От ненависти до любви...целая история

*** Три стадии. Три! Мне пришлось пройти через три круга ада после того, как беспардонный мерзавец Том вильнул хвостом, хлопнул дверью номера и оставил меня пылать от недавнишнего инцидента у стены. И не важно, что я сама его выгнала! Так вот, три стадии! Первая – это гремучая смесь из ожогов на коже, оставленных после жарких поцелуев и касаний Хиддлстона, и плюс мои усердные старания оттереть последствия нашего столкновения от моей сверхчувствительной кожи. Первый круг! Моя кожа протёрта до дыр! Следующая стадия – это ненависть и ярость на всех и вся! Ударившись о край джакузи, я проклинала её так, что если бы в тот момент мой отец мог это слышать, то он однозначно отрезал бы мне язык и отвёл к священнику. Но я на этом не остановилась. Позже я тысячу раз встряхивала подушку, переворачивала одеяло. Переключая каналы, зверски давила на заедающую кнопку поскуливающего пульта. И, в конце концов, послав всё к чёрту и плюхнувшись на правый бок, я закрыла глаза в попытке уснуть крепким сном и проснуться только завтрашним утром, когда «разговор» у стены превратится в просто плохое воспоминание. Вот тогда-то и началась стадия под номером три. Моя самая ненавистная стадия. Я пожалела. Пожалела о том, что нагрубила Тому. Ведь, если бы я придержала свой чёртов язык за зубами, то он бы наслаждался новым жарким знакомством. Да! Я бы целовалась с Хиддлстоном, но вместо этого я его оскорбила, даже не подумав о последствиях. А что если завтра он будет вести себя как разъярённый хищник? Накричит на меня из-за попадания пудры в его нос, или ужаснётся от грима в целом? Будет рвать и метать на продолжении всего рабочего дня? Возможны все варианты. И это плохо. Сейчас, когда я пью горячий зелёный чай и смотрю утренний выпуск новостей, мои мысли переворачиваются с ног на голову. Я опять-таки сожалею. Но только о том, что не сказала Хиддлстону вслед: «Отвали от меня!». Он ведь прекрасно знает, что я… дружу с Люком, так зачем заводить моё тело своими неприличными речами и обжигающими прикосновениями? Меня возмущает одна только мысль, что я разрешила ему быть так близко! Как мне теперь смотреть в глаза Люку? Стыдно. И, чтобы такого больше не повторилось, нужно дать понять Тому, что я занята! Но так ли это? Умолкни! Створки лифта закрываются за моей спиной, и я спускаюсь на первый этаж в приятной расслабляющей тишине. Сегодняшнее утро просто великолепно. Мягкие солнечные лучи обволакивают только просыпающийся Торонто, проявляются первые признаки золотой осени. Желтеет листва на декоративно-стриженых кустах, ветер уже не такой тёплый, как раньше, на насыщенном голубом небе гуляют редкие, но всё же облака. В окружающей меня атмосфере веет медленной подготовкой к неминуемому сну. Спокойной и без суетной. Благодать! Я сажусь в пойманное такси и, продиктовав адрес, откидываю голову на спинку сидения. Прохладный ветерок забирается в салон, он щекочет моё лицо, перебирает волосы. Да, сегодня я решила не сковывать их резинкой. Захотелось побаловать себя. Так сказать, чудесный день, чудесный вид. Но если честно, это просто мой своеобразный щит против актёрского гнева. Ведь я прекрасно знаю, что с распущенными волосами я выгляжу просто превосходно, а значит, вряд ли Том осмелится повысить на меня голос. Ниспадающие на спину локоны, кремовые брючки и жакет поверх чёрного топа – вот моя броня, на неё я возлагаю колоссальные надежды. Только это большой секрет, так что никому! Но лодочки или ещё новенькие туфли цвета индиго я так и не решилась надеть. Думаю, это был бы перебор. Всё-таки я гримёр, а не фотомодель. Одеваясь утром, я подумала, что балеток будет достаточно. Когда машина плавно тормозит возле «Здания знакомств» и скопления серебристых трейлеров, я ловлю себя на мысли о том, что мне нестерпимо хочется чего-нибудь вкусненького. Например, шоколада. Например, горячего шоколада. А лучше двойного. Расплатившись с таксистом, я направляюсь прямиком к стоящей возле своего трейлера Мелисе. Она что-то усердно печатает в телефоне и не замечает меня. И этот факт становится порождением злобного плана. Как можно тише, без единого шороха я подкрадываюсь к ней из-за спины. Быстрый всплеск руками, лёгкий щипок, и она, как ужаленная, подскакивает на месте, издавая при этом ультразвуковой писк. - Сюрприз! – я откровенно смеюсь над бедной девушкой. Мелиса возмущённо смотрит в моё лучезарное лицо. Потом на мои волосы, одежду и… …И не может сдержать улыбки. Потому что мой щит приведён в боевую готовность. - Мэгги! Я чуть телефон не уронила! Твоя глупая шутка могла обернуться тебе в весьма кругленькую сумму! – пыхтит она, но уголки её розовых губ настойчиво пытаются изогнуться. Такая милая! - Да ладно тебе. Увиденное мною зрелище стоило бы любых отданных денег, - она закатывает глаза, - Нет, ну правда! Видела бы ты себя со стороны! Мой заразительный смех вынуждает Мелису сдаться. Она хохочет на пару со мной, а потом, глотнув спасительного воздуха, выдаёт: - У кого-то сегодня хорошее настроение. Ты вся светишься, Мэгги! – на её покрасневших щёчках появляются милые ямочки. Я пожимаю плечами. - Просто выспалась. Да и утро такое…ухх, - я широко улыбаюсь, - заметила? - Да, день обещает быть прохладным, но приятным, - хихикает она. Мы перекидываемся ещё парочкой дружеских реплик и, обменявшись тёплыми объятьями, расходимся в разные стороны. Она в свой трейлер, я в свой. Она к своей актрисе, а я… К своему актёру. - Привет, Сью, - здороваюсь я в дверях гримёрки. Она уже давно приступила к своей работе, можно сказать, практически закончила. А значит, скоро моя очередь. Фуф! Поприветствовав Сью, быстро отвожу взгляд на диван. - Здравствуйте, Мистер Хиддлстон. - Мистер Хиддлстон? – неожиданно для меня ахает парикмахер. Руки Сью замирают над головой Тома, она смотрит на меня, как на сумасшедшую. Мне хочется забиться в угол. - Не обращай внимания, Сью, - с ухмылкой произносит бархатный мужской голос. Я непроизвольно, но, хвала небесам, очень быстро стреляю взглядом в Тома. Всё, что я успеваю заметить, так это то, что его глаза закрыты, на губах играет довольная улыбка, и от его правого уха вьётся чёрный провод наушника. Он спокоен, даже расслаблен. Стоит ли мне начинать дрожать? - В первый раз слышу, чтобы кто-то тебя так называл, Том, - Сью возвращается к своей работе. - Просто ей так удобно. Ничего не могу с этим поделать, - актёр снова усмехается. - Ну, ты даёшь, Мэгги! Сью мягко смеётся надо мной, а я, стараясь не замечать их диалога, сажусь на диван и снимаю жакет. В гримёрке очень душно. И мне до сих пор хочется какой-нибудь шоколадной вкуснятины. - Сью-ю-ю? – осторожно начинает Том, и я напрягаю свой слух. - Да-а-а? - Не знаю, как Мэгги, но я бы с удовольствием послушал итоги вчерашнего разговора с Джошем. Сью смущённо улыбается, а я поспешно говорю: - Да, я тоже хочу это услышать! Женщина издаёт приглушённый вздох, будто ей уже надоели наши с Томом любопытные носы, но, конечно, это всего лишь притворство. Спорю на всё, что угодно, ей и самой не терпится всё нам рассказать. Причём в мельчайших подробностях. - Ну, я поговорила с ним… - И…, - голос актёра и мой сливаются в один возглас. Сью доделывает работу, скрещивает на груди руки и… Взрывается заливным смехом. - Он согласен пойти со мной на концерт. Но это ещё не всё! Джош сам хотел пригласить меня на этот же концерт, даже билеты купил, но я его опередила! Сью плюхается на диван рядом со мной и уже спокойнее объявляет: - Так что у нас теперь четыре билета, ребятки! Может быть, присоединитесь к нам? Ну не пропадать же этим бумажкам, верно?! Я мило улыбаюсь, ускорено подбирая в голове слова: «Спасибо, Сью, но я не мо.. - Когда будет этот концерт? – всё так же не открывая глаз и притоптывая в такт своей музыке, спрашивает Том. Давай же, Мэгги! Самое время для того, чтобы отказаться! - На следующей неделе. Всё очень удобно: мы заканчиваем работу, садимся в мою машину и едем… Ну! Вот сейчас! - …едем наслаждаться джазовой музыкой! Мои невысказанные слова превращаются в резкий выдох. Джаз! У меня язык не повернётся сказать «нет»! - Замечательно, Сью. Мы идём, - уверенно говорит Хиддлстон, забыв кое о чём. О моём-чёртвозьми-мнении! Но джаз… Так, Мэгги, собралась! Тебе решать! Том! Джаз! Том! Джаз! То-о-ом! Но ведь Джа-а-аз! - Погоди, Том. Мэгги хочет что-то сказать. Спасибо, Сью. - Ну, кто бы сомневался, - едва различимо бубнит Хиддлстон. Пора, Мэгги. И так… - Да. Это провал! - Что «да»? – ухмыляется Сью. - Я пойду на концерт. Сью вскакивает с места и потирает ладони. - Вот и замечательно. На выходных я возьму тебя с собой на шопинг. Поможешь выбрать мне подходящее вечернее платье, может, и себе заодно подберёшь, - она соблазнительно подмигивает мне и покидает гримёрку. Боже! На. Что. Я. Подписалась?!