, а губы, которые он постоянно облизывал, так и притягивали взгляд… Артур сам выпил немало и теперь откровенно пялился, забыв об осторожности и обещании, данном самому себе. — Неужели это самый страшный случай, который произошел с тобой? — удивился Артур. — А как же звездный дракон? — О, дракона я не боялся. Да и зачем, когда я всегда могу с ним договориться? Он меня обязан был послушаться… вот! — Мерлин икнул и едва не свалился с высокого стула. — Что в тебе такого особенного, что тебя слушаются мифические существа? Мерлин отчаянно помотал головой. — Я не могу тебе сказать! Я обещал, что никто не узнает о моей… о моем… о секрете, в общем, и ты не должен. Особенно ты. — Но почему? — Артур подался вперед. Он был прав: существовала какая-та тайна, но Мерлин так тщательно хранил ее, что даже сейчас не хотел говорить, хотя уже умудрился выболтать, как потерял девственность и как сильно ему понравился секс с Артуром. Последнее ему говорить не следовало, потому что Артуру тоже понравилось, очень, более того, его не покидало чувство, что ничего более правильного он в своей жизни не делал. Даже когда сбежал из отцовского дома в одной тонкой рубашке и пижамных штанах. — Потому что ты мне не поверишь, — Мерлин погрустнел и неуклюже слез со стула. — Пойду подышу воздухом, а то голова кружится. Он умудрился дойти до выхода, не налетев ни на один из столиков и не столкнувшись ни с кем из посетителей. Артур проводил его взглядом и задержался только для того, чтобы расплатиться с барменом и посетить туалет. Когда он вышел на улицу, Мерлина там не оказалось. Артур обошел всю округу, заглянул в соседние забегаловки и расспросил ошивающихся рядом гуманоидов — никто не видел, куда делся подвыпивший юный землянин. Мерлин мог с равным успехом спать под кучей мусора за углом и быть похищенным торговцами живым товаром — такие еще рассекали Вселенную. Артур связался с Лансом и убедился, что в гостиницу Мерлин не возвращался. Попросил сообщить, если он все-таки объявится, и в задумчивости оглядел улицу. Рядом раздался тихий свист. Артур посмотрел вниз: у его ноги стоял маленький робот и зазывно мигал лампочками, показывая следовать за ним. Робот привел Артура в ближайший переулок, где, небрежно прислонившись к стене, стоял неопрятного вида гуманоид и курил что-то наподобие длинной сигары, скрученной в спираль. — Ищешь парнишку? Темные волосы, оттопыренные уши, худой, неловкий, постоянно улыбается? — голос у гуманоида оказался хриплый, сиплый, создавалось впечатление, что каждое слово дается ему с трудом. — Ты видел его? — Артур старался говорить спокойно, хотя внутри все клокотало от напряжения. Он никогда еще не терял членов команды. Гвейн не в счет, тот всегда мог выкрутиться сам. Но Мерлин был слишком молод и неопытен, чтобы сориентироваться на чужой планете. Если он раньше и покидал Землю, то наверняка не совался дальше курортных местечек, где безопасность каждого гостя ценилась выше всего. На ХХХ же ошивалось слишком много охотников до легкой добычи, чтобы даже Артур мог чувствовать себя спокойно. Гуманоид пошевелил пальцами на руке, — всего их было два, — но даже так жест был однозначно понятен. Артур вытащил несколько карт, заменявших на ХХХ деньги, и отдал их гуманоиду. — Парнишку увез толстый вэкторианец, — охотно пояснил тот. — Посадил в свою тележку с фруктами и умчался вон туда, — он махнул в просвет между домами. — Еж! — понял Артур. Кроме того что эта раса постоянно судилась, она еще и отличалась сильной злопамятностью. Но даже для них это было слишком — схватить человека только за то, что он налетел на одного из них по неосторожности. Артур вздохнул. Мерлин будто притягивал неприятности! — Вэкторианцы остановились в городе на ночь, — сказал гуманоид, — у моста первый дом. Артур благодарно кивнул и побежал в указанном направлении. Черт знает, что «ежи» могут сделать с Мерлином! Людьми они не торгуют, но приветствуют слуг из инопланетных рас. Им кажется, будто таким образом можно подчинить себе всю Вселенную. И если у несчастных рабов не находится богатых родственников или достаточно денег, чтобы самостоятельно улететь с Вэка, то вся жизнь их проходит в прислуживании «ежам». Дом у моста напоминал… гнездо, сложенное из веток. Такое бы подошло какой-нибудь птице, но и вэкторианцы ценили переплетение сухих ветвей, ведь в них так легко помещались их иглы. Артур осторожно заглянул в импровизированное окно, но ничего не увидел. «Ежи» сливались по цвету со стенами, и их почти невозможно было обнаружить в доме. Ничего другого не оставалось, и Артур открыто шагнул в дверной проем. На него тут же уставились две пары глаз, заостренный носик повел в воздухе, колючки угрожающе зашевелились. — Добрый вечер, — Артур улыбнулся, чувствуя себя по-идиотски. — Мне нужен такой… — он развел руки шире, — упитанный вэкторианец. По недоразумению он увел моего друга, который мало что соображает и не отвечает за свои действия. Я хотел бы договориться с ним о разумной доле компенсации за моего приятеля… — Сегодня вечером никто не входил в отель, — проскрипел «еж». — Вы уверены? — Подходящий под ваше описание вэкторианец действительно живет здесь, но сегодня он еще не возвращался. Артур поблагодарил его и вышел наружу. Одна из особенностей ХХХ — на ресепшене здесь всегда говорят правду. Это позволяет хоть как-то бороться с беззаконием. Хотя в случае ХХХ законов слишком много, чтобы мог установиться порядок. Каждая раса жила по своим правилам, не интересовалась другими, а услужливые ХХХийцы не настаивали на выполнении большинства своих. От входа в «гнездо» по прямой убегала длинная широкая улица, многолюдная в это время суток, с яркими светящимися огнями и зазывной музыкой. Сквозь толпу, с трудом толкая перед собой тележку, двигался тот самый вэкторианец. Артур быстро спрятался за стену дома и осторожно выглянул. «Еж», несомненно, направлялся в гостиницу. Его тележка была наполнена доверху и прикрыта куском брезента, но Артур готов был поклясться, что видел, как из-под него показалась человеческая нога, и «еж» тут же спрятал ее обратно. Нога была определенно знакомой, но она не шевелилась, и это настораживало. Вряд ли вэкторианец убил Мерлина, — это не в их порядках — скорее всего, оглушил, чтобы довезти его до «гнезда». Логичнее было сразу доставить пленника на борт космического корабля, но в это время суток в космопорт никого не пускали. Артур дождался, пока вэкторианец остановится у гостиницы, и вышел из своего укрытия. Это был единственный шанс поговорить с ним, попытаться убедить отдать Мерлина, потому что в «гнезде» его дальше порога не пустят. — Эй, — Артур преградил путь вэкторианцу. — У вас есть кое-что мое, — и поморщился от собственной фразы. Прозвучало так, будто Мерлин его личный раб, слуга — вещь, которая не принадлежит самой себе. Но сейчас было не до деталей. — Уйди с дороги, — прошипел «еж» и ощетинился. Артур еще никогда не видел вэкторианца в полной боевой готовности — он их вообще всего пару раз встречал — и сейчас готов был признать: это выглядит грозно. А еще он никак не мог вспомнить, умеют ли «ежи» стрелять своими иглами или это только глупые сказки… — Ты украл у меня кое-что, отдай, — Артур решительно шагнул вперед и сдернул полог с тележки. Так и есть, в ней, свернувшись калачиком, лежал Мерлин и, кажется, спал. — Это валялось посреди мостовой, я подобрал, — возразил «еж». — Почему ты не смотришь за своими вещами? О логике вэкторианцев можно слагать легенды. Они действительно считают, что если что-то лежит без присмотра, то оно принадлежит первому, кто его подобрал. И переубедить «ежа», что Мерлин вовсе не вещь, которую можно присвоить, будет очень сложно… Если, конечно, не пойти другим путем. — Это мой раб, — ляпнул Артур. — Я наказал его и велел спать на улице. — Так это живое? — «еж» принюхался и с подозрением глянул на Мерлина. Тот, словно специально, не подавал признаков жизни. — Да-да, посмотри на него, он похож на человека, на такого, как я. У него есть руки и ноги, голова и… все остальное, — Артур для верности подергал Мерлина за ногу. — Ты другой, — «еж» нахмурился, — ты стоишь и двигаешься. Артур едва удержался, чтобы не закатить глаза. Вэкторианцы могут быть тупы и упрямы, защищая свою правду. Извратят чужие слова как угодно, лишь бы факты работали на них! — Он тоже двигался! Вспомни, несколько часов назад он налетел на тебя на рынке, ну? Вэкторианец нахмурился, но видно было: он вошел во вкус и отдавать «свое», честно найденное, не собирается… И тогда Артур решился. Он рванул вперед, схватил тележку и побежал по улице, ловко маневрируя в толпе. «Еж» на мгновение растерялся, застыл, а потом… свернулся в клубок и покатился следом, набирая скорость. Артур поднажал, тяжелая тележка попадала колесами между камней мостовой, скорость снижалась… но в этот момент Мерлин открыл глаза и ошалело огляделся. — Болван! — закричал на него Артур. — Идиот! Мерлин повертел головой, оценил свое положение и громкой ойкнул. Конечно, не каждый день просыпаешься в мчащейся по мостовой тележке. Он подумал, что спит, ущипнул себя, схватился за голову и безумными глазами уставился на Артура. — Выкидывай все из тележки, — рявкнул тот, сворачивая в переулок, соединяющий улицу с соседней параллельной. «Еж», немного не вписавшись в поворот, последовал за ним. — Если не хочешь провести остаток жизни в инопланетном суде, делай, что я говорю! Мерлин огляделся, вытащил из-под себя большой фрукт, напоминающий дыню, и выкинул его на мостовую. — Целься в «Ежа»! — Артур оглянулся и поднажал. Тележка грохотала, колеса грозились вот-вот отскочить, Мерлин едва не вывалился из нее, когда доставал очередной фрукт. Но тут же метко метнул его в преследователя. Вэкторианец завертелся на месте, когда в иголках застряла большая розово-синяя «дыня». — Ты мне потом объяснишь все, да? — азартно спросил Мерлин и прицелился еще раз, и еще… Перед тем как кинуть очередной фрукт, он отворачивался и что-то шептал, потом замахивался и точно попадал в цель. В другое время Артура бы заинтересовала такая странная тактика швыряния тяжелыми предметами, но сейчас было не до этого. Фруктов в тележке оказалось много, и все они размером с баскетбольный мяч. Вэкторианец начал отставать, разворачиваясь каждый раз, чтобы отряхнуться. Мерлин уже не мог попасть в него и выкидывал остатки «дынь» из тележки на мостовую. Артур резко завернул за угол, уронил тележку вместе с Мерлином на землю, рывком поставил его на ноги и увлек за собой в переплетение улочек. Теперь вэкторианцу будет гораздо сложнее найти их: он вряд ли точно запомнил их внешность, а на ХХХ слишком много людей — затеряться среди них получится легко. Мерлин спотыкался через шаг, Артур почти тащил его за собой, а под конец просто перекинул его руку через свою шею, обхватил за талию и пошел шагом. Мерлин, не привыкший так много бегать, натужно дышал, на его лбу блестели бисеринки пота. Его еще слегка качало от выпитого алкоголя, и реакции оставались заторможенными. Артур пообещал себе никогда его больше не спаивать… в общественных местах. В замкнутом пространстве чьей-нибудь каюты еще можно позволить себе эту маленькую слабость — уж слишком милым и забавным оказался пьяный Мерлин. — Что это было? — спросил Мерлин, когда они ушли на достаточное расстояние от переулка, где бросили тележку. Артур недовольно прищурился и от души влепил ему подзатыльник. Мерлин дернул головой и поджал губы, обидевшись. — Ты что делал, когда вышел из бара подышать воздухом? — Артур, не сдерживаясь, почти прорычал эту фразу. Теперь он чувствовал злость и раздражение, пришедшие на смену волнению и страху за жизнь Мерлина. — Ничего! Я… кажется, я столкнулся на пороге с кем-то, а потом очень сильно захотел спать. — Столкнулся? — Да, он больно ударил меня в плечо… эй, что ты делаешь? Мерлин попытался отпихнуть его руку, но Артур уже задрал рукав его рубашки и изучил гладкую кожу. Никаких повреждений не было, странно. — Да не на этой, — Мерлин вздохнул и потряс другой рукой. Артур проделал то же самое и с ней и, наконец, обнаружил искомое. На бледной коже краснел маленький след от укола. Мерлин недоуменно уставился на него. — Откуда это? — спросил он. — Опиши того, кто столкнулся с тобой на выходе из бара. — Это был человек. Невысокий, коренастый, смуглый… — С торчащими, как шипы, волосами, так? — Да… — Он только похож на человека. Это когни — раса, интересная тем, что во время брачного периода плюется вокруг иглами. Для них это процесс неконтролируемый, и сознательные когни в это время сидят в гостиницах, если находятся на других планетах. Для женщин-когни на концах игл их мужчин находится мощный афродизиак, для нас же это сильное снотворное. Поэтому ты и свалился посреди мостовой, где тебя потом подобрал вэкторианец. Наверное, ты очень понравился тому когни, Мёёёлин, — Артур не отказал себе в удовольствии протянуть имя своего штурмана и посмаковать его на языке, — раз он так разволновался и швырнул в тебя иглой. Мерлин — о боже! — покраснел и отвел взгляд. — Ну вообще-то он еще прошептал, что я горячая штучка… — нехотя признался он. Артур расхохотался, запрокинув голову. Мерлин умудрился вляпаться в две неприятности разом и выбраться из них без особых потерь. Хотя, если бы когни сообщил тому же бармену, что случайно выстрелил в человека, возможно, вэкторианец не успел бы подобрать свою «добычу». Но тогда это было бы не уже становящееся фирменным везение Мерлина. Артур довел его до гостиницы и вздохнул свободно: здесь уже не должно было случиться ничего страшного. У входа, переминаясь с ноги на ногу, их ждал взволнованный Ланс. Он не мог уснуть, зная, что где-то в городе потерялся Мерлин, и уже хотел бежать помогать с поисками, но тут они и объявились. — Рад тебя видеть! — Ланс обнял Мерлина и пошатнулся, когда тот едва не упал: ноги все еще были ватными. Артур мягко перехватил его и вновь привлек к себе. Ланс знает Мерлина всего неделю, не великий повод лезть к нему с объятиями. — Я тоже, — пробормотал Мерлин и с явным облегчением снова прислонился к Артуру. Там у него были уже облюбованное плечо и тепло, волнами исходящее от разгоряченного погоней тела Артура. — Что случилось? — Ланс с опаской покосился на Мерлина. — С ним все в порядке? — Утром будет в полном, — Артур вошел в гостиницу. — Ему достался шип когни, а после его умудрился увезти вэкторианец, посчитав никому не нужной вещью. Ланс вытаращил глаза, затем улыбнулся и, не удержавшись, рассмеялся. — Я слышал истории о неудачниках, с которыми случалось что-либо из перечисленного, но чтобы одновременно с одним человеком… — Теперь можешь рассказывать, что лично знаком с таким. Поделись с Гвен — она оценит, может, даже использует в очередной статье. Девушка Ланса и по совместительству хорошая подруга Артура, Гвен, была журналистом. Она собирала по всей Земле забавные истории и случаи, а Ланс и Артур снабжали ее информацией с других планет. Статьи Гвен охотно читало и старшее поколение, и младшее, даже капризная молодежь часто цитировала их в метро. Артур с Лансом втайне гордились своим вкладом в ее успех. — Обязательно, — улыбнулся Ланс. — И, я так понимаю, мы улетаем завтра? — Точно! — Артур поморщился. — Вэкторианец не успокоится, пока не потратит на поиски несколько дней. Сомневаюсь, что он запомнил нашу внешность, но лучше перестраховаться. Ланс проводил их до номера, помог открыть дверь и ушел к себе. Перси уже спал, утомленный учебой, а Гвейн точно не заявится до утра. Артур посадил Мерлина на кровать, предостерегающе глянул на него и удалился в ванную. Горячая вода смыла все тревоги и волнения. Остались только приятный привкус виски, который они пили в баре, блестящие Мерлиновы глаза и его лихая улыбка, с которой он кидал фруктами в вэкторианца. Это был полный приключений и впечатлений вечер, и Артур бы не променял его ни на что другое. Когда он вышел в одном лишь полотенце, держащимся на бедрах, Мерлин успел переместиться к окну и теперь смотрел на ночной город, переливающийся огнями и завораживающе прекрасный, с привкусом чего-то совершенного нового. — Спасибо тебе, — сказал Мерлин, не поворачивая головы. — Что взял меня сегодня с собой. Я еще никогда не видел жизнь на других планетах так близко. — ХХХ отличается от других планет тем, что тут перемешаны все возможные культуры. Посмотри только на формы гостиниц вокруг нас. Вряд ли ты когда-нибудь рассчитывал поселиться между огромным муравейником с одной стороны и бассейном с другой. — Ну, это очень похоже на загородный дом моих родителей. Только муравейник там был поменьше. Артур рассмеялся. Мерлин повернулся к нему, посмотрел на полотенце, сглотнул и с трудом отвел взгляд. — Спасибо, что спас меня, — глядя в стену, пробормотал Мерлин. — Я твой капитан, я обязан следить за каждым членом своей команды. — И только поэтому отправился на мои поиски?.. — Мерлин повернулся к нему и теперь требовательно смотрел в глаза. — Нет, не только. Я бы в любом случае разыскал тебя. Нельзя бросать несмышленых мальчишек на опасных планетах. — То есть в тебе взыграли отцовские чувства? — Что-то вроде того, — Артур отвернулся, чтобы Мерлин не заметил, какие еще чувства в нем в данный момент играют. Те самые, из-за которых полотенце уже немного натягивалось в районе паха. Артур быстро переоделся в свободные пижамные штаны, спиной чувствуя внимательный взгляд, который не пропустил ни сантиметра его обнаженной кожи. И если бы Мерлин был посмелее, если бы положил руку ему на спину, погладил, провел пальцами по позвонкам, развязал бы полотенце и уронил его на пол, то Артур бы не стал сопротивляться. Но сам он проявлять инициативу не желал. Ему еще предстояло разобраться с природой своей похоти и научиться воспринимать Мерлина всерьез. Тот уже доказал, что самостоятельно может справиться с серьезной угрозой (как в случае со звездным драконом), но в то же время несколько часов назад он был совершенно беспомощен перед представителями других рас… Артур окончательно запутался в своих чувствах и с гудящей головой лег спать. Он слышал, как Мерлин возился, переодеваясь и направляясь в душ, как он вышел оттуда получасом позже, забрался под одеяло и некоторое время ворочался, пока усталость не взяла свое и он не уснул. Лишь под мерный звук дыхания Мерлина сон пришел и к Артуру.

* * *

А на следующий день «Авалон» покинул планету ХХХ. Все сложилось удачно даже несмотря на то, что Артур и Мерлин безбожно проспали: за них все сделали Ланс и Перси. Гвейн, как ни странно, явился к кораблю рано утром, уставший, сытый и довольный. Оценил работу ремонтной бригады, осмотрел гладкие стены, с которых бесследно исчезли глубокие царапины, и упаковал в герметичный, не проницаемый ни для звуков, ни для каких-либо волн контейнер следящее устройство. Оно было обнаружено прямо на капитанском мостике, где Артур любил обсуждать курс и стратегию сбора мусора. Никто не сомневался, что это происки Вэла Анта: сигнал шел точно к нему на корабль. Ланс долго ругался, глядя на контейнер, а Перси вызвался еще раз проверить весь корабль: следовало убедиться, что в спешке не пропустили никакого «жучка». Артуру обо всем доложили, когда он, уже после полудня, явился на «Авалон» в сопровождении Мерлина. Последний выглядел немного ошалелым, но довольно счастливым: пережил отличное приключение, выспался и плотно позавтракал. Артур о себе подобного сказать не мог хотя бы потому, что ненавидел являться на корабль последним. Ему казалось, что жизнь успела промчаться мимо него, что он упустил слишком многое. Впрочем, он быстро вернул себе хорошее расположение духа, когда выводил корабль на орбиту, а после — в открытый космос. Команда заняла свои места: Ланс в кресле первого помощника привычно следил за показаниями приборов, Перси чуть позади переговаривался с космопортом, Гвейн клевал носом рядом с ним, а Мерлин чертил что-то пальцем на карте звездного неба. Рядом не было ни одного инопланетянина — только бескрайний космос, который Артур любил больше всего на свете, и команда «Авалона», ставшая ему семьей… И никто не заметил, как один из роботов-уборщиков, притаившись в тени, внимательно наблюдает за всем происходящем и, мигая тусклой зеленой лампочкой, записывает показания приборов, выбранный курс и разговоры капитана с командой. И раз в два часа передает всю информацию своему хозяину…