College Of Music

Нет. Это была наша ошибка. И виноваты мы, а не то виски. Его слова, словно удар грома, что сотрясает небо. Не могу описать, что чувствовала. С одной стороны, было неожиданно, особенно, увидев его взгляд полный какой-то ностальгии. Но он ответил. Сквозь стиснутые зубы, как будто это - самый ужасный вопрос в его жизни. Со своей стороны я была в замешательстве. Удивление - вот, что я чувствовала. Он смотрел на меня своими черными глазами, изучая, будто всматриваясь в каждую деталь... А я? Я лишь отводила взгляд. Вы сами понимаете, бывают же ситуации, когда ты вроде как и не хочешь плакать, да и повода по этому нет, но слезы не подчиняются твоим желаниям. Вот и сейчас я просто лежала, закрыв глаза, пытаясь бороться с подступившей тяжестью на душе. Внезапно стало больно. Трудно было совладать с собой. Я не хочу думать о Нико, о той ночи, о депрессии, о жалости к самой себе... я начала думать о разном. В частности, самом ужасном для меня. Вот, к примеру, мама. Нет, я ее люблю, это понятно. Единственное, что мне не нравится - то, что она все решает за меня. Вот поэтому-то я и живу в этом колледже до самого лета. Эта женщина - актриса, талантливая и лучезарная, но такой ее привыкли видеть только ее фанаты. На самом же деле, мисс Грейс - властная лидерша, которая всеми манипулирует. И прислугой, и своим новым мужем, и мной. Да! А думаете, почему у меня такие волосы до плеч? Правильно - так решила за меня мать. Она приказала прислуге убрать все ножницы и любые острые предметы и не подпускать меня к ним. Сколько бы я на нее не обижалась, она продолжала так делать, говоря: "Так нужно, Талия", и гордо удалялась по своим делам. Один раз я попала в больницу. Мне было семь лет. Я просто лежала в своей кроватке, думая о... брате, которого, к сожалению, не стало, по словам мамы. И в тот раз, когда она вошла в мою комнату, я спросила: - Мама, а почему ты не плачешь, рассказывая о братике? Братик... так я его всегда в детстве называла. Он был моим старшим, и хоть я его и не видела, но... я его очень люблю. Даже сейчас. Мне все-равно, какой он: красавец или урод; преступник или сторонник житейских правил. Главное, он - моя семья, с которой меня разлучили много лет назад. На этот вопрос мама холодно ответила: - Потому что я отпустила его. Странно, скажите же? Как можно отпустить родного человека?.. Как? Порой, я не понимаю эту женщину. И я завидую тем ребятам, у которых есть любящие матери. Вы, наверное, все это слышали, но услышьте еще раз, прочитайте вслух, подумайте, улыбнитесь - цените родителей. В первую очередь - мать. Вы сами знаете за что. За жизнь, которую я себе окончательно испортила, но у вас есть шанс исправить свою. Просто... сделайте первый шаг, оставьте проблемы, наплюйте на ошибки и не живите глупыми стереотипами. Будьте свободны везде и со всеми. Знаете, поделюсь тайной. Я пыталась найти своего брата. Я приезжала в Нью-Йорк, когда у матери были гастроли. Но я так ничего и не добилась. А ведь я знаю, что он там живет. И даже знаю, с кем. Но... тот человек сказал мне, что Джейсон уехал. Навсегда. А еще добавил, что у него была какая-то подружка... Аннабет, кажется. Мои размышления прекратились, как только кто-то постучал в дверь. Я хмурюсь, озадаченна, кто это. Встаю с кровати и иду к двери. Кладу ладонь на ручку, но так и не открываю. - Кто это? - Талия, блин, не тупи! - знакомый голос моей соседки. Я улыбаюсь, открывая дверь Калипсо. Наконец-то вернулась, блудная девица. Девушка обняла меня, получив такой же ответ. В темноте, ее было не разглядеть. Но, кажется, на ней были шорты и борцовка. Я закрыла дверь и легла на свою кровать. - И где ты была? Калипсо плюхается на соседнюю, закрывая глаза. - Я - дура, Талия. Большая, набитая, легкомысленная... дура, - прикрывает ладонями глаза. Я приподнимаюсь на локтях. Господи, неужели мне придется слушать тираду?.. Естественно. Пришлось. - Что-то не так? - единственное, что пришло в голову. - Да, - она часто делает вздохи, - Все дело в Вальдесе. Я опешила. Так друг-друга любят, а теперь плачут из-за этого? Бред. - Поссорились? - я вновь ложусь обратно. Так и тянет в сон... - Расстались.

***

1 сентября. Первый день осени, а на улице светит солнце. Листья потихоньку начали то желтеть, то краснеть, то и вовсе казаться золотистыми. Ветер куда-то исчез, и в окно проникало лишь утреннее тепло. Уже не открывая глаз, я ясно поняла - погода в конец обкурилась. Нет, ну что за?.. Летом - холодно, и вечные минусы на термометрах; осенью - солнце, тепло и высокая температура. Настроения у меня не было, честно. То ли из-за вчерашнего, то ли просто так. Скорее всего, из-за вчерашнего. Слишком много терзаний свалились на душу. Из головы до сих пор не выходил тот поцелуй с Лукой. И почему я его не ударила? В шоке была. А еще и эта чертова крыша, и этот Ди Анджело. А ведь я не знаю, что к нему чувствовать. И, знаете, мне кажется, что я веду себя как влюбленная девица с большой дороги. Это не так. Я вообще не отношусь к тем влюбчивым идиоткам. Хотя, отношусь. Потому что я - тоже идиотка. Калипсо все утро молчала, просто что-то писала. Она проснулась раньше меня. Под глазами круги, кожа побледнела. Свою худобу она скрыла под каким-то балахоном. Переживает, наверное. - Ты идешь на завтрак? - спрашиваю ее я. - Нет. - Как знаешь, - а зачем ее упрашивать, если она так и будет отрицать?.. Поэтому, умывшись, расчесав волосы, надев на себя одежду, я пошла на завтрак. Минус этого колледжа - вечно просыпаешься в семь утра. Только на выходные нормально высыпаешься. По дороге я врезалась в какую-то девчонку. Я ее видела в столовой. - Ау, - простонала она. У меня, от удара, заныл лоб. Кость была ужасно раздражена, и мне мерещилось, будто вот-вот и мозг треснет к чертям. - Прости, - быстро выпалила. - Ничего страшного, - она поднимает какие-то бумаги. - Новенькая? - Да. Только несколько дней здесь, - скромно пожимает плечами. - Хм, тебе здесь быстро надоест. - Почему? - хмурится. Я усмехаюсь. - Все эти задроты едут сюда ради одного - свободы. Мало кто хочет усердно заниматься музыкой. Она кивает. А что тут скажешь?.. Я и сама молчала, когда мне так сказали. Девушка была с меня ростом. У нее были каштановые волосы, с чередующимися прядями. Единственное, что бросалось в глаза - ее цвет глаз. Серый. - Анна... Мелани, - быстро исправилась она. Я скептически смотрю на нее. - Талия Грейс. Ее глаза стали похожими на блюдце. В них зажегся какой-то блеск, словно она сделала гениальное открытие. Она удивилась, и я это сразу заметила. - Ты ведь... сестра Джейсона Грейса?.. - осторожно, тихо спросила она. Теперь моя очередь удивляться. Откуда она знает моего брата?.. Внезапно в сердце что-то кольнуло. Но боли я не чувствовала. Надежда, вперемешку с возбуждением, обуяли меня. Что если она может рассказать мне о моем брате? - Да. А кто тебе сказал? - я начинаю колупать ноготь. - Фамилия знакома, да вы с ним и похожи чуток, - смотря мне в глаза, сказала она. - Ты.. ты его видела? Ты его знаешь? - вопросы сами вырываются. Я не могу описать, что чувствовала. Весь этот хмурый день стал для меня самым радостным. У меня появилась единственная зацепка. Я смогу найти брата, я смогу с ним встретится... наверное. Ни я и никто другой точно не знает. - Он мой лучший друг. Четыре слова, а сколько радости. Лучший друг... Значит, она знает о нем все. Хотело прыгать. Хотелось кричать. Громко-громко, и разодрать все горло, выпустив все эмоции. Я никогда не была так счастлива. Я хотела еще кое-что у нее спросить, но тут к нам подошли Перси и Пайпер. - Привет, - улыбнулась Пайпер. Перси просто улыбнулся, помахав рукой. Я готова была свернуть шеи обоим. Только-только я узнала, что мой брат жив, и то, что где-то здесь, как вдруг... - Я, пожалуй, пойду, - быстро проговорила Мелани и развернулась на своих балетках. Я стиснула зубы и сжала кулак. Из-за них я вновь в неведении. - Что с ней такое? - нахмурился Перси. - Стеснительная, - ухмыльнулась Пайпс. - Я же тебе говорила. - Стоп, ты ее знаешь? - я снова хочу уцепиться за что-нибудь. - Не то что бы... - ее ухмылка поползла еще шире. - Ох, все понятно, - складываю руки на груди я. - Кстати, а куда это ты вчера моталась с Ди Анджело? Тайное свидание? - ее улыбка полна ехидства. Перси нахмурил темные брови. Я же до хруста костей сжала кулаки. - Нет, - стискиваю зубы и надменно смотрю на нее. - Ясно. У вас там свои страсти... в обоих смыслах, - она хохочет. - Пайпс, пойдем, а? - обнял ее за плечи Перси. - Да, Пайпс, а иди-ка ты... в задницу, - мило улыбаюсь, развернувшись в сторону столовой. Никого не должны интересовать мои отношения с Ди Анджело. Да черт, какие отношения? О них и речи быть не может. Он мне никогда особо не нравился, да и я ему, наверное, не важнее верблюда. В наших с ним перепалках присутствует только жар, с которым мы бросаемся словами. В наших словах полно остроты. В нашей остроте полно злобы. А злоба родилась на почве всей этой нервотрепки с ним. Поверьте мне на слово, девочки, парни - идиоты, которые то трусят, то показывают себя во всей красе. Это бесит, соглашусь. Но ведь большинству девушек это нравится. Им в радость смотреть на мучения бедняг, стоящих перед ними и пытающимися выговорить хоть слово. А девушки?.. Натуры не менее сложные. Даже вникать в смысл рассуждения не хочу. Порой, мне кажется, что некоторые из девочек чем-то все же отличаются от других. Вот, к примеру: даже не скрывайте - вас иногда раздражают или до коликов смешат "отношения", построенные на нелепой романтике у шестиклассников. Чуть старше, девушки становятся настоящими дурами. Считают себя авантюристками, пьют алкоголь, получают кайф от секса, употребляют наркотики, курят сигареты. А в школе же они простые и наивные. Ходят с розовенькими тетрадочками, такими же ручками, вечно обсуждают парней и отношения; ревут и плачут по вторым половинкам, лживо говорят знакомым, что завидуют им с выбором парня. На самом же деле, им глубоко наплевать. Моя мама, как ни странно, была такой же. Нет, она не пила, не курила и не принимала наркоту. Она была просто обычным подростком, нагружала свою голову всем, кроме учебы. Этим, как бы я не хотела отрицать, я пошла в нее. Еще, у мамы была татуировка, как она мне рассказывала. Не настоящая, но все же была. Сейчас от нее не осталось и следа. Ханна Грейс* была той еще красавицей, манила за собой парней, как кусок колбасы, нашего кота (он сбежал). У мамы была очень привлекательная внешность. Не то что у меня. Кого привлечь и могу, то только полтергейста. И то, не факт, что он не спутает меня с женой Франкенштейна. Вернемся к маме. Длинные черные волнистые волосы, ниспадающие на плечи; большие глаза нежно-голубого цвета; стройна фигура, королевская осанка и гордо поднятая голова. Именно такой и была моя родительница. А сейчас? Сейчас она изменилась. Остригла волосы до груди, ходит с линзами, вечно с согнутой спиной, что-то выписывая в своем ежедневнике. И на заметку... Я скучаю по ней. Как каждый ребенок по своей маме. Да, она рядом, да, мы с ней живем в одном доме, но... будет правильней звучать, если я скажу, что мне ее очень не хватает. Я тоскую по ней, можно сказать, как Хатико по своему хозяину. И нет, я не хочу, чтобы с нами обеими случился столь плачевный Happy End. Тосковать можно по-разному. Когда ты далеко от родного человека и безумно рвешься к нему... Или, когда этот человек не обращает на тебя внимания. Просто показывает тебя своим знакомым и подругам, будто бы ты - музейный экспонат и на тебя должны только глазеть. Но не ценить. Я слишком увлеклась своими мыслями. Отогнав их в сторону, я села за свой стол. За тем уже сидели ребята: Рейчел, Мириан Глиссон, Скандинавия, Френк, Хейзел и Уилл. Завтрак представлял собой овощной салат. Ну, и манную кашу. Ей Богу, как детей кормят! - Они, наверное, считают, что у нас еще молочные зубки, и мы не можем разжевать что-нибудь, кроме каши, - захихикал Уилл, запихивая в рот ложку салата. - Очень смешно, Уилл, - саркастически улыбнулась рыжая. Я нашла Мелани. Она сидела за следующим столом в окружении Дрю Танаки, Клариссы Ла Ру, Джейка Мейсона, Кати Гарднер и Стоуллов. - Ой, да ладно тебе, Рейч! - вскинул руками Солас. Вышла неожиданность - он случайно опрокинул кружку с чаем и манную кашу. - Упс, - невинно произнес парень. - Нежданчик, правда? - вскидываю бровь я. Хейзел тут же принялась салфетками убирать всю эту тошнотворную смесь. Серьезно, это было похоже на рвоту тираннозавра. Остальные принялись ей помогать. - Какого хрена, блин! - заворчал Френк, кладя платок на чайную лужу. - Эээ... Френк, ты... носишь платочки? - спросила его Рейчел. Нет, не просто платочки. Платочки с цветочками! - Ко мне приехала бабушка, - буркнул он, - И дала мне платок. - Бабушкин сынок, - начал сюсюкаться Уилл. Я треснула его по голове. Он бесит иногда со своими тупыми выкидонами. - Ауч! Френк, старик, я же по-дружески! - Солас потрепал того за плечи, косясь на меня. Вообще, немного расскажу об этих ребятах: Рейчел - Элизабет Дэр - дочурка богатенького отца, живет с мачехой. У нее рыжие волосы, как горящее пламя; зеленые глаза, цвета изумруда; и веснушки на всем лице. Она хорошая, добрая, веселая, со всеми дружелюбная. Чем-то похожа на Калипсо, если бы Рейчел не была столь... сумасшедшей. Да, такой. Почему? Ну, как еще назвать человека, который внезапно, ни пойми от чего, начинает рисовать на листочках?.. Френк Чжан и Хейзел Левеск - сладкая парочка, которая скромничает на людях, но целуется за их спинами. Френк старше Хейзел на три года, что очень-то странно. Да и по сравнению с ним - большим и крепким, но так похожим на панду - Хейзел будет казаться маленькой, темненькой и худенькой девочкой. Ей - 16, а ему - 19. Но они не обращают внимания на возраст. Они любят друг друга. Уилл Солас - блондин, желтые глаза и азартная улыбка. Тут и говорить нечего! Он вечно веселый, позитивный и вообще, по жизни - оптимист. Мириан и Скандинавия - блонди и блонди. Они немного похожи друг на дружку - голубые глаза, алые губы, стройные фигуры. Они подружились сразу же, после встречи новеньких и "стареньких". Короче говоря, компания у меня в столовой та еще. - Хей, Талия, а это правда, что ты вчера на свидание с Ди Анджело ходила? - кокетливо спросила Скандинавия. Я вздрогнула. Все сжималось, перекрывая подачу воздуха. - Нет. - Да? Разве? Вы вчера так поздно вернулись... Правда. Вчера мы поздно вернулись. Где-то часам к трем ночи. Пока спустились с этой крыши, дошли до остановки, дождались автобуса, попали в пробку... И, главное, все это время мне было невыносимо находиться рядом с ним. Тогда во мне кипели разные чувства: и старая обида, и новая порция разочарования. Нет, я, конечно, знала, что он как-то увильнет, но... Посмотрели-бы вы в его глаза... Ностальгический, скептический и находящийся в замешательстве взгляд. Я могла поклясться чем угодно, что он ответит "да, изменила", но... парень ломает систему. И слова прозвучали как-то резко, да я и уловила в них некую ложь. - В больнице были. Я вру. Я выпаливаю первое, что придет в голову. А как иначе выкрутиться?.. Не говорить же всю историю. - На пару? - хохотнула Мириан. - Нет. Я ездила к подруге, а он к своей бывшей девушке. - А с чего-бы ему так за нее беспокоиться?.. - прищурился Уилл. В тот момент, я была благодарна сирене, которая означала лишь одно: учебную эвакуацию. Та еще мерзость. Но зато это спасло меня от ответа. И мне не пришлось лгать. Я не хотела никому говорить о всем, что касается Нико. И уж точно я не смогу все толково объяснить. Я ведь сама запуталась...