Холм, на котором цветут колокольчики

Просто удивительно, к скольким бедам может привести глупая и бессмысленная ярость… Из-за неумения сдержать свои чувства и случаются, как правило, самые страшные вещи. Я сижу на заснеженной поляне уже несколько минут. Солнце сияет с неба, как ни в чём не бывало, порывы ветра срывают с сугробов верхушки, бросаясь в морду вихрем звонких блестящих снежинок. Так хорошо снаружи… и так пусто внутри. Мне кажется, я привыкла к боли. Я больше не кричу, я больше даже не плачу. Я закрываю глаза и думаю, что не сдамся. Мы будем тренироваться, и, может быть, когда-нибудь следующий предводитель обратит внимание на Острого. Только скорее бы это случилось, звёзды. Осознаю, что желаю смерти своему отцу, но даже это не пугает. Я его ненавижу. Теперь я в этом уверена. Раньше ещё можно было сомневаться, но после того, как на этой самой поляне Огнезвёзд своими лапами разрушил мечту своего внука, сына любимой дочери… Мне слишком сложно такое понять. Наверное поэтому я не гожусь в предводители. Я не умею жертвовать чужим счастьем ради блага целого племени. Что ж, в этом моё счастье. Я прекрасно понимаю, откуда Огнезвёзд узнал об этих тренировках. Вот о чём мы с Острым забыли – о таинственном перешёптывании на Совете. Ума не приложу, откуда и когда Ежевика узнал. Не сержусь. Это странно звучит, верно. Конечно, в первый момент вскипела моя знаменитая огненная ярость, но потом я осознала, что… поступила бы точно так же. Если бы кто-то сломал всю мою жизнь, уничтожил надежды и радости, я бы также мстила. Не постыдилась бы. Не пожалела. Так глупо было верить, что я одна такая. И так странно понимать, что мы с Ежевикой в чём-то похожи. Вот сейчас моя жизнь тоже лежит в руинах. Мы квиты, мой бывший друг. Я больше тебе не должна. Мысли медленно перемещаются к Острому. Я должна срочно его найти. Это сейчас самое важное. Кому, как не мне знать своего сына. Я ведь так привыкла за прошедшие пять лун называть его своим ребёнком, что не сразу осознаю – он не мой. Правда, от Грача ему досталась только внешность, зато Листвичкины черты довольно часто проступают. В раздумьях над каждым новым приёмом, в полной покорности Яролике (хотя Острый и не слишком её любит). Уверена, когда он станет старше, материнских черт в нём станет больше. К счастью, мудрость и смекалка Листвички тоже у него. Но пока что я вижу в Остром себя. Конечно, я не была такой выпендрёжницей, но упрямство, сильный дерзкий дух и главное – ярость ему достались от меня. Вот поэтому важно как можно скорее его найти. Сын вполне может наговорить Огнезвёзду много такого, о чём впоследствии не раз пожалеет. Я не хочу, чтобы он стал моей тенью, «пустоголовым дядюшкой», которого также никто не будет уважать. Путь до лагеря я прохожу удивительно быстро. Но на поляне Острого нет. Около детской возится с грязными подстилками Тростинка. Я направляюсь к ней. Уж если кто и скажет мне о сыне, так это его приёмная мать, которую любит каждый котёнок в лагере. Тростинка просто не может мне отказать. - Слушай, а ты не знаешь, где Острый? Королева тщательно прячет взор, не желая встречаться со мной взглядом. Шумно вздыхает, а мне упорно слышится всхлип. - Понимаешь, Огнезвёзд запретил всем котам племени говорить тебе что-либо об Остром. Он сказал, что вам больше нельзя общаться, что ты дурно на него влияешь. Поэтому прости, Белка, я тебе не помогу. Этот котёнок мне – как сын, я не хочу, чтобы с ним случилось что-то плохое. Не глядя на меня, Тростинка возвращается в детскую. Мне хочется закричать ей вслед, что я люблю Острого больше жизни, что я никогда не причиню ему вреда, что это всё неправильно. А ещё хочется заплакать, вот просто сесть и разреветься, как маленький котёнок, у которого отобрали любимое пёрышко. Неужели в этом племени все настроены против меня? Я судорожно перебираю в голове котов, которые могут мне помочь. Листвичка? Умерла. Мама? Ни за что не пойдёт против отца. Огнезвёзд? Глупо. Дым? Да он мне уже давно не доверяет! Даже Ежевики нет. Я одна. Или?.. Я резко срываюсь с места и мчусь в палатку целителя. Яролика свернулась клубочком на своей подстилке, но её глаза широко открыты. Я морщу нос – сильно пахнет маковыми зёрнами. Бедная, бедная кошка… В любой другой момент я бы не тронула её, но не сейчас. Мне слишком нужен ответ. - Яролика… Скажи мне, где Острый. - Я не имею права, - хрипит целительница. Судя по её голосу, она ни с кем не разговаривала очень-очень давно. - Прошу, мне очень надо. От этого зависит жизнь твоего ученика! - Нет. Она не оставляет мне выбора. Я набираю побольше воздуха в лёгкие и говорю себе, что так надо. - Ты должна мне сказать. Ты ведь убила моих котят – ты передо мной в долгу. Так что скажи немедленно. В глазах Яролики отражается боль. Будто всё было только вчера. Это пугает меня, и на минуту кажется, что передо мной – давно уже мёртвая кошка. Шерсть сама собой встаёт дыбом. - Он побежал в сторону границы с племенем Теней. Сказал что-то про лис… Нет, только не туда! Я вскакиваю и мчусь к выходу из лагеря, не дослушав фразу.