Глава 8. Госпожа Смерть
23 июня 2014 г., 00:10
Ее обличий не счесть.
И не счесть ее имен.
И пусть суть ее неизменна, воплотиться она может по-разному.
Она может быть красивой, глупой, героической, долгожданной или внезапной, трагической или призванной. Для кого-то это болезнь, для кого-то — время, для одних — машина, для других — стихия. Кто-то видит ее юной светловолосой девой в простом платье, кто-то жуткой старухой в плаще. Кто-то ее боится, кто-то жаждет, а кто-то и вовсе о ней не думает. Она одна, и их много. Она выбирает, и ее выбирают. Она находит, и ее ищут. На нее обрекают, и ее надо заслужить. Она — всё и ничего. Навсегда и никогда. Повсюду и нигде. От нее нельзя уйти, но снова и снова находятся бросающие вызов — кто кого? Поиграем? Ведь еще не время, да? Ответ бывает разным...
Танос всю жизнь, сколько помнил себя, жаждал познать саму суть смерти. Он медленно убивал пленных, видел, как гаснет свет в глазах, как перестает вздыматься грудь, как тело, только что бившееся в агонии, замирает. Видел, но не понимал. Как это? Почему именно так? Что-то во всем этом успокоении и затихании оставалось недоступным глазу, непонятным разуму. Приходилось повторять все сначала. Снова и снова. Снова и снова.
Но однажды пришла она.
Она была тем самым воплощением, от которого пробирает дрожь, кошмарным образом, которого боятся и молятся об избавлении от него. Она приняла тот облик, которого так жаждал и так страшился Танос — хрупкая, миниатюрная, но невероятно сильная девочка, худая — кожа да кости, с черными провалами глаз. Это была та самая смерть, на которую монстр обрекал своих подопытных. Страшная, мучительная и очень долгая, воплощение безнадежного отчаяния, бессмысленности веры в избавление. Она заметила его, оценила попытки познать ее суть, ей захотелось приоткрыть для него завесу тайны. Совсем немного, показать лишь крошечную щелочку, через которую можно заглянуть в тот тайный мир, где есть все отгадки. Но Таносу хватило и этого. Он познал счастье и восторг, который не описать словами. Он почувствовал себя избранным той, которая никого не выделяет. Но она, даже будучи рядом, всегда казалась недоступной, словно в любой момент может снова покинуть своего избранника. Танос очень боялся этого. Для него не было ничего страшнее такой потери. И он снова и снова лез из кожи вон, чтобы завоевать ее, чтобы ей не было с ним скучно. Даже не находясь рядом, она могла видеть, что он делает и как делает. И Танос чувствовал ее настроение, словно оно было его собственное. Ощутив ее довольство, он становился счастливым, почувствовав тоску или разочарование, приходил в ужас. Монстр понимал, что стал ее рабом, потерял себя и свою волю, но ничего не мог поделать. Она стала для него всем... А кем для нее был Танос? Он не знал и боялся узнать. Он только судорожно хватался за их хрупкие отношения, делая все, чтобы угодить той, кто была совершенством.
