The Forgotten Earring (Забытая Сережка)

Харви казалось, что он попал в свой самый страшный кошмар. Вокруг кто-то суетился, раздавались крики, слышались звуки борьбы, кто-то отдавал команды, кто-то разговаривал по телефону, а он просто замер и неотрывно смотрел на рассыпанные по серому мрамору рыжие локоны. Что-то иррациональное было в абсолютной пустоте, заполнившей его мысли. Просто полная тишина, вакуум с ярко пульсирующей мыслью: «Этого не может быть». - Скорая уже на подходе, - кто-то тронул его за руку, выводя из оцепенения, и голос Майка буквально ворвался в сознание, возвращая Харви в реальность, – полиция и ФБР тоже. - Это было у неё, - хрипло проговорил Спектр, протягивая Россу диктофон, выпавший из сумки, но так и не смог встать с колен. – Наверняка, тут есть то, что пригодится ФБР. Вокруг Донны уже суетились медики, когда в Харви волной поднялся гнев. Иррациональный, мощный, захлестнувший с ног до головы, а потому требующий немедленного выплеска. В три мощных шага он подлетел к Скотти, наплевав на свои принципы и правила поведения, схватил её за грудки и практически впечатал в стену. В глазах Даны мелькнул страх, быстро сменившийся напускной бравадой, она все еще не верила в то, что хорошо спланированная месть обернется против неё. - Нравится ощущать себя беспомощным, Спектр? – губы Скотти сложились в издевательскую усмешку. – Твоя любимая игрушка сломалась? - Заткнись, Дана, - слова вылетали сквозь сжатые зубы, на лице было выражение все нарастающего, еле сдерживаемого гнева, - если с ней или с детьми что-то случится, я клянусь… - Клянешься? – издевательский смех разнесся по площадке, и Харви резко ударил кулаком в стену буквально в сантиметрах от лица женщины. - Харви! – на нем с криком повисли Луис и Майк, стремясь оторвать вышедшего из себя адвоката от потенциальной жертвы. – ФБР уже здесь, Харви, они сами займутся ей. Джессика осторожно, но твердо коснулась плеча Спектора, заставляя того оторваться от созерцания Скотти, на которую уже надевали наручники. Мисс Пирсон и сама держала себя в руках с трудом, но сейчас все её внимание было сосредоточено на именном партнере, которого она впервые видела в подобном состоянии, а ведь ей еще предстояло спасать фирму. - Ты должен поехать в больницу, - Джессика произнесла это так, словно отдавала приказ. – Ты сейчас должен быть там, а со всем остальным мы разберемся сами. - Поезжай, Харви, - поддержал друга Майк и, переглянувшись со смертельно бледным Луисом, продолжил, - мы сами уладим все проблемы, а ты нужен сейчас Донне. Спектр кивнул, с трудом сдерживая нервную дрожь, и кинулся к лифтам. Спустя несколько минут он уже мчался по улицам города и молился, потому что единственное, о чем он сейчас мог думать – это жизнь Донны. Он слишком долго отрицал свои чувства к ней и сейчас, когда все стало легко, просто и ясно, когда он наслаждался их иллюзорной идиллией, когда он, наконец, был счастлив, все грозилось рухнуть. Рухнуть в один миг, погребя под собой все: его счастье и веру, её жизнь и жизнь их детей, его возможность все исправить и все объяснить. - Прошу тебя, не забирай их у меня, - беззвучно прошептали губы. *** - Мистер Спектр, - приветствие прозвучало очень тихо, но Харви все равно вздрогнул, - ваши коллеги сказали, что вас можно будет найти тут. Ник Престон застыл на пороге больничной палаты, погруженной в легкий полумрак. Женщина на больничной койке казалась просто спящей, её состояние выдавали только попискивающие приборы и повязка на голове, а еще полные отчаянья и робкой надежды глаза адвоката со столь яркой репутацией, что она никак не соотносилась с его нынешним видом. Наверное, именно это и можно было бы назвать любовью, подумалось агенту ФБР, и совсем некстати он вспомнил о собственной семье. Дай Бог, чтобы у него в глазах, направленных на жену и детей, никогда не светилось так много боли. - Как она? – вопрос вылетел непроизвольно, но, кажется, Спектору он помог вынырнуть из собственных мыслей. - Никаких серьезных повреждений, легкое сотрясение, - губы Харви скривились в горькой усмешке, - врачи даже удивлены, что при падении с лестницы можно было отделаться лишь легким испугом. - А дети? – Престон смущенно следил за тем, как Спектр нежно, почти невесомо прикоснулся рукой к животу женщины, накрытой легким одеялом. - Они утверждают, что все хорошо, - из груди Харви вырвался судорожный вздох. – Донну погрузили в медикаментозный сон, она очнется только утром. Поднявшись с неудобного стула, Спектр прикрыл глаза, глубоко вздохнул, сбрасывая оцепенение, и уже прояснившимся взглядом юриста посмотрел на агента ФБР. - Вам, наверное, нужно задать мне какие-то вопросы? – лицо Харви приняло бесстрастное выражение, далекое от его обычной самоуверенности и превосходства, но уже не выдающее его истинных переживаний. - Да, - кивнул Престон, - ваши коллеги совместными усилиями помогли нам составить основную картину, но у нас остались некоторые формальности. Давайте поговорим в кабинете главврача, он согласен уступить нам его на некоторое время. - Конечно, - Харви кинул еще один взгляд на спящую женщину, выпустил её руку из своей и направился к двери. Ник Престон последовал за ним, разговор предстоял не легкий. *** - В первую очередь, хочу вас обрадовать, - опустившись в кресло, начал Престон, - с Вас сняты все подозрения, в том числе со стороны КЦББ и налоговой полиции. Запись разговора между мисс Полсен и Даной Скотт вызвала большой переполох, а обвинения в адрес мистера Форстмана и мистера Вудола – всего лишь вопрос времени. Дана Скотт, после консультации с прокурором и адвокатом, готова пойти на сделку. В случае, если ей не будут выдвинуты обвинения в покушении на убийство, она готова дать показания, достаточные для того, чтобы Эрика Вудола обвинили по десятку статей. С адвокатской лицензией ей придется расстаться в любом случае. К тому же её дело осложняет то, что она перехватывала требования о выкупе, которые посылались Вам. Если дело попадет к присяжным, она может получить и уголовный срок за пособничество в похищении. В отношении Форстмана процесс грозит быть долгим, адвокат и обвинение будут бодаться не один месяц, а может и год, но есть шанс вскрыть множество нарушений закона. Кстати, похищение мисс Полсен с Эриком Вудолом мы тоже уже связали, очную ставку провели буквально час назад. Так что опасность повторного нападения полностью исключена, я знаю, что Вы были обеспокоены этим моментом. - Да, спасибо, - Харви рассеяно кивнул, почему-то новости, которые должны были вызвать энтузиазм и радость, сейчас не имели значения. – А что в отношении обвинений КЦББ в адрес «Пирсон-Спектр»? - Этот вопрос сейчас улаживает мисс Пирсон, - Престон пожал плечами, - но, думаю, дело будет закрыто, а перед фирмой и её клиентами принесены извинения. Дело, как бы мы не пытались держать его под контролем, уже получило огласку. - Это все? – Харви откровенно устал, просто по-человечески устал, потому что обвинения и справедливое наказание интересовали его сейчас меньше всего. – Если ко мне нет никаких вопросов, то я хотел бы вернуться к своей невесте. - Да, конечно, - смутился Престон встал, намереваясь уйти. – Думаю, остальные формальности мы сможем утрясти позже. Надеюсь, с мисс Полсен все будет в порядке. Харви не стал утруждать себя ответом, просто кивнул и вышел из кабинета. Мысли разбредались, как-то отстраненно думалось о том, что теперь фирма может вздохнуть свободно, о том, что шумиха в прессе потребует немалых сил и средств, потому что новости о Вудоле, Форстмане и Скотти неизбежно вытянут за собой правду о его отношениях с Донной. Подумалось о том, что стоит ускорить свадьбу, купить дом, потому что его кондоминиум не подходит для Донны и двух младенцев, задобрить Джессику, чтобы получить еще один отпуск, и, возможно, отдать несколько клиентов Майку. В конце концов, возвращение в фирму щенка, пусть даже ценой контракта с Сандерсом было огромной радостью, да и парню из депрессии так выйти будет намного легче. Палата встретила Харви попискиванием приборов и ясным, профессиональным взглядом доктора Монтгомери. - Не знаю, какой у Вашей невесты ангел-хранитель, но поработал он на отлично, - шепотом сказала женщина, поправляя одеяло и записывая показания приборов в медкарту. – И с малышами, и с их мамой все на удивление хорошо. Я буду заходить сюда каждый час, контролировать состояние всех троих и отслеживать показания приборов, а вам стоит пойти и отдохнуть. - Нет, - Харви помотал головой, - не могу. Просто не могу снова оставить её одну. Не могу… - Я вас понимаю, мистер Спектр, - взгляд доктора потеплел, - но не стоит загонять себя, превращаясь в иллюстрацию к самым страшным костюмам Хэллоуина. Сейчас Донне необходимы будут только положительные эмоции, полное спокойствие и возможность отдыхать. Падение произошло настолько удачно, что она отделалась лишь парой ушибов и сотрясением мозга, не пострадали внутренние органы, не пострадали малыши, нет переломов, но это не отменяет того факта, что при такой сложной беременности с множеством отягчающих факторов, падение могло стать фатальным. Возможно, Вам стоит подготовиться к долгому пребыванию невесты в стационаре, и, поверьте мне, все время провести с ней Вы не сможете, а видеть перед собой зомби вместо ласкового, любящего человека очень вредно. - Спасибо, доктор Монтгомери, - искренне поблагодарил Спектр женщину. Пусть он и не собирался покидать эту палату, но слова врача сбавили напряжение, переключили мысли в мирное русло, сняли с плеч какой-то невыносимо тяжелый груз, словно подарили уверенность в том, что все обязательно кончится хорошо. *** Донна просыпалась медленно, нехотя выныривая из спасительной теплоты без сновидений и воспоминаний. Глаза открывать не хотелось, еще меньше хотелось видеть кого-то рядом. А он был здесь. Для того, чтобы знать, что Харви рядом, ей даже не нужно было открывать глаза. Она всегда чувствовала его, на уровне эмоций, взглядов, банального присутствия в паре метров от себя. Слишком привыкли быть рядом, срослись, не представляя своей жизни друг без друга. Слезинка скатилась из-под опущенных век, и Донне пришлось закусить губу, чтобы окончательно не разревется. Не хотелось, чтобы он видел её слезы, слишком много нужно было спросить, выяснить, рассказать. - Донна, - чуть охрипший со сна голос, заставил прикусить губу сильнее и все-таки открыть глаза. – Что случилось? Больно? Я вызову врача! Донна! - Просто уйди, - глядя в распахнутые в панике глаза Харви, четко проговорила женщина, практически ощущая, как вырывает ему сердце. Но по-другому она поступить не могла. – Просто уходи. Я не хочу тебя видеть. Просто не хочу тебя видеть. - Донна, пожалуйста, - великий Харви Спектр опустился до мольбы, но боль в глазах любимой женщины была настолько сильной, настолько яростной, что говорить что-то стало невозможно. – Прошу… Она отвернулась, зажмурилась, глотая слезы, и смогла вздохнуть только тогда, когда раздался тихий щелчок захлопываемой двери.