Мальчик со справкой

      Я отпрянул от Михаэлиса. К забору подошли еще трое парней. Один совсем мелкий, лет десяти, остальным лет пятнадцать-шестнадцать. И все такие же чумазые, как и их дружок. Затасканная одежда в грязных пятнах. Они что, в земле рылись?       — Где ты увидел голубков? Это же девчонка, — один из них ткнул пальцем в Михаэлиса. — Эй, малышка, этот гимназист пристает к тебе?       Я был в форме, а Михась успел переодеться в домашние джинсы и рубашку. Он гордо тряхнул головой, отбрасывая назад длинные волосы, и окатил мальчишек презрительным взглядом. Послышалось единое восторженное «О-о-о!».       — Красотка, пойдем к нам! С нами веселей, чем с этими занудами!       — У вас глаза есть? — обратился к ним прилипший к рабице пацан. — Где у вашей красотки сиськи? А жопа… это же не жопа, а так, намек.       — Фу, какой грубый мальчик! — поморщился Михаэлис. — Отошел бы ты подальше, от тебя помойкой несет.       — Даниэль, это и правда пацан! — ахнули за забором. — Голубки, голубки-и-и! Пидоры! Иди, отсоси мне!       — Я и на пушечный выстрел не подойду к таким грязнулям!       Мой дружок гордо выпрямился и с вызовом смотрел на мальчишек. Я же, наоборот, весь сжался в ожидании новых оскорблений.       — А хочешь, я к тебе подойду? — весело поинтересовался тот, кого назвали Даниэлем.       — Еще чего! — фыркнул Михась.       Неожиданно мальчишка высоко подпрыгнул с места, вонзил в сетку цепкие пальцы и мгновенно забрался на самый верх почти трехметрового забора, ловко перебирая обутыми в старые кеды ногами. Перебросив через перекладину гибкое тело, он толкнулся ногами в сетку, спружинил и приземлился на землю, тут же легко распрямив спину.       — Ну… ты как кошка! — восхитились его дружки. Такая ловкость и меня не оставила равнодушным, хотя я слегка струхнул, увидев его в шаге от себя. Михаэлис не удержался от аплодисментов.       — Братишки, вы идите, а я тут договорюсь о свидании и догоню вас!       Компания разразилась хохотом и пошлыми шутками. Пожелав дружку удачи и бросив на прощание: «Пока, девочки», они ушли.       Я немного успокоился. Мальчишка стоял перед нами и широко улыбался, не выражая агрессии. Ростом он был примерно с меня, да и телосложением не превосходил, хотя теперь-то я знал, что он не хлюпик, а парень ловкий и жилистый. Но, повторюсь, выглядел он мирно. Рот растянул до ушей, которые у него торчали сквозь неопределенного цвета патлы, глаза круглые и радостные, как у ребенка или у дурачка. Необычные глаза, темные, как ягоды тутовника, причем, как и ягоды, словно с белесым налетом. Лицо худое и подвижное, большой рот с тонкими губами, узкий нос с едва заметной горбинкой, брови темные и густые, своей формой напоминают крылья чайки в полете. И все это вместе — и странные глаза, и хищная горбинка, и летящие брови — необъяснимо притягивало к себе внимание, заставляло присмотреться к парню и попытаться отгадать, что он собой представляет. Мне хотелось верить в искренность его улыбки, но чересчур радостное выражение глаз сбивало с толку. В основном он пялился на Михаэлиса, но иногда и на меня поглядывал.       — Кто тебе глаз подбил? Хочешь — разберусь с ним?       — Чего тебе от нас надо? — грубовато спросил Михаэлис.       — А вы мне понравились, я познакомиться хочу, — обрадовал нас парнишка, — меня Даниэлем зовут, а вас?       Мы сдержанно назвали ему свои имена.       — Раду — красивое имя. А Михаэлис тебе не подходит. Я буду звать тебя Масей.       — Вот спасибо! — буркнул мой друг. — Я вообще надеюсь, что мы с тобой больше не увидимся.       — Еще чего, лично я собираюсь зайти к вам сегодня в гости. Вы в какой комнате живете?       — Даже не вздумай, — предупредил я. — Если нарвешься на нашего соседа, тебя вышвырнут в окно. Он терпеть не может грязную одежду и немытые лица.       Парень задумчиво почесал затылок.       — Значит, не на первом этаже живете, — сделал он вывод. — А насчет того, что я грязный, ты не волнуйся. Это мы с братушками на свалке копались, а там такая грязища после дождя, просто ужас! Но мы как раз на речку шли отмываться. Мне-то, честно говоря, не обязательно, а вот интернатских за такой вид наказать могут. Ну и я, чего уж, помоюсь, раз к вам в гости.       — Нет, дружок, извини, но мы тебя не приглашаем, — твердо сказал Михась.       — Речка ведь совсем холодная еще, — обеспокоился я. — Вы же все простудитесь. Неужели больше негде помыться?       Даниэль пожал плечами.       — Так-то можно и у меня дома помыться, отец бы разрешил. Но вот мачеха… Эта ведьма моих друзей на дух не переносит. Да ниче, мы привычные к холоду. Ну, говорите быстрее, в какой комнате живете? Да я побегу братушек догонять.       — Вот и беги…       — Слушай, Даниэль, — мягко перебил я Михася, — тебя в общежитие все равно не пустят. К тому же, ведь ты сам назвал нас голубками, вот и подумай, зачем тебе такое знакомство?       В ответ на это парнишка снова одарил нас улыбкой от уха до уха и весело подмигнул к тому же. Нет, он и вправду дурачок!       Окно на втором этаже распахнулось, и недовольный голос Флориана гаркнул:       — Михаэлис, Раду, где вас черти носят? Чтоб через минуту явились на ужин!       — Идем! — закричали мы хором.       Мальчишка кивнул с довольным видом.       — Вот, значит, где живете. Я запомнил. Ну, я побёг. Целоваться на прощание не будем, вы уж потерпите, пока я помоюсь.       Он вновь проделал тот же трюк с забором, махнул нам рукой и стрелой помчался вниз по улице. Мы с другом молча переглянулись, пожали плечами и поспешили в столовую.