Humdrum Affair

♪♪♪♪♪♪ На следующий день Манабу, как и после их первого поцелуя в подъезде, не сказал ни слова о произошедшем. Впрочем, Казуки, уже давно изучив характер друга, и не ждал извинений или каких-либо объяснений. Объяснения или извинения нужны были ещё в первый поцелуй, причём от него самого, а не от Манабу. А чтобы объяснить то, что происходило с Казуки, нужно было либо хорошенько поломать голову и построить несколько хлипких от нехватки фактов и мнения другой стороны догадок, либо просто немного подождать. Казуки решил придерживаться второго выхода из ситуации, но всё равно, обиженно не приставая к Манабу весь день в институте, заметил, насколько нервным и растерянным тот выглядит ныне по сравнению с обычным самим собой. И всё равно было непонятно – ну чем Казуки его так обидел, что он не позволил поцеловаться?.. ♪♪♪♪♪♪♪ - Привет, - напротив рассеянного взора Казуки появился Манабу и сел на скамейку, предварительно смахнув с сиденья электрички забытую кем-то газету на пол. - Привет, - рассеянно-радостно сказал в ответ Казуки, переводя взгляд с Манабу на пейзаж за окном и наоборот. – Как дела? - Дела - латынь, - будничным тоном сообщил Манабу, роясь в рюкзаке и доставая крекеры и минералку. - Ооо, - оживился Казуки, - что, всё совсем плохо? - Да-а… - Манабу пренебрежительно махнул рукой. – Снова демонов призывали. Нет, ну это же бред – нам на следующую пару надо составить словарь по теме «жертвоприношение»!.. Будешь? Казуки рассмеялся и сквозь смех взял протянутую печенку. - Самое безобидное слово здесь - «словарь». Стоп, у вас сейчас какой семинар по счёту?.. - Ну-у… - Лексикум *хрум* какой последний *хрум* был? - М, пятый. - Бля-а, *хрум* значит, завтра у нас тоже эта херня будет… Разговор, прерываемый беззаботным хрумканьем и отпитием воды из пластиковой бутылки, тёк так же свободно, как всегда в бытность их только друзьями. ♪♪♪♪♪♪♪♪ - Зайдёшь? – Манабу вопросительно обернулся к собиравшемуся было уходить Казуки. Тот удивлённо посмотрел на приглашающе приоткрытую дверь. Казуки не надеялся уже в этот день на что-то большее, чем дружеский разговор. Манабу терпеливо ждал решения друга. Казуки мысленно оценил объёмы заданной на завтра домашки, размер немытой горы посуды дома в мойке и разговорчивость ждущих дома родителей… - У меня мать только через час с дежурства придёт, - негромко подал голос Манабу, видимо, догадавшись о размышлениях друга. Казуки ещё раз взглянул на друга и мысленно показал всем делам большущий фак. Если кто его сегодня и ждал, так это интересующий, нужный и до покалывания в пальцах желанный Манабу. ♪♪♪♪♪♪♪♪♪ - У меня чай есть, - индифферентным тоном сообщил Манабу, скидывая рюкзак с тетрадями в угол своей комнаты и проходя в ванную мыть руки. Казуки, сбрасывая свой собственный «кирпич» на пол, почти бегом догнал Манабу, встряв в проходе в ванную, чтобы не мешаться в тесном помещении. Пропустив Манабу из ванной на кухню, он, едва подержав мыло, со спринтерской скоростью сполоснул руки и, не утруждая себя полотенцем и вытирая ладони на ходу о джинсы, прошмыгнул в пищеблок к чайнику. - Чёрный, зелёный, зелёный жасминовый, пу-эр молочный, вишнёвый, черничный, какай-ча, - огласил традиционный список напитков Манабу. - Какай-ча, - кивнул Казуки, включив чайник и обрадованно пасясь за спиной хозяина квартиры. – О, я из вот этой буду! – потянувшись за кружкой и на миг блаженно уткнувшись в волосы друга, воскликнул Казуки. - Ты всегда из неё пьёшь, - усмехнулся Манабу, доставая кружку себе и чайные ложки им двоим. Казуки вновь краем сознания отметил, что начинает терять понимание своих действий. Во-первых, Манабу был слишком близко, во-вторых – запах. Запах Манабу источала вся квартира, и отделаться от аромата, буквально внаглую лезущего в ноздри, не представлялось возможным. Да и не хотелось, что уж говорить… - Знаешь, я не гейша. - Что? – Казуки на мгновение растерялся. - Я не умею правильно заваривать чай, - во второй раз за этот вечер усмехнулся Манабу, - так что придётся пить так. - Не страшно, - Казуки затолкал собственные непристойные фантазии в виде накрашенного и одетого в кимоно Манабу подальше в закрома мозга, чтобы любоваться ими на досуге, и постарался поймать ускользающую нить разговора, - я тоже не умею. - А ты гейша, чтобы быть должным уметь? – витиевато высказался Манабу. Казуки мысленно дал себе затрещину, чтобы отогнать образы уже двух вытворяющих красочные непристойности красивых девочек, одной из которых был он сам. Чайник щелкнул, выключаясь, и они, залив кипятком тёмные чаинки в светлой посуде, переместились в комнату Манабу за письменный стол. - Знаешь… - Манабу поставил свою кружку на стол и закрыл дверь в комнату, - я тебе, на самом деле, сказать кое-что хотел. - Что же? – Казуки посмотрел на баламутящуюся жидкость в своей кружке в отчего-то затрясшихся руках и предпочёл от греха подальше тоже устроить керамическое донышко на устойчивой поверхности. Сглотнул, переведя взгляд на Манабу, пытаясь убрать отчего-то сдавившее горло напряжение. - Я… - Манабу запнулся и чуть замешкался, как показалось Казуки, у него сбилось дыхание. - Ну? – задержав воздух в собственных лёгких, поторопил Казуки. - Я… - ещё сильнее стушевался Манабу, подойдя чуть ближе и опустив взгляд в пол. - Ну!.. – чуть ли не выкрикнул Казуки, в волнении вскакивая со стула. - Я… - Манабу резко поднял глаза и на одном дыхании выпалил: - Потерял твою компьютерную игру, прости меня, Казуки!.. - … Твою ж налево… - через пару секунд обессиленно рухнул Казуки обратно на сиденье. - Ну… Я её куда-то засунул, когда прибирался, - начал сбивчиво объяснять Манабу, - а потом проверил – а её там нет… Думал, может, дал ещё кому-то поиграть… Ан нет, все говорят, я её забрал… Так что вот… Извини, Казуки… Я правда… Извини, Казуки, я знаю, я не должен был терять… Извини… Но я правда не знаю, где она!... Изв… - Манабу, - тихий голос вырвал Манабу из его ломаных объяснений. Хозяин квартиры взглянул на гостя. Казуки сидел, устало привалившись к спинке компьютерного кресла и прикрыв глаза рукой. Он тихо посмеивался, а скоро перебирающие по воздуху пальцы свободной руки и покачивающаяся нога выдавали его нервозность. - Казуки… - Манабу выглядел растерянно, как ребенок, что совершенно не сочеталось с его обычным поведением. - Забудь. Просто забудь о ней. Ты можешь, когда она найдётся, забрать её себе насовсем, - Казуки отречённо, не повышая голоса, поглядывал из-под чёлки на обеспокоенного Манабу и размеренно качал ногой. – Я… - Что? – непонимающе расправил плечи Манабу. Если то, как повёл себя сейчас Манабу, было просто нетипично для него, то то, что ответил ему друг, вообще выбивалось за рамки нормальности. Все знали о жуткой бережливости Казуки, которую он требовал от всех – и Манабу не являлся исключением – по отношению к вещам, которые у него брали на время. Такая щедрость не дававшему тебе ни под каким предлогом книгу, если ты прежнюю вернул не вовремя или не в первоначальном виде, Казуки была абсолютно несвойственна. - Что ты хотел сказать? – повторил Манабу после непродолжительного молчания. - Я думал, ты скажешь кое-что совершенно иное… - обреченно, но уже с прежней хитрой радостью простонал Казуки. Повисла пауза. - Ну… - Манабу закусил губу, заставляя Казуки не отрывая глаз следить за его лицом, - это я тоже хотел сказать… - Это? – на секунду растерялся Казуки. - Это, - утвердительно кивнул Манабу и, в два шага приблизившись к другу, столкнулся с ним губами. ♪♪♪♪♪♪♪♪♪♪ - Знаешь… - Манабу лениво водил пальцем по оголённому животу Казуки, периодически убирая повыше съезжающую на свое законное место ткань свитера, - у меня раньше никогда не возникало желания устроить перед кем-нибудь стриптиз. - В смысле? – Казуки приподнялся на руке, уперевшись локтем в подушку, чтобы не упасть случайно с кровати Манабу, где они сейчас и лежали, мягко и ненавязчиво поглаживая друг друга и полностью довольствуясь этими касаниями после долгого горячечного поцелуя. - Ну… - Манабу замолк, подбирая слова, чтобы точнее выразить мысль, - я, когда спал с девушками, не особо задумывался над тем, что они видят меня обнажённым… - Это чудесное зрелище, - без толики насмешки перебил Казуки. Манабу чуть смутился. - Спасибо… А теперь… - он вздохнул, оборвав фразу, и уткнулся в вырез свитера друга, пробуя на вкус кожу кончиком языка. - А теперь?.. – подтолкнул Казуки, удерживая Манабу за талию и поглаживая под футболкой тёплую поясницу. - А теперь, - Манабу оторвался от своего занятия и серьёзно заглянул в глаза Казуки, - возникает. У меня возникает желание полностью раздеться. Перед тобой. - Мане… - еле успел выдохнуть Казуки, прежде чем целовать – жадно, жарко и сумасшедше поцеловать потянувшиеся навстречу губы Манабу.