Терминал "Б"

16 сентября 2004 год На наручных часах капитана Бойла, которые достались ему в подарок от сослуживца, что переехал в Америку, стрелки упрямо подползали к отметке 7:20 am. Позже, эти цифры будут зиять огромной дырой во временном пространстве и глубокими ранами в душах всех, кому «посчастливилось» побывать в этом пекле. 370-й отдельный отряд спецназа, вооруженный до зубов сверхсовременным оружием и подготовленный для схватки с самим дьяволом, возглавляемый все тем же капитаном Бойлом, попал под шквальный обстрел, к которому не был готов ни один солдат. Шестьдесят человек, шестьдесят молодых парней и опытных военных, которые прошли не один круг ада, просто исчезли, прахом растворившись над раскаленными песками у берегов реки Аргандаб. Позже, когда возник вопрос о том, что говорить родственникам и начальству, дело замяли, спрятав под грифом «Совершенно секретно». Такие папки, где указаны какие-то детали подобных происшествий, прячут под огромными замками в пуленепробиваемых сейфах в дальних кабинетах стариков-гениралов. В таких местах не терпят слов «странно» или «непонятно». Среди военных ходили легенды, превращаясь в почти народное творчество. Каждый считал своим долгом пересказать эту историю из уст в уста, добавляя новых более устрашающих деталей. Но неизменными оставались лишь некоторые, которые, скорее всего, и были правдой: никаких гильз и следов от взрывов, трупов или луж крови, минимальных следов борьбы, просто обрывающиеся следы десятков сапог, исходивших не одну пустыню в этих краях. В это отказывались верить, отшучиваясь изобретательностью врага. Но как объяснить то, что группа хорошо обученных бравых бойцов пропадает без следа в самом центре военного конфликта? Никто не пытался докопаться до истины, никто не хотел марать руки в литрах чужой крови, никто не хотел повторить судьбу этих солдат. Новобранцев пугали этими уже почти сказками, а старшие по званию, что потеряли в этот год своих верных товарищей, старались забыть и больше не тревожить болезненные воспоминания о смерти целого отряда.

***

2 мая 2014 год Среди пустыни далеко от Кэмп Бастион под знойным афганским солнцем расположилась секретная база талибов. О её существовании знали лишь их проверенные и надежные лица. Не потому, что это было сверхсекретно, а потому, что эта база существовала относительно недолго, и пока знать о её местонахождении всем было необязательно. Человеку, плохо знавшему эту местность, будет довольно трудно заметить её среди белого песка. Поэтому, если враг решится напасть на талибов, они уже будут готовы дать ему отпор. В одной из десяти палаток, находившихся на территории базы, был слышен разговор двух мужчин, которые громко и яро спорили о чём-то на пуштунском. В обеденное время на базе почти никого не было. Многие отправились в главный штаб, многие ушли на разведку. Поэтому сейчас на базе было слышно лишь голоса двух талибов, охранявших палаточный городок. Их разговор прервал главный командир талибов, который вел за собой парнишку, явно не похожего на людей, обитавших здесь. Пришедший мужчина был преклонного возраста, с седыми проблесками в черных волосах и бороде, с загоревшей морщинистой кожей и черными впалыми глазами. - Дарвин, Крик, дезертир англичан,- командир указал на молодого солдата, - Займитесь им,- Безразлично сказав это, пожилой мужчина спешно покинул шатер, оставив троих мужчин наедине. С минуту солдат стоял у входа в палатку, а затем прошел вдоль неё, наблюдая за своими новыми товарищами. Один из талибов указал на табурет, стоявший в самом углу шатра, и англичанин, недолго думая, уместился на него, не отводя глаз от мужчин. Молодой человек решил первым прервать молчание, повисшее в шатре. - Меня зовут…, - парень не успел договорить начатого, так как был прерван одним из талибов: - Никаких имен! Здесь нет имен, мальчик. Ты же не хочешь, чтобы тебя убили?- мужчина произнес это с афганским акцентом, из-за которого молодому солдату было трудно разобрать сказанное, - Придумай себе позывной, никак несвязанный с твоим именем,- Всё это время говорил только один мужчина. Второй же сидел, откинувшись на спинку своего табурета, и из-под черных густых бровей враждебно смотрел на молодого человека. - Марли, - немного поразмыслив, дезертир сказал имя, которое должно было служить ему позывным и, как уверяли талибы, спасти ему жизнь. - У меня так собаку зовут, - второй мужчина озлобленно улыбнулся, услышав, что придумал себе молодой солдат за прозвище. Талиб, который всё это время говорил с дезертиром, улыбнулся и тут же убрал веселость с лица, внимательно смотря на своего друга. - Я – Крик, а это – Дарвин, - первый афганец сказал это, повернувшись обратно к англичанину. Солдат решил, что говорить «очень приятно» при данных обстоятельствах будет, по меньшей мере, глупо, поэтому он промолчал и продолжил смотреть на Дарвина и Крика, ожидая их действий в свою сторону, - Ты из Бастион?- Дарвин кинул короткую фразу в сторону дезертира и с недовольным видом ждал ответа. - Да. Из Кэмп Викинг, - Марли пытался выглядеть уверенным среди талибов, потому что теперь он был одним из них, а, значит, ничем не отличался. Но Дарвину это не нравилось, и он всеми силами хотел задавить новичка в их компании. -А! Так это к вам ехал тот генерал с проверкой?- Крик воскликнул это, как только услышал название части, в которой служил дезертир, - Как его звали? Дренер? … Дрезер? – Крик поморщился, пытаясь вспомнить фамилию генерала. - Генерал Дреббер, - Марли понял, о ком шла речь. Ведь о том, что случилось месяц назад с этим генералом, помнил каждый солдат в Кэмп Бастион. - Да, да. Он ещё жив, кстати? Помнится наши ранили его в тот день. Так что с ним? – Крик пытался скрыть маску своего безразличия, чтобы разговорить дезертира и сделал вид, что действительно переживает за Дреббера. - Его ранили в ногу. С ним всё хорошо. Только хромает старик,- Марли рассказывал всё как на духу, думая, что людям перед ним действительно интересны его рассказы. Но после дезертир вспомнил, где он находится и понял, что талибов скорее обрадовал бы рассказ о смерти генерала, а не о его чудном выздоровлении. Сказав последние слова, Марли замолчал и потупил свой взгляд. - Мы планировали эту операцию очень давно. Готовились неделями. И всё коту под хвост. Мы все чуть не погибли там, - Дарвин вступил в разговор, прервав опять повисшее молчание. Он не смотрел на новоявленного солдата, но злоба в его голосе чувствовалась всё равно. - Водитель заметил хвост, - Марли быстро проговорил это, надеясь, что талибы не знали этой информации,- Это он предупредил людей из штаба. И они выехали на помощь. Дарвин внимательно взглянул на Марли и, сузив глаза, задал ему вопрос: - Водитель, говоришь? А мы его убили? - Да. Водителя и ещё одного, сопровождавшего генерала,- дезертир понизил голос и отвел глаза в сторону, не желая видеть лица Крика и Дарвина, искаженные звериным оскалом. Главнокомандующим отряда талибов было плевать на то, сколько человек было убито, а сколько ранено. Цель не достигнута, а значит и вся операция провалена. И дни и недели подготовки пошли насмарку. Но нельзя же молодому солдату, решившему попытать своего счастья на вражеской стороне, показывать обратную сторону медали. Дарвин обошел кругом все так же сидевшего на табурете дезертира и прошел к большому деревянному столу, который занимал половину шатра. На нем была растянута огромная карта местности: границы изображались красным пунктиром, расположение базы талибов было отмечено черными флажками, а Кэмп Бастион – синими. Мужчина оперся руками о стол и грозно навис над картой. - Подойди сюда, Марли, - он почти выплюнул позывной новичка в их «компании». Мальчишка как-то сразу не понравился талибу хоть и перешел на их сторону. Кто знает этих чопорных англичан. Нельзя ему доверять. Парнишка подошел к столу и уставился на карту. Все было как на ладони: и их военная база со всеми складами, местами для тренировок и даже помещения, о которых знало только руководство Бастион. Марли даже приоткрыл рот от удивления, но, быстро опомнившись, добавил напускной серьезности своему лицу. - Эй, Крик, давай расскажем этому мальцу о том, как почти голыми руками увели из-под носа у всей королевской рати целый взвод, - Дарвин злобно оскалился и подмигнул Марли. Нужно было показать этому солдатику, куда он попал. - Не самое время для сказочек на ночь. Тем более что мы можем напугать нашего нового сослуживца, - Крик подошел к дезертиру сзади и похлопал его по плечу, от чего парень вздрогнул. – Ты сам помнишь, что с ними? Ну, с теми двадцатью, что чуть не наложили в штаны, когда оказались в нашем плену, - его хриплый смех эхом прошелся по помещению. - Их осталось пятнадцать, тех, кто принял верное решение, - талиб умышленно выделил голосом «верное решение», ибо под ним подразумевался переход в армию талибов и измена короне. – Ваши генералы слишком нерасторопны и плохо осматривают территорию, где проводятся учения молодых бойцов. Нам даже не пришлось просить подкрепления. Мы просто оцепили клочок земли, где все эти солдатики барахтались в пыли, сражаясь с невидимыми противниками, когда настоящий враг подкрался со спины. - Выдел бы ты их лица, - усмехнулся Крик, и по спине у Марли снова прошла неприятная волна дрожи. Те люди были его друзьями, кто-то из тех, кому судьба выдала пропуск в ту сторону земли. - Банальное отравление газом, - пожимая плечами, Дарвин усердно водил пальцами по карте, пытаясь что-то найти. – Наши малышки оснащены и не такими штучками, - на слове «малышки» талиб кивнул в сторону винтовки, что мирно покоилась на небольшом столике в отдаленном углу шатра. - Но как, как вам удалось исчезнуть с места и какова цель всей этой операции? – в недоумении вопрошал Марли. Ему было не по себе рядом с этими головорезами, но он сам выбрал свой путь и теперь не может допустить того, чтобы к нему относились без уважения. - Мы не раскрываем всех тайн, - заговорщицки произнес Крик, глядя на молодого солдата. В отличие от своего боевого товарища, он пришелся ему по душе. Он считал, что из Марли может выйти кто-то достойный. Хотя, тот, кто предал единожды… - Что связано с получением информации. Нас не информируют о цели операции, мы просто выполняем приказы начальства. Мне плевать, зачем и кому понадобились эти маменькины сынки, которые приехали нажиться на войне, в надежде получить жалование. Наше дело – беспрекословно следовать приказам, - прорычал талиб и, нахмурив густые черные брови, снова вернулся к разглядыванию карты.

***

О данном собрании знали всего пять человек и все они присутствовали на нем. В большом просторном шатре, где было место только для большого стола и стульев, расположились лидеры главных Талибанов. В последнее время ситуация стала более напряженной и надобность в таких собраниях возросла. Мужчины заняли свои места за столом, облокотившись на него, и внимательно следили за каждым взглядом из-под густых бровей. Каждый, кому нашлось место за этим столом, был проверен, но информация, что должна была быть озвучена в плохо изолированных стенах натянутого шатра, была настолько важна, что малейший просочившийся во внешнюю среду звук, грозил сорвать выверенный до секунды план. - У нас есть свои люди в Кэмп Бастион, - хриплым голосом начал один из лидеров Пакистанского Талибана, - они обеспечили моих бойцов униформой британской армии и транспортом. Два бойца на входе охраняют склад с оружием, - для подтверждения своих слов мужчина кинул небольшую папку с фотографиями на стол. - Лайха, - грубым голосом разорвал тишину еще один из присутствующих мужчин. На его лице не было бороды, даже на волосах не было серебристых вкраплений, однако на щеках и подбородке красовались огромные шрамы – отголоски тех времен, когда он являлся одним из армии пешек. На его реплику все подняли глаза и оживились. Это было кодовым словом, которое также являлось командой к активным боевым действиям. Оно оставалось неизменным во время всех операций. - Нам нужны их игрушки любой ценой, - вставая со своего места, еще один представитель талибов озвучил свои мысли. Он хорошо знал расположение всех объектов в Кэмп Бастион и был ответственным за то, чтобы транспорт подъехал точно к складу, где хранилось оружие.

***

- Лёд тронулся, мистер Холмс, - голос майора Хилларди был строг. Он сидел в своем кресле и смотрел в одну точку, выкуривая очередную сигарету. На дворе стояла ночь, и лишь приглушенный свет старой лампы освещал кабинет майора. Он обратился к Шерлоку, как только увидел, что тот закончил читать сводку: - Всё это время они прощупывали почву. Сейчас настал самый опасный для нас момент. И нам крайне необходима ваша помощь, - Шерлок ещё раз быстро пробежал глазами текст, на котором кратко была изложена суть давних событий, так переполошивших весь Кэмп Бастион. Ещё минуты две он о чём-то думал, пытаясь сложить новые элементы пазла воедино. Хилларди не смел мешать ему, так как понимал, что Шерлок Холмс – единственная надежда выяснить правду о том, чьих рук были эти замыслы. Шерлок поднял глаза на майора и задал вопрос, на который и не думал получить отрицательного ответа: - Я могу забрать эти документы с собой. Возможно, они ещё понадобятся мне. - Да, конечно. Забирайте. Но, надеюсь, вы понимаете, что эти бумаги не должны попасть в чужие руки, - Хилларди оживился и вопросительно взглянул на детектива. - Безусловно, - естественно, Шерлок понимал это, - Я могу быть свободен? - Да. Вы можете идти. Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится, - Майор встал со своего кресла, чтобы выпроводить сыщика, параллельно шаря у себя в ящике в поисках очередной сигареты. Шерлок никак не мог сосредоточиться в накуренном кабинете, поэтому скорее хотел сбежать в какое-нибудь тихое место, где никто не отвлекал бы его своими мыслями, вздыханиями и испусканиями сигаретного дыма. Закрыв дверь за Шерлоком, Хилларди уселся на свое место и погрузился в мрачные мысли, которые не давали ему заснуть вот уже неделю. А ещё нога в придачу стала ныть сильнее. Но физическая боль не заботила майора. Как бы там ни было, его цель – предотвратить очередное нападение со стороны талибов. А сделать он это может только с помощью всемирно известного детектива, который сейчас незаметно пробирается по коридорам главного штаба, возвращаясь на базу, где он был простым рядовым солдатом Кастионом Уайтом.