Я живу в доме напротив

Осень всё более и более часто обливала землю ледяными дождями. Но я не чувствовал холода, когда попадал под град метких дождевых пуль… Мне было тепло от того, что я ощущал их. Горячо в самом сердце, удары которого теперь стали медленными и долгими. Земля пахла сыростью и чем-то до боли знакомым, ведь осень всегда была моим любимым временем года. Тем утром, что было напоено морозной свежестью и капельками росы на скукожившихся листьях под моими ногами, когда дождь ушёл на заслуженный отдых, я гулял вдоль стен моего нового дома. Называть морг своим жильём было, конечно, трудно, но что поделать, если теперь мне пришлось смириться и жить с этим? Я грустно выдохнул, и клубки пара вырвались из моего рта. На улице было прохладно, наверное, а я как всегда шёл в одних оборванных джинсах. Но еще более грустным было то, что я даже не мог помыться, хоть моё тело и не слишком нуждалось в гигиене. Я размышлял о своём состоянии и рассматривал серые камни кирпичных стен, как вдруг из-за угла дома вышла неясная фигура. Я вытаращил глаза и судорожно помчался в другую сторону, молясь, чтобы меня не заметили. Ухватившись пальцами за подоконник одного из выбитых окон, я подпрыгнул и резко приподнялся, стараясь забраться вверх. — Дебитто, ты куда, твою мать?! Я узнал голос Шерила и спокойно выдохнул, падая спиной обратно на землю и чувствуя под лопатками влажную листву. Повернув голову в бок, я без интереса наблюдал за тем, как он приближался ко мне, а затем поднялся. — Ты напугал меня… — я почесал лоб и уставился на мужчину, скривив губы. — Извини. Я как раз к вам шёл, хотел найти тебя и кое-что сказать, — Камелот криво ухмыльнулся, показывая мне чемоданчик в его руках. Я недоумевал. Чего ему снова нужно? Может быть, он принёс нам ещё сыворотки? Во мне зарождалось нетерпение и нервозность. Я бы очень не хотел узнать что-нибудь ещё, касающееся моего перевоплощения в человека-монстра, потому что этого сюрприза недавно мне было очень даже достаточно. — Что там? — Сыворотка и мои инструменты. Мне нужно снять швы с твоих глазниц, чтобы они окончательно поджили, — Шерил скривил губы. Я видел, что ему неудобно говорить со мной о таком, но, похоже, это было важно. — Ладно. А почему ты на груди не снимаешь нам швы? — я тихо фыркнул, поджимая губы в непритворной обиде. А действительно, почему? Без швов у нас остались бы лишь шрамы, а значит, наш облик хоть на немного приблизился бы к нормальному, человеческому. Мне всё еще было больно и тоскливо вспоминать, что жизнь кончилась, но надежда… она никогда не оставляла меня. — Потому что я боюсь это делать. Снять маленькие швы я бы мог без вреда для вас, а вот такие большие, как на ваших туловищах… знаешь, я просто не пробовал. Боюсь, что напортачу, ведь я мастер резать, а не зашивать, — мужчина опустил голову и вздохнул, а затем нетерпеливо посмотрел на меня, — пойдём уже. — Ладно-ладно, доктор криворукий… — процедил я сквозь зубы, закатывая глаза. Камелот стрельнул в меня хмурым взглядом, но я не обратил на это внимания. Снова уцепившись за окно, я взобрался вверх, а затем помог залезть Шерилу. Я провёл мужчину на нулевой этаж. По его глазам было видно, что он всё-таки никак не мог привыкнуть к этому месту и боялся темноты глубоких коридоров. Я узнавал в его взгляде свой, напуганный, как в тот, первый раз… Мы нашли Джасдеро в нашей с ним комнатушке. Да, мы уже определились с местом обитания, я даже нарыл в одном из кабинетов старые одеяла. Несмотря на то, что пахли они тухлятиной, после просушки на них можно было вполне отдыхать. Сказать по-правде, с Деро мы очень сблизились… Стоило мне увидеть его, представить, каким он был, когда еще не произошло никакой истории с вакцинами и сыворотками, я сразу же чувствовал себя живым. Живым, а не мёртвым, а это очень многое значило для меня. Мы с Деро много времени проводили вместе. Я даже не думал когда-то, что "много" бывает таким большим. Пришлось привыкнуть к отсутствию еды, воды, нормального облика, сна... Передохнуть мне требовалось максимум раз в неделю. Пф, всего лишь раз в неделю, что уж там! На самом деле, от этого дни тянулись в миллион раз дольше. Я смотрел на заострённое лицо Джасдеро и гадал: как он выдержал столько времени и не покончил с собой? Он был один здесь. Шерил боялся его, поэтому сыворотку, что мужчина приносил для Роад, приходилось красть... и драться с Роад. Теперь я понимал, чего они не поделили. Кстати, Роад... — Вы не видели мою дочку в последнее время? — Шерил, словно прочитав мои мысли, обратил свой тоскливый взгляд на нас. Его что-то очень беспокоило... Это заставило меня задуматься. Я и сам, переживая о своих недавних похоронах и ночных прогулках к своей могилке с завядшими цветочками и листиками, совсем забыл про Роад. — Нет, я не видел её уже больше недели точно... Точнее, не чувствовал, — я поджал губы и грустно покачал головой. Джасдеро сделал тоже самое, пожимая плечами и усаживая меня на один из стульев, пока Шерил доставал сыворотку и медицинские ножнички с прищепками с обратной стороны. Какая неприятная хреновина... — Я не видел её уже две недели... я очень обеспокоен, ведь без сыворотки она погибнет! — на глазах у Камелота выступили скупые слёзы, заставляя меня чуть усмехнуться. Он создал из нас всех этих чудищ, а теперь переживает, что его безумная дочка может проголодаться? — Ты пробовал хоть когда-нибудь не драматизировать? — я поднял бровь, а затем посмотрел на Деро, от чего нечто тёплое разлилось по всему телу. Тот наклонился ко мне, чуть улыбаясь кончиками губ, а затем мягко поцеловал, что вызвало во мне странную и трепетную нежность. Боже, какой же он мог быть ласковый, если хотел... а если хотел по-другому, мог швырять меня от стенки к стенке. Я немного сморщился, когда Шерил схватил мою руку и медленно ввёл иглу под кожу, в молочно-синюю вену. В кровь брызнула зелёная жидкость. Эти ощущения мне не нравились, но эйфория после укола наступала довольно скоро, а так же прибавлялось очень много сил. Проделав то же самое с Джасдеро, мужчина наклонился к моим глазам и осмотрел их. — М-может не надо?.. — я скривился, уже предвкушая вкус терпкой боли на местах бывших век. — Терпи, парень, — Камелот взял те самые странные ножницы и приподнял мою голову, включая маленький фонарик, который принёс с собой. Свет героически достался Джасдеро, и мой милый светловолосый друг начал светить мне в глаза. Я сразу же гневно сморщился: — Деро! — Тихо! — Шерил аккуратно подрезал что-то по краям моих глаз, я так понимаю, это были нитки, а затем начал вытаскивать их, от чего я почувствовал ужасную колючую боль и зашипел на него, изо всех сил стараясь цепляться за стул под собой. На ещё более сильное бешенство нарывался Деро, который тихо хихикал, явно наслаждаясь моими мучениями. Вскоре с нитками было покончено, и Шерил обработал мне чем-то кожу, убирая свои принадлежности обратно в чемоданчик. — Спасибо... — недовольно пробормотал я, позволяя Джасдеро сесть на мои колени и тепло поцеловать мои напряжённые бледные губы. В тот же вечер я снова гулял, но на этот раз по обветшалому зданию и вместе с Джасдеро. Моё тело было полно сил, а мысли от чего-то светлели и становились легче, давая измученной голове отдохнуть и расслабиться. — Как думаешь, где Роад? — я посмотрел на Деро и обнял его за шею, заставляя остановиться. Парень скривил губы в задумчивости, явно выявляя недовольство тем, что я поднял эту тему. Обняв меня за голые плечи, он наклонился к моему лицу и слегка укусил меня за щёку. — Д-джасдеро!.. — от смущения я прикрыл глаза и слегка куснул его нижнюю губу. Всё во мне неожиданно загорелось и взорвалось, так хотелось отвлечься и позволить себе распустить руки! Я резко затащил Деро в один из кабинетов второго этажа, первый, что находился рядом, а затем повалил его на металлический стол. Джасдеро сбивчиво выдохнул воздух, хватая меня за волосы и страстно целуя в губы. Мой язык ненасытно проник в его ротик, и я зажмурил глаза от жёсткой боли: — М-мф... Д-деро, не царапай меня... — тихо прошептал я, растягивая губы в игривой улыбке и чувствуя покалывание на пояснице. Резко Джасдеро отстранился от меня, его рот приоткрылся и, клянусь, если бы у него были глаза, он бы вылупил их изо всех сил. Ч-что случилось?.. Его взгляд метнулся за мою спину, а затем руки с силой оттолкнули меня в сторону. В эти секунды всё казалось до ужаса напряжённым. Стоило Джасдеро избавиться от меня, как он тут же замахнулся и вмазал Роад в живот обеими ногами, заставляя её зашипеть и упасть на спину. Роад... Меня царапала Роад?! Я с отвращением уставился на девчонку с растрёпанными синими волосами, на которой кое-как было нацеплено какое-то изорванное платье с бантиками. — Деро! — я хотел помочь, но Камелот-младшая всё еще вызывала во мне ужас и страх. Я чувствовал, как он заглатывает меня целиком и окунает в вязкую темноту сомнений. Словно в этот момент я снова был... живым! Деро вскочил и подпрыгнул к ней, хватая за изорванный подол и пытаясь дёрнуть его, но Роад оказалась проворнее, и Джасдеро тут же получил кулаком по лицу, жмурясь и отворачиваясь. Этого хватило, чтобы девчонка с невозможной силой оттолкнула Деро ударом в спину, и он... он... — Джасдеро! — я закричал, наконец выпадая из ступора, и подбежал к разбитому окну. Парень лежал на земле лицом вниз, бледные локоны неопрятными путами перемешались с сухими листьями... Моя душа орала от боли и ненависти, сердце пропустило несколько беспомощных ударов, а затем забилось с безумной быстротой. Я обернулся и зашипел на Роад, от гнева мои руки тряслись. Как я мог позволить ей?! Как я мог?! — Что, сдох? — я впервые услышал её ехидный голос, скрипучий и такой отвратительный. А затем она захохотала... засмеялась прямо мне в лицо. — Ты... Ты, мёртвая тварь! — я закричал, глотая сдавленные рыдания. Голова налилась свинцом, как только я вспомнил опьяняющие губы Деро, его жадные поцелуи, его прохладное тело и такие любимые длинные волосы... Я вспоминал и чувствовал, как внутри бьётся сердце, быстро, неистово и с такой невыразимой болью! Он спасал меня столько раз, и что сделал я? Как быть мне?! Я сжал зубы, а затем усмехнулся, понижая голос до самых тихих нот моих связок, — мы с Джасдеро живые... Мы — живые. А мёртвая здесь только ты! — я заорал и рванул вперёд, сбивая девчонку с ног и заваливаясь сверху. Мои напряжённые руки схватили её глотку и начали душить, я чувствовал безумство и ненависть. Не сдерживая рыданий, я бил её коленом в живот, пока она хватала своим ртом воздух и царапала мои руки грязными когтями. — Сука! Тварь! Умри! Она шипела и извивалась, а затем я получил ногой, которую она высвободила, в грудь... Это сбило меня с толку, и перед глазами заплясали точки, я попытался вновь схватить её, но подо мной её уже не было. Я зарычал и поднялся, выбегая в коридор и глядя на фигуру, что уже бежала на третий этаж. Столько злости и ненависти... столько желания отомстить я не чувствовал никогда! Я был живым, я теперь знал это! Я живой! Мы с Деро живые, чёрт возьми! Я не замечал, как ноги несли меня вперёд, как за пару секунд я уже преодолел лестничный пролёт и увидел её изорванное платье, скрывающееся в ярком от дневного света люке, ведущем на крышу. Я сорвался с места и подтянул себя вверх, оказываясь на старом бетонном покрытии. Роад встала на краю и усмехнулась мне, явно пытаясь привести своё дыхание в порядок. Похоже, сыворотку она действительно колола давно и была физически истощена. Зато я был на пике своих сил, и я должен был покончить с этим! — Что, хочешь к дяде Джасдеро, мальчик? — тихо захихикала Роад, указывая рукой вниз. Я стиснул зубы в гневе. Нельзя было поддаваться. Если я побегу к ней, либо мы вместе окажемся внизу, либо я один. Ни один из вариантов не был мне нужен. И тогда я увидел её. Обычная железяка, торчащая из вентиляционной трубы... Раз. Несколько ударов сердца послышались в ушах. Два. Я напрягся и сощурил глаза, сбивчиво втянув в себя воздух. Три! Схватив железку, я молниеносно рванул вперёд, заставляя Камелот опешить и дёрнуться в мою сторону. Поздно. Железная палка ударила точно по лицу, от чего Роад споткнулась и стремительно полетела вниз. Я судорожно затормозил, роняя своё оружие под ноги и падая на колени. Господи, какой кошмар я наделал... мне было больно и неприятно, что я поступил так, но в глубине почерневшего от ненависти сердца я знал... Я знал, — она уже давно была мертва. Спустя несколько секунд я уже сидел около Джасдеро и тяжело дышал, пытаясь аккуратно перевернуть его на спину. Мои руки ласково схватились за покрасневшие щёки, я чувствовал, что глаза хотели заплакать, но не могли. Ощущение беспомощности и боли пронзило грудь. Я запищал, словно маленький ребёнок, обнял Деро покрепче и прижал к своей груди... Мой Деро, мой хороший... моя любимая серебристая звёздочка... — Очнись... про-шу... Мои пальцы прижались к голой груди, отодвигая пряди светлых волос, а губы начали целовать его щёки. Я был так подавлен... я желал лечь рядом и умереть. Я так хотел этого! — Джас-де-ро-о!.. — я завыл, напрягаясь изо всех сил от безжалостного горя и сжимая холодное тело в своих руках. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь... Тихий стук под моими пальцами повторялся каждые семь секунд. Я уставился на Деро с немым шоком. Мне нельзя было отпускать надежду. Я никогда не должен был отпускать её! — Деро! — Д-деби... — еле слышное сипение из приоткрывшихся губ заставило меня счастливо закричать. Я приподнял тяжёлую головушку и позволил Деро прижаться ко мне крепче. Он жив! Я всегда знал, что такой, как он, никогда не умрёт! — Ты жив! Жив! Джасдеро!.. Деро... Джасдеро, я люблю тебя, слышишь?! — я всхлипнул сквозь улыбку и посмотрел в его бездонные и тёмные глаза. Я знал, я зна-а-ал, что мы с ним должны были быть счастливы! Мы обязаны жить! Он был так нужен мне сейчас, всегда, потом! Так нужен... Его бледные губы улыбнулись мне, и он медленно приподнял тонкие руки, проводя ладонями по моим покрасневшим щекам: — И я... Л-лю... люблю... Я люблю... Дебитто.